freedom from loneliness

утро обещало быть обычным. холодное одеяло и горячий кофе. минхо привык просыпаться в леденящем одиночестве и натягивать носки в надежде согреться. это чертовски тяжелое, но всё еще какое-то пустое одеяло прятало, но не закрывало от внешнего мира. это ненавистное одиночество вгрызалось в душу парня с самого утра и не отпускало даже во снах. кофе разлит на злополучное белое полотно, которое давно Ли нахрен не сдалось. -насрать - выдыхает последний с откровенной тревогой в голосе. сегодняшний день морозил особенно сильно. кровь в венах стыла и на удивление не от страха, а от реального холода. эмоции видимо включить Хо забыл, так что его похуистический вид отпугивал даже котов, что пытались липнуть к ногам хозяина. сегодня как обычно. универ; хенджин; тусовка; дом. жить в таком темпе минхо явно не предпочитал, но и отказаться от такого не мог. лучший и в прочем единственный друг - заядлый тусовщик. каждый раз старший пытался отсидеться в уголке, но каждый раз к нему же липли надухаренные девушки, что откровенно ничего не стесняясь садились на бедра и были готовы раздеть его прямо там. конечно, ведь каждый блять не откажется от проститутки, что сама тебе в ноги лезет. видимо им это в голову они сами вбили; иначе такое поведение объяснить было нельзя. при этом всем хван в такие моменты или был не рядом, или просто хлопал друга по плечу и настраивал на хороший секс, удаляясь в самый эпицентр . барные стойки были единственным укрытием, хотя лино и не особо то и пил -мне как обычно - эта фраза из уст Ли означала вовсе не какой-нибудь стакан водки или еще чего похуже; это давало бармену понять, что ему стоит протянуть что-то максимально мало-алкогольное; а еще чего лучше - обычной воды. -ты буквально не умеешь отдыхать - ворчал хенни каждый раз, когда Хо досрочно удалялся с этого мозгоебного (и не только) пропитанного ароматом какой-то травки и нефритовыми взглядами с запахом пьяных тел места. быть может, от части это было так. не то что бы не умеет - не хочет. нахер ему такой отдых не сдался. конечно, парень выглядел сексуально, может даже чуть больше чем это понятие; он выглядел устрашающе от части и властно. будто ты врежешься в него лбом случайно, а он возьмет и засосет тебя. да так, чтобы все соки из тебя выжить, всего на вкус испить. чтобы прям до звездочек в глазах, прям на месте и скончаться чтобы можно было, просить нормальный такой укол адреналином в сердце, потому что оно сука такого не выдерживает. и возможно минхо бы даже хотел быть таким. «отдыхать» с незнакомцем чтобы почувствовать вкус; прям как в песнях поют. но минхо оставался минхо. обычным парнем, который предпочитает сидеть дома и смотреть аниме. продолжает проклинать своего ебанутого друга за то, что тот выбирает другой образ жизни и вечно затаскивает его в неприятности. это утро было холодным и черствым уже только потому, что блять Ли опять не смог отказать этой смазливой улыбке, которая словно брала его на «слабо» о да, сегодня минхо снова пойдет на эту жалкую тусовку, где все что людям надо - это напиться, натрахаться и нанюхаться чего - то до усрачки, продолжая называть это отдыхом. где все что людям надо это опуститься до животного уровня и следовать инстинктивным позывам, что уже колют приятной дрожью внизу живота. где всё что людям надо это очнуться на утро полу-синими трупами и еле как дыша, бороться с головной болью. видимо у таких подростков… ох блять они же еще подростки сука, подростки, чья жизнь буквально на переломе ведь засунуть что-то кроме чужого члена себе под губу на таких мероприятиях не так сложно. у таких людей нахрен мозг отшибло, он просто не работает уже с вечной головной болью и пусть минхо не считал себя хорошим примером для подрастающего поколения - на таких вечеринках он ощущал себя ангелом. святым, что сошел с небес для успокоения хотя бы Хван Хенджина. слава богу тот не употреблял, ну или слишком хорошо выглядел для того кто употребляет. напивался он конечно знатно, но удерживал самоконтроль ровно до тех пор пока минхо не подставлял тому руки - мол, падай, я поймаю и до дома довезу. в любом случае сегодня Ли планировал взять у бармена что-то покрепче, чтобы его скорее скрутило и он быстрее с этого ада сбежал. он планировал заглянуть в янтарные глаза хвана и послать его нахуй. громко так, чтобы оглушить того потоком воздуха в лицо. чтобы тот аж протрезвел, хотя лучше бы опьянел, тогда точно с ног повалится. сделать блять хороший вечер себе и.. что и; да ничего, он не умел строить планы и крайне не хотел возвращаться в свою кровать где его ждет теперь грязное одеяло и одиночество. он хотел быть один всего лишь следуя привычке и может - лишись он её, обязательно бы сам был опьянен этим эфирным ароматом, мешающимся с чрезмерной пошлостью. быть может если бы одиночество его не сдерживало и не грызло бы так, то он бы давно уже сам трупом валялся и умолял бы дать ему еще насладится чужим телом. но к счастью или сожалению его разум слишком отвык от социума, а перспектива трахаться до потери памяти его не забавляла. быть может просто не было нужного человека, но тут уже встревала лень и решала что искать кого-то слишком сложно для Ли Минхо. « на один раз » он не хотел, а делится своей утренней, одинокой до мозга костей, рутиной он не желал. представить противно - на минхо сидит чужое тело и выцеловывает каждый сантиметр его грудной клетки. целует каждую мышцу и забавляет себя, обрисовывая