Напоминание Господне

Проснувшись на следующий день после объезда храмов, Феофан оделся, умылся и позавтракал бутербродами с ветчиной, после чего собирался ехать проводить богослужение в церкви Власия, когда ему внезапно позвонил Димитрий. Со вздохом, полным неохоты, он взял трубку. - Здравствуй, Дим. Чего тебе? - Тут такое дело, батюшка – взволнованно произнёс Димитрий – вы новости не смотрели? - Какие ещё новости, Дим? – насмешливым тоном ответил Феофан – новости смотреть вредно, как говорится, не читайте до обеда советских газет. - Да при чём тут телевизор, Господи? Сегодня проснулся, захожу в интернет, а тут новости про пришествие Господа нагрянули. - Какое ещё пришествие Господа, Дим? Небось набрёл на какой-нибудь мусорный сайт, начитался всякой чуши и взял её на веру. Потом поговорим. – и Феофан отключился. Приехав из своей резиденции в церковь, Феофан увидел довольно странную картину. В церкви, кроме её служителей, не было никого. Удивившись такому явлению, он спросил у настоятеля церкви Владимира в чём дело. - Так надобности нет – сухо ответил высокий и широкоплечий бородатый человек лет пятидесяти, с серыми глазами – вот и не пришёл никто. - Это как? – с лёгким недоумением спросил Феофан. - А вот так. Говорят, в городе Господь наш объявился, люди теперь напрямую ему молятся, даже в храмы не приходят. - Я про Господа уже не в первый раз слышу – вздохнув сказал Феофан – рассказывай. - Да тут в общем-то и нечего рассказывать – пожав плечами начал Владимир – вчера писали, что в одной из больниц из комы очнулся мальчик. Родители и сам мальчик говорят, что его привёл в чувство Бог. - Мало ли что они говорят – пренебрежительным тоном произнёс Феофан – мальчик мог попросту очнуться перед родителями и подумать, что его пробудил Бог. - Вот только они говорят, что он буквально был рядом с ними. И пробудил малого лишь одним словом. - Ну, я тогда не знаю, чем это объяснить – рассмеялся митрополит – возможно люди просто умами тронулись. - Всё бы ничего, но были ещё случаи. Утром какая-то девушка написала, что вчера её парня лишил дара речи какой-то бомж, опять же, сказав лишь одно слово. Люди сразу предположили, что это может быть Господь наш. - Да брось ты, Вов, какой ещё Господь – с усмешкой произнёс Феофан, про себя подумав: «Если бы он существовал, то Ксюша была бы жива». Владимир хотел было ответить, но не успел. Со стороны двора послышались крики боли. Феофан из любопытства решил выйти, делать в церкви всё равно было нечего. Когда он вышел, перед ним предстало странное зрелище. Перед ним бежал целый отряд полиции из двадцати человек, закрыв глаза и крича от боли. Феофан выступил вперёд. - Стоять! – крикнул он – что за дурдом здесь происходит? - Да ничего особенного – ответил один полицейский, морщась от боли – свет божественный увидели. - Ох – вздохнул Феофан, уже успевший подустать от новостей, связанных с Богом – ну выкладывайте, что случилось. - Гражданским не положено – ответил второй полицейский – пошёл отсюда, а не то за оскорбление представителей власти оштрафуем. - Кого ты штрафовать собрался? – спросил первый полицейский – мы же слепые. Потом начал рассказывать. - Тут вчера большая часть психов из ПНИ сбежала, человек 250 где-то. Мы четверых из них накрыли, в квартире сестры одного из постояльцев, так они начали молиться, и тут вдруг как засверкало белым светом… после этого на глаза как будто кислоту вылили. Болят, что пиздец, да и не видно ничего. Мда – подумал Феофан – вот это уже интересно. А потом он спросил – и в какой же квартире они спрятались? - На Щусева – ответил первый полицейский, потом вскрикнул «Ай, как жжёт!» и затем продолжил – четвёртый дом, третий подъезд, квартира 6. - Спасибо – ответил Феофан – надо бы вам наверно скорую вызвать. - Сами как думаете? – огрызнулся второй полицейский. Остальные тихо посмеивались над ним. Набирая номер скорой, Феофан уже думал только о том, как бы поскорее попасть в вышеупомянутую квартиру. Произошедшее его сильно заинтересовало. *** Объездив к вечеру остальные церкви и храмы (разумеется тоже пустые), Феофан решил наведаться в четвёртый дом улицы Щусева, благо, заняться было нечем. Подъехав