В тихом омуте

ФБР, КУАНТИКО, ВИРДЖИНИЯ

      В конференц-зале было странно тихо: дружеские шутки, которыми обычно перебрасывались члены команды, прежде чем принять новое дело, в такую раннюю рань не выговаривались. Вместо них команда сонно хлопала глазами друг на друга, разместившись вокруг стола. Джей-Джей, которая обычно держалась безупречно, опустила голову на руки, сложенные на столе, и светлые волосы ореолом взъерошились над ней.       — Добренькое, ребята! — В комнату с шумом влетела Гарсия, жизнерадостная и энергичная, как всегда.       Росси сонно взглянул на нее. «Это противоестественно, — брюзгливо подумал он про себя. — Никто не имеет права все время быть таким бодрым».       Однако он тут же простил ей оскорбительно-солнечный настрой, как только она закружилась вокруг стола, на ходу раздавая большие стаканы кофе.       — О, слава тебе, боже, — выдохнула Джей-Джей, наконец подняв голову от рук и с благодарностью принимая кофе. Втянув ароматный пар, подымающийся из бумажного стакана, она выпрямилась, пригладила волосы и окинула взглядом конференц-зал. — Где Хотч?       — Ты думала, что он здесь, — откликнулся Морган, и лишь тень горечи промелькнула в его отяжелевшем от усталости голосе, — потому что это именно он опять созвал нас сюда, хотя еще шести часов не прошло после возвращения из Детройта.       И тут же, как только он закончил фразу, в комнату вошел Хотчнер.       — Доброе утро всем.       Пять пар бровей скептически поднялись в ответ, Гарсия же просто улыбнулась и протянула ему последний кофе.       — Я понимаю, мы все устали, но это дело требует нашего безотлагательного внимания.       Сделав Гарсии знак начинать, Хотч сел за стол, а команда повернулась к экрану.       — Амити, Арканзас. Население меньше тысячи. За последние четыре месяца у них шестеро пропавших детей.       — Шестеро? В городке такой величины? — недоверчиво перебила Прентис. — Почему нас не позвали раньше?       — Потому что до вчера эти дела никак не были связаны. Эми Грин, 12 лет, белая. Пропала 12 марта. Дженни Родригес, 4 года, латиноамериканка. Пропала 28 марта. Ричард Сойер, 9 лет, белый. Пропал 22 апреля. Тэмми-Мэй Левитт, 2 года, афроамериканка. Пропала 3 мая. Бет Маккей, 16 лет, белая. Пропала 14 мая. Томас Дуглас, 15 лет, афроамериканец. Пропал 23 июня.       Пока Гарсия зачитывала имена, на экране позади нее появлялись фотографии детей.       — Ничего общего, — прокомментировал Морган. — Нет типа жертвы. Возраст, раса… такие есть везде.       — Именно, — ответила Гарсия. — Вот почему местная полиция не вызвала нас раньше. Они не могли связать вместе ни одно из исчезновений. У старших детей в прошлом были побеги и дисциплинарные проблемы.       — А что с малышами? Их нельзя заподозрить в побеге. Уверен, нас вызвали бы из-за похищенных детей.       — Мать Левитт вовлечена в серьезную битву за опеку с ее отцом, которого полиция была не в состоянии найти с момента исчезновения девочки. Думали, что это он ее забрал.       — А Родригес? — спросил Росси.       — Родригес исчезла недалеко от городской речки. Местные пришли к выводу, что она утонула, хотя тело так и не обнаружено.       — Так что же поменялось? Почему нас все-таки позвали? — вслух удивилась Джей-Джей.       — Вчера вечером рыбак на реке Каддо нашел это.       Еще одна картинка появилась позади нее на экране. Команда подалась вперед, вглядываясь в зернистое темное изображение.       — Это что… — в голосе Рида прозвучало нехарактерное сомнение. — Это внутренности?       — Множество внутренних органов. — Гарсия звучно сглотнула. — Найдены кучей в камышах на берегу реки. Тесты ДНК подтвердили, что здесь органы, которые принадлежали каждому из пропавших детей.       — Значит, не просто потеряшки, — сказал Росси. — Амити заполучил собственного серийного убийцу.       Хотч кивнул, встал и оглядел свою команду.       — Вот почему мы направляемся туда немедленно. Мы должны прекратить это, пока не исчезло еще больше детей. Выезжаем через двадцать минут.