языком узоры на шее, обдавая её приятным дыханием. и это всё только для того, чтобы разбудить его. только для «романтики» и потому что ему будет «хотеться» только представить страшно что блять когда-то он не проснется в обнимку с пустотой и не разольет кофе. что это не станет поводом в очередной раз сменить одеяло на более тяжелое и теплое, ведь наверное засыпая с человеком рядом оно и вовсе не нужно. страшно минхо расставаться с одиночеством , будто оно его партнером уже стало и судя по поведению Ли не только моральной поддержкой оно является, но и хорошим оппонентом для самоудовлетворения. по крайней мере не мешало. время шло; на часах было 7:56 утро раннее , но выходить было уже пора. от мнимых мыслей не хотелось сбегать, но и стоять истуканом дальше не особо славно. перспектива увидится и поговорить хоть с кем-то, улыбалась минхо куда больше чем прогулять пары и засесть дома отстирывать одеяло. джинсы. черные такие; с дырками на коленях. белый лонгслив. не вычурный, но дорогой. фирменный вроде какой-то; минхо и сам не знал - хенджин дарил. он любит делать дорогие подарки, но не любит роскошь. к слову сказать в универе его лицо готовы были прибить на доску почета уже за одну его красоту; ну а что, пусть украшает. в общем популярность, поклонницы, любовные записки и хах, почти разбитое сердце, ведь его друг (?) (по крайней мере хван надеялся хотя бы на такие взаимоотношения между им и любимым человеком) попросту игнорировал его в перспективе отношений и явно крошил все его мечты на мелкие кусочки, что сгнивали и откладывались в сердце пеплом. благодаря своему красивому дружку, Ли поднялся в свет еще на первом курсе, когда пару девушек, что были отвергнуты новоиспеченным «королем - хенджином» приползли к «принцу - минхо» и видимо были готовы вылизать его с головы до ног - лишь бы он им дал хоть что-то. они и пощечине радовались бы так, сносно довели того до высшей точки удовольствия одним лишь своим видом. каждый раз заходя с младшим в свое учебное заведение оба ловили на себе вспышки вовсе не скрытых камер. оба уже привыкли и даже порой позировали в шутку . когда настрой хороший был. но хороший настрой и очередной тусовочный день - явно понятия для минхо не совместимые. он просто желал уже наконец-то снова уснуть и почему-то это желание дополняло еще одно: не в одиночестве. не в этой сука пучине, в которую он проваливался даже сейчас, будучи в центре внимания многих. он был готов раскрыть глаза еще шире, еще блять сильнее страх в них показать, тем самым крикнув безмолвно. хотел сгореть, одновременно пожар в себе потушив. хотел блять свободы, но заполненной, хотел блять разделить эту свободу на двоих и хотел засыпать на горячем песке с чужими руками на талии, что наверняка бы заменили ему холодное одеяло. он мечтал об этом и боялсч это признавать. боялся признался что ну похуй ему на человека, поебать просто кто с ним рядом - лишь бы выслушал. лишь бы говорить с ним умел, лишь бы понимал. он знал - понять его нереально, но еще нереальнее в целом выслушать. он не целился ни на кого, но продолжал скулить, умирая изнутри и продолжая это скрывать от всех. в прочем, держась за чужой рукав рядом, становилось теплее. это человеческое дыхание чуть выше его головы раздавалось громким смехом от любого камня на дороге и это успокаивающе сглаживало раны Лино, что уже научился с ними жить и замещать людей своими проблемами. хо не было важно что джинни ему друг. он не думал ни о чем что касалось их близости и не думал о её уровне. он просто считывал данные с его движений. он запоминал повадки. наблюдал, словно кот, что попросит ласки, а потом снова оскалиться и надменно посмотрит на старшего. он был рад, что в его жизни был хенджин. ему было всё равно насколько близко они друг друга подпускали и насколько сильно друг друга бесили. главным было то, что хван - единственный кто знает минхо настолько, что уже запомнил в какую ему сторону посапывать, чтобы тот спокойнее себя чувствовал. выучил Ли без его помощи. прочитал того как раскрытую книгу, без спроса прочитал, без разрешения; но даже подзатыльник не получил. наворот же - чувства получил и разделение боли. эта боль вырывалась наружу и крыла потоком обоих. делить на двоих было не так сложно как держать в себе и Лино чувствовал облегчение, по началу даже не видя что теперь он делит эту ношу с другим человеком . сейчас они как всегда поднимаются на историю искусств, из аудитории которой выбегает тот самый второкурсник, что влюбил в себя Хенджина и прекрасно знал об этом. за ним следом плетется довольно темное и мешковатое пятно, которому старший даже завидует, которым хочется стать. пятно всё шагает и шагает, в конце концов останавливаясь вдалеке и снимая капюшон, оголяя для минхо шею и волосы - ведь со спины больше ничего не увидишь. тот бросает быстрый взгляд на «пятно» , отпечатывая его у себя в памяти как что-то необычайно теплое, родное и почему - то красивое, хотя толком его не видел. в это время хенджин фыркая поправляет шнурки на дорогой обуви и заходит в аудиторию. усаживается где-то в конце и тут же слышит приказ отсесть нахер от сюда, ведь он блять портит минхо и вообще ему всю пару до безумия мешает ему. если хван тут же не отсядет то ядерный взрыв случится, такой, что вообще все вымрут нахуй и во всем будет виноват он, ведь от Ли не отсел. закатив глаза парню всё же приходится смирится с этим указанием профессора и закатив глаза удалится