Та самая метка

      Первая неделя стажировки прошла тяжело — Тэхен практически не покидал стен клиники, вымотанный, но, тем не менее, испытывающий чувство удовлетворения и гордости за самого себя.       С самого детства он знал, кем хочет быть. В шесть лет попросил на день рождения энциклопедию по анатомии вместо игрушек, а на новый год — поход в исторический музей эволюции человека вместо Lego.       Родители знали, что растет одаренный мальчишка, который обязательно добьется всего, чего сам пожелает. Они всегда поддерживали и потакали всем его причудам в виде экскурсии в морг или даже присутствия на операции. Последнее, кстати, стоило отцу немалых усилий и денег.       Но стоило видеть ошарашенные лица присутствующих, когда в операционную вошел четырнадцатилетний мальчишка-омега с глазами чокнутого профессора, не сводивший сосредоточенного взгляда со всего происходящего, пытаясь не упустить ни одной детали.       Несмотря на то, что парень был омегой, обладал он холодным умом и не отличался излишней эмоциональностью. Был далек от всего омежьего: его не интересовали альфы, наряды, ему не были интересны сплетни, кто с кем встречается или кто с кем спит.       У него не было друзей, хотя в школе многие хотели наладить с ним связь, ведь тот был из богатой семьи, отличником, любимчиком всех учителей, что немаловажно, но Тэхену было плевать на эти жалкие попытки с ним сдружиться. Он полностью зарывался в свои учебники, будто ограждался от всего мира. Они заменяли ему и друзей, и детство. Со стороны казалось, что мальчишка впитывал информацию так жадно, будто хотел найти ответ на свой самый главный вопрос, который мучил его всю жизнь.       Знали бы они, насколько были близки к правде.

