Джон желает знать

Среда уже привычно встретила Джона вкусными запахами из кухни. Добравшись туда, он обнаружил в выключенной, но ещё тёплой духовке запечённые початки кукурузы. Это было что-то новое. Кукурузу в таком виде Джон никогда прежде не ел. Да он в принципе не особо её ел. Холмса, ожидаемо, дома не было. Это Джон понял по той абсолютной тишине, какой не бывает, когда этот экспериментатор дома. Холмс просто не умеет двигаться без шума, постоянно на что-то натыкаясь, роняя или толкая. Звякают его колбы, шуршат страницы стариннейших справочников, что не переиздаются сейчас, да и просто его шаги, его восклицания всегда наполняют дом. Сейчас же этот дом был совершенно пуст отсутствием Шерлока, что Джон не мог не заметить. В телефоне сообщений не было, даже то, про желание поговорить утром, висело непрочитанным. Это было новостью похлеще завтраков и цветов. Холмс всегда читает его сообщения! Всегда! И не раз повторял, что Ватсон сейчас самая важная часть его жизни! Да что за дела творятся? «Холмс, что происходит? — написал Джон. Подумал и стёр. — Шерлок, я чем-то обидел тебя? Почему ты третий день меня избегаешь? За интересные завтраки и цветы спасибо, конечно, но объясни в чём дело. Меня эта ситуация напрягает». Подумав ещё немного, Джон сообщение отправил, посмотрел на стол, и только тут увидел, что кроме кукурузы его ждал аппетитнейший кусочек лимонного пирога со взбитыми сливками. Чуть постояв, он пошёл чистить зубы, в надежде, что пока он это делает, Шерлок ответит, и тем вернёт покой в душу, а заодно и аппетит.

***

Вернувшись из душа, Джон первым делом взял мобильник. Его сообщения Шерлоку всё также висели непрочитанными. Но зато появилось новое сообщение от Лестрейда. Впрочем, когда Джон его открыл, оказалось, что оно не совсем от Лестрейда. «Джон! Я свой телефон утопил, поэтому напишу здесь! Дело, которым мы занялись, оказалось несколько запутаннее, чем я ожидал. Возможно, меня пару дней не будет дома. Не волнуйся, всё под контролем! Отдыхай. ШХ». Утопил? В голове Джона пронеслось несколько возможных сценариев, при которых это было был возможно. Река, болото, бассейн, где они столкнулись с Мориарти… В любом случае, всё это очень странно, непонятно, и вообще. Спросить Лестрейда? Или оставить всё как есть? В конце концов, Холмс уже взрослый человек и сам принимает решения. Ага, как же… Джон покрутился несколько минут, поразмышлял, а потом написал Майкрофту: «Прошу прощенья за беспокойство, не знаете ли вы, чем сейчас занимается Шерлок?» Ответ пришёл достаточно быстро. «Знаю, доктор Ватсон, потому что именно я его об этом попросил. Но не могу раскрыть деталей, извините. Информация строго конфиденциальная. Понимаю ваше волнение, но риска для жизни там нет. Через пару-тройку дней, всё закончится и вы всё узнаете. Пока постарайтесь просто отдохнуть». И этот туда же? Ну какой тут отдых может быть? Джон взял один из початков и принялся его грызть. Оказалось очень вкусно. Хм… А Шерлок, готовящий завтраки, это довольно интересный опыт. Знать бы только что он сейчас делает, и что вообще происходит. Что должно было случиться, чтобы Шерлок взял дело от Майкрофта??? Попробовать это выяснить, провести собственное расследование? Ага… Как, интересно? Ладно. Раз все советуют ему отдохнуть, Джон решил, что так и сделает. Целый день будет гулять в парке, а обедать и ужинать в кафе. Может даже в кино зайдёт. Так можно будет не думать о Холмсе. Всё равно толку от этого нет. Вечером, обессиленному от насыщенного дня Джону доставили цветы. Он бы удивился, если бы этого не произошло. Это были восхитительно яркие жёлтые подсолнухи. Джон подумал, выстроил все три букета в ряд на столе в гостиной. Алые розы. Оранжевые герберы. Желтые подсолнухи. Это всё явно неспроста. Шерлок не таков, чтобы делать что-то без причины. Все эти его цветы-подарки что-то да означают. Надо только понять — что.