на соседний ряд. он достает свой ноутбук. так по хозяйски и так стабильно. он делает это одинаково каждый раз, с одним и тем же выражением лица, с одним и тем же движением рукой по волосам после. и как всегда спустя пару секунд становится предметом для обсуждения всех кому не лень. минхо хочет подойти, но уже не может. его буквально выталкивает эта пучила людей, что пытается украсть хенни. наверно, если бы такое было с лино, то он бы задохнулся от количества лиц, окружающих его; поэтому отойдя назад он просто посылает хенджину телепатическую поддержку и с выдохом достает свои вещи из рюкзака. -извините, я у вас забыл вчера пенал, не находили? - слышится тихий голос в самом низу аудитории; возле доски стоит тот самый парень - пятно, что всегда вяжется за ликсом. никто и внимания на него не обращает, лишь минхо пялиться сидит. почему то он желает каждое сотрясение воздуха от чужого голоса уловить, всё услышать и увидеть сквозь этот черный балахон на парне. он хочет его взглядом выпилить, всего узнать, не понятно зачем даже, хочет и всё тут. наверно, такой взгляд не почувствовать нельзя. о таких взглядов уже руки на шею закинуть готовы и сладко имя чужое стонать. от таких взглядов некоторые сходят с ума, а некоторые посылают куда подальше. но парню-пятну так же всё равно на происходящее вокруг как и окщружающим на него. он удаляется так и не одарив минхо взглядом, в то время как последний чувствует что скоро задохнется от непонимания почему этот взгляд так ему нужен. хочется нахрен все пеналы этого мира отнять и ему к ногам положить, лишь бы не бегал так жалобно по кабинетам, не слонялся вот так в балахоне своем, а раскрылся. не всем, не надо всем, он не для всех; только минхо, только этому травмированному одиночеством парню, который давно так не жаждал чужих глаз на себе. монотонный голос ректора, который тоже решил заглянуть в аудиторию вырывал из мыслей. как бы Ли не хотел получать образование, в его голове сидели лишь те мельком увиденные черты лица и вибрации голоса. думать о них было так же не выносимо как о высоте. думая о подобном он терялся, проваливался и когда приходило время возвращаться реальность буквально мог задохнутся . ему не хватало этого незнакомого человека. не хватало его просто до ужасала, до потери рассудка и согласия на прыжок с парашютом. ли минхо не был из тех кто теряет себя из-за любви ведь в целом любил редко, но он был тем кто горячо и плотно привязывался к людям, тем самым просто затягивая на своей шее петлю и несмотря на отсутствие реальной связи между ним и этим человеческим мешком, дороги назад уже не было. всё что он мог - сдерживать эту петлю, пока второй не затянет её в плотный узел на шее лино. ***** тишина. оглушающая тишина. тишина одиночества, сквозь которую было слышно крики и мольбу о тепле. сидеть в этом гребанном кафе, на это пошатанном темно-коричневом стуле было не в радость, но возвращаться в свою каморку с облитым одеялом - было последним чего хотелось. Хо сидел один и ждал. ждал хвана, который обещал что «быстро забежит домой потому что с ноутом таскаться не хочет, а то его ждет та же учесть что и одеяло» в целом старший и не возражал так как понимал опасения своего друга - мажора; но вот сидеть и опять думать о хрен пойми ком было не в радость. в горле что-то застряло, в целях избавится от комка мыслей, что вставали поперек горла Ли решил заказать слабо-алкогольный мохито, но и это не помогло. -черт - выругался парень и развернулся к окну. на улице шли парочки, такие раздражающие, они смотрели друг на друга застывшими глазами, держались за эти противные руки , которые бог знает только где были, но их это не смущало. они продолжали пялиться нефритовыми взглядами и въедаться в кожу друг друга, будто проесть хотели, прям на улице расплавиться от страсти и искры между ними и валятся дохлыми, зато счастливыми. и минхо не то что бы противно было, он не находил это не приятным, он находил это безумно сильным поводом для зависти. таким блять что не выдерживал, его одиночество и раны от него ныли. пластыри может и помогли бы, но клеить их никто не желал. думать о чем - то серьезном, о чем - то из такого русла было невыносимо, поэтому минхо просто снова сбегал от себя и продолжал попивать коктейль выглядывая на улице знакомую фигуру джинни, изредка позванивая ему - мол, торопись давай ! - о ты пьешь? - спрашивает немного удивленно падающий на соседний точно такой-же расшатанный к чертям стул, хенджин - сегодня слишком захотелось - не похоже на тебя - парень поводит бровями и закатывая глаза, выдыхает - быстрей бы вечер хван по настоящему сильно ждал этой ночи. он правда хотел вновь напиться до упадка, вновь хоть в таком состоянии побыть рядом с ликсом, который в такое время отдавался эмоциям, а не разуму. отдавался блять хенджину, в руки сам падал и пусть, похуй что на утро он опять уйдет, при чем уйдет не позорно, уйдет как победитель, который провел ночь хорошо с тем, кто по нему сохнет. и хенни был готов унижаться ради этого. он был готов терпеть боль неполноценности их надменных встреч только ради того, чтобы хоть иногда иметь возможность в шею чужую дышать, чтобы этот аромат его одеколона втягивать; хоть изредка чтобы чувствовать его, хоть иногда. по нему было видно. было видно что он ждет и что он счастлив от этого ожидания. и было видно что он не просто хорошей ночи ждет, этот ебучий секс ему не сдался, он взгляда этого ждал, рук этих на себе, тела, что