the need to save her

Восемь дней. Всего лишь восемь дней показались Джэхёну вечностью, а пребывание в некогда любимой квартире казалось пыткой. Незваные гости только сильнее разожгли в нем страх о разрушении совсем недавно нормализовавшейся жизни. Да и каким способом они это сделали - приплели его мерзкого отца. Про отца Ли совершенно не любил вспоминать. Он придерживался мысли, что годы жизни этот человека должны были достаться матери, а Ли Донхану было суждено вариться в самых горячих котлах ада. Этот человек собрал в себе все те качества, которые Джэхён считал отвратительными - трусость, жестокость, тщеславие. Ещё будучи ребенком он понял, что его отец был по определению плохим человеком. Он был никудышным руководителем, слабохарактерным мужчиной и никакущим отцом. Но самое ужасное - он был жестоким, распускавшим руки мужем. Его деду и бабке стало плевать на собственного сына, точно так же, как плевать родителям Санёна на их младшего Ёнджэ. Все своё внимание они переключили на Джэхёна - тот подавал огромные надежды, и в нем они видели будущее своей семьи и компании. Поэтому они очень злились, когда их обществу юный Джэхён предпочитал общество его нелюдимой, тихой матери. Со Киджин была больна, и все об этом знали. Больна она была душевно, но это никак не умаляло её образованности и начитанности, и её маленький сын души в ней не чаял, в отличие от его отца. Ещё даже не получив соответствующего образования, Джэхён понял, что причиной ухудшения её состояния без сомнения стал её муж. Она, с багажом в виде тревожного расстройства, агорафобии и социофобии, искала в нём поддержку - она верила, что её любимый Донхан защитит её. Но он как раз и был главной опасностью - кто знает, действительно ли Со Киджин покончила жизнь самоубийством. В одиночестве Джэхёну лезли в голову только самые неприятные воспоминания о прежней жизни. Слава богу, что он унизил и лишил своих родственничков последних остатков гордости, поселив их с нелюбимым сынком. Великолепная месть. Ли не хотелось думать, что он хоть чем-то похож на отца. Он старался, правда старался сделать так, чтобы Сэми была счастлива, делал для этого все. Засыпая один в холодной постели, он представлял её рядом с собой. Как он обычно обнимает её, гладит по волосам. Как целует губы, шею, грудь. Думает о том, как она то шёпчет, то кричит его имя. После нескончаемых дней одиночества он не был готов услышать её голос, когда он вошёл в их дом. Только их дом. Сэми тут же бросилась ему в объятья, будто не замечая тяжёлых сумок у того в руках, от чего они упали на пол. Джэхён сразу же сжал её талию, вдыхая аромат, по которому тосковал. — Прости, что так долго, Сэми, я дома. Нельзя сказать, что его приезд огорчил Сэми. Она правда скучала по нему - тишина в стенах давила на барабанные перепонки, а чувство, что тебя вот-вот поймают за каким-то противозаконным действием, пугало до чертиков. А Сэми была хуже преступницы, для Джэхёна так точно. Четыре дня назад она получила невероятно полезную вещицу: маленькую, чёрную рацию. Только эта находка точно лишила её как минимум пары лет жизни - страх быть пойманной не давал даже прикоснуться к ней, пока она лежала за посудой в шкафу. Спустя пару часов после отъезда семьи полковника, девушка всё-таки смогла достать и рассмотреть её. Маленькая, с небольшим количеством кнопок, воспользоваться ей будет легко. Но всё вызывало не чувство радости о новой возможности выбраться, а бесконечные вопросы и подозрения. Кто ответит, если она нажмёт вызов? Если она свяжется с тем человеком, что он сделает? Зачем вообще это делать? Любопытство и страх смешивались в груди, норовя нажать ту