The Dreamcatcher

You remind me of something deep in my heart

I'd long given up on

Шесть месяцев спустя. Тусклый свет проникал в комнату через щель между занавесками. Эрен потянулся, чувствуя, как горит его спина. Он знал, что там, должно быть, остались какие-то царапины от ногтей Леви, поэтому он не слишком беспокоился о причине дискомфорта. Комната была погружена в приятную тень, и солнечный свет позволял ему лишь частично видеть мужчину, лежащего рядом с ним. День был холодный, и он слышал, как снаружи стучат капли дождя. Эрен подумал, что это прекрасная погода для ленивого воскресенья. Ему пришлось накинуть пуховое одеяло, лежавшее в изножье кровати, когда он заметил, что Леви замерз. Звук дождя, бьющего в окно снаружи, заставил его веки опуститься, и ему захотелось поспать еще немного, но было уже начало восьмого. Поскольку он привык просыпаться каждый день в пять, его выходные были отмечены тем, что он просыпался пораньше и лежал калачиком в постели так долго, как только мог, прежде чем Леви выгонял его убираться в своей комнате. Повернувшись на бок, он подпер голову одной рукой, а другой погладил Леви по волосам; Эрен не находил ничего более восхитительного в Леви, чем его растрепанные волосы по утрам. Ладно, может быть, были и другие вещи, но это определенно было на первом месте в списке. Леви завернулся в пуховое одеяло и придвинулся немного ближе. Его тихое дыхание указывало на то, что он все еще пребывал в глубоком сне. Эрен улыбнулся, наслаждаясь видом, который ему открылся: на плечах и шее Леви были засосы. На его лице был шрам, пересекавший правое веко. Леви повезло, что он не потерял зрение. После целого месяца, в течение которого Леви молча оплакивал отметину на своем лице, подолгу глядя на себя в зеркало, он, казалось, принял новый шрам с определенной гордостью, когда Эрен наконец убедил его, что он все такой же красивый, каким и был раньше. Прошло шесть месяцев с тех пор, как произошли события в темной библиотеке, кульминацией которых стал этот шрам. Первоначальное полицейское расследование в этом месте выявило некоторые предметы колдовской атрибутики. Поскольку город был маленьким и чрезвычайно суеверным, в эту историю быстро поверили, и горожане были более чем счастливы избавиться от якобы скрывавшейся злой ведьмы. К удивлению Эрена, во время первых нескольких расследований в библиотеке произошло важное событие. По мнению Леви, это была большая удача, потому что заведение сгорело дотла. Эрен не мог сказать почему, но Леви был уверен, что Хистория установила какую-то защиту вокруг своей земли. Неосторожно проводя расследование, менты, вероятно, выступили как приманка, и все помещение загорелось. Самая большая потеря пришлась на книги по местному фольклору, поскольку другие тома книг можно было найти в крупных книжных магазинах большого города или в интернете. Несмотря на это, Леви настаивал — только перед Эреном, конечно, поскольку на публике он горячо утверждал, что это была большая трагедия, — что пожар был лучшим способом защитить его личность и личность Микасы. Поскольку записи, разбросанные по библиотеке, раскрывали личность не только Рейссов, но и Аккерманов, Леви и Микасе грозила опасность быть разоблаченными. Теперь все было похоронено, как Хистория и ее предки. Единственными вещами, которые были вынесены из библиотеки до того, как огонь быстро распространился и уничтожил все здание, были тело Хистории и ее личный дневник. В настоящее время дневник был спрятан в нижнем ящике гардероба Леви; в месте, о котором знали только он, Эрен и Микаса. Тело Хистории было исследовано, и выводы о том, что она умерла от яда, были тем, что принесло Эрену большее облегчение, хотя он знал, что это не было истинной причиной ее смерти. Чтобы восполнить отсутствие библиотеки, местная мэрия уже предоставила свои услуги для начала строительства новой, более современной версии. Люди, однако, были разгневаны, когда узнали, что строительство будет вестись на территории предыдущей библиотеки. Было ясно, что ни одна живая душа не собирается бродить по зданию, но