Сын Израилев

***

POV/ИЗАБЕЛЬ Алфи тесно прижался ко мне, запустив ладонь в мои трусики, и я застыла, наблюдая за паром, что стремился из дудки чайника. Судорожно схватив чашку, я прошептала: — Прекрати, Алфи. Он даже не шевельнулся, но его неподвижность вселяла тревогу, а голос прозвучал угрожающе. — Я сделал больно, Изабель? С трудом проглотив комок в горле, я пролепетала: — Ты мешаешь мне готовить кофе… — Как видишь, это явно не то, что мне нужно-таки, — отчетливо произнес Алфи, смягчившись. Он позволил себе расслабиться и с неохотой опустился на стул. Его оценивающий взгляд лениво заскользил по моей фигуре. — Чтоб меня, как ты-таки умудрилась от меня… и с первой же попытки? Эта мысль не дает мне покоя, каждый раз, да? Моё сердце сжалось в груди от вопроса и вида Алфи, когда я обернулась, чтобы заглянуть в его бесстыжие глаза. Его серые — казались почти черными от возбуждения. Я облизнула пересохшие губы, возвращаясь к кофе. — Это был мой первый раз. Чего ты ожидал? Алфи из-под полуопущенных век рассматривал меня снова и снова. Да, я была совершенно не похожа на высоких длинноногих блондинок, обычно роившихся вокруг него, в том числе и на паршивую Мэри. Я поставила чашку кофе, но Алфи не обратил на нее никакого внимания, поднявшись из-за стола. Он снял драповое пальто и шляпу. Я невольно отпрянула при виде его широких плеч, обтянутых белым хлопком рубашки. Закатанные рукава открывали сильные руки, чуть покрытые темными волосами. Высокого роста, крепкий, Алфи Соломонс, казалось, заполнил собой все пространство кухни. Я в приступе паники буквально приросла к столешнице, завороженная мужчиной, что медленно приблизился и замер в паре сантиметров от меня. Сладостное ощущение его сильного тела опьянило меня. Я не могла отвести глаз от этого смуглого еврея, впитывая тепло и аромат его тела, запах лосьона с шеи. Властная сила, исходившая от моего бывшего мужа, поработила, наполнила истомой и желанием прижаться к нему, ощутить его суровую мужественность. Каждый мой нерв дрожал, сердце оглушительно стучало, кожа жаждала знакомых до ужаса прикосновений. Я оцепенела, когда Альфред поднял руку, обвешанную печатными кольцами, прикоснулся к моему подбородку и большим пальцем нежно провел по нижней губе. Горячие волны пробежали по моей шее, вдоль спины и жаром растеклись между бедрами. Его страстный взгляд серо-свинцовых глаз обжигал, манил, не отпускал. — Первый раз, да? Со мной, так? Только моя? — произнес он тихим, хриплым голосом, и я поежилась от общей нервозности. — Чего нельзя было сказать о тебе. Какая я была в ту ночь по счету? — почти задыхаясь, проговорила я. Его вкрадчивый гортанный смех разозлил меня. — Тебя это не касается, мда? Внезапно он насторожился и устремил на меня пытливый взгляд. — Почему ты была так безрассудна, м? — в его голосе прозвучали тревожные, требовательные нотки. — Возможно потому, что так сильно хотела заполучить меня, что пошла на крайние меры, да? Я заморгала, стараясь не поддаваться дурману этих идиотских обвинений. — Я… Мне только исполнилось восемнадцать. Я не знала, что… — я смущенно потрясла головой, избегая его пронзительного взора. — Что… — Не знала, что от члена в женщине появляются дети? — в его голосе появились нотки нетерпения. Волна жара обдала меня с головы до ног. Температура тела подскочила на несколько градусов. Внутри меня все кричало, требовало, жаждало слиться с Алфи, почувствовать тот самый член внутри. — О Всевышний, нет! То есть, знала. Но, полагалась на тебя! — возмутилась я, и мои щеки покрылись легким румянцем. — Ты решил поиздеваться надо мной? — Чуть-чуть, — пробормотал Алфи, пристально всматриваясь в моё лицо. Странно, что его интерес ко мне вспыхнул так молниеносно. Альфред чутко уловил, как лихорадочно я реагирую на него, и воспламенился еще больше. Меня затрясло от его откровенного взгляда, в котором читалось желание. — Отпусти, мне нужно проверить Шломо. — Я тебя не держу, — парировал Алфи и еще тверже сжал пальцами мой подбородок. — Ну, иди, а я пока выпью кофе, да? Ты вернешься, и мы продолжим разговор, так? — Не указывай мне, Соломонс. — нахмурилась я. В ответ Алфи саркастически рассмеялся, опускаясь за стол. Моё возбуждение усиливалось с каждой минутой. И в этом не было ничего удивительно. Проклятый Алфи. Зачем он приехал? Под эти мысли я поднялась в комнату Шломо и тихо приоткрыла дверь — он сладко спал, обняв плюшевую игрушку. Я склонилась к его розовой щечке, пухлой и мягкой, оставляя нежное касание. От него пахло молоком с печеньем. И как такой славный малыш мог быть сыном этого человека, что ждал меня на кухне. Его похоть не могла создать такого милого мальчика, не так ли?