подчиняется ему и хоть иногда не посылает нахер. разрешает подойти, разрешает ощущать власть над ним. он хотел чувства почувствовать, хоть удавалось ощутить только свои, которые и так сдавливали глотку постоянно. и Минхо может быть бы понял младшего, может быть бы поддержал даже; но к сожалению начинал ощущать что сам в этом нуждается. он хотел, он стал зависим от вечеринок - другого занятия на вечер не было. все эти люди воздавали иллюзию заполненности и пусть старшего блевать тянуло от такого времяпрепровождения - он стал частью этой тусовочной жизни города; а жизнь эта стала его единственным спасениям от себя самого. в прочем показывать свое искреннее желание вернуться в это пропахшее потом, алкоголем и сладким привкусом пошлости место ему не хотелось. хенджин так то и е интересовался : хочет Ли идти с ним или нет; то что он идет - факт и джинни знал, что несмотря на все отнекивания - старшему больше некуда идти. - мне за тобой заехать, или ты сам сегодня? - сам, не хочу быть обузой, ведь если я захочу свалить раньше, то мне проще доехать самому. хенни в ответ посмеялся прикрывая рот рукой, обвел взглядом всех присутствующих в кафе и поймал на себе увлеченный взгляд. нехотя отвернувшись и вернувшись к разговору он закатил глаза и поджал губы. - меня можешь не ждать сегодня - что это так? - Минхо понимал почему, наверное, да даже не наверное а точно был уверен что Хван не упустит ночь с младшим Ли - поговорить с ним хочу - тихо, на выдохе, будто стараясь сказать так, чтобы старший не услышал, вымолвил джинни не то что бы минхо был в ступоре, но явно удивился. смелость или отчаяние (понять было трудно) бились из груди хенджина и трещина на его сердце бира в глаза. он давно должен был это сделать; так же давно он понимал это и так же давно он не могу. Ликси ускользал от старшего, избегал его и воспринимал свое имя из уст последнего только в контексте стонов. - ну в таком случае - удачи с этим. тебе нужно умопомрачительно выглядеть сегодня, пусть жалеет что раньше тебя игнорировал хван опять выдал легкий смешок и отвернулся в окно. если бы минхо умел читать мысли то был бы уверен, но так он только догадывался о чем думает парень. вероятно он представляет их диалог; надеется на лучшее и мечтает, именно мечтает блять чтобы феликс хотя бы не избегал его. - пройдемся по магазинам? - неожиданно даже для самого себя выпалил Ли и с надеждой посмотрел на младшего - повод есть, думаю, можно и потратиться сегодня! лино улыбался так чисто и по детски, что теперь хенни стоял в неудобном положении и не могу отказать; по крайней мере и не хотел. расчитавшись, они направились к ближайшему торговому центру и небольшая дрожь в груди, коленях и голове преследовала обоих. младшего - по причине предвкушения тяжелого разговора; а Хо - по непонятной ему самому, из-за предчувствия чего-то грандиозного, чего-то давно желанного и чего-то сильно теребящего сердце. 🩶🩶🩶🩶 хенджин распахнул дверь и жестом пригласил минхо войти. в его квартире всё пропахло американо и темным шоколадом. запах этот навсегда закрепился в голове как «его запах, запах хван хенджина» и уже не выйдет из головы никогда. занавески были распахнуты и в комнату приятно проникал вечерний свет. камми, что недолюбливал Ли немного порыча, принялся тереться о хозяйкие ноги, что делал очень редко. махая хвостом он будто зазывал домой даже «нежеланного» гостя и счастливо гавкал от теплых касаний. парни зашли к младшему чтобы собраться. Хо в целом не много знал о вечеринках, он никогда не выряжался туда считая это недостойным поводом. он никогда не хотел выглядеть там привлекательно. что сейчас поменялось он не знал: может он стал заядлым тусовщиком, а может просто захотел что-то почувствовать кроме этого горького алкоголя от бармена. в любом случае сегодня он был готов даже обратиться за советом к другу и пусть тот его уже знатно постебал по пути в квартиру - он был рад. что был рад, что это его волнение разделяют. что блять в это потное и скупое на честность место он идет не один и был счастлив, что минхо рядом. как бы они не подкалывали друг друга - они в друг друге нуждались. не было ничего позорного обратиться за чем - то важным, хоть и говорить на волнующие темы не особо привыкли. есть такой прием как телепатия и или они на него сильно надеялись, или и правда использовали; но они точно друг друга насквозь чувствовали. пропитывались мыслями. они знали всё, что второй хотел в голове своей скрыть, зарыться и потонуть один в этой пучине. в такие моменты они не спрашивали что-то вроде «-ты как?» они просто молча сидели и эта молчаливая терапия помогала. эта тишина не была болезненной, она не ранила, не заставляла пытать себя мыслями. эта тишина заставляла чувствовать и ценить; благодаря ей один у второоо проблемы забирал и выбрасывал, словно мусор никчемный. забирал и не хотел в них копаться, чтобы больно не сделать. крал блять, нагло крал, крал и делал лучше. - кофе будешь? - спросил хенни, разрушая ту самую тишину -не, утром напился - отмахиваясь проговорил старший. вспоминать начало дня не хотелось, но желание получить кофе оказалось еще меньше. выпить кофе в доме хвана = пропахнуть хенджином с самых пят до макушки; да пропахнуть так, будто последний его вылизывал и в этом кофе купал; будто это кофе вколол в него, с размаху, в сердце, в душу; кофеином заправил и шоколадом присыпал - настоящий десерт в лице Ли Минхо бы получился. - ну в таком случае я