Кемпинг

Господин с веером: по непроверенным данным объект 1 провёл ночь в палатке объекта 2 /отправлено в 10:10/ Лотос на спокойных водах озера: Господин с веером, Объект 1?.. Объект 2?.. А! О! Неужели у А-Сяня наконец что-то… подожди, а почему он не с А-Чэном?! /отправлено в 10:15/ Господин с веером: так они ещё в автобусе поругались /отправлено в 10:16/ Лотос на спокойных водах озера: Господин с веером, почему?!! Почему никто из них не написал мне?! /отправлено в 10:17/ Лотос на спокойных водах озера: Господин с веером, хотя… ладно, не стану писать им сама. /отправлено в 10:19/ Господин с веером: лотосовая госпожа всегда так мудра! /отправлено в 10:22/ Павлин: что это за чат?! /отправлено в 10:35/ *** В течение дня Вэй Ин старался избегать Лань Ванцзи и Цзян Чэна. Впрочем, это было не особенно трудно — в череде занятий, которые для них приготовил Лань Сичэнь, можно было затеряться среди студентов и только искоса поглядывать на безупречное бело-голубое ханьфу Лань Ванцзи. Вэй Ин давно отмечал, что эти одежды больше всего шли только двоим из всей их группы — Лань Ванцзи, конечно, и, как ни странно, Не Хуайсану. Даже сам Лань Сичэнь не носил ханьфу с таким же естественным достоинством. Что до самого Вэй Ина, так он постоянно путался в подоле и спотыкался. Особенно если обнаруживал, что Лань Ванцзи почему-то смотрит в его направлении. Утренний диалог Ванцзи и Цзян Чэна весь день не выходил у Вэй Ина из головы. С одной стороны, неожиданно тёплые слова в его адрес врезались в память так, что невозможно было перестать о них думать, с другой же… Вэй Ин мог льстить себе сколько угодно, но Цзян Чэн, вероятно, был абсолютно прав — Лань Ванцзи не ожидал проснуться от того, что на него взгромоздился кто-то слишком нахальный, и попытался деликатно избавиться от него! И не получалось утешить себя даже мыслью, что Лань Ванцзи обычно не был склонен ко лжи. В этом случае ложь была естественной и простительной, верно?.. В течение дня Лань Ванцзи — Вэй Ин заметил, и неважно, почему это бросилось ему в глаза! — ещё несколько раз подходил к Цзян Чэну, и, судя по лицу последнего, разговоры у них не особенно отличались от утреннего. Вэй Ин сделал неутешительный вывод, что Цзян Чэн крайне зол на него — и теперь наверняка ещё сильнее, чем когда они только поссорились, а Лань Ванцзи хватило одной ночи настолько, что он и видеть его больше не желает. К несчастью, погодный виджет показал понижение температуры, и Вэй Ин легко представил безрадостную ночь у костра, так что загодя принялся таскать сухие ветки, наваливая кучу побольше. Ничего, даже если судьба совершенно отвернулась от него, он не пойдёт к Цзян Чэну, чтобы попросить о снисхождении. У него тоже есть хоть какая-то гордость! *** Весь день Лань Ванцзи предпринимал безуспешные попытки достучаться до сурового сердца Цзян Ваньиня. К закату он уже совершенно не понимал, как Вэй Усянь мог полюбить такого грубого и жестокого человека. Или в этом всё и дело? Поэтому у него, у Лань Ванцзи, не было и шанса? «Если ты подойдёшь ко мне ещё раз с этой же ебаниной про то, какой Усянь хороший человек, клянусь, я сломаю тебе ноги!» — вспомнилась последняя угроза Цзян Ваньиня. Лань Ванцзи не был уверен, что у того получится с ним справиться. Всё-таки сам Ванцзи был далеко не слабаком и уделял достаточно внимания разумным тренировкам, а Цзян Ваньинь явно проводил в спортзале не так