***

Утро четверга встретило Джона тишиной. Открыв глаза, он какое-то время просто лежал в постели, всё отчётливее понимая, что… скучает. Шерлока нет дома три дня, сегодня четвёртый. Не особо большой срок, но… Джон отвык быть без него, оказывается. Он не замечал этого прежде, но Холмс заполнял собой эту пустоту и тишину, что сразу стала заметна, когда его не стало. Джон считал, что Шерлок слишком шумный, слишком навязчивый, его слишком много, и хотел получить больше личного пространства. И вот теперь, когда это пространство получил, оказалось, что это не так уж здорово. Джону не хватало голоса, их разговоров ни о чём за утренним кофе и вечернем чаем, часто непонятных шуточек, внезапных обнимашек, да и даже того, что Холмс обожал схватить Джона неожиданно, потискать его, пощекотать, а то и сунуть свой вечно холодный нос ему между шеей и воротником свитера. Прежде это Джона раздражало, он сердился, отбивался, порой отпихивал Шерлока и выговаривал ему, что так вести себя — недопустимо. Что нельзя налетать на людей без предупреждения. Теперь он мечтал, чтобы Холмс вышел из-за поворота, обнял его, прижал к себе. Да пусть хоть заобнимает! Пусть хоть сунет свои вечно мёрзнущие ладони прямо к животу. Только пусть будет здесь. Скажет, что его это непонятное дело завершено и он вернулся. Оказывается, Джон пять лет прожил в полнейшем счастье, и умудрился не замечать этого. Умудрился начать принимать как должное, что рядом с ним находится такой человек, как Шерлок. Научился не реагировать на его любовь… Неужели вот так привычка и убивает всю романтику? Уже практически напуганный, Джон едва заставил себя сделать все утренние дела и дойти до кухни. Раз Шерлок сегодня дома не ночевал, значит, завтрака не будет, а готовить желания совершенно нет. Взяв мобильник, Джон посмотрел, нет ли сообщений от Лестрейда или Майкрофта. И увидел, что есть от обоих. «Доброго утра, доктор Ватсон. С Шерлоком всё в порядке, не переживайте. Думаю, он будет дома, самое позднее, в воскресенье. Я искренне прошу вашего извинения за его отлучку». «Джон, загляни в холодильник, найди там зелёный пакет, оцени содержимое. Это не один из моих экспериментов, хотя может быть похоже! Ш.Х.» Второе сообщение заставило Джона улыбнуться. Пакет нашёлся с трудом, всё же Холмс его хорошо запрятал. Внутри оказались две баночки с зелёным же содержимым. Гм… а ведь и правда похоже на очередной эксперимент! Попробовав ложку первого, Джон закрыл глаза. Содержимое оказалось яблочным желе. Домашним, судя по всему. Он никогда прежде особо не любил желе, но оказывается, его просто не умели готовить. Ополовинив первую ёмкость, Джон попробовал из второй. Это оказался нежнейший мусс, но не получилось определить из чего. Желе было чуть кисловатым, мусс нейтрально-сладковатым, а вместе они образовывали идеальнейшую пару. — Как мы с тобой, — сказал Джон. Закончив, он почувствовал, что наелся. Посмотрел на кухонный стол, в центре которого красовались вчерашние подсолнухи. Розы он так и оставил в гостиной, а герберы в своей комнате. — Хм… если вечером я получу что-то зелёное, это будет означать, что я уловил закономерность твоих подарков. Но есть ли в них какой-то смысл, который я пока так и не могу понять? — спросил Джон в пустоту кухни. И отправился собираться на работу. Его выходные-отгулы закончились.

***

Вечером Джон не спешил домой. За прошедшие дни он уже сполна насладился тишиной и одиночеством, и теперь мечтал о скорейшем возвращении Шерлока. Оказалось, что и читать, и готовить, да и просто сидеть в любимом кресле, залипая в телефон, не так интересно, когда Холмса нет рядом. «Когда он вернётся, всё будет совсем иначе! Я больше не буду таким несносным идиотом! Я буду иначе общаться с ним! Не буду отталкивать, когда он пытается проявить нежность, и стану куда чаще обнимать его сам! И как он только терпел меня все эти годы? Шерлок… ты же не решил от меня уйти? Нет! Это просто какое-то идиотское дело, которое он пытается вести!» Оказавшись на пороге, Джон увидел прямо перед дверью какой-то мусор. Погружённый в свои невесёлые мысли, он чуть не спихнул его ботинком с крыльца, но в последнюю минуту остановился. Всё же, годы прожитые с наблюдательным детективом, что постоянно пытался научить мужа не только смотреть, но и видеть, дали результаты. Джон присмотрелся. Это был не просто мусор. Это был… своего рода букет. Только из обычных веток, наломанных с разных кустов. Да нет, необычных! Там попадались и веточки на которых были ягоды, похожие на маленькие зелёные помидоры, и белые, почти светло-салатовые цветы. Но общий тон букета был зелёным. А за мусор Джон принял его потому, что эта красота, стоявшая в обычной стеклянной банке, почти полностью была завёрнута в крафтовый пакет. Ватсон наклонился, бережно поднял очередной подарок, и внёс его домой. Свободные вазы закончились, поэтому букет остался в той же банке, Джон только подрезал каждую веточку наискосок, чтобы вода свободнее просачивалась в них и они не гнили бы там, расправил букет и поставил на прикроватную тумбочку, от чего герберам пришлось переехать на другую её сторону. Джон почти видел, как Шерлок носится по кустам, решая вместе с Лестрейдом это непонятное дело, понимает, что сделать заказ на доставку не может, или не успевает, своими руками собирает этот букет из доступной растительности (очень стильно и красиво собирает, надо признать), и находит время принести и поставить под дверь. Банку и пакет он явно подобрал на какой-нибудь мусорке. Жаль, записки не было. Джон тщательно осмотрел и каждую веточку, и сам пакет, прежде чем его выбросить. Тем не менее, это букет сам был красноречивее любой записки. Почему-то его вид, в отличие от всех остальных презентов, подействовал на Джона успокаивающе. В комнате едва уловимо пахло свежей зеленью леса. — Я тоже тебя очень люблю, — сказал Джон, прежде чем закрыть глаза.