суеверное прошлое города и странные обстоятельства, связанные с Хисторией Рейсс и ее смертью, повергли всех в ужас. Кроме того, численность лис резко сократилась после смерти последней из Рейсс. Леви в одной из своих теорий с большой уверенностью утверждал, что большинство из них, вероятно, были лисами, управляемыми ведьмой, или даже обычными лисами, одержимыми духами умерших Рейссов, которые жили на территории библиотеки, чему он был свидетелем. Как бы то ни было, все было уничтожено, когда умерла Хистория. Возможно, некоторые из заклинаний можно было бы сохранить с помощью новой библиотеки, но ее разрушение уничтожило все остатки магии, которые могли оставаться активными. После долгой (и скучной) недели, когда Леви бродил по обломкам, волоча за собой Эрена, только для того, чтобы прийти к выводу, что они в безопасности, Эрен решил, что некоторое время не хочет больше иметь ничего общего с библиотеками. Тем, кто получил наибольший ущерб от всего этого, был Эрвин Смит, к облегчению Эрена, которому не удалось восстановить значительную часть потерянных файлов в своей компании. На Леви все это не так сильно повлияло, поскольку его рабочие файлы были частью восстановленных; тем не менее, это означало, что Эрвин будет настолько занят в течение следующих нескольких месяцев, что даже не подумает о приезде в Шинганшину с визитом, и Эрен был очень этим доволен. Что касается Энни, то она очень волновалась целую неделю после того, как узнала, что помогла Леви спасти жизнь Эрена — в буквальном смысле этого слова. Сначала она подумала, что это розыгрыш или плохая шутка, но когда она узнала правду, то целую неделю была милой и заботливой. Эрен никогда не думал, что увидит, как она пытается быть такой дружелюбной и очаровательной. Но, игнорируя все события последних нескольких месяцев, у Эрена было больше поводов для беспокойства. Да, с Леви, который все еще крепко спал рядом с ним. Его кожа была идеальной, без намека на темные круги под глазами — эти «бессонные ночи» — и Эрен очень хорошо спал каждый день. Он издал низкий смешок через нос, снова восхищенно поглаживая своего парня по щеке. Он почувствовал легкий намек на щетину, покалывающую кончики пальцев, но это не смущало. Его телефон завибрировал на тумбочке рядом с ним, и он вздохнул, переворачиваясь на кровати, чтобы снять его с зарядки. Было холодно, но он не жалел, что не надел одежду. Возможно, если бы он проснулся, Леви пожалел бы об этом, так как выглядел замерзшим. Это было сообщение от Микасы. [Мика] Эрен? [Мика] Могу я тебе позвонить? [Мика] Кое-что случилось [Мика] Я не знаю, что делать У Эрена было время только на то, чтобы увидеть сообщение. Прежде чем он успел придумать, как ответить или как сказать Микасе, что Леви спит, она уже звонила. Он быстро ответил, боясь, что Леви проснется от звука звонка, но тот даже не нахмурился. — Микаса? — Он ответил на звонок, говоря тихим голосом. — Ты с ума сошла? Почему ты звонишь мне в такое время? — Эрен? Мы можем поговорить? — В ее голосе появились плаксивые нотки, и это немедленно встревожило его. Эрен уже месяц жил у Леви, поэтому, несмотря на то, что он жил через дорогу от дома своих родителей, он не видел Микасу каждый день. Иногда, когда он уставал с работы, он шел сразу в душ, а затем падал в постель вздремнуть под звуки того, как Леви клацает по клавишам ноутбука. — Что-то случилось? Он старался говорить тише, глядя на Леви и замечая, что тот все еще мирно спит. Эрен сидел на кровати, чувствуя холодный воздух комнаты на своей обнаженной груди, и слушал, что говорила его сестра. — Я… ну, я просто… — Выкладывай, — прошипел он. — Я беременна, — быстро проговорила она таким тоном, словно признавалась в грехе священнику. Эрену потребовалось некоторое время, чтобы понять, что это значит. Сначала он просто удивился, а впоследствии он начал понимать, что вот-вот станет дядей. Улыбка расплылась по его лицу, и он уже собирался поздравить Микасу, когда вспомнил ее обеспокоенный тон. — О… — автоматически произнес он. — Но… в чем проблема? Микаса никогда не отрицала, что хочет