В поисках невиданного Змея

Василёк никак не мог прийти в себя после этой новости. Всё это время у него была сестра, о которой он забыл. Но вот теперь она стояла перед ним. Котик готов был проводить с ней всё свободное время. Ему надо было столько ей рассказать и хотелось столько всего спросить, но сейчас надо было помочь с котятами. Когда остальные коты пришли с целителем, он сказал, что кошечке надо помочь. — Нужно, чтобы кто-нибудь давил на живот, когда у неё снова начнутся схватки. Василёк и Орешник вызвались сделать это. Юный котик очень хотел хоть чем-нибудь помочь сестрёнке, но ещё больше он хотел увидеть маленьких котят. Как только тело кошечки начало сотрясать от новой схватки, оба кота принялись давить на живот. Вскоре на землю шлёпнулся маленький комочек, а спустя время ещё один. Буря и целитель принялись вылизывать котят против шерсти. В тот же миг маленькие комочки начали пищать, как бы говоря «привет» новому миру. Двое черепаховых с белым котиков тут же прижались к животу матери. — Поздравляю тебя, Василёк, ты стал дядей, они твои племянники, — ослабевшим от усталости голосом прошептала Черешня. Котик не мог поверить своим глазам и своему счастью: только недавно он нашёл свою сестру, а теперь стал дядей. — Черешня, я обещаю, что больше никогда тебя не брошу, я буду тебе помогать с котятами. Буря, Орешник, можно я буду помогать своей сестре с котятами? Они — единственное родное, что у меня сейчас есть. Я забыл вам сказать: Черешня — моя сестра. Буря и Орешник не могли лишить котика такого счастья. — Конечно можно, всё равно нам тут надо задержаться, пока Малиновка не окрепнет. К тому же, мы видели, как тебе было трудно в племени, где тебя большинство ненавидели, смотрели на тебя с презрением, а потом чуть не изгнали, где у тебя не было родных, кроме Вороны, но даже её не хватало. Запомни: настоящий воин силён не только телом, он также силён душой; если страдает душа, то страдает и тело. В конце концов, если душа «поёт», то и тело пляшет. Когда Василёк помог сестре, он проводил её к норе лисы. Котик так устал за день, что, быстро соорудив себе гнездышко, улёгся и приготовился видеть сны. Во сне к нему явился Змей и, видя радость сына, произнес: — Тебе нужна была эта встреча с сестрой, тебе сейчас как никогда нужны тепло и забота, которые может дать только родная для тебя кошка. Сынок мой, пусть же твоё несчастье угаснет, а твоя душа излечится от одиночества и страданий. Не бойся, те дни, которые ты проведёшь с сестрой, сделают тебя сильнее. Пусть не физически, но душевно, и в нужный момент ты сможешь спасти близкого тебе кота. На следующий день Василёк быстро проверил подругу, затем перекусил полёвкой и отправился к своей сестре. Ему не терпелось рассказать всё, что с ним было. Наконец появился тот, кто может его выслушать и понять. Когда он пришёл к норе, его встретил знакомый запах, а в самой пещере копошились два маленьких комочка. Котятки пытались уговорить маму, чтобы она их покормила. Но малыши свою порцию молока съели ещё рано утром. — Привет, Черешня, вот зашёл проверить, как ты тут. Вчера не успел тебя поздравить: поздравляю с чудесными котятами, ещё и племянники мои. Может, тебе чем помочь? Только скажи — я всё сделаю. — Да, конечно, не мог бы ты поймать чего-то вкусного? И ещё, сбегай к целителю, попроси у него пару листьев бурачника. — Конечно, всё сделаю для тебя. — Котик уже собирался убежать, но его остановил вопрос. — Василёк, пожалуйста, расскажи, как там Змей, я очень давно не видела его. — Дорогая, не сейчас, тебе нужен покой, я обещаю, что попозже тебе всё расскажу. — С этими словами Василёк убежал на охоту. Да, он обманывал сестру. Но она только недавно стала мамой и потрясения в виде смерти Змея не для неё. После того, как все дружно поужинали, Василёк поменял сестре подстилку, чтобы ей было мягче спать.

