Легенда о Мастере или проклятая сделка Графа

Долгожданная встреча с местным специалистом по мифологии с первых минут оказалась крайне плодотворной. Уже около часа Юлиан рассказывал мне об истории Мастера, пока я крутила в руках старинный дневничок, любезно предоставленный моим спутником. — И что же, Мастеру так просто удалось убедить Цепеша? — я оторвала глаза от ветхого дневника и вновь взглянула на пожилого мужчину. Услышав мои слова, он горделиво выпрямился и поправил ворот пиджака. — На кону стояла судьба его семьи и княжества. Стать тем, кем он стал было единственным верным решением. — Вы говорите так, будто лично присутствовали при всем этом, мистер Германик. — О, я вас уверяю, после прочтения дневника вы и сами сможете посмотреть на историю своими глазами. — Юлиан слабо улыбнулся и жестом подозвал официанта. — Благодарю за помощь, Юлиан. Столько информации, еще и дневник, я даже не знаю, как вас отблагодарить. — Полно, быть может, однажды и мне придется обратиться к вам с небольшой просьбой. — когда счет был оплачен, мистер Германик поднялся из стола. — Кажется, нам пора. — Почему же вы сами не решились издать книгу, имея такой объем информации? — я поспешила вслед за уходящим мужчиной. — У меня есть и другие заботы, к тому же, думаю у вас это получится гораздо лучше. — он открыл дверь, учтивым жестом приглашая меня пройти. — Вы проделали такой путь ради того, чтобы увековечить имя Мастера в литературе, неужели, это единственная причина? — По правде сказать, причина эта скорее второстепенная. — я слегка замялась, вспоминая недавние события. — Если бы не сорванная помолвка, вряд ли я бы решилась на поездку. — Забавно. — он глухо рассмеялся. — Вероятно, ваша душа обещана другому. — Что вы имеете ввиду? — Порой, притяжение души к другой может оказаться настолько сильным, что заставит перешагнуть через опасную грань. Вы его почувствуете, уверяю. — сказал он, скрываясь за дверью темного автомобиля. «Странный человек, крайне странный.» Прохладный ночной воздух был как нельзя кстати после душного помещения. Я прикрыла глаза, а когда вновь открыла их, машины мистера Германика уже не было видно. Сжав в руках тетрадь, направилась по дороге к отелю, размышляя о том, что только что произошло. С одной стороны, Юлиан произвел впечатление человека умного, интеллигентного, но с другой стороны, чувство подвоха и недосказанности витало вокруг него и было почти осязаемым. К чему были эти речи о душах и притяжении? Такое чувство, что он сам с собой разговаривал. Я шла по каменной дорожке, когда звук моих каблуков смешался с тяжелым стуком чьих-то ботинок. Я обернулась и тяжело вздохнула, увидев уже знакомого мне молодого человека. — Как тесен мир. — сказал он, поравнявшись со мной. — Особенно тут, на кладбище. — Острите. — улыбнулся он, украдкой глянув на меня. — Если цитирование Воннегута для вас острословие, то да. Скажите честно, вам нравится преследовать одиноких женщин? — я остановилась и подперла бока руками. — Это так заметно? — Более чем. — Я бы не советовал вам прогуливаться одной по незнакомой стране в такое время. — Вот как? Забавно раздавать советы, даже не зная имени человека в адрес которого они поступают. — я сделала шаг и оказалась на опасно близком расстоянии от навязчивого «знакомого». — Так просветите. — он улыбнулся и чуть подался вперед. Да, он явно не собирался сдаваться. Я прищурила глаза в надежде взглядом просверлить в нем дыру, через которую можно было бы рассмотреть его сущность. Лицо его отражало уверенность, а однобокая улыбка не казалась насмешливой, скорее удовлетворенной. — Тея, меня зовут Тея. — я сдалась под натиском его внимательных серых глаз и стала ждать дальнейшего развития событий. — Влад. — едва ли не шепотом произнес мужчина, и взяв мою руку, поднес ее к губам. Он перевел взгляд на серебряное украшение, а затем тихо хмыкнул. — Вы взволнованы? — Ничуть. — я мягко освободила свою руку, на что Влад лишь рассмеялся. — С чего такие выводы? — я пошагала в сторону отеля, он последовал за мной. Влад принялся рассказывать мне о кольце, точнее о камне в нем. Он утверждал, что тот меняет свой цвет в зависимости от настроения владельца. Голубой — спокойствие; синий — разочарование, печаль; красный — волнение и так далее. Я парировала его утверждение рассуждениями о смене температуры или еще чего-нибудь, но он твердо стоял на своем, от чего и я, кажется, начала верить в магическую природу украшения. Какое-то время мы болтали обо всем и ни о чем сразу, так что, не заметили, как дошли до отеля. Я была приятно удивлена своим спутником и даже успела проникнуться некой симпатией по отношению к нему. Его разговоры на около серьезные темы, приправленные тонким юмором и острословием, заставили почувствовать себя в своей тарелке. — Благодарю за компанию, Влад. — Может быть, любовь ни что иное, как чувство благодарности за наслаждение. Я благодарен вам. — Влад слегка поклонился и глянул исподлобья, довольно улыбаясь. — Язык ваш — враг ваш, молодой человек. — рассмеялась я. — Но за Бальзака вам плюс балл. Этот день оставил за собой приятное послевкусие от общения с Владом и от количества информации, которую мне удалось собрать. Поднявшись в номер, я наспех приняла освежающий душ, обернулась в махровый халат и собрала длинные темные волосы в пучок, чтобы на утро получить незамысловатую укладку. Ужин заказала в номер и уселась на кресло рядом с кофейным столиком, чтобы погрузиться в историю Мастера. «Римские мистики пророчили появление великого зла. Легенда гласит, что зверь некогда был смертным человеком, который вызвал демона из глубины Ада, дабы выторговать у него темную силу. Демон исполнил желание, но цена была высока — вечное заключение во мраке пещеры, где вампир пробудет, пока не явится тот, кто освободит его…»