What if

- Я пойду, хорошо, только уже замолчи, наконец, - говорит Юнги раздраженно. - Мое нытье меня спасёт! - радостно говорит Чимин и запрыгивает в старый «Хёндай» - Убьёт, скорее! - отвечает Шуга и заводит двигатель. На самом деле, Юнги разрывало от внутренних противоречий. Больше всего в жизни ему хотелось увидеть Алис снова. Но и боялся он этой встречи до дрожи… Да, все эти годы он жил воспоминаниями. Но именно он, первый, оборвал общение. Именно он не отвечал на письма девушки. Именно он исчез, позорно поджав хвост, утопая в своих собственных драмах, игнорируя ту боль, с которой столкнулась восемнадцатилетняя Алис… И вот сейчас, пока Чимин вытворяет что-то нереальное в своем танце, Алис смотрит не на сцену. Она будто сканирует Юнги, пытаясь найти ответы на свои вопросы. Только вот этих самых ответов нет и у него самого. - Вау, это было круто, - комментирует Ван, - Алис? - Вы хороши в своем стиле, - говорит она холодно, - а как вы себя будете чувствовать в к-поп хореографии? Или в хип-хоп? - Хотите импровизацию? - спрашивает Чимин, выходя вперед своей команды. - Могу станцевать с вами. Алис оживает. В ней горит прежний огонь, который всегда разгорался, стоило кому-то бросить ей вызов. - Смело. Джексон, сейчас отправлю тебе трек из к-поп, включишь? - Тогда я отправляю хип-хоп, - говорит Чимин и подмигивает Юнги. Шуга замирает. В висках медленно усиливается барабанная дробь. Он понимает, ЧТО задумал его друг. Но останавливать его уже поздно. Предыдущая эмоция резко сменяется другой. У этого чувства есть отдельное, личное и такое забытое название: «Когда танцует Алис». Он смотрит на девушку и забывает обо всем. Она все та же, её танец, как и прежде, обнажает душу, срывая все её привычные маски. Чувство восхищения сменяет ревность: Чимин прикасается к ней откровенно, даже грубо, так, будто они давно вместе не то что танцуют, но и спят. Юнги хочется вскочить с места и выплеснуть всю накопленную и так долго сдерживаемую злобу прямо в лицо лучшего друга. Алис спокойно и также развязно отвечает Чимину, будто её парень не сидит сейчас в зале. Будто вокруг никого не существует. Только - танец. Юнги смотрит на реакцию Джексона, но тот - спокоен. Он настолько расслаблен, будто абсолютно уверен в своем полном и безоговорочном обладании Алис. Смена трека. И тут же кислотный страх заливает вены Юнги. Он понимает, КАКОЙ это трек. Это самый любимый и самая любимая и болезненная песня для Юнги. Она соткана из воспоминаний о Париже и заканчивается припевом песни «Je suis en vie» Грегори Лемаршаля. Вот только в данном случае Юнги записал Чимина, который пропел корейский текст. Но разве это важно? Даже если она не поймёт всех слов, эту мелодия она уж точно не сможет проигнорировать. Слишком явно. Слишком явное и запоздалое признание в любви. Последние биты куплета. Алис замирает на долю секунды - она смотрит в глаза Юнги с такой болью, что он уже готов уничтожить самого себя за создание этого дурацкого трека. Она продолжает свой танец, но теперь уже она рассказывает свою историю о Париже 2004-2007… *** Лето 2005 - Нет, я точно не смогу. Зря я вообще решила идти на это дурацкое прослушивание в мюзикл. Ты видел их всех? Они - машины, - Алис впервые настолько неуверенна в себе. - А ты - душа. И вообще, сколько из этих танцоров смогли бы станцевать на перилах моста. - Вот только это «Король-солнце»… Тут совсем другое… - То есть, та смелая Алис - это всего лишь образ? И ты такая же трусиха как я? - улыбнулся Шуга. - Зараза! Ладно, - она резко отдала сумку в руки Шуги, - Я пошла. Из-за двери доносятся звуки песни «Je suis en vie» и, конечно, голос Грегори. Каждый такт, как стук сердца, и сама музыка создает ощущение полета. Юнги внутренне сопротивляется этому чувству накатывающего вдохновения. Да, Грегори талантлив. А ещё он - воплощение всех положительных качеств и света. Чего не скажешь о Юнги. Он привык к темноте, ему там уютно. Он все ещё сопротивляется. Но мелодия захватывает молодого человека полностью. В этот момент к нему приходит осознание. Он хочет стать музыкантом. Он уже, во многом, опоздал, но он будет учиться, несмотря ни на что. Пусть у него нет этого света, но он будет бороться за Алис.