Имперец

То, что Санни по характеру была копией матери, Брок понял практически сразу. Но и от отца ещё совсем юная принцесса унаследовала немало. Умение добиваться своего уж точно. Санни появлялась везде, где могла хотя бы на пару мгновений перехватить Брока и раз за разом напоминала о его обещании. Не выдержав, он скинул ей контакты Роллинза и объявил: — Командир отряда. Договаривайся с ним сама. О тебе я их давно предупредил. И Санни договорилась. Но выставила все так, что эта встреча больше необходима самому отряду, а не любознательной ей. Приглашения во дворец удостоились даже Стив с Баки, хотя к отряду относились весьма номинально. Да и разве откажешь сестре того, кому они обязаны своей нынешней жизнью? — Интересно, как это будет выглядеть? — почесал в затылке Лаки, пялясь на город в окно минивэна или как тут назывался этот летучий вагончик человек на двадцать. — Как групповая терапия, — ответила Мэй. — Малышка хочет быть психологом, помнишь? — Ей про малышку не ляпните никто, — грозно напомнил Роллинз. Бойцы загудели, сообщая о том, что дебилов среди них нет и вон даже Лаки — и того вылечили. Роллинз только глаза закатил. Групповая терапия — вещь, конечно, хорошая, но не в этой вечно ржущей и подкалывающей друг друга компании. Как минимум половину Роллинз бы с чистой совестью забыл в общежитии, но приказ есть приказ. Хотя, конечно, никакой групповой терапии не будет — заканчивающая гимназию девочка ни разу не терапевт. Она ведь даже учиться профессии ещё не начала - так, по верхам нахваталась. — Так, все шутки давайте вы отшутите прямо здесь и сейчас, — предложил Роллинз. — Чтобы потом ни у кого с языка какая хрень не сорвалась. Нам здесь не только работать, но и жить нужно. Проебёмся — командир все лишние отверстия позашивает! — Джек, не ссы, — лениво посоветовал Лютик. — Принцесса типа психолог — мы ей отсыплем материала. Без мата и похабщины. Дел-то. — Вы и без похабщины, ну-ну, — хмыкнул Роллинз, быстро усвоивший, что императорская семья неприкосновенна и за любую нанесённую обиду можно поплатиться собственной головой. Оставалась надеяться, что его дуболомы принцессу особо не заинтересуют и она переключится на суперов. Суперы уже ждали Страйк в зале за овальным столом из перламутрово-чёрного дерева. — Привет, парни, — помахал им рукой Баки. — Мы в малом императорском зале для совещаний. Сейчас нам принесут кому чего можно — ну кофе там или чаю. — Малый императорский зал, — с придыханием выдал Милз, оглядываясь по сторонам. — А тетка всё детство твердила, что путного из меня ничего не выйдет. — Дура она! — уверенно заявил Роллинз, не понаслышке знакомый с Деборой Милз и её методами воспитания. — Отнеси это на терапию, — доброжелательно посоветовал Стив. — Садитесь. По этикету приветствовать членов императорской семьи в нашем случае не обязательно. Бойцы торопливо принялись рассаживаться в уже привычном порядке. Молчаливая прислуга, стоило сесть последнему, наводнила зал, расставляя на столе чашки, сахарницы, сливочники и вазочки с печеньем — всё из матово-чёрного металла с выпуклыми узорами, повторяющими едва заметные узоры на обитых бледно-серым шёлком стенах. Страйк и даже суперсолдаты подсознательно ждали кого-то вроде диснеевской принцессы из классических. Однако в зал быстрым шагом вошла стройная, но не хрупкая девушка в серо-стальном френче и прямых брюках, с убранными в строгую причёску волосами, без косметики. — Приветствую вас, господа! — радостно и хищно улыбнулась она. — Добрый день, леди Пирс! — слаженно гаркнули бойцы, немного оробев при виде юной принцессы. Всё-таки одно дело бодаться с инопланетчиками, выходить на бой против террористов и выслушивать всякое от военачальников, и совсем другое — девушка, привыкшая всё и вся держать в стальном кулачке. — Можете обращаться ко мне по-простому: Ваше Высочество, — разрешила она. Баки хихикнул. Принцесса одобрительно кивнула ему. Вот такая вот формально-неформальная обстановка немало умиляла. Принцесса интересовалась абсолютно всем, начиная от медицинского обеспечения военных на Земле и заканчивая личными отношениями внутри отряда. Бесцеремонна она была как армейский психиатр. Баки, наблюдая, как парни отчитываются, кто из них обрезанный, а кто нет и почему, задумался о том, кому выдадут пиздюлей за обсуждение подобной темы с несовершеннолетней девушкой — принцессе или отряду. — А что насчёт вас? — перевела Её Высочество цепкий взгляд на Баки со Стивом. — Нас? — пробормотал последний и мучительно покраснел. — Ну да, — кивнула