детей, хотя Эрен также никогда не слышал, чтобы она говорила, что это было одной из ее мечт. Несмотря на это, она любила детей, и поскольку Эрен не может подарить Грише и Карле внуков, Карла часто шутила, что Зик и Микаса будут нести ответственность за сохранение семьи. Теперь, когда Зик наконец собрался жениться на Пик, все думали, что он станет первым из трех детей, кто станет родителем. Очевидно, Микаса непреднамеренно шагнула вперед. В некотором смысле, Микаса действительно была бы ответственна за сохранение жизни семьи, но не семьи Йегер. Будущее семьи Аккерман было практически в ее руках, и у нее была вечность, чтобы сделать это. Иногда Эрен задавался вопросом, как отреагировали бы его родители, узнав, что ни он, ни Микаса не стареют. Леви уже сказал им кое-что обо всем, но Эрен не был уверен, действительно ли они поняли то, что было сказано. Но в любом случае, дело было не в этом. — Я… Я не знаю, как рассказать об этом Жану. На самом деле, я даже не знаю, как он отреагирует, — сказала она испуганным тоном. — Я никогда не слышала, чтобы Жан говорил что-нибудь о том, чтобы завести детей, он даже не думает об этом… Эрен, почему я должна думать, что он хорошо это воспримет? Я пыталась сказать на прошлой неделе, но он очень рассеянный, он ничего не понял… — Подожди, на прошлой неделе? С каких это пор ты это знаешь? Микаса прозвучала смущенной: — Я подозревала… весь последний месяц. — Микаса! — Эрен повысил тон, секунду спустя обеспокоенно посмотрев на Леви. Он все еще спал, не подавая никаких признаков того, что проснется в ближайшее время. Тем не менее, он понизил свой голос до раздраженного шепота. — Ты же знаешь, что нужно сразу делать тест! — Я боялась! — начала защищаться она. — Я не знала, как с ним заговорить. На прошлой неделе я пыталась подкинуть ему эту идею, но, думаю, он подумал, что я хочу собаку, можешь в это поверить, Эрен?! Он даже договорился с кем-то о покупке щенка! — Микаса, Жан — тупица, — подметил Эрен. — Он не поймет твоих намеков, даже если ты швырнешь ему тест на беременность в лицо! — Не ори на меня! — пробормотала она в ответ все еще плачущим голосом, и Эрен вздохнул. — Я только сегодня сделала тест. Я купила его в аптеке, как только он ушел на работу. — Теперь, когда результат положительный, тебе нужно запланировать свои визиты к гинекологу… — Я знаю, Эрен! — фыркнула она. — Но я позвонила тебе не для того, чтобы обратиться к врачу! Мне нужна помощь, ты должен помочь мне сказать ему! Эрен автоматически покачал головой. — Микаса, он отец ребенка. Как я должен сказать ему, что ты беременна? — спросил он. — Я даже не должен был узнать об этом до него! Тебе нужно расслабиться. Жан любит детей. Ради бога, он же педиатр! Худшее, что может случиться — это то, что он, вероятно, упадет в обморок. Микаса не ответила. — Если хочешь, я могу рассказать маме и папе, это кажется более сложной задачей, чем рассказать Жану, — продолжил Эрен. — Возможно, у мамы случится припадок, ты же еще даже не живешь с Жаном. — Папа смягчит ситуацию, — заныла она. — И как мне сказать Жану? — Ну, если ты боишься его реакции, ты можешь отправить ему сообщение… но я не знаю, следует ли говорить о таких вещах в сообщении. — Эрен задумался. — Он все равно тебе позвонит. Дождись, пока он вернется домой, и, если тебе слишком трудно говорить, просто покажи ему тест. Или сделай что-нибудь креативное, например, обмакни тест в замороженный сок и заставь его съесть это, сказав, что это мороженое. В тиктоке так делают, я видел. — Эрен, это отвратительно. — Если ты сделаешь так, пришли мне видео. — Я не сделаю этого с ним! Не надо было звонить тебе. — Но теперь ты меньше беспокоишься. Микаса всхлипнула. — Тогда я позвоню тебе позже. Я постараюсь, — сказала она. Когда она повесила трубку, Эрен торжествующе улыбнулся. Он станет дядей! Ему не терпится научиться заплетать племяннице косички. Конечно, это будет девочка. Жан определенно похож на отца девочки. Эрен нахмурился; проблема была в том, что Микаса была похожа на мать мальчика, и это был своеобразный когнитивный диссонанс. Что