the need to save her

— Хён, сейчас вот совсем не вовремя. — цедил сквозь зубы Джэхён, пытаясь закрыть дверь перед старшим. Глядя на совершенно ему не свойственное сумасшедшее выражение лица, Санён понимал, что почти во всем виноват он. Начиная своей попыткой освоить не вписывающийся в рапорты труп и тем самым идя у младшего на поводу, и заканчивая его постоянным внушением «делать так, как ты захочешь». Он должен был понять, что Джэхён слишком буквально понял его слова, и что с его умом и упёртостью он действительно получит всё, что захочет любым доступным для него способом. Перед глазами стояло его давнее сообщение в мессенджере - «Хён, все акции мои, жду тебя, решим, кому и что продавать». Ли Джэхён был очень богатым наследником, не меньше, чем и сам Санён, но ассоциировать себя с собственной семьей он совсем не хотел. Получив все дедовские деньги в виде пакетов акций, большого количества недвижимости и, что самое важное, должности в их семейном бизнесе, которые он, так сказать, зарабатывал долго втираясь в доверие, он поспешил продать их большую часть, вернув должность собственному отцу. Но, на удивление, Джэхён все равно был трудоголиком. Большую часть денег он хранил, не спеша разбрасываться, а другую часть потратил на покупку хорошей квартиры в популярном комплексе и на обстановку своего рабочего кабинета. Тут, конечно, ему очень повезло, что дед не узнал о том, как он параллельно экономической степени получал и специальность по клинической психологии, которой он интересовался ещё со школьных времен. С момента разрыва отношений Джэхёна с его семьей Ли Санён был очень должен ему. И буквально, и морально. Поэтому сейчас он был должен, нет, был просто обязан следить за его нестабильным поведением, чтобы младший не потопил себя и не утянул его самого на дно. — Я приеду вечером, разговор серьёзный, разберись со всем быстрее. — он слышал женские всхлипы по другую сторону двери, хотя буквально минуту назад О, вернее, Ли Сэми стояла в дверном проеме и смотрела на него через стекло машины, когда он только собирался выйти из неё. Что произошло? *** Джэхёну было плевать на какое-то там важное дело, когда случилось то, чего он вообще не ожидал - его единственная Сэми засомневалась в его чувствах к нему. Он сам виноват - дурак. Надо было избавиться от всего прошлого ради будущего, как и поступила девушка, сейчас дрожащая от слёз в его руках. Он гладил её по волосам, целуя в висок и лоб, а другой рукой крепко сжимал талию. — Сэми, прости меня, — а ведь все было так хорошо, почему она опять плачет из-за неподходящей причины, — тише, тише. Девушка была безутешна - она вдруг поняла, что даже если бы за порогом она не увидела машину полицейского, в одиночку она была бы беспомощна. — Я больше не буду так кричать на тебя, поверь мне, прошу, — прижал к себе ещё сильнее, — поверишь? — Джэхён, пожалуйста, не бросай меня, — сквозь рыдания она хваталась за его рубашку, представляя то, что ей всё-таки предстоит сделать. *** Сэми уже не впервые слышала его обещания о том, что он исправится. Не впервые сталкивалась с последствиями этих обещаний в виде бесконечной ласки и повышенного внимания. И возможно раньше она бы и повелась, но сейчас в каждом его движении или слове считывалась манипуляция. Девушка помнила, как часто поддавалась им, растворяясь в своих чувствах к нему, но сейчас ей хотелось этого меньше всего. Не хотелось в очередной раз стать глупой девчонкой, упавшей в руки маньяка-извращенца, коим являлся Ли Джэхён. Когда мужчина буквально подобрал её с пола в комнате, ни на секунду не переставая шептать успокаивающие слова, от каждого «тшш» хотелось ударить его, больно укусить или выдать колкость. Но было нельзя - она просто обижена на него, а не ненавидит, как было в действительности. После устроенного представления, Сэми ждала показательной расправы перед приехавшим Санёном, но