Всегда должна быть третья сторона

Когда Поттер узнал о крестражах, подросток в который раз задумался над тем, что Волдеморт не ищет лёгких путей. И если под хранилища собственной души он выбирал некие особенные для него предметы с богатою историей, то и в убийствах он должен был следовать той же схеме. Именно смерть Тома Риддла-старшего стала спусковым крючком для создания дневника*… Значит и в остальных смертях он руководствовался тем же принципом. — Сорока-воровка-маньяк, — подвёл итог рассказу Дамблдора о крестражах Поттер. Директор на эту характеристику только расхохотался: — Это ты верно подметил. Думаю, Волдеморта ещё никто так не называл. А знаешь… звучит гораздо лучше, чем пугливое: «Тот-Кого-Нельзя-Называть». Гарри только подмигнул Дамблдору: — Потребуется когда-либо замена его имени — окрестим его так! — предложил гриффиндорец, а потом спросил. — А почему он так топорно действовал? Вроде ж умный человек, интеллект у него не повреждён. Ну, любить не способен, но не говорит же это об отсутствии здравого смысла. Глаза Альбуса замерцали и он с прищуром уставился на своего студента: — Поясни. — Он мог по выбранному пути наделать все свои семь необходимых ему крестражей и стать в глазах масс героем. Зачем он вывел себя из легального поля, намеренно притом? — поинтересовался Поттер, в котором в кои-то веки проснулся слизеринец. — А воспоминание Слизнорта не дало тебе ответа на этот вопрос? — уточнил директор, а потом процитировал молодого Тома Риддла. — «Прежде всего моё происхождение не из тех, какое необходимо для подобной деятельности». Гарри только покачал головой от того, насколько неправильно его понял Дамблдор. — Так он бы и ушёл в тень от Магического Мира, но все убийства были бы легальные, в плюс имелась бы репутация военного. И тут возник бы вопрос для чего именно убивал Он, и как бы это видели все окружающее. Ну положил бы, к примеру, кучу вьетнамских коммунистов на тропе Хо Ши Мина** — награду какую-нибудь американскую получил бы, — продолжил пытаться легализовать дальнейший путь Волдеморта при выборе бессмертия благодаря крестражам из выбранного отрезка времени Гарри. — Мальчик мой, а тебя не беспокоит, что Волдеморт ненавидел магглов? — задался вопросом Альбус. — А кого он в таких войнах будет убивать? Волшебников? — чего-то не догнал Поттер. — Он их терпеть не мог, — продолжил напирать директор. — На даже!.. Сахарный какой! С одиннадцати лет, зная, что он волшебник, до семнадцати он их под боком терпел, а потом не смог бы, ради цели при чуть более адекватном пути! — произнёс Гарри тоном: «Да, кому вы мозги пудрите». — Мальчик мой, только не говори, что ты бы так поступил? — насторожился директор. — Имя такую цель, как бессмертия, выбрав путь достижения её — крестражи, скорей уж так поступил бы, чем так, как Волдеморт. А обкраденных подвергал бы «Обливэйту». Не любитель красивых поз. Но цели я такой не имею и не имел никогда, — и не подумал отступать Поттер. К шестому курсу он уже успел свыкнуться, что в нём уживаются два факультета и один из них — Слизерин. — Слава Мерлину, что такие цели тебе не по вкусу, — покачал головой чуть успокоившийся Дамблдор, которого ужаснуло то, что взамен пути Волдеморта предложил Гарри.

***

— Так вы возьмёте меня с собой, если найдёте крестраж? Думаю, будет не лишнем мне тоже поучаствовать в его уничтожении, — попросил напоследок гриффиндорец. — Да, полагаю, лишним не будет. А видя твои предложения по облегчению чьих-либо путей, ты мне пригодишься, — ответствовал Дамблдор. Гарри на это лишь довольно улыбнулся уголком рта.