ж, это определенно будет не единственный их ребенок. А может быть, Эрену повезет и он станет дядей близнецов?! Его улыбка слегка дрогнула. Он подумал о том, что хотел бы иметь детей с Леви, но это было невозможно. Всегда был вариант усыновления; проблема заключалась в том, что они уже говорили об этом, и Леви был очень категоричен: он не хотел усыновлять детей. Он сказал, что не сможет нормально жить после того, как их дети состарятся и умрут. Они пришли к этому разговору давным-давно, почти три месяца назад, когда Эрен пошутил, что им следует усыновить ребенка, поскольку у них не может быть детей. Сейчас Эрен уже смирился с мыслью, что детей не будет, но это все равно оставляло его немного разочарованным и удрученным. Может быть, именно поэтому новость о беременности Микасы принесла ему столько радости. Не то чтобы он хотел, чтобы его сестра родила десятки детей, но было бы неплохо иметь полный дом таких детей. А при вечной жизни и вечной любви к детям, у Микасы, вероятно, их будет много. Эрен уже был полон решимости стать хорошим дядей! Он перевернулся на бок, откидываясь на подушку. Лоб Леви был слегка наморщен, как бывало обычно, когда собирался проснуться. Мысли Эрена всегда начинали мешать его сну, пока он слегка раздраженно не открывал глаза. Эрен наклонился ближе и оттянул одеяло ровно настолько, чтобы обнажить одно плечо. Он поцеловал Леви в затылок, ощутив приятный запах его яблочного шампуня, и вздохнул, обхватывая одной рукой тело Леви и притягивая его к себе. Леви позволил обнять себя. Я хотел бы взять тебя в мужья. Он часто думал об этом, когда Леви спал, так как это было единственное время, когда он мог думать обо всем, чем хотел, чтобы Леви не подслушал. Тем не менее, он жил в страхе, что эта конкретная мысль непреднамеренно вторгнется в его сознание в течение дня и будет раскрыта. Он не раз посещал ювелирный магазин в Тросте, чтобы выбрать кольца, но ничего не покупал и возвращался с пустыми руками. Эрен боялся выбрать кольцо слишком рано и не успеть сделать сюрприз. Как скучно было бы вернуться домой, вытащить кольца из кармана и сказать: вот, я купил их для тебя. Ты выйдешь за меня замуж? Эрен хотел сделать сюрприз, настоящий сюрприз, но, не имея возможности уединиться, он чувствовал разочарование. Ему нужно было бы обсудить это с кем-нибудь, но он не был вполне уверен, с кем именно. Может быть, с Армином? Он сжал Леви в объятиях, положив подбородок ему на макушку. — Я никогда не смогу проснуться в тишине, да? Как ты можешь думать о стольких вещах одновременно? — заворчал Леви. Эрен был удивлен, слегка отстраняясь, просто чтобы посмотреть Леви в глаза. Он все еще выглядел сонным, но уютно свернулся калачиком в объятиях Эрена. Неужели он что-то услышал? — Это, — прокомментировал он сонным голосом, закрывая глаза и выглядя довольным тем, что его обняли. — Мне нравятся твои руки. — Эрен издал легкий смешок, пытаясь скрыть то, о чем он думал ранее, и крепче обнял его. — Я когда-нибудь говорил об этом? — Иногда, — пробормотал Эрен. — И я никогда не понимал, что в этом удивительного. Я ортопед, я должен быть сильным. Это практически обязательное условие для профессии, — сказал он, решив, что это лучший способ не думать о том, о чем думал раньше. — Ты знаешь, как трудно возвращать на место бедренную кость? — Хммм… Я понятия не имею. — Она довольно тяжелая, — сказал Эрен, видя, что Леви смотрит на него полузакрытыми сонными глазами. — Теперь представь, что тебе приходится удерживать и возвращать ее на место своими собственными силами… — Хватит, — прорычал Леви, зарываясь лицом в обнаженную грудь Эрена в поисках уютного тепла. — Я просто пошутил, мне не нужны образы расчлененных тел и прочее дерьмо в моей голове только потому, что ты думаешь об этом. Эрен продолжал поглаживать волосы Леви кончиками пальцев. Лучшим в его сильных руках было то, что он мог буквально вертеть Леви так, как ему хотелось, и ему даже не приходилось говорить об этом вслух. — Извини, не знал, что кровь и тому подобное тебя раздражает. — Не раздражает, но когда ты внезапно думаешь