на кухне - развернулся спиной джинни - переодевайся пока что. парень окончательно удалился и напоследок протянул плотно набитый пакет с приобретенными вещами в чужие руки. коричневый пакет приятно шуршал и пах новизной. почему-то новые вещи доставляли Хо особое удовольствие и радость от покупок была везучего сильна. спустя мгновение эта неприметная упаковка валялась на полу, а на руках минхо лежала стопка из джинс, кожанки и футболки без рукавов с «ви»-образным вырезом. эти вещи слишком уж были стереотипны дня Ли. наверно, половина универа его только и могла представить в таких вещах. и пусть сам лино никогда такое не носил - сегодня он собирался поехать на своем мотоцикле и такому транспорту надо было соответствовать. черные джинсы не сильно отличались от тех, что уже были на парне. единственное, это количество дыр. оно было заметно больше. одна на левом бедре, по одной на каждой коленке, одна на правом бедре немного сбоку. Минхо еще раз оценивающе осмотрел покупку и выдохнул. «не слишком ли это?» но вспоминая слова хвана о том, что если учитывать насколько атмосфера в клубах «голая» то это казалось даже закрытой одеждой. блять он как гребанная монашка. и тут в голову залез тот парень в черном худди из универа. - ладно; - минхо вслух продемонстрировал свое смирение - наверное это самое сбалансированное, что я могу надеть. оставаясь в одних боксерах он еще раз осмотрел штаны и с тихим бурчанием натянул их на себя, пытаясь немного и ненавязчиво вытянуть красную резинку, что сковывала его талию красивой и гордой надписью “calvin klein” футболку и кожанку постигла та же учесть. свободный верх хорошо сочетался с обтягивающими джинсами. последние так хорошо облегали бедра минхо, что ему самому на секунду захотелось разложить себя на столе или наоборот быть разложенным собой и выбить из всю память. честно, он восхитился собой и продолжал бы это делать в тишине, если бы ему не помешал младший, что в приливе энергии чуть ли не с ноги зашел. - воу - только и вырвалось с его уст - были бы мы не знакомы я бы попросил тебя… - даже не думай о таком со мной, мерзкий ты - ну слушай, ты первый, кто выглядит как тот, под кого бы я спокойно лег - почесывая затылок, по которому потом получил нормальный такой шлепок закончил хенни. минхо глубоко вздохнул и подошел в упор к чужому лицу; беря подбородок в пальцы и осматривая шею на наличие синяков удостоверился, что к счастью он единственный кто позволяет себе хоть иногда ударить друга; и опустил его голову вниз, тыкая себе на грудь - тут явно не хватает чего-то - ты про мои руки? - вновь съязвил хван, приложил ладони к чужой накаченной грудной клетке и в этот раз получил по щеке. - украшения блять, они только у тебя водятся, мне на такое денег пока не хватает - немного смущенно закатил глаза Хо; на самом деле к таким подколам у него уже иммунитет был, но вот к касаниям - нет спустя пару ловких движений руками и задумчивых взглядов, хенджин всё же определился с выбором украшений и без разрешения старшего нацепил их на тело. теперь на среднем пальце правой руки красовалось кольцо, а шею обвивала серебристая подвеска с небольшим кольцом внизу. - слушай, тебе на стилиста надо было идти, а не на живописи со мной просиживать - восторженно выдохнул Ли, что был полностью удовлетворен своим внешним видом. и всё же в голове отдаленно мелькала мысль про то, что рук, правда не хенджина, на груди серьезно не хватало. они бы чертовски красиво и к месту устроились бы на мощной шее, прекрасно бы душили её до потери пульса и аккуратно бы поглаживали плечи, которые изредка передергивало. младший лишь в ответ гордо улыбнулся и развел руками. **** время расходится пришло быстро. старшему еще следовало дойти до дома и наконец-то вновь расчехлить свой байк, который уже застоялся в гараже за долгую зиму. был уже май, солнце порой до безумия сильно шпарило и его железный конь явно долго ждал своего часа. но кататься было ни то что бы некуда, это было буквально блять не нужно. универ в двух шагах , и это кстати не радовало. кофейни, дом единственного друга и всё такое в шаговой доступности, а тусовки обычно проходили в тухлом припляжном баре, который был настолько близок, что «отжигать» минхо мог и из дома. в этот же раз пришлось выбраться подальше. новое место встречи было буквально на другом конце города, так что ехать туда пришлось бы в любом случае. единственное перед парнем стоял выбор - отказаться от алкоголя и выбрать желанный мотоцикл -заказать такси ехать домой с воняющим мужиком в середине ночи он не сильно желал, так что сегодня он не пьет. в целом это ограничением для лино и не было. ——— парень был не из тех у кого отнимали свободу; он не был закрыт и не нуждался в «вздохе полной грудью» но стоило ему положить руки на руль - как свою свободу он начинал чувствовать в два раза сильнее. делать вдохи ему и не нужно было, воздух сам в легкие залетал. все же это чувство сводило с ума. кожаные перчатки немного сдавливали палец, который обвивало кольцо, но это придавало свой шарм и не доставляло боли. мотор заведен, скорость набирается. волосы на ветру летят в разные стороны и ни о какой укладке теперь речи идти точно не могло. легкий макияж, заботливо сделанный хваном, теперь видимо точно был окончательно стерт; минхо начинал чувствовать хоть что-то каждый раз как садился за руль. каждый раз как его ноги сжимали этого железного коня. он улыбался, невольно растягивал рот до ушей и