самую кнопку слева, но нужно было прислушаться к Ли Ёнджэ. Тайник придумала быстро - в одном из больших мишек, с которым она редко спала, было достаточно места. Расстегнула молнию, запихала рацию, и поставила на место. Ни намека на то, что его касались. Идеально. — Как ты тут? - Джэхён аккуратно перебирал темные длинные волосы, пока Сэми лежала на его груди, подстраивая ритм своего дыхания под его. — Мне было… — она не знала, какое слово подойдет лучше, — тяжело. Очень. — последнее слово прозвучало очень тихо, пока девушка прятала лицо где-то между его шеей и диваном. — Я не знаю, как я смогу загладить свою вину, малыш. Они бы так и заснули, друг на друге, если бы Джэхён, на секунду вырвавшись из дремоты, не поднял Сэми на руки, направляясь в сторону их спальни. Сэми уже спала, только тихо сопела и хваталась пальцами за ткань его кофты. Он правда любил её. Был готов в тишине любоваться чертами её лица, вслушиваться в дыхание. Был готов пожертвовать всем, чтобы они оба были счастливы. И он сделает всё, чтобы никто не отнял его любовь. Никогда. *** Джуён не знал, что такого могло случиться у Ли Ёнджэ. Он не один раз встречался с ним, но не в самых комфортных для него условиях, поэтому познакомиться поближе было трудно. Но он всегда казался приятным парнем, особенно в соцсетях. Поэтому, если ему действительно требовалась помощь - Ли был готов протянуть свою руку. Через полчаса после звонка он уже сидел за барной стойкой, потягивая стакан пива. Поймал момент, так сказать, тем более, место выбрал сам Ёнджэ. Последний приехал на десять минут позже, тут же принявшись извиняться, запинаясь после каждого слова. Что же случилось? — Джуён-хён, я еще раз… — Давай без извинений, хорошо? — следователь предложил младшему заказать пиво, угощая, и тот сначала отказался, но потом неуверенно кивнул в знак согласия. Джуён в неловкой тишине чувствовал, как Ёнджэ никак не мог подобрать слова для начала. Он тыкнул пальцем в самый тёмный угол, попросив пересесть за тот столик, старший был не против. За столом взгляд стал более уверенным, он был готов начать. — Не знаю, можно ли так говорить о собственном брате, но… — отвел взгляд, — Ли Санён преступник? — Глаза инспектора расширились в неверии, но больше не от того, что тот был не в курсе, а вообще от факта такого вопроса, — Вернее, как лучше сказать… Он бы мог пойти на серьёзное преступление? Джуёну начало казаться, что все происходящее - проверка. Будто Ли Санён специально отправил своего младшего брата на испытание, таким образом проверив и его верность, и благоразумие самого лейтенанта. Но нет, этого не могло случиться. Ли Ёнджэ боялся Ли Санёна не просто так - старший его ни во что не ставил, и явно не мог поручить тому такое задание. — Почему ты спрашиваешь у меня такое? — аккуратно ответил инспектор. Губы младшего поджались, взгляд был опущен. — Я выяснил, что… Черт, хён, пообещай, что выслушаешь, хорошо? И он рассказал. Рассказал, что у Санёна есть близкий друг, у которого что-то случилось с головой. В прямом смысле. Что Санён в курсе этого, и почему-то покрывает его, подставляясь сам. С каждым словом следователь думал, что его голова сейчас взорвется, а рука сломает стакан, что он сжимал. — В его новом доме, на севере Сеула… Он… — Удерживает девушку? — рот Ёнджэ так и не закрылся, когда его прервали на полуслове. — Откуда ты… — Её зовут О Сэми? Мужчины молча смотрели друг на друга, то ли не понимая, откуда они оба могут знать такую информацию, то ли не веря в происходящее. Зрительный контакт разорвал младший: он внезапно полез в карман, что-то вытягивая оттуда и передавая через стол. — Эту записку я получил от неё