её не произошло. Она ждала наказания после отъезда мужчины, но его не последовало. Успокоившись и устроившись на их кровати наверху, она была уверена, что вот сейчас он и отыграется. Но вместо привычной жестокой унизительной манеры Джэхён был мил и обходителен. Неужели он так сильно чувствует себя виноватым? — Мне придется опять уехать в понедельник, но во вторник вечером я уже вернусь. — он заправил прядь волос ей за ухо, открывая вид на её всё ещё красноватые после слёз глаза. — Зачем? — раньше бы она, возможно, и задала подобный вопрос, но сейчас мужчина чувствовал, что в нём звучали не только нотки страха - она злилась. — Нам с хёном нужно быть в городе, чтобы в любой момент мы могли поехать и решить ещё пару вопросов. — Так ты не расскажешь мне? — Это связано с наследованием… — Я про те фотографии. Он знал, что придется вернуться к этой теме, но всё ещё не знал, что именно ответить. Прижав Сэми еще ближе к себе, он начал рассказывать про свои студенческие годы, хотя до этого редко вспоминал прошлое, даже, скорее, избегал его. Не только потому, что мысли о нём не приносили ему ничего, кроме раздражения, но и чтобы сама девушка не думала о своём. Джэхён вскользь описал своё окружение в то время, надеясь, что Сэми не последует его примеру, и, к счастью, она молчала, слушая его рассказ. — В те годы мне казалось, да и всем моим ровесникам, что если ты без девушки, то ты просто неудачник. — усмехнулся, — Понимаешь, мне нужен был кто-то… — Это были девушки с фотографий? — её взгляд немного смягчился, но он не хотел, чтобы оставались какие-то недомолвки, и продолжил. — Да, это они. Его голос, как и обычно, лился приятной мелодией, и девушка сама не заметила, как постепенно проваливалась в сон, изредка ёрзая, чтобы поудобнее устроиться в его объятьях. Ночь, по мнению Джэхёна, пролетела слишком быстро: он был огорчён, что суббота прошла так неудачно, поэтому оставшийся выходной было решено посвятить ленивому просмотру сериала и разных видео в соцсетях. Там уже подкрался и понедельник, и на работу он собрался не с привычным портфелем, а ещё и с рюкзаком за спиной. Уезжал всего на два дня, но по ощущениям, его опять посылали в вечную ссылку. Он так и не понял, простила ли его Сэми. Да, воскресенье прошло как обычно, но от девушки исходила аура напряжения. Джэхён был уверен, что она все еще в обиде на него. На самом деле, он и сам должен быть не менее обиженным - она без его ведома копалась в его вещах, в его рабочем кабинете. Зачем она это делала? Что искала? Но слёзы на её глазах в момент, когда просила не оставлять её одну, не давали злости затмить рассудок. Тем более, что она сама вернулась к нему, и явно не собиралась делать что-то более серьёзное. Она любит его. Джэхён был прав, что девушка была напряжена. Но напряжена она была из-за предстоящего звонка. Звонка в неизвестность. После отъезда мужчины Сэми ещё пару часов не решалась взять того самого мишку в руки. Казалось, что входная дверь может отвориться в любой момент, и тогда ей наступит конец. Она так и не поняла, почему после недавней ссоры не последовало никаких последствий. Но не хотелось думать о них - сейчас ей предстояло что-то пострашнее избиения. Молния игрушки была слишком громкой, а возможно, Сэми просто больше ничего и не слышала. Среди мягкого наполнителя было легко нащупать рацию, и девушка как в замедленной съемке вытащила её. Потом начались бесконечные хождения кругами по комнате. А вдруг не ответят? А вдруг, что ещё хуже, ответят? Что тогда говорить? Хотя она всегда старалась заранее подготовить слова, все эти дни они как специально не лезли в голову. Забившись в угол между кроватью и шкафом, было решено нажать на кнопку. Рация зашипела на секунду, и нужно было что-то сказать. — Приём? *** Неделя у Джуёна, как и обычно, вышла тяжёлой. Выходной был один, и тот пришлось провести у родителей, с