АМИТИ, АРКАНЗАС

      — …Блядь!       Удивительно было бы, подумал Сэм иронично, если первые слова Дина после того, как он, почти захлебнувшись, шумно вынырнул из речных глубин, не были бы матерщиной.       В этот момент Сэм был слишком занят, набирая в собственные легкие побольше воздуха, чтобы сформулировать достойный ответ на вспышку Дина. Спустя пару минут, выкашляв всю воду, Сэм повернулся и поплыл к берегу — одежда сильно обременяла его и затрудняла плаванье, — и все еще ворчащий Дин последовал за ним.       Как только река обмелела настолько, что можно было встать, Сэм обернулся к Дину.       — Думаю, это келпи.       — Какого хера келпи делает в Арканзасе? — рыкнул Дин, тоже стоя на мелководье. С него текло и капало.       — Сделай одолжение, не ори! Откуда, черт, мне знать? — огрызнулся Сэм, отвернулся и вскарабкался на берег, где и рухнул, тяжело дыша, на лесную подстилку. Бурча себе под нос и хлюпая по грязи, Дин выбрался вслед за ним на берег, промокший, по колено в глине, и упал на спину рядом с Сэмом. Какое-то время они лежали, не говоря ни слова, просто с наслаждением ощущая острую прохладу воздуха в легких.       — Вот дерьмо, — наконец заговорил Дин, садясь, осматривая себя и расстроенно стряхивая воду с куртки. Вздохнув, Сэм тоже собрался с силами.       — Должен сказать, я этого не ожидал.       — Да уж, это офигенно далеко от лягучела.       — Ты видел его копыта?       — Ага. Навыворот. Тоже охереть крейзуха. Им разве не положено жить в Англии или где еще там?       — Если я правильно помню, в Шотландии.       — Тогда почему в Арканзасе?       Сэм хмыкнул.       — Помнишь, когда здесь была Мать, Ева, то все иностранные монстры начали являться в Америку?       — Да, и? — вздохнул Дин, обстоятельно поднимая себя с земли.       Когда Сэм, приняв протянутую руку Дина, с непроизвольным стоном встал и ответил, его голос прозвучал утомленно:       — Может быть, келпи пришел тогда. И просто дремал в спячке, ожидал приказа на выступление, который так и не последовал.       — И что? Он соскучился и начал жрать детей, чтобы оторваться почумовее?       Сэм пожал плечами.       Дин фыркнул и тряхнул головой:       — Гребаные монстры.       — Ну что… — сказал Дин, когда они пошли от реки, — есть какие мысли, как убить келпи?       — Ни-ка-ких! — голос Сэма был шутовски жизнерадостным. Он ухмыльнулся брату, который скорчил ему в ответ рожу.       — Очешуеть!