руки порой отпустить хотелось. хотелось вообще ни о чем не думать. ветер в лицо выбивал все адекватные мысли, а неадекватных не было. в такие моменты его другом становилось не чертово одиночество, а эта свобода. это ощущение нужности и пусть пока что только самому себе. это ощущение блять это чувство сводило с ума лучше чем аромат сигар, лучше чем травка какая-нибудь. и это было чертовски круто. это было приятно до умопомрачения и это заставляло быть счастливым хотя-бы на несколько минут поездки. но вот ветер становиться слабее. руки уже реально готовы отпустить руль, а ноги готовятся слазить. тело приходится поднять и заплатить за парковку. приходится вновь погрузится в себя и забыться больше не получается. - долго ты - показушно закатил глаза хван, что уже был на месте. к прибытию минхо тот успел уже довольно прилично выпить и набираться смелости, но феликса на горизонте еще не приметил, так что старшего дождался самовольно. - наслаждался - выдохнул ли опуская голову. он взъерошил свои же волосы и погладил бедра. волнение. оно расползалось по телу и въедалось в кровь. оно не сводило с ума или еще чего, но оно явно ощущалось; оно щекотало, давило, легонько душило, продолжая мило заигрывать. Хо не хотел стоять истуканом на улице, где музыка была раза в два громче. попрощавшись с Хенни и пожелав ему удачи в важном разговоре он позволил себе упасть возле барной стойки и заказать безалкогольного пива; будучи одаренным негромким смешком бармена он всё же получил свой напиток и довольно отпил половину залпом. мужчина за стойкой уже не смотрел на него и казалось уже успел забыть; это радовало. по людям вокруг чувствовалось - всё только началось. алкоголь еще пах приятно и только слегка убаюкивал. он разливался по крови приятным ароматом, не смотря на то, что на банке всё еще виднелась надпись 0.0 минхо даже глаза потер чтобы удостовериться в этом. музыка не сильно била в уши, но чужие крики раздражали. людей становилось всё больше. они плыли нескончаемым потоком, но за стойкой Ли оставался буквально один. смешки, обсуждения, компании; девушки и парни как казалось на любой вкус и цвет. с любыми намерениями и фетишами; каждый делал что хотел и каждый называл свое желание отдыхом. несколько пар уже начало вводить в воздух пошлый аромат, но тот всё еще не хотел расползаться далеко. и тут сильный удар. музыка удвоила свою силу, а запах алкоголя стал восприниматься как дешевый спирт. он больше не пьянил приятно, он блять бил в бошку словно дуло пистолета, подставленное прямо к виску. и тут резко всё замерло. неожиданный поток воздуха ударил прямо в лицо, а рядом приземлилось чужое тело. тело, что было одето в черный балахон, такой уже привычный, такой родной, что к нему прильнуть моментально захотелось. минхо разучился думать после такого. парень, что уселся рядом медленно снял капюшон и немного тряся головой разлохматил волосы; - мне без алкоголя - вымолвил он; бармен снова сдержал тихий смешок в то время как незнакомец вновь принялся поправлять свою прическу. поворот налево, направо.. взгляды встретились. сейчас память вышибло нахер. теперь как Ли казалось он и слова связать бы не смог. в этих глазах сияли галактики. в них хотелось не то что бы утонуть; в них хотелось погрузится с головой. и минхо не мог ни о чем думать; этот парень одним своим взглядом заполнил все его мысли и думать о проблемах теперь не получалось. это было не нужно; парено создавал своими глазами эффект свободы, тот эффект, что старший получал при езде на мотоцикле; тот, что вышибал всё плохое из головы и заставлял дышать, заставлял жить моментом и уже только эта чужая способность притягивала. теперь эти чертовы джинсы с дыркой на пол бедра казались очень кстати и очень уж Лино стал жаждать почувствовать эти глаза прям на своих ляшках. он знает этот нос, знает этот гребенный кадык, что по форме походил на сердце, знает он эти губы, что вечно поджимаются; но глаза, эти глаза сводили с ума и Хо был уже готов упасть мертвым на пол и умолять чтобы хоть в таком положении парень рядом посмотрел на него. при всех этих мыслях он гордо держал лицо и продолжал одаривать незнакомца снисходительным взглядом; при это он молил его мысленно, желал чтобы тот посмотрел на него так, чтобы свести последнего с ума. посмотрел как те, кто по универу за ним с камерами бегают; чтобы во взгляде жажду показал, чтобы блять докаснулся до него галактиками своими и чтобы память терять заставил, заставил чтобы потерять рассудок, с ума сойти и позволил из него тоже всё выбить. и что бы не вспоминать о проблемах своих. не думать чтобы о возвращении домой и моментом дышать. ох и зачем лино смотрит. зачем продолжает тонуть в чужом взгляде и даже не замечает что человек рядом совершенно не против. блять и зачем он опускает свои вновь ожившие глаза ниже. зачем он смотрит на эти красные и все искусанные губы; для чего он хочет в них впиться, да так чтобы всего вылизать и все соки выбить. он не понимает своих желаний, но не противится им. эти желания помогали отвлечься и это радовало. этот шарм какой-то недосягаемости. хотелось раскрошить эти ранки на чужих губах; чтобы защитить и блять испробовать человека напротив на вкус. зачем он вдруг облизывается и по верхней губе большим пальцем проводит, вызывая чужой смешок. зачем, зачем , зачем, чего добиться хочет? почему он так же хитро усмехается, почему так жадно блять и совершенно не по-дружески смотрит. почему этот вечер