Большой Новый Мир: Записи Алисии

«Глубокая ночь. Библиотека Протекториата уже давно закрыта для простых читателей, но двери древнего дворца все еще ожидают редких гостей. Девушка спешно поднималась по лестнице, приподняв подол длинной юбки. Услышав шум и резко оглянувшись, она увидела на другой лестнице рыжеволосого парня лет двадцати, перепрыгивающего ступеньки, а следом и бегущую за ним блондинку четырнадцати лет. Недовольно взглянув на них, она ускорилась и отворила двери, забегая внутрь. — Завалы в библиотеке. Прошу простить. Следом за этим послышался тихий стук в дверь. В помещение заглянула рыжая голова, а следом ввалился и сам юноша с недовольной компаньоншей. — Не сильно опоздал? — слегка посмеиваясь, спросил он, неловко улыбаясь всем присутствующим, и быстро прошел к своему месту. — Ах, Эфир, или же… Как там, простите? Ваше Высочество принц Эдмунд? — громко раздалось из угла зала, где стояла Нана Лазура. Она бросила на юношу недовольный взгляд и сразу отвернулась, — Коль выбрали себе столь почтенный образ — прошу, извольте соответствовать. — И я слышу это от садовницы, — ехидно отвечал ей опоздавший принц. Будучи Айро Сеньором, Эдмунд имел довольно сложный, непонятный характер, а так же был чрезмерно саркастичным и язвительным, что, конечно, обычно не шло ему на пользу. — Ты правда считаешь, что это смешно? — с серьезным выражением лица спросила Джеан, подняв голову со стола и уставившись на недавно вошедшего, — Высмеивание чужого призвания не делает тебя умнее и смешнее... Как я считаю. Мы должны с уважением относиться друг к другу, к нашим характерам, делу всей жизни и интересам, или же у нас не получится конструктивной беседы, в итоге мы уйдем ни с чем. Джеан искренне улыбнулась. Для нее были свойственными длинные речи про доброту душевную, командную работу, и, конечно же, Божество — большая часть собрания обычно попросту игнорировала их. Возможно, это даже к лучшему… Тем временем из-под стола послышалось тихое сопение, услышав которое, Джеан наклонилась вниз и легонько потрясла лежащую там девочку за плечо. — Я не сплю. Осуждение ведет к гниению общества, подрывает счастье и благополучие человечес... — тихо бормотала Радио, но так и не закончила. — Вы хотите обсуждать это сейчас на полном серьезе, так? — резко вставил Сеньор ветра, закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку кресла, — У нас есть дела поважнее и не так уж много времени, раз мы с Жозеф, — парень покосился на опоздавшую вместе с ним и усмехнулся, — Отняли у вас столько времени! — Не говори так, будто я опоздала больше всех. Я хотя бы торопилась и старалась успеть в срок, а ты... Пока в стенах Протекториата назревала очередная ссора хранителей стихий, Май и Моро Гамлен что-то тихо обсуждали между собой, а Пьер Парво и "юный господин" Лин заинтересованно наблюдали происходящую на их глазах распрю. Глубоко вздохнув и дослушав что-то, что ему говорила Май, Моро медленно встал с сидения и окинул взглядом всех присутствующих. — Почему бы всем вам на какое-то время не замолчать? — тихо сказал он, моментально заставив всех до единого Сеньоров и их Пьеров замолчать, — Спасибо. Май, мы внимательно тебя слушаем. — Благодарю, — тихо ответила Май — Као Сеньор и Мастерица Протектория — и ненадолго замолчала. В зале воцарилась практически гробовая тишина, которую вскоре нарушил ее голос, — Божество нас покинуло. Следующие несколько секунд в зале происходило что-то, что, наверное, можно было бы назвать осознанием — Сеньоры и Пьеры по-прежнему молчали, осмысливая услышанное. Жозеф лишь поморщилась и тут же записала что-то в свою маленькую книжку. Первой отреагировала Джеан. — Куда? — тяжело дыша, спросила Гемма Сеньор. Осознав некорректность вопроса, Лин продолжил за нее. — Что с ним стало? Остальные присутствующие по-прежнему молчали, удивленно уставившись на говорящих. Моро, по-прежнему стоящий перед столом, решил наконец-то прояснить все, дабы избежать путаницы. — Он ушел, но.. он не мертв. Куда — мы, честно, понятия не имеем, — лаконично объяснил мужчина и сел на свое место в предвкушении сложного разговора. Все, что он должен был сказать, он уже сказал, и больше от него ничего и не требовалось, но все еще ожидалась бурная реакция остальных. — Как так.. и даже не сказал. Меня-то хотя бы мог предупредить… — слегка