которыми каждый начатый диалог обязательно скатывался в спор или, если не повезёт, громкую ссору. Все эти дни ему, к тому же, пришлось сидеть на бочке с порохом: в рюкзаке у него лежала рация, полученная от Ли Ёнджэ около недели назад, и в мыслях Джуёна это была скорее не рация, а бомба на таймере, о взрыве которой тебя никто не предупредит. Он не знал, включится ли вообще когда-нибудь эта рация. Не знал, имеет ли О Сэми вообще возможность воспользоваться ей. Но почему-то ждал этого. Из-за этого его рюкзак всегда был где-то поблизости, Джуён боялся оставлять его в машине или далеко от своего стола. Старался долго не глазеть на него, хотя прекрасно знал, что имеет привычку таращиться в одну точку. А на работе все было по-старому - беспросветный мрак, теперь приправленный не странными диалогами Кима и Джи в бессмертном автомобиле следователя, а противным запахом пота Квона, который уже в открытую спрашивал, какие у Ли планы на день и не хочет ли он выпить после смены. Лейтенант не заметил, как наступил понедельник. Выездов не было, поэтому они со своим «напарником» штудировали документы и сметы компании из их дела о хищении крупной суммы. К счастью, сидели они раздельно, хотя Квон нередко захаживал к его столу, интересуясь прогрессом. Кто знает, может, он и вправду надеялся покончить с этим делом, в чем Джуён сильно сомневался. — Ли, ну как? — снова появился тот, — Нарылось что-нибудь? Мы же ездили туда не просто так, скажи? Следователь надеялся, что его усталый взгляд сочтут за ответ, но мужчина никуда не уходил и явно чего-то ждал. — Нет, тут все сходится. Давай мы… — Приём? — еле слышно, но все равно достаточно громко прозвучал из-под стола. Джуён от удивления слегка приоткрыл рот, не сразу поняв, что это вообще было. Общий шум в отделе, видимо, заглушил и без того ломаный голос, и его собеседник, казалось, и бровью не повёл. — Давай я… — и только Квон попытался приблизиться к столу, как Ли резко встал со стула, не сводя с того взгляда. — Квон, я забыл… — начал он, наклонившись и доставая рюкзак. — Что? — Ты сказал «ездили не просто так»... Мне нужно было отвезти отчёт еще с утра! И Джуён убежал в сторону парковки, очень надеясь, что ложь сработает, а на том конце ему еще ответят. *** — О Сэми? Приём? — спросил мужчина ещё не до конца вытащив рацию, но уже зажав кнопку на ней. Он кое-как смог нажать на кнопку завода автомобиля, с рюкзаком на коленях и рацией в левой руке взявшись за руль и начиная отъезжать от отделения. Нужно было припарковаться в незаметном месте, чтобы спокойно, не боясь быть застуканным, поговорить. На его слова не отвечали довольно долго. Он уже успел подумать, что ему это показалось, и если он сейчас первым связался с ней, кто знает, чем это могло сулить девушке. И только в момент, когда был найден укромный уголок, послышался хрустящий от помех голос. — Да, это я. — Ли чуть не перепутал педали тормоза и газа, вцепившись в руль ещё крепче. Невероятно быстро припарковавшись, он поспешил дать ответ. — Меня зовут Ли Джуён, я младший лейтенант центрального сеульского следственного отдела. — мужчина мог поклясться, что его руки почти дрожали от адреналина в крови, — Скажите, вы сейчас одна? — нет, не то слово, — Вам безопасно со мной говорить? Очередная тишина заставляла нервничать, вдруг ни о какой безопасности там не шло и речи? — Сейчас я одна, безопасность… — отключилась, но через секунду вновь послышался её голос, — Почему я должна доверять вам? Джуён ждал любых вопросов, но точно не этого. Глаза бегали по машине, будто искали где-то спрятанный ответ. — Я близкий друг Джи Чанмина. Он попросил помочь мне с вашими поисками. Сэми на том конце перестала дышать, услышав знакомое имя. Откуда у Чанмина, её лучшего друга, мог быть знакомый в органах? Да еще и из сеульского отделения? — Какими поисками? На последнем слове, даже несмотря на помехи, было