оборачивается в нечто большее для обоих, почему блять почему? он не видит ничего кроме этого лица, не чувствует он блять притяжения земного. хуйня всё это, всё хуйня кроме парня напротив. и главное минхо пугает; пугает его непонимание; он не осознает что делать то вообще. не понимает как одним взглядом из него весь рассудок выбило и не знает что теперь делать. он рад, рад не думать о возвращении домой, рад не панички ловить, а задыхаться от чужих взглядов, но парень проникал слишком глубоко в сердце; он туда заползал, будто ждал этого долго так и это невольно отталкивало. это заставляло бояться и переживать о последствиях их «знакомства» но минхо оставался похуистом и раз одиночество наконец-то утихомирилось - он решил что проще не думать о нем. - джисон - наконец-то отпуская руки с волос выдыхает знакомый голос. и почему он сука смотрит в точности как минхо. почему послать его не может, зачем еще и мысли читает, зачем знакомится; - джисон.. - хан джисон - вновь повторяет парень и уже точно закрепляется в голове. что бы не произошло дальше - он уже в памяти. он уже клякса в жизни Ли, да такая, что кажется самой сука красивой кляксой. клякса, что расплывается с каждой секундой и занимает пустоту внутри. - хан джисон - проговаривает старший пробуя чужое имя на вкус. представляться он и не думал; ему не важно это было. всё что ему нужно - это этот чертов хан джисон; делая крупный глоток безалкогольного пива Джи возвращает свой взгляд на лицо Хо - у тебя такое же? - спрашивает он и зачем то отпивает из чужой железной банки. что блять происходит; почему он только что взял и устроил им непрямой поцелуй. почему его губы налились от этого еще более алым цветом и стали для минхо еще более привлекательными. почему с каждой минутой держать всё в себе становиться сложнее и почему чужой взгляд так приятно скользит по телу. почему хан заглядывает в этот глубокий вырез. почему продолжает губы свои облизывать и так невинно при этом переодически возвращать взгляд назад на лицо. почему он его изучает, так пристально смотрит; так голодно. и это заставляет дышать полной грудью и задыхаться одновременно; это заставляет чувствовать комфорт, который в этом месте никогда и не пахло. это заставляет слать собственный рассудок нахуй и выбирать сегодня Джисона, а не привычное одиночество. а оно обижается, оно разрастается и ко взрыву готовится; и Минхо чувствует это; чувствует неприятный скрежет внутри, что не давал до конца моменты чувствовать, что каждый раз на шее цепью лежал. но сегодня на эту цепь поебать стало. Хо оставался приковал к своим назойливым и неприятным мыслям, но Хан был здесь. он был в шаговой доступности и для него и с цепи срываться не надо было. не надо было от одиночества сбегать ведь оно незаметным становилось. оно боялось младшего; пряталось от его присутствия и ждало своего часа. но главный вопрос мучает Ли с новой силой каждую гребанную секунду «откуда он такой знакомый уже взялся» - ты ведь на четвертом курсе, верно? про тебя и друга твоего легенды гуляют; говорят мол хорош ты; во всем хорош - он продолжает что-то уверенно и почему-то немного нагло говорить - видимо, не врут. - а вот джисон врет. нагло врет про то что Хо лишь из этих «легенд» знает. обманывает он старшего о том что встреча случайна, а тот и ведется. в судьбу что ли верит, не понятно; младший и сам не понимал что происходит. не знал почему всё так удачно складывается, но он был счастлив что «добился» а Хо изнутри умирал с каждой секундой и к сожалению не из-за последнего. если бы Ли Минхо сейчас видел себя со стороны то блять замер бы. замер бы как в тот раз перед зеркалом в доме друга, снова бы залип; но сейчас ему хотелось залипать только на джисоно, делая при этом максимально похуистичесвкое, максимально обычные лицо и даже не думать о том, как он выглядит сам. и вот этот долгожданный взгляд на ляшках. вот он в эти дыры залезает на коленях и будто пользуясь ими под одеждой елозит. изучает изнутри, ничего не стесняясь. Хо не хочет отвечать. он видит - хан знает; он притворяется что мол неуверен, но нет, уверен он блять, а еще минхо уверен что это черное худди - знаменито. что под ним скрывается не мальчик-пятно; а невероятной красоты парень, что одни взглядом раздевает и успокаивает. заставляет уже слегка простановать его имя в голове и желать впиться в него, позабыв про все проблемы на свете; небольшой звон. Лино ставит локоть на стойку и упирается подбородком в тыльную сторону правой ладони, на которой все так же красуется кольцо. он слегка поводит им, фиксируя там чужой взгляд и потом резко приближаясь, пытается использовать какой-нибудь умопомрачающий приемчик. давно минхо так ничего не желал. давно он не сидел так и не смотрел на кого-то; попытки его провалились. ничего не выходило; перед глазами всё плыло, пьяная от чувств улыбка не слезала с лица, а поток эмоций заставлял уши краснеть. и всё равно это на Хана работало. да при чем безотказно быстро; - не молчи когда так пялишься - протянул Джи и принялся убирать волосы с лица Хо, что заставило последнего отпрянуть; смешок. - говори хоть что-то, а иначе твоим губам придется распухнуть. и черт; да, минхо хочет чтобы его губы лопнули, красными стали, искусанными, чтобы язык заплетаться и не от алкоголя, не от запаха пошлости, а от её ощущения. хочет он чтобы его не «угрозами» морили, а действовали, но в ответ получает тишину. - полегче, минхо - уже в открытую смущается от