ГДЕ-ТО НАД ТЕННЕССИ

      Всю первую половину пути команда сидела в самолете в тишине, каждый про себя читал пакет документов, которым их снабдила Гарсия, но когда, наконец, Хотч поднялся со своего места в задней части салона и присоединился к Риду, Прентис и Моргану за их столом, остальные члены команды обратились в слух.       — Первые впечатления?       — Мужчина, — уверенно заявил Рид. — В 75% случаев похищений, не связанных с семьей, преступник мужского пола, одновременно 88% стереотипных похитителей — мужчины. Его пренебрежение к расовым типам делает более трудным определение его расы, хотя, учитывая демографию региона, более вероятно, что он белый.       — Он также должен уметь организовывать и планировать. Никаких следов борьбы, и никто ничего не видел, хотя никого из детей не забирали из дома, — дополнил Росси. — Большинство исчезли по дороге домой из школы или от друзей. Двое маленьких, Тэмми-Мэй Левитт и Дженни Родригес, исчезли из парков во время игры, когда матери на секунду отвлеклись.       — Тогда он, вероятно, старше, — продолжил Джей-Джей, — такой уровень и такая организация действий предполагают наличие возраста и опыта.       — Приблизительно в 42% случаев несемейных похищений преступнику от 20 до 29 лет, — напомнил Рид. — Однако определить возраст трудно, базируясь на информации, которой мы в настоящее время обладаем.       — Отсутствие органов создает проблему при определении методов и мотивации, — указала Прентис. — У нас нет способа установить сексуальное насилие или нанесение увечий.       — Однако, — возразила Джей-Джей, — мы знаем, что он в некоторой степени калечит тела. Ему приходится, чтобы извлечь внутренние органы.       — Мне любопытно, как останки всех шести жертв были обнаружены в реке. Можно подумать, что по крайней мере некоторые из них были унесены водой. Он хранил их как трофеи? А если хранил, зачем их выбросил? — Морган постучал ручкой по своей папке.       — Гарсия, — спросил Хотч, разбудив компьютер на столе, — мы уже получили отчет медэксперта?       — Да, мои сладкие, и похоже, что органы были в реке все это время. Эксперт приурочил время их погружения приблизительно ко времени исчезновения каждого ребенка.       — Так почему же они все еще были на реке? Почему их не съели животные и не смыло? — снова спросил Морган.       — Их не было, — ответил Рид, просматривая страницу. — Не было полного набора внутренностей ни одной конкретной жертвы.       — Но большая часть все еще оставалась, — возразил Морган.       — Полицейский рапорт указывает, что на том месте изгиб реки, — поискала и прочитала Прентис в своем файле, — это, плюс то, что их спрятали в камышах, могло помешать воде их смыть.       — Да, но это все еще не объясняет, почему их не съели дикие звери, — заметил Рид.       — Может быть, в них был какой-то токсин, который отпугнул зверей? — предположила Джей Джей.       — Гарсия? — обратился Хотч.       — Токсикологический отчет еще не доставили, мои миленькие, но я дам знать, как только будет!       — Думаю, мы здесь забываем самое главное, — прервал Рид.       — Какое?       Рид окинул группу серьезным взглядом.       — Что неизвестный делает с остальными телами?       Команда помрачнела от этого замечания.       — Что насчет способа, каким были извлечены органы? — спросил Морган. — Это даст нам хотя бы некоторое представление о том, что он делает с остальным телом. Есть следы ножа?       Гарсия кликнула клавиатурой.       — Никаких признаков ножа, но… боже мой.       — Что такое, девочка?       Гарсия сглотнула.       — Зубы. Есть признаки, что их вырывали зубами.       — Ну что ж, — поморщилась Прентис. — Полагаю, это ответ на вопрос, что он делает с остальным телом.       — Ммммм, не так быстро, драгоценная, — отозвалась Гарсия, подняв карандаш. — Медицинский эксперт нашел на останках следы разнообразных зубов, включая несколько разных видов животных, но те, которые на самом деле вырвали органы с положенного места, тоже не были человеческими.       — Что? — поразилась Прентис. — Тогда чьими были?       Гарсия покачала головой.       — Он не уверен, любонька. В отчете говорится, что такие зубы он не смог узнать или найти в базе данных. Ой, здесь внизу страницы примечание… давайте посмотрим… фу, дрянь!       — Что такое, девочка? — спросил Морган, наклоняясь вперед.       — Медэксперт предположил, ввиду отсутствия другого объяснения, что такие следы могут быть оставлены человеческими зубами, заточенными в острые зубцы.       — О, — отозвалась Прентис, закатив глаза. — Отличненько.