***

Так и летели дни, которые котик проводил с сестрой. Котят решили назвать Шмелик и Моховичок. Еще никогда Василёк не чувствовал себя таким довольным. Малыши росли у него на глазах, и с каждым днём становились всё более уверенными в себе. Васильку приходилось подолгу охотиться, так как надо было накормить Черешню, а уже вскоре и котята начали переходить с молока на мясо. Очередным утром котик снова прибежал к норке лисы, котятки уже вовсю требовали еды, так что Василёк снова принялся за работу, но на этот раз от внимания сестры не укрылся усталый вид брата. — С тобой точно всё в порядке? — Да, немного устал, но в порядке. Пойду наловлю какой-нибудь дичи. — Василёк быстро удалился, весь остаток дня прошел спокойно. Прошло еще пару дней, Василёк совсем себя загонял, он только и успевал позавтракать и снова убегал. На этот раз Буря попросила Василька сходить с ней на охоту, но перед этим попросила его как следует отдохнуть. Вот только он не послушал Бурю. Когда они выдвинулись, Буря объяснила, что Василёк попробует поймать чего-нибудь на лугу и близлежащих окрестностях, а она пойдет вглубь леса. Когда Василёк пришёл на поле, он начал искать дичь. Но он был голоден, так как с утра не ел, так что он решил поймать мышку для себя. Быстро покончив с мышью, котик удивился странному вкусу, но спихнул всё на то, что, когда голоден, у еды другой вкус. И вот он увидел на дереве белку и стремительно полез за ней. Но луна, проведенная в полный износ сил котика, давала о себе знать: то и дело котик чуть не падал, но продолжал лезть. И вот когда до цели оставался один прыжок, котик не рассчитал свои силы и, не допрыгнув, с приличной высоты полетел вниз. В следующий момент его лапу пронзила острая боль. Василёк попытался встать, но новый приступ боли заставил его взвыть и упасть на землю. Всё, чего оставалось ждать котику, это что кто-либо придёт на помощь. Спустя три часа ожиданий так и случилось, прибежала Малиновка, которая тоже решила выйти на охоту. И первым делом она принялась спрашивать, что произошло. К тому моменту у Василька уже начал болеть живот, но он решил не показывать боли. — Василёк, что с тобой, идти сам можешь? — Я в порядке, но идти не могу: я лез на дерево за белкой, но упал и, кажется, лапу растянул. Зря я Бурю не послушал, надо было отдохнуть. — Конечно надо было отдохнуть, мышеголовый, но нет, ты нас не слушал, всё бегал к своей Черешне дорогой, тебе она ведь дороже, чем я, у вас там уже котята есть. Зачем быть с той, кто тебя поддерживает, с той, которая в тебе души не чает? Лучше же ведь бегать к другой кошке, наплевав на то, что я к тебе чувствую, наплевав на то, что я могла умереть. Скажи честно, она дороже для тебя, чем я? — На глазах Малиновки начали выступать слезы, а голос был дрожащим от гнева и обиды. — Малиновка, дай я всё объясню. Да, я бегал к Черешне, она мне дорога, но не потому, что я люблю её больше чем тебя. Черешня — моя сестра. А котята не мои, я просто прихожусь им дядей, вот и всё, — сказал сквозь боль Василек. — Надо было давно тебе сказать про сестру, но я боялся, что ты не поймёшь. Я давно хотел тебе кое-что ещё сказать, но боялся. Я люблю тебя, Малиновка. Я пойму, если ты ещё не готова или считаешь меня другом. — Глупыш, я полюбила тебя ещё тогда, когда ты котёночком пришёл в племя, но я тоже боялась тебе признаться, так как вдруг я тебе не понравилась. — Малиновка, ой-ой, позови целителя, ой-ой-ой, что-то мне нехорошо. — Внезапно трогательный момент прервала лапа, которая стала ещё больше болеть. — Что с тобой, Василёк? Прошу, прошу, скажи, что с тобой, я не хочу тебя оставлять одного! — Я в порядке, а теперь быстро зови целителя, долго я точно не протяну. Боль в животе просто не выносима. — Что… Что значит «долго не протяну», Василёк? Что происходит, почему ты долго не протянешь, неужели ты умрёшь? Нет… нет, нет-нет-нет, ты не можешь умереть, подумай, что я буду делать без тебя, что сестра будет делать без тебя, она ведь только нашла тебя, родного братика… — Слёзы захлестнули Малиновку. — Прости, слышишь, прости меня, мышеголовую, что кричала на тебя. — Малиновка, я всегда любил тебя и, несмотря ни на что, буду любить, ты одна такая. Это были последние слова котика, прежде чем он провалился в пустоту.