об этом, это застает меня врасплох. Это отвратительно, — проворчал Леви. Его голос еще был немного сонным, но уже казался более бодрым, чем минутой ранее. — Тогда как насчет того, чтобы я подумал о чем-нибудь другом? — Эрен говорил тихим голосом, все еще пытаясь отвести свои мысли от предложения руки и сердца. Он осторожно прижал тело Леви к матрасу, чувствуя, как холодные пальцы сжимают его руки, прикасаясь к его мускулам. Он наклонился над Леви, мягко коснувшись его губ в безмолвном «доброе утро». Леви выглядел таким сонным, что даже не потрудился ничего сказать. — Я кое-что заметил… похоже, ты наконец-то перестал чистить зубы перед тем, как поцеловать меня по утрам. Леви серьезно посмотрел на него. — Последние несколько дней было очень холодно. — Ты не настолько ленив, чтобы не вставать из-за холода, — усмехнулся Эрен. — Нет, настолько. Эрен выгнул бровь, заметив легкую улыбку в уголках губ Леви. Наклонившись, чтобы снова поцеловать его, он был рад, что Леви не возражал против этого жеста. Дождь за окном был не очень активным, но все равно достаточно сильным, чтобы превратить спальню в комфортное и уютное место. Эрен покрыл поцелуями шею Леви, получив в ответ крепкую хватку за руки, когда Леви попытался отстраниться, но безрезультатно. — Борода колется, — заворчал Леви. Эрен продолжил. — Эрен, слезь, — настаивал Леви, но Эрен просто усмехнулся и проигнорировал его протесты, оставляя дорожку поцелуев на животе, точно зная, как его борода царапает кожу. Эрен почувствовал, как его внезапно дернули его за волосы. — ЭРЕН! Ты щекочешь меня… — Расслабься, — прошептал он, настаивая на том, чтобы целовать его кожу и намеренно тереться о него. Добравшись до бедер Леви, он попытался сосредоточиться на них, наслаждаясь реакцией, которую вызывала его борода, покалывающая ноги Леви. — Просто сосредоточься на хорошем. — В этом нет ничего хорошего, — сказал Леви, рефлекторно двигая ногой от удивления и чуть не двинув коленом Эрену в нос. Только через час Эрен решил спуститься вниз, чтобы заварить чай. Внизу его мысли вернулись к тому, о чем он думал до того, как Леви проснулся. Он вздохнул, выключая огонь. Вода уже была идеальной температуры для приготовления чая. Его телефон, лежавший на столе, завибрировал, и Эрен увидел, что это было сообщение от Микасы. Она сказала, что попросила Жана прийти сразу после работы домой, потому что им нужно было поговорить. — Она точно его до инфаркта доведет, — усмехнулся Эрен. — Микаса? — разнесся по комнате голос Леви. Эрен обернулся, увидев, как тот появляется из дверного проема. Он решил быстро принять душ, хотя у него даже не хватило смелости встать с постели из-за холода, сказав, что он ненавидит ощущение «грязи». Эрен настаивал, что он сможет к этому привыкнуть. Леви был одет в толстовку Эрена, такую большую, что она едва доставала ему до колен; брюки с закатанными штанинами, которые он надел, также свидетельствовали о том, кто был их истинным владельцем. — Что… она беременна? — Блять, — Эрен вернулся к заварке чая. — Никто не должен был узнать это от меня! — Прости, — усмехнулся Леви. — Когда она объявит об этом, просто притворись удивленным. Хотя она будет знать, что ты читаешь мои мысли… Боже… В любом случае, ты наконец-то спустился, — сказал он, кладя сахар в свой чай и игнорируя чашку Леви, зная, что ему нравится чай без сахара. — Сегодня очень холодно, как насчет того, чтобы остаться в постели на весь день? Я могу придумать множество занятий, чтобы разогреться. — Отлично, ты всегда рано уходишь на работу, — сказал Леви, подходя к Эрену и обнимая его сзади. — Мы никогда не проводим время по утрам вместе. — И вот почему я люблю, когда… — в руке Леви было что-то, что коснулось его живота, когда он обнял его, и он почувствовал это даже сквозь одежду. — Что у тебя там? — Он посмотрел вниз на руки Леви, наслаждаясь тем, как они обнимают его. Они были сцеплены у него на талии, так что он не мог видеть, что тот держит в руках. — Угадай. Эрен нахмурился. Леви никогда не шутил подобным образом, что настораживало. — Просто скажи, что там, ты