принцесса. — Всё-таки вы оба родились до того, как практика обрезания стала повсеместной на территории Соединённых Штатов Америки. — Я был обрезан, — поправил ей Баки. — Я же еврей. Но сыворотка всё откатила назад. Стив совсем побагровел. — А вы? Принцесса смотрела так, словно не ответь ей — и возьмётся проверить лично, что там и как. Потому Стив, бросив панический взгляд в сторону Баки, выдавил: — Я — нет. — Тысяча девятьсот семнадцатый год рождения, католики, — пояснил Баки. — Ваше Высочество, а какие практики, подобные профилактическому обрезанию, существуют сейчас в империи? Принцесса на мгновение задумалась, постукивая тонким пальчиком по губам. — Чисто в медицинских целях обрезание больше не проводится, — заговорила она, ни разу не смутившись из-за странноватой для девушки её возраста темы. — Да и религиозные предпосылки давно изменились. На данный момент обрезание носит только косметические и медицинские цели. Кому как нравится. — А с девственностью ещё носятся как дурак с мыльным пузырём? — спросила Мэй. — Девственность — это такой архаичный миф, что даже смешно, — взмахнула рукой принцесса. — Раннее начало половой жизни не особо приветствуется, но и табу из этого больше никто не делает. Мэй понимающе кивнула. — Что стало для вас самым необычным в империи? — спросила принцесса. — Мистер Барнс? — Так просто не объяснишь, Ваше Высочество, — Баки пожал плечами. — Наверное, та сосредоточенность, с которой империя заботится о всех и всём, что её наполняет. Начиная от людей и заканчивая зданиями. И главное — это работает. — Мистер Роджерс? — посмотрела принцесса на Стива. — Возможности, — со всей серьёзностью ответил Стив. — И медицина. Для нас именно она всегда была очень спорным фактором. — Почему спорным? — удивилась принцесса. — Я знаю, что в ваше время она была довольно примитивной, а многие методы более чем сомнительными. — В то время, когда мы с Баки росли, медицина была уделом обеспеченных людей. Бедные эмигранты не могли себе позволить обращаться к врачу. Да и те методы, что тогда применяли, с той же вероятностью могли убить, а не поставить на ноги. Та современность, куда попали потом, отличалась мало. Только слов стало больше. В империи, признаться честно, к медицине я в первые пару дней тоже отнёсся скептически. Все же привычку проверять, не ушли ли анализы крови куда на сторону, не так просто изжить. — О, ты про сыворотку, — понимающе кивнула принцесса. — Империя полностью отказалась от концепции суперсолдат, неважно, одиночек или подразделений. С развитием кибернетики, робототехники и искусственного интеллекта изменились методы ведения войны. Конечно, архаичные представления о силе неистребимы — тысячелетия биологической и социальной эволюции человека невозможно перечеркнуть за пару сотен лет. Но, поверьте, как суперсолдаты вы интересны исключительно с исследовательской, а не с практической точки зрения. — А на той земле нас бы быстренько законопатили в лабораторию и разобрали на составные части, да, Стиви? — усмехнулся Баки. — Чтобы попытаться получить армию, хотя бы на треть обладающую нашими параметрами. — Вы, как и все улучшенные сывороткой люди, жуткие индивидуалисты, — покачала головой принцесса. — Такие нужны в армии на руководящих должностях, но рядовые из них никакие. Так что нет. — И она повернулась к Мэй. — А что стало самым необычным для вас? Мэй, как и остальным бойцам, было что рассказать. Непривычные к комфорту, они радовались буквально всему. Ту же Мэй здорово удивлял ионный душ и то, какой после него делалась кожа. Таузига с Сойером — технологичные тренажёры, дающие возможность проработать те группы мышц, о которых эти атлеты никогда не подозревали. Милза поражало всё вокруг, от умных пищевых раздатчиков и летающих автомобилей до цифровых стен в комнате. — А мне вот до сих пор непонятно, — заявил Васкес, — почему столица империи у самого полярного круга, да ещё и в России. Зародилась-то империя в США, верно? У русских на тот момент даже своего щупальца не осталось. Баки с улыбкой поглядел на принцессу и ответил сам: — Красиво же здесь! Да и когда империя подчинила себе весь земной шар, то почему бы не выбрать домом место, приятное сердцу? — Всё равно не понимаю, — покачал головой Васкес. — С момента становления империи было решено стереть национальные границы, — сказала принцесса. — И они были стёрты. А в качестве столицы был выбран мегаполис с развитой инфраструктурой в той климатической зоне, которая непривлекательна для инопланетных захватчиков. Мёрзнут они тут.