МОТЕЛЬ «КОЛОКОЛЬЧИК»

       Дин наконец возник из душа в клубах пара. Он клялся, что до сих пор чувствует на себе вонь реки, грязи и гребаного келпи, но горячая вода в номере в конце концов иссякла.       Сэм предсказуемо провел время (перед тем, как отругать Дина за то, что он израсходовал всю горячую воду, и принять свой собственный, очень быстрый и очень холодный душ) в исследованиях.       — Итак. Кроме того, что это гигантская лошадь с черными глазами, что такое келпи? — спросил Дин из своей излюбленной позы растекшегося по постели лентяя, когда Сэм покинул ванную, все еще расчесывая волосы.        Сэм бросил на брата косой взгляд и ответил:       — Изначально келпи пришли из Шотландии и описываются как демоны в форме лошади. Сведения в сказаниях довольно противоречивы, но в основном они живут в озерах и реках, куда заманивают своих жертв, прежде чем съесть их и выбросить их внутренности на берег.       Дин сморщил нос.       — Чувак. Мерзко!       Сэм пожал плечами, швырнул мокрое использованное полотенце в Дина, который ловко его отбил, и сел к открытому ноутбуку за маленький столик, чтобы пролистать статью, которую он отыскал как раз перед тем, как подошла его очередь в душ.       — В преданиях нет полного единодушия относительно того, охотятся ли они за любым человеком или в особенности предпочитают детей, хотя большинство легенд строится вокруг исчезновения детей. Но, похоже, по крайней мере этот предпочитает детвору. Рассказывают также, что он может трансформироваться в человека по своему желанию.       — Не, нормуль! Выходит, он может быть кем угодно? Не просто здоровенная долбанутая скотина?       Сэм покачал головой.       — Предания о них очень противоречивы. В некоторых он принимает облик красивого юноши, чтобы соблазнять и завлекать женщин. В других его можно опознать по водорослям в волосах. Третьи же говорят, что он принимает вид старика и бродит по берегу реки, поджидая прохожих, чтобы заманить.       — Очешуеть. Вообще супер-недо-хрен-поймёшь. Так как же нам его убить?       — Предания рассказывают не слишком много. Распространен шотландский миф о девяти детях, которых заманили на спину келпи. Еще был десятый мальчик, который только погладил нос келпи. Когда его рука прилипла к келпи, он взял нож и отрезал себе руку. Он выжил, а другие дети все равно утонули.       — Ну, это просто голимая безнадега.       — Еще есть уздечка.       Дин стремительно глянул на Сэма, который выжидающе смотрел на него.       — Что, его можно просто объездить, как обычную лошадь?       Сэм продолжил:       — Предания также говорят, что надев на келпи уздечку, его можно сделать послушным. Тогда его можно убить. Хотя слегка неясно, действительно ли сработает любая уздечка, или ее требуется заклясть… И в некоторых других версиях легенды на келпи уже есть уздечка, и укротить его можно, сняв ее.       — Ну, я не видел уздечки, но опять-таки, я малёхо был занят важным делом — я тонул!       Сэм снова закатил глаза, слишком утомленный, чтобы раздражаться из-за легкомыслия Дина.       — Также в различных мифах сказано, что его убивают разными методами после того, как укротят. В одном — выстрелом серебряной пулей, в другом — раскаленным железом.       — Ладно, серебряные пули держать под рукой не проблема, но горячее железо таскать чуток геморнее.       Сэм криво усмехнулся и кивнул.       — Можем попытаться железным ножом и будем надеяться, что калить его не обязательно. Честно, я надеюсь, что серебряных пуль хватит. — Он вздохнул. — В легендах они на каждом шагу.       — По крайней мере, это начало, — ответил Дин, давая выход оптимизму. — Мы попробуем обычную уздечку, а если это не сработает, попробуем что-нибудь другое. Может быть, вырежем на ней какие-нибудь руны и кресты, чтобы заклинания заработали.       Нагнувшись, Сэм потер глаза и тяжело застонал. Дин тут же подался к нему, с беспокойством нахмурившись.       — Эй? Сэмми? Ты как?        Сэм взглянул на брата, послал ему натянутую улыбку и закрыл лицо руками.       — Ага. Очешуенно. — Дин нахмурился, но не стал дольше настаивать.       Ему оставалось только надеяться, что Сэм даст ему понять, когда галлюцинации снова выйдут из-под контроля, предпочтительно до того, как попытается застрелить Дина.