не умеешь ничего скрывать, — настаивал Эрен. Он оглянулся через плечо, пытаясь увидеть лицо Леви, но тот уткнулся лицом в спину Эрена, как будто прятался. — Ты скучный, — пробормотал Леви. — Я думал, ты любишь сюрпризы. — Что? — Последняя часть фразы заставила Эрена занервничать. — Что ты имеешь в виду? Леви поднял голову и ослабил хватку вокруг Эрена, позволяя ему повернуться и посмотреть ему в глаза. — Ты пытаешься удивить меня, я уже знаю, — сказал Леви. — Уже несколько недель. — Не может быть… я не… — Все в порядке, — сказал Леви. — Нет, ты не был настолько беспечен. Но я не глупый, Эрен. Конечно, я заметил. Эрен почувствовал тяжесть обиды на своих плечах. Конечно, Леви не был идиотом. Как бы сильно Эрен ни избегал мысли о браке или о чем-то подобном в его окружении, Леви все равно понимал, что Эрен что-то скрывает. — Я старался не смотреть тебе в глаза, чтобы дать тебе немного уединения, но это трудно, когда я уже привык к этому, — продолжил Леви. — И все же, ты молодец. Я только несколько дней назад понял, что ты задумал. Эрен надулся, чувствуя злость на самого себя. Совесть подсказывала ему, что он проделал хорошую работу, скрыв что-то от человека, способного читать его мысли, но романтическая сторона его души была слегка возмущена. Леви посмотрел вниз, убирая руки с талии Эрена и показывая сжатый кулак. В его руке действительно что-то было. — Прежде чем ты начнешь думать всякую чушь, я купил это три месяца назад, — сказал Леви, раскрывая ладонь. — У меня просто не хватило смелости отдать его тебе. Я думаю, теперь, когда я знаю, о чем ты думал, сейчас самое подходящее время. Эрен нахмурился. На ладони Леви лежала маленькая бархатная коробочка. Он жестом предложил Эрену взять ее, что он и сделал, открывая коробочку с колотящимся сердцем. Внутри лежали два золотых кольца. — Ты… — Я собирался спросить тебя раньше, но подумал, что еще слишком рано, — поспешил оправдаться Леви. — Я решил приберечь это на потом. Думаю, что «потом» уже наступило. Эрен перевел взгляд с колец на лицо Леви, видя, каким нервным он выглядит под маской уверенности, которую носил. Он слегка улыбнулся. — О чем ты собирался спросить меня, Леви? — поддразнил он. Леви закатил глаза, и его щеки слегка порозовели. — Эрен, ты выйдешь за меня или нет? Я не буду настаивать. Я знаю, это не тот сюрприз, на который ты рассчитывал, и мне жаль портить твои фантазии, но… — Да, — ответил Эрен, все еще улыбаясь. — Что «да»? — спросил Леви, внезапно смутившись, как будто не ожидал такой реакции. — И в радости, и в горе, и в богатстве, и в бедности, и в болезни, и здравии… — сказал Эрен, беря руку Леви и надевая кольцо на его безымянный палец. Затем он положил оставшееся кольцо в ладонь Леви и протянул свою руку. — Я думаю, мы и без того пережили достаточно дерьма. Честно говоря, я надеюсь, что наша вечность будет мирной. Леви посмотрел на Эрена и не смог сдержать легкого смешка. — Я тоже, — сказал он, надевая кольцо на палец Эрена. Эрен переплел их пальцы и улыбнулся, отметив, как хорошо золото смотрится на его руке и еще красивее на руке Леви. Затем, подняв глаза и встретив серебристый блеск в глазах Леви, он наклонился, чтобы коснуться его лба. Он почувствовал, как руки Леви поднялись к его плечам, собираясь обнять его, и позволил себе вдохнуть его запах. — Это прекрасно, — пробормотал он. — Лучше и быть не могло. — Если ты счастлив, то и я тоже, — ответил Леви, выглядя менее напряженным. — Ты — самое важное, что у меня есть. Все еще с глуповатой улыбкой на лице, Эрен наклонился, чтобы поцеловать Леви в губы, крепко обняв его за талию. Дождь за окном был приятным и делал их объятия теплее. Эрен не отпустил его; ни когда Леви возразил, что чай остывает, ни когда они перестали целоваться. Оба просто оставались в теплых и уютных объятиях, так что Эрен мог вдыхать чудесный аромат его волос. Так он держал Леви в своих руках, поймав его в ловушку своих рук и заставляя утыкаться носом себе в шею. Так он будет держать его целую вечность.

In this shadowed room there's only one spark

We both know we're the one