беззвездными ночами

Это какое-то недоразумение. Точно, именно это слово подходит под эту самую нелепую ситуацию в жизни короля! Вару определенно его разыгрывает. Точно, он опять вернулся к своим пранкам. Ох и натерпелся же Пик от него в свое время — раньше тот постоянно над всеми подшучивал. Что мешало валету вернуться к розыгрышам сейчас? Очевидно ничего — слова «я люблю тебя» были не более чем приколом. А если нет? Что, если Вару не хотел над ним подшутить, а признался в чем-то таком… глупом. Именно глупом, ведь чтобы любить Пика нужно быть самым настоящим тупым идиотом. Но пятый был мастером этой в сфере. Черт, черт, черт! Что же делать, как же быть? Король не спал всю ночь, продумывая, обдумывания и выдумывая действия и слова Вару. Пик безумно устал и все, чего он хотел, было мягкой кроватью и несколькими часами покоя, но как только восьмой ложился и пытался уснуть, сон не шел. Просто, блять, физически не получалось провалится в небытие! Он закрывал глаза, удобно устраивался, глубоко дышал и… ничего. Через секунду мозг короля терроризировали чувства к пятому. Этот черт не желает выходить из его головы даже сейчас! Ну а что, Пику же в чувствах признались. Правда, скорее всего фальшивых. Фантазия короля рисовала картины, где они вдвоем ходят в парк, держась за руки, смотрят фильм в гостинной клонов, сидя в обнимку и тепло целуются, просыпаясь утром в одной кровати. Вару наверняка бы встал очень рано и разбудил бы восьмого, своими копашаниями, а потом весь день заставлял бы пойти досыпать, ведь: «ну нихуя себе, вот ты умрешь, а я виноват буду значит». Как бы король был счастлив, будь все это правдой. Как бы он был доволен своей жизнью в этот момент. Сколь многое он был готов отдать ради этого! Да он может станцевать балет в розовой пачке перед миллионами людей, если бы это значило, что Вару будет его парнем. Но тот лишь издевался над его чувствами. Младший наверняка откуда-то узнал, что король просто жить без него не может, и решил, что отличной идеей будут вот такие громкие заявления в любви. Решил, что Пик будет счастлив это услышать. Нет, ему не важны эти слова, ему нужны действия. Подтверждение, что Вару действительно любит его, а не просто использует. Знак, что готов на все то же, что Пик. Утром король вышел из своей комнаты с дергающимся глазом и ужасным настроением. И знаете чью физиономию он увидел первой? Вару. Этот мелкий, дразнящий и до боли любимый паразит снова убил Пика. Тот мило улыбнулся своей лучшей улыбкой (хотя король назвал бы каждую улыбку пятого такой) и начал говорить как ни в чем не бывало. Будто ночной разговор на крыше вовсе не существовал, будто Пик сошел с ума и сам выдумал себе это признание. Чего таить, эта версия была даже больше похожа на правду. Восьмой не знал, ответил ли он тогда что-то своему валету или у него отключился дар речи. Слишком большая эмоциональная перегрузка, слишком много для двух дней, просто слишком. Весь оставшийся день он ходил на автопилоте, не отдавая отчет своим действиям. Пик выкуривал сигареты на автопилоте, даже не считая, с какой скоростью убывают пачки. Он не мог перестать молчать — его будто насильно заткнули или сказали, что перестреляют всех его братьев, если он заговорит. Он чувствовал, как Вару что-то говорил, но Пик не слышал его. Он будто был под толщей воды, затыкающей его уши. Будто он был наблюдателем — не он стоял рядом с пятым, не ему валет пытался что-то донести, не Пик управлял своим телом — он просто сидел рядом и наблюдал. Наблюдал — наблюдал — наблюдал. Как валет сдается и превратив попытки контакта, уходит. Старший хотел ударить себя, сделать себе еще больнее, но не смог. Потом он сам ушел. Ушел на крышу, чтобы покурить. Он сидел, всматриваясь в даль и гипнотизируя себя покачивающимися от ветра