чуть больше трёх недель назад. — Джуён не сразу сообразил, что ее можно взять, и осторожно перехватил помятый листочек, пытаясь раскрыть его и параллельно слушать Ёнджэ, — Хён… возит меня на приёмы к этому другу, к нему домой. Она живет с ним, и он… —Ты говоришь про Ли Джэхёна, верно? — он пробежался по содержанию листочка, вновь переводя взгляд на собеседника, — Что с О Сэми? Сначала Джуёна успокоил факт того, что девушка жива, но с каждой подробностью её состояния, что описывал Ёнджэ, злость закипала внутри все сильнее. Надменный мужчина, притворяющийся образцовым членом общества, за дверями своего дома превращается в жестокого преступника, не только силой удерживающего другого человека, но и применяющего к нему насилие на постоянной основе. — Я правда не знаю, что там происходит на самом деле, но… — пиво у обоих было уже допито, но оба от злости не отпускали стаканы, — Ли Джэхён очевидно влюблён. Я… —Таких влюблённых обычно привязывают к койкам в соответствующих местах. Ёнджэ не верил, что первый его личный разговор с Джуёном пройдет о такой теме. Он не может поверить, что его брат, будучи полковником юстиции, сам ничем не лучше других преступников. Мысли роились в голове, было тяжело сосредоточиться, видимо, пиво всё же немного подействовало на него, и он чуть не забыл о самом важном. — Хён… я поступил очень опрометчиво, особенно после того, что ты мне рассказал, — следователь успел немного посвятить его в детали дела, которое он расследует, — но… — теперь он развернулся, копошась в рюкзаке. Из него он выудил небольшую чёрную рацию, и Джуён сразу понял, к чему идет дело. — Чья она? — Старая рация хёна, он должен был её сдать, но я обставил всё так, будто он оставил её где-то у нас дома, пусть ищет. — старший взял её, внимательно рассматривая, — Вторая у О Сэми. — Ёнджэ, это очень… — Мы договорились, что с ней не будут связываться, только она сама. И не сразу. Хён, ты единственный, кто сможет с этим справиться. — Почему ты так думаешь? Ёнджэ прямо заёрзал на месте, отчего-то резко смутившись. В таком приглушенном свете мужчина напротив казался ещё более привлекательным, а сейчас предстояло нахваливать его, и парень просто засмущался. — Я знаю, что ты за справедливость. А ещё у тебя есть всё для успеха - ум, возможности… тем более, ты как раз ведёшь это дело, поэтому… — Можно я поставлю вопрос по-другому, - ему пришлось опять посмотреть на него, – ты знаешь местонахождение дома? — Нам нельзя… — Почему? — Хён оставил около него одного из своих подчинённых. — грустно выдохнул младший, — Пока Джэхён-хёна там нет, он следит за домом. А когда приедет Джэхён, будет ещё хуже. Джуён был в шоке от того, сколько всего парень напротив успел узнать и сделать. Больше, чем вся их компания из четырёх человек. — Ёнджэ, послушай меня, — конечно же старший видел, как тот волнуется и не находит себе места. Только вот он думал, что это все из-за О Сэми, никак не из-за его красивых глаз и полуоткрытых губ, — после всего сказанного и сделанного тобой, я на полном серьёзе готов заявить, что без тебя мы бы так и застряли на месте, — Ёнджэ не мог поверить в реальность его слов. — ХЁн, я всего лишь… — Ли СанЁн перекрыл воздух нам всем, особенно мне, — он усмехнулся, — настолько, что я сначала подумал, будто тебя прислал именно он. — Он не считает меня годным даже для этого… — И он как обычно неправ. ДжуЁн протянул свою большую ладонь, ожидая рукопожатия. Младший быстро протянул свою, почти что погрузившись в какой-то транс. Поблагодарив друг друга, они договорились оставаться на связи, после чего оба вызвали такси и разъехались по домам. Джуён не знал, как вставать завтра