много времени, но у него было преимущество — ярость, которую в себе Лань Ванцзи пробудить в отношении возлюбленного своей недостижимой мечты никак не мог. Только поэтому он всё-таки перестал преследовать Цзян Ваньиня. Близился закат, и стоящий вокруг кемпинга лес заливали пленительно розоватые солнечные лучи. Лань Ванцзи огляделся, но так и не заметил Вэй Усяня. К счастью, его палатка всё же стояла достаточно близко к костру, и оттуда можно было наблюдать за этим средоточием лагерной жизни. Он твёрдо решил приютить Вэй Усяня снова, как бы сложно ему самому ни было. *** Когда на кроны леса упала тьма и все остальные студенты разошлись по палаткам, чтобы выпутаться из ханьфу и переодеться в тёплое, а потом укутаться в спальники и мирно уснуть, Вэй Ин опустился на привычное уже место у костра и подбросил сосновую ветку, чтобы пламя взметнулось повыше и пожарче. Он успел продрогнуть и теперь надеялся хоть немного согреться. — Вэй Усянь. Вэй Ин словно попал во вчерашний вечер, так похоже звучал голос Лань Ванцзи. Но он тут же одёрнул себя и подавил мгновенно возникшую на губах улыбку. — Да, это я, — отозвался он, вяло махнув рукой. — Что такое? — Почему ты снова здесь? — вопрос, кажется, не подразумевал ответа. Даже интонация была словно бы не вопросительной. Лань Ванцзи смотрел на него слишком прямо и строго. Вэй Ин поёжился, потому что ночной холод добрался до него, несмотря на костёр, и ничего не сказал. — Пойдём со мной, — теперь Лань Ванцзи совершенно точно не спрашивал, но Вэй Ин не собирался ему поддаваться! — Да ладно тебе! Посмотри, какая тёплая ночь! — заговорил он сразу, пытаясь подавить дрожь. — Мне и тут очень уютно. Всегда хотел попробовать просидеть у костра всю ночь, как это делали древние заклинатели, если, конечно, существовали… Не будешь же ты лишать меня детской мечты? В лице Лань Ванцзи на миг что-то изменилось, и Вэй Ин уже понадеялся, что он отстанет и оставит его страдать в одиночестве, но тот вдруг качнул головой. Голос его смягчился: — Ночь совсем не тёплая. Для исполнения такой мечты нужно подобрать более удачное время. — А может быть, мне кажется, что именно это время самое подходящее, — попытался спорить Вэй Ин, но Лань Ванцзи поднял его с места и потащил в свою палатку. Его мягкая настойчивость совершенно не предусматривала возможности сопротивления! *** Господин с веером: /загружена фотография 22:27/ Лотос на спокойных водах озера: О, ну наконец-то! А-Сянь так давно по нему сохнет /отправлено в 22:30/ Павлин: какого чёрта я тут делаю?! блядь, зачем мне смотреть на это фото? /отправлено в 22:32/ Павлин: ой, прости, А-Ли, я случайно /отправлено в 22:33/ Павлин: как тут редактировать сообщения?! /отправлено в 22:33/ Павлин: как удалить сообщение?!! /отправлено в 22:34/ Господин с веером: Лотос на спокойных водах озера, я всё же не рассчитывал бы на скорую развязку /отправлено в 22:35/ Лотос на спокойных водах озера: Господин с веером, почему нет? По-моему, у ЛВ тут… очень решительное выражение лица. Нет? /отправлено в 22:36/ Господин с веером: Лотос на спокойных водах озера, у него всегда такое лицо, нет? /отправлено в 22:38/ Лотос на спокойных водах озера: Господин с веером, ну что ты, у него очень выразительная мимика. /отправлено в 22:39/ Господин с веером: Лотос на спокойных водах озера, а… ну хорошо. не могу спорить с мудрой госпожой /отправлено в 22:42/ Павлин: А-Ли! почему