Без тебя не умею (ещё жив)

      Теперь, имея на руках новый девайс, я собирался вывести наши игры с Кириллом на новый уровень. Я старался придерживаться своего плана по удержанию парня, поэтому был готов использовать все средства. По-прежнему я считал секс самым значимым фактором в отношениях, однако старался не запускать и остальные. Обдумав ситуацию, я решил, что было бы неплохо стать для Кирилла тем, кто сможет оказать ему любую помощь в учёбе. Он сам натолкнул меня на эту мысль, попросив о помощи с алгеброй. Значит ему не очень хорошо даются точные науки. В свободное время я с упорством стал заниматься физикой и химией, алгеброй, геометрией, информатикой. Не скажу, что мне было легко, но я поставил перед собой цель, которая мотивировала меня лучше любой другой, и был счастлив, когда обнаружил, что Кир обращается ко мне с вопросами — значит я становился для него не только тем, кто дарит удовольствие в койке. Вообще наша школьная жизнь практически не претерпела изменений: хоть мы учились в выпускном классе, но общественная нагрузка была снята только в виде дежурств по школе. Во всех остальных мероприятиях мы должны были также принимать участие. Все эти олимпиады, дурацкие концерты по случаю всякой фигни были обязательны к участию. К счастью в нашем классе была группа активистов, которые были каждой дырке затычкой. От остальных требовалось минимальное участие и посильная помощь. Но благодаря такой политике мы с Киром ухитрялись выкроить себе время для встреч, прикрываясь дома необходимостью участия в школьной жизни. Родители возмущались, что бедных выпускников заставляют петь и плясать, а мы сваливали в кинотеатр, чтобы в темноте зала запустить руки в штаны друг другу и узнать, каково это — дрочить в общественном месте. Или забирались в одну кабинку в туалете, чтобы я быстро отсосал парню, что тоже будоражило кровь. Пройтись по магазинам, чтобы в примерочной ущипнуть Кирилла за сосок и смотреть, как тот набухает, а потом засосать в рот и прикусить налитую горошинку. Мы придумывали кучу всего, чтобы пощекотать нервы и испытать возбуждение. Теперь у меня появилась новая идея. — Я кое-что купил для тебя.       Кир встретил меня в своём вафельном халате, который я почему-то обожал. Вернее, я знал почему. Более грубая по сравнению с шёлком ткань царапала его кожу, оставляя розовые следы, если терануть достаточно сильно. И мне это нравилось. Я мечтал о том, чтобы приковать Кира к кровати и трахать его до умопомрачения, чтобы парень вырывался и срывал голос пока я буду вбиваться в него. Я хотел задрать этот халат, чтобы обнажить его задницу и шлёпать по ней поясом от этого самого халата. — И что же это? — Я купил для тебя дилдо. Не бойся, — я пресёк готовящееся возмущение, — он небольшой. Я просто подумал, что он даст больше ощущений тебе. — Покажи.       Я достал из сумки покупку и передал ему. — Не думаешь, что он тонкий? — Для начала хватит. — Для начала?       Ну не мог же я признаться Кириллу в том, что мечтаю разъебать его задницу тем самым дилдо, один вид которого ввёл меня с неконтролируемое состояние. — Если тебе не понравится, я его выброшу. — А если понравится?       Кирилл достал девайс и теперь водил концом по своему лицу, томно прикрыв глаза. В этот момент он имел настолько блядский вид, что мне захотелось трахнуть его тут же в коридоре. — А если понравится я угощу тебя своим. — И что же ты хочешь сделать со мной?       Он провоцировал меня, развязывая пояс и позволяя халату упасть с плеч. Его взгляд стал более развязным, а слова более тягучими. Он наслаждался этой игрой, а у меня стояло так, что только что молния не расходилась. — Пойдём.       