на работу - сегодня он точно не будет спать, лишь пялиться на рацию на столе и думать, насколько сумасшедшими могут быть люди. Ёнджэ же продолжал думать о девушке в доме Ли Джэхёна, но мысли то и дело сбивались образом Джуёна, как будто навечно застрявшем в его голове. *** С возвращения Джэхёна прошла всего пара дней, но их жизнь легко вернулась в прежнее русло. Они оба скучали по этому - по их общим увлечениям, общей готовке, по теплу тел друг друга. Но Ли всё ещё чувствовал себя виноватым перед младшей - не только потому, что оставил её так надолго, но и из-за общей недосказанности. Он так и не посвятил Сэми в суть проблемы, поставившей их на уши. С одной стороны, не хотел тревожить, с другой - ей и не обязательно знать о том, что её кто-то там ищет. Уже не до них. Но извиниться все равно хотелось, и, как бы опасно это не было, на выходных было решено поехать в кино, чему девушка была очень рада. Они далеко от мест, где могли бы искать их обоих, а в понедельник ему бы опять пришлось вернутся в город, поэтому нельзя было терять ни одной драгоценной возможности порадовать её. Но всё не может пройти спокойно. — Джэхён, я больше не могу, — она крепче сжала его ладонь, стыдливо опуская взгляд на пол, — давай зайдём туда. — Малыш, — а Джэхёну это совсем не нравилось, — как ты себе это представляешь? — он специально не останавливался, проходя дальше по аллее торгового центра, — Вместе мы туда не зайдём, а как ты справишься без меня? — он специально говорил тихо и не смотрел на девушку рядом, не придавая значения сказанному ей ранее. — Но та острая курица… — она громко выдохнула, — была слишком острой, у меня очень болит живот… — она всем телом прижалась к его руке, — я не дотерплю. Пожалуйста, Джэхён. Теперь он все же взглянул на неё. Он с самого утра чувствовал, что сегодняшняя поездка точно пойдет совсем не по плану, и интуиция его не подвела. В этот раз после кино Джэхён захотел угостить Сэми в новом ресторане, который он нашёл в интернете. И всё до этого было под его безукоризненным контролем - девушка ни разу не сделала лишнего по его мнению шага или не засматривалась на то, что её не должно было интересовать. Она всё так же, как и в их первый поход в кино, не отлипала от его руки и сама постоянно поправляла кепку и маску, чтобы никто не мог увидеть её лица. Но сейчас, спустя лишь час после обеда в ресторане, где они взяли очень вкусную, но не менее острую курицу, она выдала то, чего мужчина никак не ожидал - ей надо в туалет, и причем срочно. Из-за маски было не видно ее выражения лица, но Джэхён чувствовал, как она взволнована по участившемуся дыханию. — Вообще никак не дотерпишь? — мучить её тоже не хотелось. — Совсем… — почти писком ответила девушка. И Ли ускорил шаг, озираясь по сторонам в поисках указателей. Туалет оказался совсем рядом, и они остановились прямо перед дверью женского. — Слушай внимательно, — начал он, — у тебя есть только пара минут. Не бойся, сама видишь, народу здесь сейчас не очень много, но если кто-то зайдёт - жди, пока они не выйдут. Мало ли какие ненормальные попадутся, — он наконец увидел её глаза и заметил, что на долю секунды в них промелькнул ужас, — я буду следить здесь, если что-то мне не понравится, я зайду и помогу тебе, договорились? — Сэми слегка кивнула, — Я не слышу ответа. — Да, Джэхён, я все поняла. — после этой фразы мужчина надавил на ручку и впустил её внутрь. Сэми правда боялась. Боялась, что внутри никого не будет. И её опасения подтвердились - в туалете она была совершенно одна. — Блять… — выругалась она, тут же зажимая рот ладонями, испугавшись, что он мог услышать. В туалет она, конечно же, не