верхушками сосен, вспоминал былые дни. Как пиковые гуляли по лесу, как разговаривали, сидя возле озера. Все это приносило приятное чувство ностальгии. Которое перемешивалось с отвратительной реальностью и манящими фантазиями. Возможно ли, что Вару действительно влюблен в него? Можно ли рассматривать слова «я люблю тебя» подтверждением того, что он нужен валету? Что, если это не садисткая шутка, а неприкрытая истина? Чтобы это узнать, Пику придется поговорить с пятым. Как же королю не хочется с ним говорить! Есть что-то очень неловкое в разговоре о чувствах, и восьмой не хотел ощущать ее прямо сейчас. Черт. Нет, Пик не мог долго выносить этот мозговой штурм. Если Вару правда любит его, то скажет об этом еще раз. Если потребуется, то еще и еще. Он не тот человек, что сдастся, если речь зайдет о том, что ему нужно. Если же Пик ему не нужен (что, как восьмой считает, является истиной), то он уйдет, растворится, покинет его жизнь. И все. Король не мог усидеть на месте, нервная энергия толкала его, поэтому он двигался. Очень много двигался. Пик ходил по крыше туда — сюда, стараясь не грохнуться из-за довольно крутого спуска. Восьмой все равно чуть не упал с нее, поскользнувшись. Он решил, что умирать ему пока рано, поэтому спустился вниз, в дом. Он собирался посидеть на кухне и выпить успокоительного, чтобы усмирить нервы. Пик проклял мир, он официально ненавидит его и сегодняшний день. На кухне находился Ромео, сидя за столом и листая картинки в телефоне. Пик терпеть не может червовых — никогда не выносил, а в таком настроении и подавно. Эта масть слишком слащавая и доверчивая. Как только Вару терпит седьмого? Блять, опять мысли о Вару! Нужно успокоиться, вдох — выдох. — Пик? Привет. — улыбнулся Ромео, откладывая свой телефон. — Чего такой подавленный? — Отвали. — Что-то не так? Вы с Вару поссорились? Он тоже не в порядке, ходит такой грустный. Нет, Пик не мог вынести этого разговора. Он был так зол, что не мог вынести даже присутствия любого клона рядом. Восьмой гневно рыкнул, сжал челюсти до скрипа зубов, а руки до хруста костяшек и сорвался к двери. Ему нужно побегать, чтобы стало лучше, нужно просто уменьшить количество энергии. Вдруг перед его носом распахнулась входная дверь и там стоял Вару. Вару — Вару — Вару. Ну почему же именно он? Почему королю так понравился этот парень? Зачем он вчера признался в любви, а теперь делает вид, будто ничего не произошло? Почему так поступает с его чувствами? Идиот. Они оба идиоты. Вару перед ним. Прямо сейчас. Он смотрит на него сквозь очки. Пик знает, какого цвета его глаза, какое у него выражение лица и что он собирается сделать. Знает, что тот явно зол в данный момент, что тоже выкурил много сигарет, чтобы не чувствовать себя плохо. Вару нерешительно открывает рот и Пик возвращается в реальность. Он предпочитает не знать, что тот хочет сказать, предпочитает не слышать его голос, не чувствовать его присутствия. — Закрой рот, не желаю тебя слушать. — кидает он и проталкивается на улицу. К черту все, сейчас ему не хочется быть реальным, ему хочется побегать. Он чувствует, почти слышит гневные крики валета на эмоциональном уровне. Но тот молчит, сдерживает себя, чтобы не начать ссору, чтобы не испортить отношения. Пик винит себя. За то, что подозревал пятого в том, что тот врет о любви, за то, что игнорировал его целый день, за то, что опять разъебывает его эмоциональное состояние. Очевидно, что валет не врал вчера ночью. Стоит поговорить, расставить все точки над «i» и признаться в ответных чувствах. Сделать так, чтобы на все вопросы нашлись ответы. Стоит извиниться. Только не сейчас. Им обоим сейчас нужно успокоиться. Потом, сразу после пробежки. Король клянется, что заставит себя поговорить с ним после пробежки. Пик начинает бежать.