слышно, как сорвался её голос. И от этой еле заметной детали, Джуён почувствовал, как его сердце будто застыло на месте. — Не бойтесь, мы знаем, где вы находитесь, — он не врал, Ли Ёнджэ тем же вечером отправил примерные координаты дома Ли Джэхёна, — ваши поиски не прекращались с момента исчезновения. Джи Чанмин и Чхве Чанхи все это время ищут ваши следы. Джуёну не нравилось, что он не переходит к важным вопросам - как она, где находится, где Ли Джэхён. Слова вылетали сами. — Я знаю, что с вами произошло, — продолжал он, — и просто надеюсь, что вы будете в безопасности до того момента, как мы вас найдём. Это будет очень… — палец соскользнул с кнопки, и мужчина выругался. — Меня похитил Ли Джэхён, — она плакала, всхлипывая, — он… Он увёз меня куда-то далеко от Сеула, я… Он бьёт и… меня… Она, видимо, забыла отпустить кнопку, и инспектору пришлось слушать её плач. Именно пришлось - внутри него уже не просто горела злость, он полыхал от ярости. Было невозможно поверить, что с девушкой, которая сейчас надрывно рыдала, возможно творить ужасные вещи, о которых ему говорил Ёнджэ. Джуён зажал кнопку, как только звук с того конца пропал. — Сэми-щщи, пожалуйста, послушайте меня. Он ничего не сделает вам, сейчас просто слушайте мой голос, — не понимал, что несёт, — мы обязательно вас вытащим, и это произойдет совсем скоро. Вас ждут не только друзья - в поисках помогали и ваши коллеги, и клиенты. Вы не одна. Сэми знала, что она не одна - с ней всегда был Джэхён. Поэтому услышать о ком-то из той, казалось, прежней жизни, было неожиданно. Успокоиться было сложно, но нужно было собраться. — Следователь… Ли? — Можете называть меня по имени, Ли Джуён. — долгая тишина. — Джуен-щщи, — её голос будто сменился за секунду, — что я должна делать, чтобы помочь вам? Тут-то Ли и понял, что имел в виду Чанмин, описывая свою подругу как «готовую ко всему». Будучи там, в заложниках, она не ждёт подмогу - она спрашивает, что она сама должна делать. — Постараться оставаться в безопасности. Можете постараться ради нас всех? Не ради Джэхёна, не ради самой себя - ради них. Чанмина, Чанхи, Джуена-щщи. — Да, это я могу сделать. — Давайте договоримся связываться с вами каждый день. Она сказала, что каждый день нельзя, и точные дни пока она назвать не может - не знает, когда Ли Джэхён вернётся домой. Потом Джуён, зачем-то, начал ещё раз говорить о том, как много людей ждут её здесь. И только после того, как её голос звучал спокойно, он попросил как можно лучше спрятать рацию. Сэми рассказала, где хранит её, и они попрощались. — Мы с вами, не бойтесь. Конец связи. — Конец связи. — словно эхо повторила она. Ли не мог поверить, что все произошло в реальности. Он говорил с девушкой, которую все должны были считать мертвой. Но она жива - и ждёт, когда её вытащат из лап какого-то отморозка. *** Весь оставшийся день Джуён провёл как во сне. Тонкий голос О Сэми никак не выходил из его головы, и он не мог перестать удивляться, как точно Джи Чанмин описал её, и что он смог понять это из такого короткого разговора. До этого Ли никогда не пытался думать о ней отдельно от дела - для него она всегда была «похищенной девушкой», на этом его представления о ней заканчивались. Но голос, что засел в его мыслях, её удивительная собранность в настолько нелёгкой ситуации, появившаяся после громкого плача - всё это соотносилось с фотографией на страничках её соцсетей, которую он видел много раз. Он с самого начала пытался понять причину, по которой Ли Джэхён мог решиться на преступление - и главным фактором для Джуёна до сих пор оставалась внешность. Привлекательная девушка, если ты псих, то и этого будет достаточно, тем более, что у них не было никаких точек соприкосновения, кроме сеансов Мун Кевина. Но теперь он не мог быть в этом уверен. Вечером, когда он наконец попал домой, стало ещё тяжелее. Теперь он не просто хотел