обиженно пробубнила Джеан, вновь одернув спящую Радио и прошептав ей на ухо новость. Девушка тут же широко раскрыла глаза, приподнялась и стала увлеченно слушать, о чем говорят остальные в зале. Тут же Джеан продолжила, — И что же теперь нам делать? Вновь неловкое молчание. — А что, собственно, поменялось? — послышался вопрос от Лина, молча сидящего все это время. Он говорил подозрительно спокойно, а в голосе его почему-то чувствовалась едва слышная насмешка над всеми присутствующими, — Он ушел, а мы остались. Все, что он делал, так это раздавал нам приказы, как и что делать, но теперь, когда этот старый недоумок ушел… — Молчи, — бросил Моро, спешно оглядевшись по сторонам. Протекториат пока что не снесло молнией, не затопило Всемирным Потопом и не развалило землетрясением, а вселенная по какой-то причине не разорвалась в ту же секунду, значит, им все-таки удалось избежать гнева божия. Видать, не слышит, — Я не советовал бы вам давать себе волю в высказываниях. Остальные лишь молча согласились с Гамленом. В то время, как начиналось обсуждение случившегося, принц Эдмунд перевел взгляд на открытое окно под потолком — пара сверкающих ярких глаз заинтересованно осматривали зал. Принадлежали они непонятно откуда взявшейся рыжей птице с черными глазами и кольцом на лапке. Увидев, что ее заметили, она вспорхнула и полетела вниз, приземлившись и усевшись на спинке кресла Сеньора. — Опасные разговоры у вас тут, — негромко подметила она, наклонившись к уху парня, а он поднес к уху ладонь, показывая пернатой подруге, что внимательно слушает, — На деле, будь я на вашем месте, я бы уже давно избавилась от этого молодого человека… Да, я про синего. Уж больно много и нехорошо говорит. — Нехорошо, а что поделать? — отвечал ей принц, продолжив наблюдать за остальными, у которых, вероятно, назревал очередной конфликт, — В принципе, ты можешь делать с ними все, что захочешь. да даже от моего имени! Сможешь их успокоить — вперед, птичка, но мне интересно посмотреть, что они, не способные даже предложить что-либо сейчас, будут делать дальше. Дослушав, птица отвернулась и посмотрела куда-то в сторону, словно и вовсе не слушала Сеньора все это время. Ничем хорошим эта встреча никак бы не закончилась — это было ясно. Спрыгнув со спинки сиденья, птица спорхнула на пол за кресло, ворча что-то себе под нос. Золотое кольцо на лапке заискрилось, а за спинкой кресла, облокотившись на него, теперь сидела девушка с огненными волосами, в зеленом платье с корсетом и все тем же сверкающим кольцом на безымянном пальце левой руки. Она поднялась на ноги, облокотилась на кресло принца и продолжила наблюдать за разговором остальных. — Как скоро они заметят, как думаешь? — негромко поинтересовалась девушка, запустив пальцы в кудри принца Эдмунда и потрепав его по голове. — Я думаю, что им сейчас не до вас, голубки, — резко встревая в диалог недовольно ответила Кара, помощница принца, что все это время молча сидела рядом. Она негромко рассмеялась, наблюдая за действиями этих двоих, и продолжила слушать. Вскоре обсуждение подошло к концу. Медленно подкралась заря, и утро наконец сменяло темную летнюю ночь. Сеньоры так ни к чему и не пришли, но неотложные дела заставили каждого из них покинуть древний дворец, оставив рыжеволосых юношу и девушку вдвоем. — Знаешь, — тихо начал принц, устремив свой взор на бескрайнее маковое поле перед дворцом, — Я даже рад, что ты пришла сегодня. — Можешь не притворяться, Сефик, — Илеана усмехнулась, положив руку на его плечо. Тот мягко улыбнулся, услышав старое прозвище, и перевел взгляд на птицу в зеленом. На рассвете. лицо ее было освещено зарей, рыжие кудри словно светились, а глубокие изумрудные глаза смотрели на него с такой нежностью, с какой на него не смотрел никто ранее. Это была первая и последняя теплая весна. Птицы объявляли о начале счастливого времени, которое, казалось, на самом деле длилось уже вечность. Природа вечна, вечен май. А эту ночь я запомнила навек.» Поставив точку в конце, Алисия откинулась на спинку кресла. Закинув ногу на ногу, она обернулась на зашедшего в зал мужчину. Девушка одарила его улыбкой и жестом подозвала к себе. — Я уже закончила, Энем, — Алисия неаккуратно собрала все рукописи вместе и вручила их вошедшему, — Хочешь почитать? — Не очень, — коротко ответил тот.