___

Он вернулся домой через три с половиной часа. Потный, уставший и выебанный собственным мозгом. Восьмой ненавидит то, что причинил своему валету неприятности. Тому, наверное, пришлось горько, раз король вечно отрицал свои чувства, неделями игнорировал, рвал все ниточки доверия, а потом сказал, что влюблен в другого парня, за которым ежедневно бегает. Позорище. Пик просто слабак. Он идет в душ, чтобы ополоснуться. Нельзя приходить на важные разговоры, от которых зависит его дальнейшая жизнь, потным. Это, как минимум, невежливо. А как максимум — Вару бы не понравилось сидеть рядом с потным парнем и говорить обо всей этой поебени с чувствами. Кажется, они оба проебались, если действительно влюбились друг в друга. Пик вытирает волосы, думая о том, что ему следует говорить в этой ситуации. Что он вообще собрался обсуждать со своим валетом? Ему определенно стоит сказать, что он любит его и попросить прощения. А дальше… Дальше пойдет так, как пойдет. Похуй на последствия, он разберется с этим на месте. Король кинул полотенце, надеясь на то, что оно попало в корзину. Он быстро оделся, натянул носки и зачесал волосы назад так, чтобы они не падали ему на лицо. Распахнув дверь, восьмой направился к комнате своего валета. Он вздрогнул, когда на лестнице его телефон зазвонил. Пик вытащил его из кармана и посмотрел на экран. Ему звонил Риккардо. Зачем он понадобился Де’карли? Пиковый собирался ответить на звонок, но решил, что не стоит. Если у пиковой тройки что-то важное, он подождет пару часиков. Пик все равно сейчас не смог бы оказать ему помощь — себе бы для начала помочь. Он отклонил звонок и подошел к двери, ведущей к Вару. Телефон снова зазвонил — опять Рикк. Блять. Пик опять отклонил звонок и отключил смартфон, чтобы он не мешал разговору. Он глубоко вдохнул, медленно посчитал до трех и выдохнул. Либо он сейчас сожмет яйца в кулак и откроет злоебучую дверь, либо не решится на разговор еще очень долгое время. Не стой тут, двигайся, идиот! Еще один вдох, Пик положил руку на дверную ручку, еще один выдох, он надавил на нее и отворил дверь. Парня встретила темнота. Не такая, в которой нельзя было разглядеть абсолютно ничего, но для того, кто долгое время находился в светлом помещении, она реально мешала. Пик потер глаза и через несколько секунд приспособился к освещению. Вару не было в комнате. Черт и где его теперь искать? Он мог быть на крыше. Король только хотел закрыть дверь и уйти на поиски валета, как услышал шуршание, а после грохот, доносящиеся из глубины комнаты. Пик повернул голову в сторону кровати пятого и увидел его, запутавшегося в своем собственном одеяле. Такой глупыш. Он словно маленький и гиперактивный ребенок. Вару выпутывал себя из плена и осматривался по сторонам. Он, кажется, заметил Пика, стоящего в походе и застыл, просто смотря на него. Младший пиковый выглядел таким смешным с растрепанными волосами и заспанным лицом, на котором остались красные полосы от подушки. Возможно, король сейчас улыбнулся бы, если бы не взгляд, которым валет одарил его. Тревожный и такой грустный. Пик нервно сжал кулаки, стараясь не выдать свое напряжение. Он облажался, опять заставил пятого почувствовать себя плохо. Блять. Восьмой прикрыл глаза и быстро вздохнув, сказал: — Прости за все. Когда будешь не против разговора, я… — кхм. — Я буду ждать тебя на улице возле дома. И он ушел. Не выдержал взгляда младшего. Не смог долго находится рядом с ним, зная, что сейчас — буквально через несколько минут — им придется разговаривать о чувсвах. Королю придется признаться в том, что он любит его, возможно, они начнут встречаться… Если, конечно, Вару захочет этого. Пик стоял на улице, курил сигарету и смотрел себе под ноги. Сейчас середина июля, середина лета. Прошлое лето пиковые проводили совершенно не так. Они были счастливы, постоянно гуляя друг с другом и невошедшими. Ходили на фестивали, пили пиво, купались в фонтанах и блевали после парка развлечений. Какие приятные воспоминания. Иногда король задумывался о том, что, возможно, с очень маловероятным процентом, в одном из миллиона случаев, Пик любил Вару всегда. По крайней мере с тех пор, как они появились в реальном мире. Не как парня, конечно, но как друга и человека — безусловно. Слишком они были близки, рассказывая почти все секреты друг другу. — Я вышел. — объявил Вару, одним рывком открывая