хотела. Но спектакль удался на славу, и план, о котором она думала уже давно, но всё не решалась использовать, начался. Его главной целью было попросить помощи у любого человека, который бы зашёл внутрь - как бы он мог помочь, Сэми не думала. Любым способом. И вот она закрылась в кабинке, в надежде на приход кого-либо. Минута. Две. Три. Тишина, лишь громкое дыхание изредка прерывает её. Теперь стало страшно - она тут уже слишком долго, Джэхён взбесится, а никто так и не пришёл. Из мыслей её вырвал звук открывшейся двери, и она уже испугалась, что терпение мужчины закончилось, но вместо его разъяренного голоса послышался незнакомый женский. Она говорила с кем-то, закрывая дверь. Сэми знала, что сказать. Знала, что нужно показать ей новые синяки на запястьях, сказать, что она жертва насилия, и что сам насильник стоит за дверью. Только она продолжала сидеть в кабинке, побоявшись даже шевельнуться. Почему она сидит? Она же слышит, что какая-то девушка так близко, можно просто попросить помощи, как она делала это в больнице. Но она застыла, как животное на дороге под светом фар. Ей не сдвинуться, как бы она не пыталась. *** Джэхён злился. Злился ужасно. Она была в туалете уже не пару минут, а гораздо дольше. Стены и дверь были слишком толстыми, ни звука не доносилось. Ему хотелось ногой выбить эту чёртову дверь и зайти внутрь, схватить её за руку и отвести в машину, чтобы скорее уехать домой. Но туда, как назло, зашла какая-то девка, а привлекать лишнее внимание к себе и Сэми было очень плохой идеей. Поэтому он ждал. Ждал, когда Сэми выйдет сама, а дома он бы провёл с ней воспитательную беседу - она совсем забыла, как опасно находится в людном месте в одиночку. Особенно после всего произошедшего, но понимал это только мужчина. И пока Ли продумывал слова, которые хотел бы сказать ей, дверь туалета отворилась, и та девушка вышла, всё так же говоря по телефону. И спустя пару секунду наконец показалась Сэми, еще сильнее натянувшая капюшон на кепку. Джэхён облегченно выдохнул, но облегчение тут же сменилось злостью, и он незаметно обхватил её запястье, придвигая к себе. — Ты там хотела остаться жить? Я думаю, что в твоей комнате гораздо комфортнее и уютнее, чем в туалете, не находишь? — все это он говорил в движении, направляясь в сторону парковки, а Сэми еле перебирала ногами, пытаясь не дать слезам появиться на её глазах от злости и обиды на саму себя. *** Дома Джэхён не забыл о необходимости разговора. Все эти поездки - это его добрый жест, хотя любая из них ставит под угрозу безопасность девушки. Не только физическую, но и моральную, ведь он знал, как тяжело ей даются встречи с незнакомцами. Поэтому он и не начал ругаться в машине - нужно было поговорить в комфортной, безопасной обстановке. — Сэми, объясни, пожалуйста, почему ты сегодня повела себя так? — начал довольно демократичным тоном, ожидая реакцию младшей. Та, если честно, вообще реагировать не хотела, не то, что отвечать. Она слишком поверила в свои силы, думая, что сможет справиться со своим страхом и рискнуть всем для своего спасения. А смогла она только сидеть в кабинке общественного туалета, как последняя мышь. — Не соизволишь ответить? — Джэхён, я просто хотела в туалет, у меня сейчас до сих пор болит живот, можно мы… — Я просто хотел напомнить, что… — У нас есть какая-нибудь таблетка? — она что, сейчас его перебила? Мужчина не верил своим ушам, и вдруг почувствовал, словно его кровь за секунду закипела. — Так любишь выходить из дома - нравится, когда тебя рассматривают незнакомцы? — Что? — она не сразу осмыслила то, что услышала. — Просто подумалось, что тебе вдруг резко понравилось внимание