Под фиолетовым светом

***

Прошла неделя, а Джисон не выходил из кровати. Он был рассержен, расстроен. Словно в депрессии. Он пытался забыть Минхо, но все снова всплывало в голове. К Джисону приходил Феликс с Хенджином, но друзьям он так и не сказал что произошло. Парень плакал каждую ночь, потому что им воспользовались и выкинули как собаку. Поэтому черз пару дней парень заболел. К нему приходил Феликс с лекарствами, лечил его все тот же Феликс, но в один день пришел не его друг. Послышался звук открывавшиеся двери. — Ликс это ты? - все с тем же захлюпанным носом, не только от простуды, но и от слез по бывшему. В ответ тишина. — Ты чего молчишь заварить чайник чай попьем, кхе-кхе. - парень не поднимал головы с подушки, и болезнено кашлял. Феликс снова молчал но чайник включил. — Феликс? Что-то случилось? - на этот раз голову шатен поднял и увидел там совсем не друга. — Минхо?... - у Джисона началась паника, он укутался в одеяло и забился в угол кровати. — Джисон~и. - с опаской и по талии младшего. о подходя звал его Минхо. — Не подходи! Видеть тебя не хочу! - кричал со слезами парень. — Милый... Не бойся.. —... - Джисон молчал, но из одеяла не вылезал. Рука старшего снимала одеяло с головы Хана, пока тот смотрел на него мокрыми глазами. — Объясни мне причину, почему ты сбежал тогда? - просил Минхо. — Я.. Ты.. Ты мне изменил. - выдал Джисон. На это Минхо выпустил глаза но сразу успокоился. — С кем? — С девушкой невысокого роста, у нее каштановые волосы, средней длины. Она просила танец и поцеловала тебя. Минхо расмеялся. Почему он смеется? Здесь плакать только хочется, что Джисон в принципе и делал. — Эта девушка моя сестра Оливия. А она очень стеснительна, поэтому и танцует со мной. Джисона осенило, Феликс говорил что у них есть сестра, она чертовски была похожа на младшего Ли. — Я... Прости меня... Я.. - и волна слез снова нахлынула как цунами. — Малыш, не плачь, солнышко. - утешал комплиментами старший. Младший с соплями и слезами, совмещал смех, нервов уже не существовали в его теле. — Хён, - тихо позвал Джисон, влажным выдохом опаляя чужую шею. — Да Малыш? — Хён, прости меня, это все моя вина, если бы я не подумал что жто твоя сестра, этого бы не произошло. Минхо улыбался извинениями младшего. — И ты меня прости что не додумался заменить Феликса раньше. Мы бы уже давно помирились с тобой. Я люблю тебя, солнце. — И я тебя, хён. - слезы как рукой сняло, остался только красный нос и такие де глаза. Но Минхо не терял время и ластился с поцелуями изучая тело младшего. — Очень люблю тебя. И снова - бесконечная череда поцелуев, то страстных, то срывающихся на нежность. Меж рёбрами, не было кислорода. Когда губы занемели, Минхо взял его лицо в собственные ладони приподнялся слегка, беспорядочно и невесомо ртом прижимаясь то к щекам, то к кончику носа, то к трепещущим ресницам. Бесчисленное количество раз он касался губами родинки, сцеловывая её, как шоколадную крошку — Джисону, возможно, стоило бы проверить в зеркале после, остался ли от неё хоть след. Никто не виноват в том, насколько глубоко их умудрилось занести течением, что горизонты давно уже скрылись из виду. Если чувствуешь, что начинаешь тонуть — расслабь тело и меньше барахтайся: лишние движения лишь сильнее потянут тебя на дно. Никто не виноват в том, что Минхо и Джисон не умели плавать. — Малыш, я очень скучаю по тебе все время и не хочу отпускать, ни на какие расстояния. Давай, ты переедешь ко мне? После предложения Хану снова хотелось захныкать, но уже не чем было, за все те дни без любимого он пролил море, если не океан слез. — Я не против посвятить всю свою жизнь тому, кому моя жизнь не безразлична. Я согласен. Только счастье в их глазах и улыбке, давало им силы на любовь к друг другу, и на минуточку любви у них было очень много. — Я тоже посвящу свою жизнь только любимому человеку, и это ты. - Минхо улыбался до ушей, сильней уже не куда, он был так рад что нашел её, а точнее его, любовь всей его никчемной, человеческой жизни. Они больше не говорили ни о чем, им не нужны были слова. Жесты помогали в том, что бы понимать любимого. Минхо, расположился на коленях Джисона, и мурчал пока младший, гладит его по волосам. — Я хочу чтобы ты глади меня почаще, а можно и всегда. - отшучивался старший. — А я люблю, когда ты так нежен в моих руках. — Ты пропустил целую неделю учебы. — Но ты же меня подтянешь? - флиртовал Хан. — Куда же я денусь. От своего любимого. - и снова, поцелуи на опухших губах, повторялись снова и снова, пока оба не заснули от ласк.

***

Солнце настигало их лица, пока два возлюбленных лежали в крепких объятиях. Никто не хотел выходить из теплых и нежных ласк, но Минхо первый вышел из царства Морфея. И начал выцеловывать лицо младшего. — М~мм, Минхо.. - называл имя любимого, Джисон. — Что, дорогой? Пора вставать, умываться. - перечислял старший. — Да, точно. Сейчас встану. - сказал Джисон, и снова уснул. Минхо снова выцеловывал старые следы от поцелуев. Прикасаясь своими ладонями к талии Джисона. И Джисон решил подыграть. — Дорогой! Отстань, дай поспать! - и отвернулся от Минхо на сто восемдесят. Старший принял вызовал и начал щекотать любимого. Хан уже смеялся со слезами на глазах, и просто остановиться на это, Минхо прижал его за талию к себе. — Вставать пора, Джисон~и. - шептал на ухо Минхо. Младший покрылся мурашками по всему телу, ему хотелось лежать так днями на пролет, но к сожалению реальность жестока. Их игры прервал будильник, который был поставлен на 7 утра. — Что сегодня по занятиям? — Все та же Физкультура. — И мы уйдем на половине пары, в подсобку где будем под фиолетовым светом. - размечтался Джисон. — А после уйдем ко мне, не говоря никому. — Мне нравиться этот план. — Конечно, он уже срабатывал. — И не раз еще сработает. После этих слов к ним на кровать прыгнула Дори. — И ей нравится. Как же я рад что встретил тебя, Хан~и. После этих слов они снова упали в объятия, но уже с Дори. — Я люблю вас. - Суни и Дуни мяукнули на слова Джисона. — И вас малышки. — И я люблю всех вас. Спасибо что согласился терпеть и любить меня. — А тебе спасибо что полюбил.