дверь, заставляя ее врезатся в стену. — Упс. — ничуть не раскаиваясь сказал он, когда заметил небольшую трещину от удара. — Пизда нам от Куро, если не залатаем в ближайшее время. — Пизда мне. — поправил валет. — Пизда нам. Если ты меня, конечно, простишь. — Пойдем, отойдем немного и ты расскажешь мне, в чем раскаиваешься. Они направились к лесу. Солнце еще ярко светило над их головами, но пиковые предпочли укрыться от его палящих лучей под кронами деревьев. Парни закурили, послав нахуй знание о том, что этого делать не стоит. Они шли в тени, слышали, как где-то над их головами поют птицы, чувствовали запах хвойной смолы. Пиковые прогуливались по лесу, смотря себе под ноги в напряженной атмосфере. Они почти чувствовали темные клубки чужих мыслей, что не прибавляло никому их них и капли позитива. Парни просто шли вперед, не сворачивая и в конце концов они вышли к озеру. Тому самому, которое стало их местом уже много лет назад. Они сели на траву у его берега, валет снял свою обувь и окунул лодыжки в воду. Какой символизм. — Начинай. — Как бы непринужденно кинул Вару, покачивая сигаретой в руке. — Извини за то, что игнорировал с самого утра. Это получилось не специально, я будто отключился, застряв в мыслях слишком глубоко. Я не хотел, чтобы ты воспринимал это на свой счет. — Ладно, не смертельно. — отмахнулся пятый. Тишина поглотила их, накрывая темной пеленой. Лес тоже затих — не было слышно пения, не было журчания воды, ничего. Пиковые сидели, чувствуя, как сжимаются пружины в их грудях. — Ты хотел сказать что-то еще, или это… все? — нервно усмехнулся Вару. Тишина разрушилась, деревья начали шелестеть своими ветвями, но ситуация становилась все напряженее с каждым вздохом никотина и каждым карканьем ворона где-то очень далеко. Пик гудяще вздохнул и подвинув ноги к груди, обхватил их, продолжив молчать. — Тогда я пойду. — заерзал Вару. — Останься. — тихо пробормотал Пик. — Ну уж нет, Пик. Если ты хотел разговора со мной только ради того, чтобы извиниться за свой игнор, то пошел ты нахуй, понял? — прошипел он, развернувшись лицом к восьмому. — Я… нет. Мне нужно собраться с мыслями. — И что ты собираешься сказать? «Отвали на меня, ебучий валетик»? «Мы не можем больше общаться из-за того, что ты в меня влюблен, прости»? Я знаю все это, я не хочу этого слышать. — Не- — Замолкни. Знаешь, что я тебе скажу? Ты мудак. Понял меня? И да, я люблю тебя, мудака. И плевать мне на то, что ты любишь другого, я не контролирую эту любовную херню. А ты сейчас просто берешь и нахуй рушишь все, что мы с тобой пережили. Ты… ты предатель. — шмыгнул носом Вару. — Ты плачешь? — обеспокоенно спросил Пик. — Наплакался уже. Ну что, собрался с мыслями? Есть что сказать? — он зыркнул на своего короля презрительным взглядом. — Ясно, я пошел. — Нет! — Пик резко схватил его за руку и не желал отпускать. — Я готов. Вару нехотя осел обратно на траву, чувствуя горячее прикосновение к своему запястью. Он мог бы начать возмущаться на это счет, мог бы послать короля, но что, если это был последний раз, когда Пик его касается? Вару не смог пересилить себя и вырвать руку из захвата, поэтому сидел, чувствуя, как сжимается его грудь. — Слушай, я правда проебался. И не один раз. Я натворил много дерьма и заставил тебя чувствовать себя плохо. И я виноват, я раскаиваюсь и ненавижу себя за это. Вару цокнул, собираясь перебить его, но Пик накрыл его рот ладонью, дав понять, что сейчас пререканий он не примет. — Еще больше я ненавижу себя за то, что врал тебе все это время. Я врал тебе почти три месяца и мне правда стыдно сейчас об этом говорить. Король убрал руки от пятого и сняв обувь, окунул ноги в воду, прежде чем продолжить. — Нет никакого парня-енота, я его выдумал. Причина, по которой я так повел себя в мае — не ложь. Ну, по крайней мере, там правды больше, чем вранья. Я действительно понял, что мне нравятся парни, считал это отвратительным и так далее. Целый месяц я мучился, а потом набрался смелости и рассказал Риккардо. Мы напились и он вставил мне мозги на место, и потом я извинился перед тобой. Вару внимательно его слушал. Его глаза открывались все шире после каждого слова своего короля, но кусочки не сходились в единую картину. Чего-то не хватает, сейчас произойдет что-то такое, такое… архг, нет слов, чтобы выразить это чувство. Что-то между пониманием, волнением и жаждой