тебе есть дело до мимики этого… это же Лань Ванцзи?! /отправлено в 22:45/ *** В палатке Лань Ванцзи оказался термос, полный горячего чая, и Вэй Ин не успел ни согласиться, ни отказаться, когда получил его в руки. — Пей, — то ли попросил, то ли приказал Лань Ванцзи. Вэй Ин послушно сделал маленький глоток, и — о, чудо! — тут же начал согреваться. Лань Ванцзи тем временем, как и вчера, расстегнул спальник, превращая его в одеяло, проверил молнию входа и устроился напротив. Вэй Ин тут же попытался вернуть ему термос, но стушевался под внимательным взглядом и послушно сделал ещё несколько глотков. Наконец стало почти тепло. — Наверное, ты расстроен из-за ссоры с… Цзян Ваньинем? — спросил его Лань Ванцзи. — Что? — вот о ком Вэй Ин сейчас не думал, так это о Цзян Чэне. Удивлённо взглянув на Ванцзи, он тут же понял — они же почти никогда не разговаривали. Видимо, тот пытается… поболтать, ну, как это делают нормальные люди. — Нет, мы ведь… постоянно ссоримся, — он пожал плечами. — Со мной трудно, сам знаешь. Лань Ванцзи странно смотрел на него. Так странно, что угадать его мысли не представлялось возможным. Вэй Ин закрутил термос и оставил его в сторону, тут же сказав: — Ты всегда рано ложишься, наверняка тебе хочется спать. Спасибо уже за то, что… В общем, спасибо, ты не обязан ещё и развлекать меня разговором, — почувствовав, что всё это звучит как-то не так, Вэй Ин немедленно отвернулся и спрятался под свою часть спальника, свернувшись клубком, чтобы занять как можно меньше места. Он отодвинулся как можно дальше, только бы случайно не согреться чужим и таким желанным теплом и не оказаться утром в том же двусмысленном положении. *** Лань Ванцзи привык к походам с детства. Это было частью традиционного семейного воспитания, и не сказать, что ему не нравилась конкретно эта часть. Потому он привычно делал горячий чай на ночь. Но только сегодня, когда он сумел заставить дрожащего и продрогшего насквозь Вэй Усяня усесться в палатке, необходимость этого чая оказалась по-настоящему очевидной. — Пей, — сказал он, передавая термос Вэй Усяню. И тот, похоже, сдался и не стал спорить. Ванцзи решил приготовить им спальное место, и в голову непрошенными полезли мысли о том, каким было утро. Все эти желания, пробудившиеся от случайного и в общем-то невинного прикосновения… Отчего же ему никогда не реализовать свои мечты, а Цзян Ваньинь так легко… так легко… Не додумав, Лань Ванцзи сел напротив Вэй Усяня, и тот сразу же протянул термос назад. Лань Ванцзи смотрел на него, и внутри множились если не слова, то чувства. Какой он всё-таки… хрупкий при всей своей силе? Как хочется заботиться о нём, хотя бы исподволь, раз уж он ни за что не позволит напрямую. Даже сейчас — уставший и растрёпанный, в неприятном свете небольшого светодиодного фонаря, подвешенного под купол палатки, — он казался Лань Ванцзи удивительно красивым. — Наверное, ты расстроен из-за ссоры с… Цзян Ваньинем? — спросил он, как будто бы Вэй Усянь тут же рассказал бы ему, что там произошло на самом деле. — Что? — Вэй Усянь удивился. На миг его подвижное лицо как будто бы не знало, какое принять выражение, но потом появилась короткая, едва заметная усмешка. — Нет, мы ведь… постоянно ссоримся, — он пожал плечами. — Со мной трудно, сам знаешь. Лань Ванцзи не стал бы с ним ссориться ни за что на свете. И он не понимал, что значит «трудно». Ему никогда не казалось, что