к нему, войдя в ничем не примечательный подъезд и найдя нужную квартиру, Феофан постучал. Дверь открыл черноволосый бородатый человек лет сорока с голубыми глазами, одетый в оранжевую футболку. - О, здравствуйте, чем приходу священника обязаны? – спросил человек. - Здравствуй, пообщаться с вами хочу - с натянутой улыбкой ответил Феофан – говорят, вам Господь помогает, хотелось бы знать как. - Ну, это так просто не объяснишь – ответил человек – заходите, пообщаемся. Феофан вошёл в довольно чистую и опрятную квартиру. На полу не было ни пылинки, а четыре куртки с шапками висели на вешалке. Феофан как аккуратист это оценил. «Надо же, вроде бы больные люди, а чистоплотнее многих здоровых» - подумал он. Разувшись, он пошёл на кухню. Там на стульях сидели остальные три беглеца. Одному из них, сидящему справа, на вид было не больше восемнадцати-девятнадцати лет, он был русоволосый, кареглазый и одет в серую футболку с джинсами. Другой, сидящий в центре, был весь обросший и бородатый, но присмотревшись можно было понять, что на вид ему было от тридцати, до тридцати пяти. У третьего, на вид лет сорока-сорока пяти, были зелёные глаза, один из которых косил влево. У него были светлые волосы и сломанный нос, указывающий либо на избиение, либо на участие в драке. Одет он был в рубашку болотного цвета на белую футболку и серые штаны. Сидел он, конечно же, слева. Черноволосый предложил Феофану чай с маслом, но Феофан отказался. Потом он сказал бородатому сесть рядом со светловолосым. Пожав плечами тот встал, взял табуретку и пересел к светловолосому. Черноволосый же принёс к правому краю стола четвёртый стул, почему-то стоявший около тумбочек, и предложил Феофану сесть, сам сев к левому краю. Феофан принял предложение. - Я пришёл к вам вот по какому поводу – начал Феофан – слышал я, что вы из интерната сбежали. - Мы не сбегали – поправил бородач – нас оттуда выпустили. - Как хотите, парни – добродушно продолжил Феофан - но суть не в этом. Суть в том, что после попытки облавы на вас, целый отряд полицейских внезапно ослеп. Говорят, вам Господь помогает. Хотелось бы знать, как вы с ним связываетесь - Ну так это – произнёс голубоглазый – мы не знаем, как это происходит. Просто молимся ему и всё. - Ну-ка – произнёс Феофан – а если я помолюсь? - Попробуйте – пожал плечами косой. Феофан помолился Богу о том, чтобы патриарх внезапно передумал езжать в Новгород, но ничего не произошло. “Квартиранты” переглянулись и пожали плечами. - Может, батюшка, он отказывается вам помогать? – спросил самый молодой из них. - С чего бы? – спросил Феофан – я же священнослужитель. - Возможно считает, что вам не нужна его помощь – предположил бородатый – или вы в него просто не верите. - Да как вы подумать о таком могли? – возмутился Феофан – как священнослужитель может не верить в Бога? Скорее уж вы, мужики, меня обманываете. Внезапно раздались шаги, потом звуки взлома замка. - О, неужели омоновцы? - спросил молодой и кареглазый. - Да вроде бы их почерк, Макс – ответил голубоглазый – помнится, Пашок рассказывал, что его в интернат омоновцы привезли. - Пашок? Это здоровый такой? – спросил косоглазый. Ответить ему голубоглазый не успел, так-как замок взломали и в дверь вошли шесть омоновцев. Четверо “квартирантов” перекрестились. Тут омоновцы внезапно опустили головы и схватились за них. Потом непонимающим взглядом уставились на “квартирантов” и Феофана. - Так, а чё мы тут забыли? – спросил один из них. - А вот фиг знает – ответил бородатый – наверно шли террористов ловить. - Наверно – эхом отозвался омоновец. Так – сказал он остальным омоновцам – мы походу квартирой ошиблись. Пошли отсюда. Омоновцы потопали к выходу. Феофан, смотревший на эту сцену с недоумением, сидел нахмурив одну бровь, осмысливая происходящее. А потом спросил: - Не можете его сюда вызвать? - Пробовали – ответил голубоглазый – не отвечает. Наверно из-за занятости не появляется. - Ясно – со вздохом ответил митрополит, про себя подумав «И что за непонятки здесь происходят?» Попрощавшись с “квартирантами”, Феофан уехал домой. И в голове у него крутилась лишь одна мысль: «Ох ты ж, неужели и вправду Бог на землю спустился?».