со стороны других людей, — он подошел к ней, перехватив за запястье, — пошли, мне надо кое-что напомнить тебе. — Я не понимаю, о чем ты, Джэхён, я просто хотела… — попыталась сопротивляться, но мужская хватка была сильнее. — Ты в последнее время, — тащил за собой в сторону подвала, — не только сегодня, довольно активно своевольничаешь. Это похвально, я рад, что ты стала самостоятельной, но… — он открыл дверь, уже спускаясь на первые ступеньки, а Сэми схватилась свободной рукой за косяк двери, пытаясь удержаться, — Ты даже сейчас не хочешь просто поговорить со мной, как я должен это понимать? — Пожалуйста, Джэхён, отпусти меня и я сама спу… — Вот об этом я и говорю, Сэми-я. Он одним рывком оторвал её от косяка, она оступилась, перелетая сразу несколько ступенек прямо ему в руки, и он, практически обнимая её, спустился в комнату. Внизу приподнял, подхватывая под коленями, и бросил на её кровать. Игрушки скатывались к ней, а одеяло скомкалось, свисая с края. — Милая, скажи пожалуйста, — его крупная фигура нависла над Сэми, и вся эта ситуация очень напоминала уже произошедшее событие в их отношениях, отчего девушке стало не по себе, — почему мы с тобой живем только вдвоём, вдали ото всех, м? — приподнял брови и сжал губы. — Потому что так безопаснее. — послушно ответила. — Для кого? — сложил руки на груди. — Для меня. — Молодец, это ты, конечно же, понимаешь. То есть, — он развернулся к ней спиной, вышагивая вдоль комода, и Сэми готова была поклясться, что когда он остановился возле того самого мишки, её сердце остановилось, — я все это делаю не для себя, а для кого? — Для меня. — голос дрожал. — Все для тебя, понимаешь? Трачу столько сил, времени, в конце концов денег, а тебе сложно выполнять мои простые просьбы? — глянул на неё через плечо. Он уже знал, как она отреагирует, но хотелось увидеть те самые глаза, мокрые от слез. Он их и увидел, но выражение лица было не привычно жалким - более отстранённым? — Я не сделала ничего из того, что могло расстроить тебя, Джэхён, я даже… — Что даже? — Сегодня я хотела порадовать тебя, — импровизирует, — я старалась быть максимально спокойной в магазинах, а ты… — Сэми, я говорил о том… — Почему ты постоянно упоминаешь мои страхи и вообще так грубо разговариваешь со мной?! — к удивлению даже для самой себя, Сэми говорила на очень повышенных тонах, чего не позволяла себе уже давно. Джэхёна, очевидно, это совершенно не устроило. Он громко выдохнул, засовывая ладони в карманы домашних штанов и разворачиваясь, пока его недобрый взгляд сканировал девушку на кровати перед ним. — Тебе не кажется, что ты стала злоупотреблять моими чувствами к тебе? — он сделал шаг к кровати и присел на корточки, и теперь их глаза были на одном уровне, — Ты точно немного подзабыла, как я… Он злится. Отвечать бесполезно - он вывернет все в свою пользу, и у него точно это получится, он зарабатывает этим себе на жизнь. Остается использовать тот самый козырь, который Сэми хотела припасти на самый крайний случай. Девушка резко поднялась, огибая Ли, чтобы дойти до шкафа напротив. Мужчина ухватился за её кисть, пытаясь остановить, но она смогла вырвать руку и добежать до шкафа. — Ли Сэми, ты точно сошла с ума… — она резким движением выдвинула ящик, копаясь в его содержимом, пока Джэхён выпрямился и развернулся к ней лицом, — Если ты не собираешься слушать меня, то я… — Им ты тоже так говорил? — Сэми пыталась сказать это как можно более обиженно. Ли разглядел несколько фотографий, которые она держала на вытянутой руке, демонстрируя их с мокрыми от слёз глазами. — Откуда ты… — Джэхён сразу понял, что это за фотографии. — Я тоже скоро стану просто