своих предыдущих слов джисон и снимает очки очевидно с футболки, что пряталась под худди; тщательно протирая их, он на секунду прикрывает свои галактики, но через пару секунд возвращает их в поле видимости старшего. и черт, теперь тот думает что у него реальный фетиш на парней в очках. и такой блять что джисона прям здесь, прям на стойке этой гребанной разложить хочется. чтобы тот еще раз на бедра его взглянул, чтобы каждую часть минхо рассмотрел и выдал свой довольный вердикт, чтобы снова выпалил глупый, но до усрачки приятный и желанный флирт. и ноющая боль, что годами в минхо уже жила резко утихает. она всё еще ноет, но так фоново, что её игнорировать хочется и наконец-то поддаваясь этому желанию Хо тяжело выдыхает пытаясь не словить очередной приступ паники в не подходящий момент. хочется Хана своим сделать; очень хочется. и старший больше хочет об этом думать, поэтому проблемы свои наконец-то к чертям посылает, успокаивает траблы вечные, неплотно заклеивая их единым пластырем - хотя бы сегодня пусть не мешают. лицо и тему держать пока что получается и с каждой секундой всё лучше это выходит поэтому игнорируя предыдущие реплики младшего он устремляется глазами прямо в чужие и начинает разговор на легкие и непринужденные темы. болтает ногой, обсуждая мангу и мотоциклы. сидит так с ликом кошачьим, с ухмылкой, но уже нежной, подобревший. легкость и крылья обретает будто; он чувствует что джисон ему рад. чувствует что он здесь. что он с первых секунд не поступал спонтанно, ощущает что у второго всё продуманно до мелочей было и понимает что если Хо двигало лишь предчувствие, то Джисон заставил это предчувствие появится. музыка всё так же била в уши и спустя минут 40 нормального такого обсуждения компьютерной игры, с вечными провокационными вопросами минхо вдруг решает заканчивать; хотя скорее только начинать - сонни - мычит он, вызывая мурашки и у второго и у себя самого. ласковое прозвище в первые минуты знакомства? воу, хен, реально полегче - хотел бы сказать хан, но он не мог. он слишком этого блять хотел, хотел слышать свое имя, что теперь вылетало с бархатистых губ. хотел он этой ласки в голосе услышать; он много чего хотел, но теперь ощущал будто уже всё возможное получил. - давай сбежим - произносит минхо, окончательно убивая младшего. у этого парня скоро крыша поедет от второго. да, Хан Джисон нагло спланировал всё до мелочей. да, он блять даже свою недо-социофобию поборол и впервые на приглашение от ликса согласился. весь день в институте ошивался рядом со старшим, чтобы удостовериться в том что он на вечеринку придет. но в его план никак не входило пялится на чужие ляшки, без возможности взгляд оторвать и даже больше сказать - не собирался он знакомиться с минхо и уж точно не собирался с ним «сбегать» надеятся на разговор минхо с точки зрения Джисона было глупо и нагло. но если учитывать чужой еще более наглый взгляд - было страшно только то, что еще минута в этом опьяненном до невозможности баре и на столе вместо напитков окажется он сам. и в целом, перспектива оказаться под минхо его только забавила и уже мысленно удовлетворяла, но люди вокруг продолжали пугать, поэтому уйти наконец-то от сюда далеко-далеко Хан Джисону очень хотелось. *** тишина; приятная такая. паковка находилась на приличном расстоянии от к счастью закрытого помещения клуба. музыка была слишком приглушенной, а чужой взгляд все так же нежен и прекрасен. обещание не пить сегодня Ли сдержал, но вот обещание не пьянеть - нет. быть может, если бы его гаишники осмелились бы остановить и приложить к его губам алкотестер с указанием дунуть - его бы в щепки разорвало; на столько Ли Минхо позволил себе опьянеть от чужих глаз . но за руль садится и приглашает младшего на заднее упасть. тот послушно и предельно осторожно выполняет безмолвное указание и без приглашения обхватывает своими руками торс Хо. последний пытается сдержать счастливую лыбу и нацепить на её место крушащую все в щепки, немного заигрывающую улыбку, но получается плохо. невольно отдаваясь в чужие руки, что сомкнулись с особой теплотой он заводит мотор, всё еще пытаясь не завестись сам. ладно, сейчас лино мог и хотел взять все свои слова обратно. он хочет, он мечтает просыпаться без одеяла, не с одиночеством а с человеком. он этого жаждет до безумия. боится - да; но если этот человек - джисон, что сейчас так тепло обнимает его со спины, держась чтобы нахрен не свалится, то он согласен. согласен на всё. и наверное это тот воображаемый пластырь на ранах помогал. наверное это он так пьяно действовал на чужие мысли и наверное ни к чему хорошему не вел - ведь минхо врал себе. джисон не выглядит как скучный и до жути хрупкий романтик. он выглядел так, что минхо был не прочь и под ним оказаться. он внушал собой неописуемое тепло, которое порой вырывалось сильным потоком и шпарило уже именно сексуальностью, что только и перла из него. его пальцы были все в украшениях. об этот метал хотелось обжечься, хотелось показать младшему как же клево Ли может эти пальцы заставить испытывать смену температур, от его горячего языка и железа. как же хотелось сейчас остановить этот мотоцикл и джисоном завладеть, ну или наоборот ему отдаться. и да, Ли всё еще считал себя не из тех, кто ведутся на инстинкты и быстро принимает решения. конечно если это решение не Хан Джисон. видимо для него сердце Ли Минхо решает сделать исключение. ну или сегодня его сердце решает обмануть само себя.