с Вэй Усянем трудно. Тот всегда был подобен солнечному лучу или глотку воздуха. Разве с таким бывает трудно?.. Вэй Усянь отставил в сторону термос и заговорил устало: — Ты всегда рано ложишься, наверняка тебе хочется спать. — Сердце Лань Ванцзи тут же нестерпимо заболело. Значит, Вэй Усянь замечал его привычки? Они же даже учились на разных курсах, если и пересекались, то только из-за этих исторических игр Сичэня. Когда же он успел заметить и почему вообще заметил? Но Вэй Усянь не мог услышать его мыслей и ответить, он продолжал говорить о другом: — Спасибо уже за то, что… В общем, спасибо, ты не обязан ещё и развлекать меня разговором. Тут же боль в сердце стала ещё нестерпимее. Вэй Усянь просто был внимателен к другим. Но это не означало, что он тепло относится к одному конкретному Ванцзи. И он не хотел даже разговаривать. Наверняка предпочёл бы помириться с любимым и провести ночь в палатке с ним. Вот почему он отодвинулся так далеко. Лань Ванцзи проглотил неуместную обиду, но тоже лёг. К сожалению, сон совершенно не шёл к нему, вместо того в голову лезли непрошенные мысли. Он никак не мог понять, что же такое рассмотрел в Цзян Ваньине Вэй Усянь, почему, почему, почему он вдруг выбрал себе в пару именно его?.. И был ли хоть когда-то у самого Лань Ванцзи хотя бы крошечный, мизерный, какой-то совершенно незначительный шанс? *** Заснуть Вэй Ину так и не удалось. Он только иногда немного забывался дремотой, но тут же пробуждался, опасаясь, что если заснёт по-настоящему, причинит ещё больше неудобств Лань Ванцзи и потеряет последний шанс когда-нибудь хотя бы… подружиться с ним. Едва стало ясно, что за полотнищем палатки уже не темнота, а пока вялый и холодный утренний свет, Вэй Ин выбрался наружу и поплёлся умываться, надеясь, что ледяная вода хоть немного взбодрит. К его удивлению, там он застал Цзян Чэна. Взглянув на него уничтожающим взглядом, тот закинул полотенце на плечо и двинулся обратно к лагерю. Тёмные круги под глазами подсказывали, что ему тоже не удалось как следует поспать. «Интересно, ему просто было холодно? Хотя у него же два спальника… Не может быть. Тогда почему же он не спал?» — рассеянно подумал Вэй Ин и, набрав воды в ладони, опустил в неё лицо. Лучше не стало. Оставив капли самостоятельно высыхать на коже, несчастный Вэй Ин поплёлся к лагерному костру и принялся оживлять угли. К тому моменту, когда проснулись и остальные и настало время завтрака, огонь уже весело танцевал в кострище и делился жаром. — Как спалось? — возник рядом пышущий здоровьем и невыносимо выспавшийся Не Хуайсан. — Нормально, — солгал Вэй Ин и посмотрел на него, прищурившись. — Ты подозрительно хорошо выглядишь. — А! Так Мэн Яо не ночевал со мной сегодня. Наконец-то смог спокойно поспать, — фыркнул Не Хуайсан на это. — Мэн Яо не ночевал с тобой?.. А куда же он мог подеваться? — эта история явно помогла бы Вэй Ину отвлечься от странных мыслей о Ванцзи, и он уцепился за неё как клещ. Не Хуайсан смерил его насмешливым взглядом и, чуть понизив голос, предложил: — Так, может, поймаем его и расспросим, м?.. Вэй Ин тут же поднялся, готовый к свершениям во имя информации, но внезапно натолкнулся на холодный и нечитаемый взгляд Лань Ванцзи. — Только сначала позавтракаем, — вырвалось у него само собой. — Хорошо, хорошо, — согласился Не Хуайсан. Вэй Ин снова нашёл глазами Ванцзи, но тот больше не смотрел в его сторону.