==={}===

      — Тэхен, нас вызывает главный в приемное отделение, какой-то интересный случай для нас, — говорит один молоденький альфа, зайдя в ординаторскую.       — Да, хорошо, спасибо, Джэй, — Тэхен поспешно допивает свой кофе, накидывает халат и следом за альфой направляется в приемный покой.       Он знает, что именно там самые интересные случаи, ему нравится то чувство, когда идешь и еще не знаешь, что увидишь перед собой, это в корне отличается от скучных плановых операций.       При входе в отделение его легкие моментально наполняются запахом крови, а в воздухе витают феромоны страха и ощущение ужаса.       Тэхену уже не терпится увидеть, что же там за пациент.       — Там просто кошмар, я такого даже в морге не видел, — говорит еще один омега из их группы, пробегая мимо. Судя по зеленому цвету лица, его явно тошнило.       Подойдя ближе, он наконец-то видит «виновника торжества».       Это омега, хотя трудно было бы разобрать, если бы не медкарта, которую наспех составили в скорой.       Перед ним лежит сплошной кусок мяса. Из одежды — только горловина от футболки, свисающая с шеи. Тело все искусано, вырваны куски мяса, горло же на первый взгляд истерзано больше всего.       Сосков нет, они, скорее всего, откушены, сотни ссадин и следы от порки. Но то, что творится между ног, действительно вводит в шок даже невозмутимого Тэхена.       Член омеги частично откушен, яички стянуты стяжкой, а сам анус — хотя трудно его так назвать в нынешнем виде — разорван, будто в него вошло целое бревно.       Он покрыт засохшей спермой и кровью. От омеги разит тяжелым запахом бергамота, понятно, что это запах того самого альфы, который так зверски расправился с бедолагой.       Омега напоминает больше бифштекс, чем человека. Как он еще остается живым, не понятно.       — Доктор Ли, что с ним случилось? — посмотрев на врача, спрашивает Тэхен.       — Этого пациента доставили из «Черного изумруда».       В палате повисает тишина, знаменующая продолжительную паузу.       Про этот клуб знают все. Знают, что туда лучше не ходить, если дорожишь своей жизнью.       Это заведение было создано специально для одиноких альф и омег. Для тех, кому не с кем провести течку или гон, и просто тех, кому хотелось потрахаться с течным омегой или безумным альфой в гоне. Удовольствие не из дешевых, но посетителей и желающих всегда хватало.       Тэхену это место кажется грязным и опасным, и он действительно не понимает, как добровольно можно пойти в лапы безумству, еще и платить за это.       — Парню не повезло, ему попался доминантный безумный альфа, который явно перестарался, — признает доктор, при этом изобразив на своем лице ублюдскую ухмылку.       Тэхен недолюбливает этого доктора. Альфа средних лет тот еще мерзавец, но при этом очень умный, что поневоле взывает уважение.       — Док, того мерзавца поймали? — интересуется один омега, вытирая свои слезы. Чрезмерная эмоциональность не уместна в такой профессии, но при виде этой картины сложно сдержаться всем.       — Нет, Рик. Перед тем, как зайти в комнату, они все подписывают договор, что всю ответственность за последствия несут только они сами. Этот омега ничего не может предъявить. Более того, его лечение даже не покроет страховка. Он знал, на что идет. И что за удовольствие нужно платить. — В палату забегают медсестры, начинают обтирать пациента, снимая остатки одежды и подготавливая того к операции. — Таких, как он, привозят стабильно раз в несколько месяцев, — продолжает доктор. — Судя по запаху и похожим телесным увечьям, мы знаем, что делает это один и тот же альфа. Еще ни один истерзанный омега не прожил более двух дней после того, как поступил к нам. Для этого я, собственно, вас здесь и собрал. У этого пациента просто гора увечий. Это позволит вам отлично попрактиковаться и набраться опыта. Именно поэтому я отдаю его вам. Возможно, свежим взглядом вы сможете увидеть то, что мы ранее не обнаружили. Ваша задача — спасти то, что осталось от бедолаги. Тэхен, Джэй, сейчас оперировать будете вы. Остальные будут заниматься лечением, если пациент до него доживет. На операции будете присутствовать все на подхвате. И скажите Рэю об этом, найдите его, ради Бога, и дайте успокоительное. Больше к себе в интернатуру омег принимать не буду, от вас одни проблемы. Операционную уже подготавливают, готовьтесь, я буду ждать вас там, вмешиваться не буду, но вы будете под моим жестким контролем. Нарушите хоть одно правило или последовательность, будете работать санитарами до конца своих дней. — Доктор осматривает всех тяжелым взглядом, давая понять серьезность своих слов и всей ситуации в целом, затем подходит к Тэхену, хлопает того по плечу, пожелав удачи, и поспешно выходит из палаты.