Мы пришли к нему в комнату, и меня порадовала заботливо расстеленная на кровати одноразовая простынка. — Раздевайся. — Обожаю, когда ты такой.       Тем временем я тоже снял с себя всю одежду. Иногда я оставлял что-нибудь из вещей на себе или на Кирилле — это придавало особый шарм нашим играм, но быть полностью обнажёнными мы тоже любили. Я прижался к спине Кирилла, давая ему почувствовать своё тепло. Прошёлся ладонями по бокам, груди, выкрутил соски. Его тело уже привыкло ко мне за столько времени и реагировало правильно. Кир не стеснялся показывать свою реакцию, он ласкал себя, добавляя ощущений. Я с удовольствием заметил, что его член наливается кровью, набухает, приобретая мой любимый оттенок. Быстрым движением я нацепил на основание эрекционное кольцо, которое не так давно вошло в наш обиход. — Детка, сегодня я кончу раньше тебя.       Я обожал изводить Кирилла, не давая ему получить разрядку. В такие моменты он начинал скулить и тереться о меня, выпрашивая ещё ласки. — Становись раком.       Он послушно опустился на локти и встал на колени, широко разведя ноги. Я опустился рядом, разглядывая его промежность. Нежно розовая кожица уже не была сжатой так сильно, как раньше. Всё-таки мои усилия давали результат, пусть и не так быстро, как мне того хотелось. Я прижался губами к розовому колечку и поцеловал его. Я знал, что Кир любит эту ласку, и старался баловать своего мальчика. Пусть знает, что я готов потакать его прихотям. Я мазнул по анусу языком и пощекотал мошонку, втянул в рот одно яичко, покатал и втянул второе. Мне нравилось ласкать Кира таким образом, нравилось выгонять воздух из его лёгких, заставлять прогибать поясницу. Я достал лубрикант и налил на ладонь смазку, а затем начал размазывать вязкую субстанцию между ягодиц. Я не хотел, чтобы малейший дискомфорт стал причиной неудобства для Кирилла. Я ввел внутрь один палец, немного подвигал и добавил второй. Они прекрасно помещались, поэтому дискомфорта не должно было возникнуть.       Сначала я ввёл головку дилдо проверил насколько хорошо она входит и выходит. А когда убедился, что дырка растягивается под него без проблем начал двигать им более интенсивно и глубже. Кир стонал от новизны ощущений, мелко дрожал. От понимания того, что происходит? Насколько отчётливо мой мальчик понимал, что обратной дороги для него нет? Что я не позволю ему соскочить с этого крючка удовольствия?       Я оставил девайс в заднем проходе парня и перебрался вперёд. Теперь напротив лица Кира был мой собственный член, головка которого уже была влажной. Он сразу понял, что от него требуется, обхватил ствол ладонью и начал ей двигать. Потом уже высунул язык и обвёл им венчик. В это время основание дилдо слегка торчало из его задницы и немного покачивалось. Ни дать ни взять хвостик, которым он так смешно вилял. Я слегка нагнулся вперёд, протянул руку и ухватился за это основание. Чем сильнее я давил на дилдо, чем резче за него дёргал, тем быстрее сосал Кирилл. Он не мог кончить от этой игры, потому его собственный член был пережат кольцом, и это изводило его. А я продолжал толкаться в его задницу, нащупывая простату, чтобы добавить ему ощущений. Кирилл принимал девайс легко, и я надеялся, что когда дело дойдёт до полноценного секса мой член он примет так же просто. Но нужно было ещё немного потерпеть. Нужно раскрыть его сильнее, больше. Я уже плохо мог себя контролировать. Рот Кирилла всасывал меня, словно насос, и в конце концов я выпустил дилдо из рук, распрямился и позволил себе только толкаться в теплый и влажный рот парня. И даже когда я понял, что уже всё, то продолжал совершать фрикции пока не спустил в него до последней капли.       Кирилл вытер ладонью губы и усмехнулся. — Доволен? — Да.       