УЧАСТОК ШЕРИФА В АМИТИ

      Женщина с шерифским значком, которая поздоровалась с ними у двери, была маленькой и невзрачной, однако все же казалась окружена аурой «не дури, бля, меня», которую Хотчнер не мог не уважить, пожав ей руку.       — Шериф Бриджес?       Женщина кивнула.       — Я главный наблюдающий спецагент Аарон Хотчнер. Мы говорили по телефону.       Когда остальные из его команды вошли в участок, Хотчнер стал представлять каждого по очереди:       — Это моя команда: доктор Рид, спецагент Джаро, спецагент Морган, спецагент Прентис и спецагент Росси.       — Добро пожаловать в Амити, агент Хотчнер, — ответила шериф, наклоном головы приветствуя остальных членов команды. — У нас здесь места немного, но мы поделимся с вами всем, что есть.       — Все, что нам нужно, — это конференц-зал с белой доской.       — Мы это устроим. — Шериф махнула одному из помощников, крутившихся рядом, и тот направился в заднюю часть участка. — Что-то еще?       — Я бы хотел, чтобы агенты Морган и Прентис пошли осмотреть место преступления, если возможно.       Шериф указала на еще одного из ее помощников.       — Вон тот, Ричардс, может отвести вас на реку.       — Росси и я пойдем возьмем интервью у рыбаков, обнаруживших останки? — предложила Джей-Джей. По знаку Хотча она и Росси направились вслед за уходящими Морганом и Прентис.       — А я намерен начать с географического профиля, — сказал Рид, надевая свой рюкзак через голову.       — Хорошо. Следуйте за мной.       Шериф направилась в здание, Рид последовал за ней.       — Извините, сэр?       Хотчнер обернулся и увидел невысокого очкастого человечка в кричаще-ярком галстуке.       — Что вам угодно?       — Том Уилкинс. Я местный медэксперт.       — О да, конечно, доктор Уилкинс, здравствуйте.        Мужчины пожали руки, затем Уилкинс подал папку.       — Я зашел, чтобы отдать шерифу полный отчет судмедэкспертизы. Ваш технический аналитик упомянул, что вы хотели его как можно скорее.       — Конечно, — ответил Хотчнер, беря папку и открывая ее. — В останках были какие-нибудь токсины?       Уилкинс покачал головой.       — Нет, сэр. Ничего.        Хотч снова поднял выжидающий взгляд на доктора.       — Ничего?        Уилкинс беспомощно пожал плечами.        — А что со следами от зубов?        — 32 зуба, что вроде бы указывает на человека, но зубной ряд абсолютно неправильный. Если быть совсем откровенным, у меня на самом деле нет годного объяснения для этого. Комплект зубных протезов или просто заостренные зубы могли бы быть причиной.       Хотч хмыкнул в ответ.       — Спасибо, что занесли, доктор Уилкинс.       — Не за что, агент Хотчнер. Хорошего дня.       Попрощавшись с доктором, Хотч направился в заднюю часть участка, в помещение, которое помощник шерифа указал ему в качестве назначенной для его команды.       — В останках нет никаких токсинов, — все еще просматривая файл, переданный ему судмедэкспертом, повторил Хотч, когда вошел в комнату, в настоящий момент занятую Ридом.       Подняв глаза, он увидел, что молодой человек уже начал втыкать булавки в большую карту местности, висевшую на стене конференц-зала. Он оглядел комнату.       — Куда ушла шериф Бриджес?       — Хм? О, она сказала, что собирается поискать карту города для меня. Но я думаю, что эта карта на самом деле может быть лучше.       Рид второй раз, внимательнее, оглянулся на Хотча.       — Постой, нет токсинов? Действительно?       Хотч кивнул.       — Тогда почему их не съели… — Рид рассеянно замолчал, снова взглянул на карту и добавил еще одну булавку.       — А почему эта карта лучше? — спросил Хотч, подходя и вставая рядом с Ридом.       — Она включает реку. На самом деле река не течет через город, но очевидно находится в зоне комфорта нашего неизвестного.       — Есть какие-нибудь шаблоны для мест похищения?       — Трудно сказать, поскольку для большинства детей мы не знаем точного места похищения. Малыши — самые однозначные. Парк, откуда похитили Тэмми-Мэй, граничит с рекой вот здесь. — Рид постучал по красной булавке. — И парк, из которого похитили Дженни, тоже на реке, чуть ниже по течению, по другую сторону, здесь. — Он указал на вторую булавку. — Это единственные два места похищения, в которых мы целиком уверены.       — Учитывая, что неизвестный избавился от останков в реке и унес двух малышей недалеко от реки, кажется вполне определенным, что река имеет для него какое-то значение.       — Да, — рассеянно согласился Рид, — остальные места похищений — всего лишь догадки. Но если мы выдвинем гипотезу, основываясь на похищениях двух малышей и месте захоронения, что река — центр зоны комфорта неизвестного, шаблон возникнет. Грин исчезла между домом ее подруги, здесь, — Рид ткнул в точку на карте, — и ее домом, здесь, — он ткнул в другую точку на карте. — По словам ее подружки, она всегда шла одной и той же дорогой, которая вела ее здесь мимо реки. — Рид воткнул еще одну красную булавку в карту на месте, которое указал. — Маршрут Сойера домой из школы тоже был предсказуем и проходил через реку здесь. — Еще одна красная булавка. — Маккей должна была встретиться со своим бойфрендом на пикнике у реки, но так и не появилась. Они должны были встретиться здесь. — Еще одна булавка. — Хотя, поскольку она так и не явилась, у нас нет возможности узнать, близко ли это к тому месту, где ее похитили. Подобным же образом Дуглас прогуливал школу в день своего исчезновения. Его друзья сказали, что они иногда тусуются на проселочных дорогах у реки здесь, — последняя булавка, — но опять же, мы не можем знать, где он был, когда его похитили.       — Не слишком много достоверного, — заметил Хотч.       — Нет. Но это создает отчетливую зону комфорта преступника.       Красные булавки образовали небольшой кластер вокруг черной булавки, отмечавшей место свалки останков внутренностей.       — Похоже, тогда это река, — подтвердил Хотч.       — Так что означает река?

БЕРЕГ РЕКИ КАДДО

      — Ну почему монстры всегда живут в самых суперотвратных гребаных местах? И почему так адски жарко? Я тут, блядь, в поту утопаю!        Сэм веселился, пока они с Дином хлюпали по грязи вдоль берега реки.       — Может, тебе не стоит нацеплять кожаную куртку в полдень. В июле.       — О, ха-ха-хаааа. Смешно, да. Посмотрим, кто будет смеяться, когда все эти голые мяса, которые вываливаются из твоей дебильной стрёмной маечки, в конце концов приклеят тебя к келпи и утопят твою великанскую жопу.        Сэм только громче засмеялся.       — Мать твою за ногу… — пробормотал Дин, когда на следующем шаге попал в скрытую яму и по колено погрузился в грязь.       — Ш-ш-ш, — зашипел Сэм.       — Чего? — огрызнулся Дин, оглядываясь на брата.       — Ты это слышишь?       Дин услышал. Голоса, и приближаются.       Дин и Сэм нырнули в камыши, что покрывали берег реки.       — …это действительно изолированная местность.       В поле зрения Винчестеров появился высокий темнокожий мужчина, одетый в белую футболку, под которой впечатляюще рельефно выделялись мускулы. Глаза его прятались за солнцезащитными очками. Сопровождавшая его женщина была ниже ростом, одета в рубашку на пуговицах с закатанными рукавами, а ее глаза также маскировали большие солнцезащитные очки. Последний член их компании носил форму помощника шерифа.       — Ни фига се, — пробормотал Дин, схватил Сэма за локоть и потянул. Сэм шлепнул его по руке.       — Перестань, — прошипел Сэм. Он снова бросил взгляд на группу правоохранителей, которые все еще шли к берегу реки. — Шесть пропавших детей. Логично, что здесь будут полицейские.       Дин кинул на брата недоверчивый взгляд.       — Полицейские? Сэм, ты шутишь? Это ублюдки-федералы.       Сэм зажмурился и сморгнул:       — Ох. Да. — Дин беспокойно поглядел на брата: обычно Сэм первым улавливал эти приметы, и вновь посмотрел, прикрывшись камышом, на группу. — Но почему сейчас? Что привело их сюда?       — Неизвестный должен быть очень нацелен использовать именно это место в качестве свалки, чтобы продраться к нему через столько препятствий, — сказала женщина, когда федералы подошли ближе к берегу реки, и нагнулась, всматриваясь в тот участок тростника, на который указал помощник шерифа.       — Так что ж здесь такого? — спросил мужчина. Женщина покачала головой.       — Должен быть какой-то личный смысл.       Мужчина согласился, оглядываясь по сторонам.       — Место свалки, — прошептал Сэм, широко открыв глаза, повернулся к Дину и ткнул его под ребра. — Внутренности, Дин?       —Оу, ты чо! Кой хрен? Внутренности?       — По легендам, келпи избавляются от внутренностей своих жертв на берегу реки. Кто-то нашел свалку келпи и вызвал федералов.       — Блядь! — с чувством высказался Дин, взглянув через плечо на группу, которая все еще осматривала площадку.       — Давайте сделаем несколько снимков местности, — сказала женщина. — Покажем их Риду, когда вернемся в участок.       Женщина вытащила камеру, заставив Дина и Сэма нырнуть еще ниже. Они не смели дохнуть, пока щелканье затвора камеры заполняло пространство у реки.       Наконец они чуть приподнялись, услышав, что группа покидает берег, и проследили, как те уходят такой же дорогой, по которой пришли.       — Ну, в общем, — сказал Дин выпрямившись, после того как миновало достаточно времени и стало ясно, что федералы не собираются возвращаться, — с ними вся эта фигня делается во сто раз сложнее.       Поднявшись рядом с ним, Сэм мрачно кивнул.        — Тем не менее, — наигранно бодрым голосом сказал Дин, с хлюпаньем выдирая ботинки-вездеходы из грязи, в которой увяз, — по крайней мере, мы знаем, куда келпи выбрасывал куски недоеденных детей.       — Да, — ответил Сэм, передразнивая фальшиво-жизнерадостный тон Дина, — в самом деле, появление федералов — это действительно благо, а не бедствие.       — Точняк, Сэмми! — беззаботно прощебетал Дин в ответ, остановившись там, где стояли федералы, — на площадке, отмеченной вытоптанным ими тростником. Сэм подошел и встал рядом. Засунув руки в карманы, оба созерцали пятачок в камышах, обведенный полосатой лентой для мест преступления. — Ну что ж. Это нам не поможет.       — Неа, — отозвался Сэм. — Тем не менее, — продолжил он, оглядываясь вокруг и щурясь от солнца, — по крайней мере, теперь мы знаем, что логово келпи где-то здесь.       — У келпи бывают логова? — размышлял Дин с отсутствующим видом.       Сэм повернулся к нему и задумчиво свел брови.       — Я… не знаю.       — Я в смысле, что это практически традиция у монстров. Логова, в смысле, — ответил Дин и направился прочь.       — Эй. Ты куда собрался? — Сэм сделал пару длинных шагов, чтобы догнать брата.       — Забудь, Сэмми. Мы ничего здесь не найдем. Точка засвечена. Место потревожено. Оно, может, и чудовище, но не дурак. В ближайшее время не вернется. А вот федералы могут.       Сэм вздохнул.       — Тогда как, бля, мы найдем это чучело?       Дин фыркнул.       — Ни хера не знаю. Можно попробовать бы просто повторить прошлый раз и рассекать вокруг да около, пока оно не нападет.       Сэм засмеялся.       — Очешуенный план, Дин.       — Захлопнись, Сэм.