фотографией в твоем столе? Если перестану устраивать тебя? С ними было больше возни, чем со мной, и ты их бросил? — девушка думала только о том, как посильнее выдавить слёзы, ведь фразы были заучены уже давно. И они работали - яростное выражение лица Джэхёна сменилось на потерянное, он явно пытался подобрать нужные слова, что получалось не очень успешно. — Сэми… — Они жили здесь? В нашем доме? — он сделал нерешительный шаг к ней, пока та незаметно двигалась в сторону лестницы. — Нет, я даже никогда не… — Тогда почему ты хранишь их фотографии? Что ты сделал с ними? Они вообще живы?! — перешла на крик. — Сэми, послушай, они никак не касаются нас с тобой. Малыш, это мои бывшие девушки ещё с университетских времен, ты представляешь как давно это было? Ты… — она не до конца вслушивалась в его очевидные оправдания, голова гудела от осознания того, что ей предстоит совершить через несколько секунд. — Я тоже перестану касаться твоей жизни, если не буду слушаться тебя во всем?! — Сэми, — еще пара незаметных шагов и от него, и от неё, — я же всегда говорю, что ты должна слушаться, если хочешь, чтобы мы были счастливы. Это все ради тебя и ради нашего с тобой сча… — Почему я должна это делать? Я делаю всё, что ты говоришь, а ты для ме… — Сэми, пожалуйста, послушай меня, так нужно чтобы… — Не хочу тебя видеть! Началось. Сэми бросает фотографии прямо Джэхёну в лицо и разворачивается к лестнице, пролетая по две ступеньки за шаг. Мужчина, на секунду растерявшись, тут же бежит за ней, но опаздывает, упираясь в запертую с другой стороны дверь. — Ли Сэми! — стучит обеими кулаками по двери, пока девушка дрожащими руками пытается закрыть два оставшихся замка, — Ли Сэми! Ли Сэми! Сэми, справившись со своей задачей, попятилась от содрогающейся белой двери. Она сделала это. Как планировала ещё давно. Он заперт внизу. Она может делать всё, что захочет. Получилось. Она свобод… — Ли Сэми, открой дверь сейчас же! Его голос, тот тон, который она не слышала уже давно, эхом отзывались в её голове. — Сэми, пожалуйста, открой дверь! Сэми! Надо бежать. Можно взять машину, доехать до ближайшего города, там явно будет… Она побежала наверх, чтобы достать обувь. Пока она спускалась обратно, вновь послышался голос Джэхёна. — Сэми, ты правда расстроилась из-за этих фотографий? Пожалуйста, открой дверь, я не хочу с тобой ругаться из-за такого бреда! Сэми, милая, пожалуйста! Чёрт, ключи еще у него, они только приехали. Тогда можно просто добежать до соседей, они есть, хотя и немного далековато, за этим она следила каждую их поездку. Синяки на ногах еще не пропали, это будет отличным доказательством для… Сколько она уже стоит неподвижно около входной двери? Почему не двигается, а просто пялится в сторону подвала? И почему вообще слушает его бред? — Сэми, я не закрыл дверь на улицу. Мне не нравится, что ты там одна. Я знаю, как ты на это реагируешь, и я понимаю, почему тебе страшно. Давай ты откроешь меня и мы… Дверь закрыта на внутренний замок, врет. Нельзя его слушать. Нужно уходить. Дверь не опасна, если не смотреть в её углы, то можно просто пройти и свобода… — Ли Сэми, — замерла, — не заставляй меня ломать дверь в твою комнату. Если ты сейчас же не откроешь все замки, разговаривать с тобой я буду совсем по-другому. Как по-другому? — Я считаю до трёх, Ли Сэми. Она открыла дверь. — Один. Свобода. — Два. Ну же. — Блядь, чтоб тебя! И только Джэхён решил выбить дверь ногой, как послышался лязг открывающихся замков. Резко толкнув от себя дверь, он увидел зарёванную, красную Сэми, смотревшую в пол. У неё не вышло. На улице стояла машина Ли Санёна. Ужасное совпадение. — Сэми, милая, иди сюда.