Мне хотелось завалиться рядом с ним, обнять и заснуть вот так в обнимку. Я был физически и эмоционально истощён. — А я? Ты решил оставить меня так? — Ну, что ты! Как я могу.       Я лег головой между его ног. Пережатый кольцом член был налит до предела. Тонкая ниточка предэякулята растянулась до самой постели. Как Кир терпел это я просто не представлял. Но и освобождать его в данную минуту не собирался. Наоборот, я собирался отсосать ему, хотя бы попытавшись использовать те навыки, которые запомнил у Романа. Сначала Кирилл стойко терпел, но потом не выдержал и принялся скулить. А я терзал его анус вставленным дилдо и засасывал яички. Наконец я сжалился над парнем, снял кольцо и позволил излиться в мой рот. Я всегда глотал его сперму, мне казалось кощунством выплюнуть семя, которым Кирилл наполнял меня. Это же была частичка его самого.       Парень повалился набок, поджав ноги к животу. Неужели ему плохо? — Кир, ты как? — Нормально. — Тебе не понравилось? — Не думал, что ты так сильно хочешь разделить меня с кем-то. — О чём ты говоришь?! Я ни с кем не хочу тебя делить! Ты только… Мой. — Уверен? Тогда зачем было брать меня с двух сторон? — Это не потому, что… Я хочу, чтобы тебе было хорошо со мной. Ты… Ты важен для меня… Ты дорог мне. Как я могу с тобой так поступить?       Я практически признался ему в своих чувствах. Как доказать, что у меня и в мыслях не было пригласить к нам ещё кого-то? Смог бы я вообще стерпеть, если бы Кира на моих глазах взял бы кто-то ещё? Пусть даже я сам тоже участвовал бы в процессе. Нет! Я бы не смог. Понимать, что его стоны и слёзы, испарина на его коже, которую так хочется слизать языком, припухшие губы, всё это не только моя заслуга было выше моих сил. — Кир… Я больше никогда так не сделаю, обещаю.       Я поднял на него глаза, готовый к тому, что меня оттолкнут, хотя разве можно быть к этому готовым? Но если Кирилл обиделся, то он может отказаться от наших игр. И что тогда? Что будет со мной? Я ведь не смогу без него! Он нужен мне, каждую минуту, каждый его взгляд, вздох нужны мне! Я без него не знаю, не умею жить. И когда я разглядел на его губах улыбку, то обомлел. Он улыбался? После того, как практически довёл меня до истерики? — Глупый. Иди ко мне.       Он притянул меня к себе и обнял. А я… Я, как дурак, прижимался к его груди, утыкался носом в шею и вдыхал запах его кожи, пытаясь надышаться. Словно это последний глоток воздуха в моей грешной жизни. — Кир, не бросай меня. Пожалуйста, не бросай.       Вся моя бравада куда-то улетучилась, стоило только представить, что он от меня откажется. Я зарывался губами в ложбинку между плечом и шеей, обнимал и притягивал Кирилла к себе. Я не мог его отпустить. — Руслан, посмотри на меня.       А я не мог. Я боялся прочесть в его глазах свой приговор. — Я не сержусь на тебя, правда. Просто не ожидал. И немного испугался, что ты можешь захотеть подобного в жизни. А я не готов, понимаешь? Быть с кем-то ещё кроме тебя. — Правда? Ты правда не злишься? — Правда.       Я так крепко сжал его в объятиях, что чуть не задушил. Я целовал его глаза и щёки, шею и уши. Я был готов распластаться под его ногами, лишь бы он не ушёл от меня. — Люблю тебя, люблю. Как же я люблю тебя, Кир.       Вот уж не думал, что именно так прозвучит моё признание, в такой ситуации. — Ты чего, Руслан? Ты… Серьёзно? — Абсолютно! Но…       Это было трудно сказать, но необходимо. Вся сложность нашей ситуации заставляла меня продолжить. — Ты не обязан отвечать мне тем же. Я всё понимаю, ты не гей. Это я вот промахнулся. Просто знай, что ты самый дорогой для меня человек, хорошо? — Хорошо. Мы пока не станем продолжать эту тему, ладно?       