раскрыть дело и усадить за решётку преступников - он хотел спасти О Сэми. *** Сэми было жутко. Жутко страшно. Она вытворила то, за что её точно убьют. Если узнают, конечно, но верить в такую возможность не хотелось. Она ругала себя за такую доверчивость - услышала имя Чанмина и сдалась, разрыдавшись незнакомцу в трубку. Что за унижение. Но ради тех слов она была готова снести такой ужас - Джи Чанмин искал её. Чхве Чанхи искал её. Её не забыли. Джэхён часто специально выделял то, что кроме него у неё никого нет. Что там, за стенами их дома, её ждут только опасности. Стоит ей высунуть хоть палец - его тут же откусят, а потом утащат и все остальное. Что её настоящую знает только он сам. Но знает ли он тему её выпускной работы? Чанмин и Чанхи знают, они видят то название в кошмарах. Знает, как звали её кота? Знает, что она никогда не любила рисовать, но почему-то полюбила рядом с ним? Сэми казалось, что он знает только то, что сам придумал. Эта мысль казалась такой очевидной, но пришла в голову ей только после слов Ли Джуёна: «Все, что он говорит вам - неправда». Он прав - Ли Джэхён не любит её, не любил никогда. Он любит Ли Сэми, которой никогда не существовало. А с О Сэми ему лучше не связываться. *** Сидя в собственном в кабинете, Джэхен не знал, чем занять себя. Клиент опаздывал, до квартиры доехать не получится, да и не очень хочется. Листая страничку с главными новостями на компьютере, Ли подумал, что неплохим решением будет разобрать с некоторыми делами, которые он откладывал до самых сеансов с теми людьми. Первой ему попалась папка с самым последним его клиентом, О Джубомом. Он до сих пор, если честно, не понимал, что делать с ним. На первый взгляд казалось, что человек пришёл от нечего делать. Но так бы подумал только самый обычный шарлатан - Джэхён же понял, что за маской отстранённости и спокойствия прячутся огромное количество переживаний и травм. Большинство из них очевидно связаны с семьей - этот О точно был не из простых, а психотерапевт на своей шкуре знает, чего иногда ждут родители в таких семьях. Решение было простым, он успел набросать его в соответствующем блокноте. Но покоя не давал не сам диагноз, как это бывает чаще всего. Джэхён все еще думал, что они точно где-то встречались. Возможно, в юношестве, на каком-нибудь из званых вечеров. Пересеклись, поздоровались, и он запомнил его лицо. Дальше Ли переключился на другие документы, а там уже и приехал клиент. Вечером его ждал ужин у Санёна дома. Он бы, конечно, предпочёл поесть даже самый простой рамён, но сидя напротив Сэми, а не семейства Ли. — Джэхён, — обратился к нему полковник, отодвигая пустую тарелку, ожидая, что её тут же уберут или заново наполнят едой, — в среду меня пригласил на ужин мой начальник, не хочешь сходить со мной? Жена Санёна не была удивлена внезапному приглашению, видимо, уже привыкшая оставаться в таких ситуациях дома. — А что с Ёнджэ? — Джэхён был в курсе, что он часто брал брата с собой, чтобы лишний раз пристыдить и чтобы тот почаще попадался на глаза генералу. — Он болеет, а одному идти слишком скучно, — отпил вина из бокала, — он постоянно рассказывает одни и те же истории и задает одинаковые вопросы. — Слушай, было бы завтра, я бы поехал, но в среду… — Да что твоей Сэми будет, — Джэхён почувствовал, как напряглась его челюсть от такого небрежного отношения к его любимой, — там как раз должен прийти тот дурачок, его сын Ли Джуён, насладишься моим небольшим шоу унижения. Услышав имя «Джуён», в голове у Ли почему-то резко возникло лицо его недавнего клиента, но всего на долю секунды. Но и этой секунды хватило, чтобы он удивленно раскрыл глаза и рот. — Кто там будет? — Ли Джуён. Сын генерала Ли, который… — Который копал под тебя? — что-то сродни паззла начало собираться у младшего в голове, но будто не хватало последнего кусочка. — Да, и я его… — У тебя есть его фотография?