большего. — Какая настоящая причина того, что ты меня игнорировал? — нахмуренно спросил он, стараясь не начать плескаться ногами. — Я как раз к этому и веду. Вообщем, в тот момент ты встречался со своей бывшей девушкой, а я… — Ты был влюблен в Агату? — ошарашено открыл рот Вару. — Пик, ну если она тебе так нравилось, я мог и уступить, а сейчас уже наверное- — Заткнись. Вару в одно мгновение замолк. Он давно не слышал такого тона от своего короля. Удивительно, но он сейчас покраснел. Пятый мог бы усмехнутся, если бы не был так напуган его состоянием. — Ты встречался со своей бывшей девушкой, а я был влюблен в тебя, ясно? — огрызнулся он. — Любил тебя до боли в сердце и не мог смотреть на вас с Агатой. Когда вы расстались, я пообщел, что не причиню тебе вреда, но, как видишь, я опять облажался. — Ты был влюблен в меня? — тихо переспросил Вару. — Был влюблен в тебя, всеми силами пытался разлюбить, чтобы не мешать ни себе, ни тебе. Не получилось. Я любил, люблю и, скорее всего, буду любить тебя. — Так ты любишь меня? — улыбка расползлась по лицу валета и он в голос засмеялся. — Ты такой идиот. Мы такие идиоты! Блять, Пик, я весь день накручивал себя, думал, что это последний раз когда мы вообще разговариваем, что ты пошлешь меня. А ты, еблан такой, любишь меня? — Ты… Ты не злишься? — опешил король. — Вообще-то злюсь. Очень и очень сильно, хочу побить тебя, а потом обнять и никогда не отпускать. Но люблю тебя сильнее. — Ты не ненавишь меня за то, что я врал тебе так долго? Заставил нервничать? — Ой, заткнись. Как мне на тебя злиться, если ты сам уже поплатился за свои поступки? А еще я слишком счастлив сейчас. Может быть, завтра на тебя накричу. — Вару играюче начал качать ногами в воде, разбрызгивать воду, пиная стопы короля. — Вару, я тебя люблю. — сказал Пик и упал на валета, сжимая его в крепких объятиях. — Слишком трогательно, сейчас расплачусь. Я тоже тебя люблю, Пикуша. — он обнял его в ответ. Вару почувствовал, как его футболка стала влажной, и Пик отстранился от него, вытирая лицо. — У меня из глаз течет вода, это нормально? — удивленно сказал он, буравя взглядом свои ладони. — Слезы счастья? — предположил Вару. Парни были счастливы, глядя друг на друга. Они сидели, окунув ноги в теплую воду, держась за руки и невозможно улыбаясь. Деревья перестали качаться, и сквозь них пробралось солнце, освещая их лица. Птицы начали петь громче, воробьи чирикали прямо над ними, а пиковые были просто рядом. И этого хватало, чтобы развязать узлы в их сердцах. — Я, нет, мы теперь встречаемся? Хочешь быть моим парнем? — Спрашиваешь? Конечно хочу! А потом ты купишь мне кольцо, чтобы я мог ходить и понтоваться им. Ахуеть, Пик, конечно мы встречаемся! — он замолк на секунду, стянул очки и посмотрел своими изумрудными глазами прямо в душу короля. — Обычно такие вещи закрепляют поцелуем. Ты не против? — ухмыльнулся он. Пик мог лишь кивнуть. Неужели, все желания которыми он кормил себя с самого мая начали сбываться? Неужели, ему так сильно повезло в жизни? Он действительно был готов разрыдаться. Взгляд Вару опьянял. Он смотрел на него с такой преданностью и влюбленностью в глазах, что Пик не мог не поверить в искренность его чувств. Господи, как он мог позволить себе думать, что Вару врет? Король наклонился к чужим губам, накрывая их своими. Он почувствовал, как Вару вздрогнул, замер на секунду, и начал отвечать на поцелуй, сминая губы в ответ. Пик чуть не потерял голову, от этих ощущений. Он был готов никогда не заканчивать эти прикосновения, наслаждаясь присутствием и близостью любимого. Пик промурлыкал в поцелуй, почувствовав, как Вару запутал руки в его волосах, нежно массируя голову. Он сильнее прижался к нему, желая растворится в нем, чувствах и любви. Пиковые отстранились, смущенные, порозовевшие, с блеском в глазах. — Это было хорошо. — выдохнули они в унисон. Оставшийся вечер парни провели там же, плескаясь водой, разговаривая о том, чего раньше не могли себе позволить и проявляя любовь друг к другу. Они смеялись, обнимались и расплывались в глупой улыбке, смотря на своего партнера. Это все казалось мечтой, которой они так желали достигнуть. И они смогли это сделать. Пиковые встречаются, могут целовать друг друга, спать в одной кровати, просыпаясь рядом и наблюдая за сонными лицами друг друга. Что может быть лучше? Ничего, это уже было счастьем. Их счастьем.