Я чувствовал себя разбитым. Совсем не так мне хотелось закончить нашу встречу. Да и реакция Кирилла на мои слова была очень сдержанная. Я надеялся, что он проявит хоть какие-то чувства. Но, похоже, вляпался здесь только я.       Что ж, если Кирилл так хочет, значит так и будет. Я не стану выпрашивать любовь, мне всегда казалось глупым и унизительным бегать за кем-то и вымаливать себе это чувство. Я должен запрятать всё как можно глубже, иначе наши отношения точно рухнут. Только моей ревности и эгоизма сейчас не хватало! Нахуя я купил это дилдо? Если бы не эта ошибка, то всей этой ситуации бы не произошло. Я поторопился, думая, что Кир достаточно подготовлен к подобному эксперименту, но ошибся. Физически может и да, а вот морально. Нужно было всё-таки сначала обсудить это с ним. Теперь уже поздно. Оставалось надеяться на то, что жажда физического удовольствия перевесит чашу весов в мою сторону. Кирилл был очень чувственным человеком, так просто отказаться от регулярного удовлетворения своих потребностей он вряд ли мог. Я на это надеялся. Ведь в противном случае… Я именно этого и боялся — признания, которое сведёт всё к обычной пидорасне. И сам же всё испортил.       Я отправился к единственному человеку, с которым мог поговорить об этой проблеме, но когда пришёл в магазин Роман был занят с покупателем. Как не вовремя! Можно было послоняться по залу, но смущать человека своим присутствием не хотелось, и я вернулся на улицу. Какое-то время я подпирал спиной дерево, наблюдая за входом, но как только мужчина ушёл сразу рванул обратно. — Рома! Мне нужна помощь. Или совет. Я не знаю, я так облажался! — Так, подожди. Без истерик. Что случилось? Все живы? — А? Конечно живы! — Значит уже хорошо. Рассказывай, что там у тебя стряслось.       И я рассказал ему всё, как на духу. Про свои чувства, свои интерес. Про наш уговор с Кириллом. И про сегодняшний косяк. — Понимаешь, он решил, что я хочу разделить его с кем-то. — Что мне тебе сказать? Ты и сам понимаешь, что накосячил. Такие вещи нужно обсуждать загодя. — Но ведь он сам сказал, что готов к экспериментам! — Сказал. Но ты посмотри на ситуацию его глазами. Парень, которому он доверился, вдруг без каких-либо предупреждений берёт и делает вот так. — Но ведь я хотел, как лучше! Чтобы ему было кайфово! Я бы в жизни не стал делить его с кем-то! — А он об этом знал? Вы же, насколько я понял, чувства не обсуждали. У вас чисто деловое соглашение. Да, взаимовыгодное, но деловое. Он мог решить, что тебе его мало. Что завтра ты приведёшь второго, третьего. — Ты рехнулся, Ром? — Я не рехнулся, а просто опытнее. В жизни по разному случается, поверь. — Но ведь я же люблю его. — Только сказал ты об этом уже в своё оправдание, Руслан. — И что теперь делать? — Заголять жопу и бегать. — В смысле? — Попробуй показать ему, что он для тебя не просто дырка в заднице. Что он важен тебе в первую очередь как человек. Это трудно, но ты попробуй. — И как это сделать? — Ну, пригласи его на свидание. Не, без цветов, конечно, но вы же друзья. Сходите в кино, на выставку. Можно на концерт, хотя это уже дело вкуса. Пойми, Руслан, секс это очень мощный якорь, но когда он единственный, то рано или поздно отношения развалятся. Невозможно трахаться в режиме двадцать четыре на семь, иногда и поговорить нужно. — Думаешь, поможет? — Надеюсь. Кстати, у тебя ведь скоро днюха? Пригласи его. Проведи этот день с ним, а не с его дыркой.       Мне и в голову не пришли такие простые, очевидные вещи. Действительно, нужно было обязательно пригласить Кирилла на свой день рождения. А потом можно сходить погулять. В кафешку или в ТЦ, например. — Все проблемы надо обсуждать. Словами через рот, самый действенный способ. И, кстати, помнишь, я говорил, что у меня есть одна идея насчёт твоей днюхи? — Помню. Что за идея? — Вот после дня рождения и приходи.