Сделка кровью

      В эту ночь было особенно холодно, холодно до трясучки. Дождь лил уже несколько часов, будто предчувствуя что-то ужасное. Его капли с шумом падали на окна, еще больше усиливая ощущение изолированности и скованности.Темные тучи опустились над землею, темнота вокруг сгущалась. Казалось, что погода обезумела. Леденящий ветер проникал через выбитую ногой дверь, занося с собой пыль с улицы и ужасную энергию, витающую по воздуху. Она пахла грязью от старых ботинок, мокрым асфальтом и ржавым металлом.       К горлу подступил ком от удушающей атмосферы, страх заполнил все сосуды и циркулировал в крови. Дышать становилось тяжелее. Сердце стучало с неистовой скоростью, готовое вот-вот выпрыгнуть. В ушах гудело и до детского слуха доходили лишь обрывки мужских голосов, умоляющий женский крик и лезвие ножа, проходящего по коже.       Молния сверкнула, на секунду осветив все, а за ней последовал раскатистый гром. Но даже он не мог заглушить вопль, вырвавшийся из охрипшего горла. Пространство заполнили запах туши и крови. В голове снова и снова проносился голос, молящий о пощаде.       В эту ночь было особенно холодно, а еще пахло смертью. ***       Когда в детстве Тэд говорил, что хочет стать полицейским, он имел ввиду гоняться за опасными преступниками и распутывать сложные преступления. И он, конечно же, не думал, что будет целыми днями корпеть над отчетами и документами, зарабатывая копейки и остеохондроз. Все это влияние типичных американских фильмов про нереалистично крутых копов. А детскому мозгу большего и не надо было, чтобы вообразить себе каким крутым Тэд будет через несколько лет.       Действительность же была намного жёстче. И если бы малыш Тэд увидел в каком он состоянии сейчас, то разочаровался бы в этой жизни и возможно спился бы от горя.       Но к счастью, нынешний Тэд не верил в сказки и знал, что никаких детективных романов в стиле Агаты Кристи с Эркюлями Пуаро и миссис Марпл ждать не стоит.       Холл работал здесь уже порядка двадцати с лишним лет и за все это время остаётся просто добрым мужичком по соседству, имени которого и как он тут поселился никто не помнит, но если потребуется у него можно будет попросить соль для супа или лопату, если случайно убьешь человека. Повышения ждать не было смысла. В принципе, в его положении были и плюсы. Работы было не так много, как и зарплаты. Мысль об этом угнетала, поэтому мужчина предпочитал об этом не думать. Он предпочел зажечь сигарету и откинуться на спинку стула.       — Опять курите на рабочем месте, мистер Холл? — незаметно вошел коллега Тэда — Джон. Полноватый и всегда улыбчивый мужчина в полном расцвете сил. Наверное, единственный человек, который не раздражал Холла здесь. Он сел рядом с Тэдом и тот молча протянул ему сигарету.       — Что за переполох на участке? Комиссия приезжает? — спросил коп с ноткой иронии, смотря в окно.       — Верно, но это не единственное из-за чего стоит переживать. Нашли знаки. Снова, — на последнем слове мужчина сделал акцент.       Знаки. Кто-то умер. Убийца всегда оставляет после себя отметку. И делает это кровью убитого.       — Опять? Он до сих пор не остановился? — обернулся с недоумением Тэд, — Честно говоря, в первые разы я думал, что над нами просто прикалывается компания подростков, которым нечем заняться. Да и пропажа людей не такая редкость в этом районе. Обычно это алкоголики, не дошедшие до дома и свалившиеся в какую-то канаву.       — Или проблемные подростки, решившие сбежать из дома, — продолжил Джон, разводя руки в сторону, мол, всякое бывает, —Вариантов много. Обычно их находят за несколько дней.       — Но не в этом случае. Значит те знаки действительно имеют значение. Но власть не хочет делать абсолютно ничего. Действительно, зачем тратить время и ресурсы на незначительных пешек? — Тэд стал расхаживать по комнате. Все это неимоверно раздражало его. Он не хотел сидеть сложа руки, но и сделать он ничего не может, — Личность убитого еще не установили? — спросил Холл       — Как раз занимаются этим. Нашли место с более свежей кровью и взяли её на экспертизу, — мужчина зажег сигарету и сделал первую затяжку, — кроме этого поступило несколько заявлений. Но больше всего, — на стол прилетел конверт — меня зацепило вот это. Убрав сигарету, Тэд принялся раскрывать конверт. В нем была личная информация о молодой девушке с ее фотографиями. Он непонимающе рассматривал их, а потом поднял глаза на коллегу.       — Эта девушка учится, или правильнее выразиться, училась с моей дочерью. Недавно Джейн говорила мне, что из ее университета пропала студентка. Ее давно не видели и она не выходит на связь. Вполне вероятно, что убили именно эту особу.       — Вполне вероятно, но почему? Почему именно она? Каким образом преступник выбирает себе жертв? Это же не могут быть просто случайные люди, которых беспричинно убивают, — недоумевал Тэд. Для него это были самые загадочные преступления из всех, которые ему удалось повидать за свою длинную карьеру.       — Или же убийца просто психопат, которому нужна кровь, а причина… ее нет, — в отличие от своего коллеги, Джон особо не парился над этим. Его больше волновало то, что теперь им прибавилось намного больше работы. Но он знал, как сильно Тэду необходима информация о преступлении, к которой у него не было доступа. Это уже стало традицией: приходить сюда, в этот маленький кабинет и закуривать со своим другом, рассказывая все, что так ему необходимо услышать.       — Странно все это, но думаю ты прав. Для такого ужасного человека вряд ли важно, кого он убивает, — конечно же, в глубине души Холл так не считал.       Несколько минут работники полиции сидели в тишине. Каждый думал о своем. Тэд думал о преступнике, Джон — о запечённой в сливочном соусе курочке, присыпанной сверху пармезаном, которую утром приготовила его жена.       — Как у него получается совершать такие жестокие преступления и оставаться незамеченным? — прервал долгое молчание Тэд, вырвавши Джона из столь важных размышлений, — Рано или поздно его должны были поймать, но нет. Он неуловим. Это самый гениальный, как бы трудно это ни было признавать, преступник. И он намного опаснее, чем мы думаем.       И он намного непредсказуемее, чем они думают. ***       Виктория была недовольна. Ее буквально вырвали из омута ничегонеделания, сериалосмотрения и чипсыхомячения. Выгнали из огромного, построенного вокруг нее, своими же руками замка на облаках с единорогами, какающими радугой и маленькими гномиками. И грубо швырнули в горящий котёл, из которой мало, кто выбирался живым. А если и выбирался, то уже недееспособным психопатом. И это котел под названием «Университетские будни или как выжить, будучи бедным студентом».       И сейчас, вместо того, чтобы спокойно спать в своей мягкой кроватке, Виктория вынуждена коптеть в этой дыре с кучкой потных студентов. На самом деле, новый учебный год начался несколько дней назад, но девушка до сих пор не может отойти от происходящего. Она как слепой котёнок, который абсолютно не понимает, что делается в этом страшном мире.       И все же, она приняла жестокие удары судьбы в виде кучи нудных лекций, зачетов и прочей ереси, и смело следует течению жизни. Перевернув страничку детективного романа, она поудобнее устроилась на диванчике, облокотившись на его спинку и поправила выбившуюся из рыжей копны прядь.       Главный герой был дилетантом, по крайней мере, Виктория считала именно так. «Не могу поверить, что трачу свое время на хрень подобно этой». В любой другой ситуации она захлопнула бы книгу и поскакала бы к своим подружкам вершить более значимые в ее жизни дела. Но не в этот раз, к сожалению на факультете юриспруденции задают читать тупые детективные книжки, с максимально отсталыми главными героями и таким же сюжетом. А потом препод с идеально гладкой головой, получивший прозвище «Лысятыш» будет смотреть на тебя своими огромными круглыми глазами, ожидая, когда же ты начнёшь отвечать на вопросы, заданные им с тем тоном, с которым обычно отправляют на смертную казнь.       «Как же можно быть таким тупым? Убийца у тебя под носом». Главной причиной ненависти Вик к таким книгам, является слишком простой, по ее мнению, сюжет. Виктория сразу расставляет все по полочкам, а так неинтересно. Она любит, когда интрига держится до конца. Но несмотря на отвращение к произведениям такого типа, Виктория обожала детективы. Разгадывать загадки, размышлять над преступлениями, залезать в головы людей в поисках правды. Идеально. Но не сейчас.       И пока девушка занималась тем, что мысленно избивала всех героев этого дурацкого романа, до ее уха дошли чьи-то слова. Обычно она не подслушивала. Да и сейчас этого не делала. Она просто вынуждена терпеть то, что в ее ухо поступают звуковые волны, а ее мозг все это анализирует. Да и вообще, говорите тише!       — Слышала новость о Кэтрин? — спросила девушка с розовыми прядями, наклонившись к подруге.       — Она давно не посещала универ и на связь не выходит. Кто знает, что с ней могло произойти. Я не особо волнуюсь, но чисто из       любопытства хотелось бы узнать.       — Появились слухи, что она стала жертвой убийцы, — студентка произнесла это слишком громко и безразлично, будто они не ужасное преступление обсуждали, а какой маникюр сделать на следующей неделе.       — Тоочно, — протянула темненькая, — в городе же появились знаки. Это значит…       — Что кого-то убили, — закончила за подругу девушка.       — И ты думаешь, что это Кэтрин? Хотя я не удивлена. Кому-то не помешало бы следить за своим языком. Всегда знала, что ни к чему хорошему ее поганый характер не приведёт.       — Согласна. И все же, должна же быть причина, верно? Почему именно она?       — Ой, кто знает, — отмахнулась девушка, — если честно, то мне абсолютно все равно. Главное, что я ее больше не увижу. Кстати, ты слышала, что она переспала…       Дальше Виктория слушать не стала. Ей этого вполне хватило, чтобы ввязаться еще одну авантюру, в которую не следовало. ***       — Знаешь, перспектива возвращения в университет после каникул не кажется такой ужасной. По крайней мере я рада снова видеть лысую голову, — девушка откинулась на спинку стула, наблюдая за преподом, рассказывающим лекцию.       Мэделин — лучшая подруга Виктории и человек, который пережил все ее гениальные и не очень идеи, все истерики и пиздострадания, взлеты и падения. Она была с ней в самые тяжёлые моменты и была той, с кем можно обсудить самые откровенные темы. Эта маленькая кудрявая девочка в первый же день подошла к Вик со словами: «Ты мне не очень нравишься, я тебе наверное тоже. Но я вижу, что ты одинока и никого не знаешь здесь. У меня та же проблема. Так давай просто будем ходить, будто мы в восторге от общения друг с другом и притворяться, что нам не противно находится в обществе друг друга». Как видите, они до сих пор притворяются. Четыре года прошло уже.       — Кто-то скучал, а к кому-то он доебался на первой же неделе. Все еще вижу его выпученные глаза и голос: «Виктория, не думайте, что оценки будут ставиться за красивые глазки. Я лично устрою вам устный экзамен по криминалистике, будьте готовы. И еще не забудьте прочитать ту книгу, о которой я говорил. Уж ВАМ-то не повредит немного почитать», — процитировала преподавателя Виктория.       Ручка с визгом упала на пол.Подругу пробрало на смех от идеально переданного тона в голосе и выражения лица. Только Виктория смогла бы так сыграть типичную манеру общения мистера Хоффмана. За четыре года обучения в этом университете она научилась не только снятию отпечатков пальцев и мастерскому владению всеми юридическими терминами, но и перебрала привычки каждого преподавателя. Особенно ее лысого друга. И хоть она и знала почти все о Лысятыше, ей были непонятны многие его предубеждения и неприязнь к ее персоне. Каждый раз он пытался ее как-то завалить или сделать еще какую-нибудь пакость. Виктория не понимала этого и в душе грела надежду, что у Лысятыша есть местечко в его сердце для несчастной девушки. Что он снизойдёт до того, что не будет смотреть на нее, как на столетний воняющий носок, про который благополучно забыли под кроватью в каком-то 2003 году.       — Бооже, да ты задыхаешься, может вызвать кого? — заволновалась за Мэдди, подруга.       — Эй, задние ряды! Что у вас там случилось? У кого-то появилось лишнее время в арсенале? — мистер Хоффман посчитал невероятно нужным вмешаться в столь важное происшествие. Размахивая учебником он встал из-за стола.       — Да, как раз выпало пару минуток, чтобы обсудить «Невероятные приключения мистера Патрика, о которых мы хотели бы молчать, но не получается». Мэделин просто переполняют эмоции от событий, происходящих там. Уж больно они интересны и гениальны, — ответила Виктория, гладя кудрявую голову девушки, которая давно уже скончалась от переизбытка серотонина.       — Не знал, что при прочтении этой книги становишься ослом, с таким же смехом, — послышались смешки в аудитории. Профессор направился в сторону доски, думая, что разговор завершён.       — Сразу видно, мистер Хоффман, что вы читали данное произведение, — произнесла Вик с самым милым голосом, который только можно услышать. Студенты разразились смехом еще больше.       — Что вы только что сказали? — недоумевая обернулся и спросил Лысятыш.       — А что я сказала? Вы такой умный и презентабельный мужчина. Видно, как эта книга на вас повлияла, — широко улыбнулась студентка, держа двумя руками карандаш.       — Уж больно много вы болтаете, мисс Уилсон. Лучше вам перестать этого делать, — мистер Хоффман бесится — Виктория умирает от счастья.       — Ну как же я могу лишить вас такого удовольствия? Это будет слишком жестоко с моей стороны— Виктория драматично сложила руки на груди, распахнув свои большие зеленые глаза.       — Не волнуйтесь, я как-нибудь справлюсь с этим. Позвольте, я продолжу лекцию.       — Позволяю! — махнула рукой девушка.       Мэделин потихоньку успокаивалась и вскоре пришла в себя.       — Я думала, что помру. Ваши диалоги с Лысятышем — отдельный вид искусства. Я готова написать об этом целую книгу, — объявила девушка.       — Я сразу же оформлю на нее предзаказ. Не забудь только вставить туда его фирменные цитаты.       — Щас, щас, мое любимое, — Мэдди демонстративно откашлялась, готовясь процитировать слова Хоффмана: — «Не стоит бояться женщину с оружием, она все равно промахнется. Бойтесь женщину с мозгом, она попытается использовать его».       — Он ещё с таким важным видом это говорил. Я уверена он взял это из книги с названием по типу: «Феминизм — зло, или как справиться с женщинами в домашних условиях».       —«Мужчины с Марса, а женщины ахуели», — поддержала подруга.       — Мне реально интересно, почему у него такое отношение к женщинам. Может его в детстве мама как-то обидела. Не знаю там, титьку пососать не дала.       — Ага, а ему на тот момент было двадцать восемь.       Девушки еле сдерживали смех, но при обсуждении лысого препода это был невозможно.       Пара закончилась, на удивление, достаточно быстро. Наверное солнце за окном играет свою роль и сегодняшний день проходит немного лучше, чем обычно. Лучи света просачивались сквозь жалюзи, создавая ощущение невероятного комфорта и спокойствия, которое Виктория испытывала редко в этом месте. Студенты начали собираться и готовились покинуть аудиторию. Викторию вдруг озарила мысль, что она будет безумно скучать по всему этому. По этому месту, этим людям. И хоть университет у нее ассоциируется с нервными срывами и недосыпами, он подарил ей слишком много хороших моментов. Такие мысли редко ее посещают, но сейчас она даже не захотела их откидывать, отдавшись прекрасному чувству. Но вскоре Виктория вернулась на землю. Она обернулась к подруге.       Кстати, знаешь, что я услышала в коридоре? — не спешила уходить девушка, остановив подругу, которая собирала свою сумку.       — Опять подслушивала за бедными студентами, оправдывая себя тем, что они слишком громко разговаривают и мешают твоей учебе?       — Сука, ты слишком хорошо меня знаешь, — фыркнула Виктория, — В общем, я услышала, как две девушки обсуждали свою одногруппницу. Кажется, ее зовут Карен, — постаралась вспомнить она, — Так вот, ее не видели уже несколько дней и на связь она не выходит.       Мэдди странно посмотрела на подругу, будто что-то вспоминая.       — Мне кажется, я поняла о ком ты. Я слышала о той девушке. Не знаю, говорим ли мы об одном и том же человеке, но у одной моей знакомой есть одногруппница с таким же именем. По ее словам, она очень странная. Ни с кем не общается, никого к себе не подпускает, очень грубая и агрессивная.       — Те девочки говорили про нее, что она не может держать язык за зубами. Похоже это она.       — Над ней часто издевались.       — Слушай, а может... она сама себя убила?       — Возможно.       — Убийство в любом случае произошло. И даже, если это не она, кого-то все равно убили.       — Боже, почему мы говорим о таких вещах вот так спокойно? Это ужасно, ужасно жить в одном районе с убийцей. Серьёзно, мне уже из дома выходить страшно.       — Все будет хорошо, убийца не доберется до нас.       — Откуда ты знаешь? Все может быть. Мы не знаем настоящих намерений этого монстра. Недавно убили человека, а для всех это в порядке вещей. Возможно, это человек даже не мертв. Кто знает, что этот извращенец с ними делает.       — Не, он сто процентов убит. Я видел знаки, — внезапно подошел их однокурсник.       — Ну вообще знаки не гарантируют смерть человека. Мы лишь знаем, что они появляются сразу после того, как исчезнет человек.       — Я слышал кровь уже взяли на экспертизу, скоро узнают, кто подох.       — И что дальше? Его просто занесут в очередной список убитых. Дальше все просто продолжат жить своей жизнью, ничего не предпринимая.       — Точно...Точно! Его занесут в список убитых!       — Эм, Ви, все в порядке? Да, просто Виктория окончательно убедилась, что пути назад нет и она будет ебашить на полную.