==={}===

      Тэхен выходит в курилку, у него две минуты, пока готовится Джэй, и ему жизненно необходимо успокоиться и привести себя в чувство. Он курит только в самые критические моменты своей жизни. Сегодня именно такой.       Нет, он не волнуется перед операцией, он знает, что нужно делать.       Его волнение связано именно с тем, что тот истерзанный омега напоминает ему его брата, которого так же изнасиловали и убили на глазах у пятилетнего Тэхена.       Поэтому перед глазами он, брат, которого нужно спасти. Тогда тот малыш Тэ не смог, он лишь рыдал над истерзанным телом, зато сейчас двадцатитрехлетней взрослый Тэхен сможет. Будто кто-то нарочно дает ему снова пережить эти эмоции. Тот ужас, что он увидел тогда на крыльце своего дома, стоял у него перед глазами все эти годы. Но сейчас, кажется, кто-то преподносит шанс все исправить. Набрав полную грудь воздуха, он решает спасти омегу любой ценой.       — Пациент потерял много крови, показатели очень низкие. Также мы выявили, что одна почка полностью отбита. Три перелома ребер и также трещины в тазовых костях. Больше всего пострадали гениталии, — докладывает ассистент хирурга, входящий в операционную к аспирантам, пока анестезиолог занимается наркозом.       — В первую очередь нужно заняться анусом, так как там больше всего разрывов, как внешних, так и внутренних, кровотечение не останавливается, — говорит Тэхен, посмотрев на доктора Ли. Тот одобрительно кивает, давая разрешение для дальнейших действий.       Тэхен начинает с прижигания кровеносных сосудов и вынужденной перевязки нескольких вен. Кровотечение удается остановить, хотя это и занимает довольно много времени, после чего становится возможным сшить по частям анус, чтобы хотя бы немного восстановить его изначальную форму.       В этот же момент Джэй занимается рваными ранами на шее и теле.       Остальные в операционной внимательно следят, изредка комментируя показатели, подсказывая, где нужно ускориться.       Операция длилась долго и была изнуряющей: наложено более ста швов, а омега на столе теперь напоминает больше Франкенштейна, чем человека. Приняв душ и переодевшись, Тэхен возвращается в ординаторскую, тяжело вздохнув и оперевшись на стену, медленно сползает вниз. Это было тяжело, но он приложил все усилия, чтобы омега выжил. Теперь главное, чтобы тот очнулся.       Пациента после операции перевели в отделение реанимации. Показатели были критически низкими, видно, что до того, как он попал в больницу, терзали парня не менее трех-четырех дней. Так что выживет ли он, зависит исключительно от него и его желания жить.       Чего и следовало ожидать, пациент на следующий день впал в кому. Тэхен не отходит от него и все свободное время следит за показателями жизнедеятельности и анализами.       В обед к нему подходит доктор Ли.       — Ким, я даю вам два выходных, заканчивайте сегодня смену и идите домой, вы уже несколько дней ночуете здесь, ваша работоспособность падает, вы становитесь рассеянным. Надеюсь, вы осознаете, что можете навредить другим пациентам в таком состоянии.       — Док, я в порядке, мне просто нужно знать, как чувствует себя пациент. Я справляюсь и с другими задачами, все успеваю, не переживайте.       — Кроме вас здесь еще есть врачи и другие интерны, которые так же отвечают за лечение омеги. Я с вами не торговаться пришел, и ближайшие два дня я вас здесь видеть не должен. — Доктор смотрит сочувствующим взглядом на пациента, но вида не подает, просто молча выходит.       Тэхену тяжело отходить от палаты, но он, правда, понимает, что спит уже на ходу и что отдых действительно ему необходим.

==={}===

      На следующий день Тэхен спит до обеда, а когда просыпается, сразу пишет Джэю, спросив о состоянии омеги. Коллега отвечает, что все без изменений. Что ж, отсутствие ухудшения его немного радует.       Встав с постели, он занимается своей любимой рутиной. Гуляет с Ентаном и готовит себе обед. После размещается на просторном диване в гостиной, берет в руки телефон и, открыв мессенджер, набирает сообщение:

Taekim

14:03

Привет, я соскучился и жутко хочу с тобой потанцевать

Jiji 14:05 Ну наконец-то, мой тигренок подал признаки жизни. Через два часа на нашем месте       Тэхен подъезжает в указанное место, не спеша выходит из машины и направляется ко входу в спортивный комплекс.       Сегодня он одет в узкие черные джинсы, которые обтягивают его длинные и изящные ноги, подчеркивая упругие ягодицы, и красную атласную рубашку свободного кроя, часть которой он заправил в джинсы. Волосы уложил гелем слегка назад и все это подчеркнул черными очками от Гуччи.       — Тэ! Черт возьми, нельзя так выходить на улицу без охраны, ты чертов искуситель! — На него бежит светловолосый омега, крича на всю стоянку. Подлетев к Тэхену, он запрыгивает на него и принимается расцеловывать лицо.       — Чимми, ты себя видел? Сам не лучше! Твои кожаные штаны сейчас лопнут на этом аппетитном орехе, — смеясь, отвечает он Чимину, параллельно обнимая и помогая слезть с себя. — Я скучал по тебе, цыпленок. — Тэхен нежно целует Чимина в висок и вдыхает такой сладкий аромат ванили. Этого ему чертовски не хватало.       — Я тоже скучал, мой тигренок.       Их дружба — это что-то до безумия странное, особенно ее начало.       До шестнадцати лет у Тэхена не было друзей вообще, пока не случилось кое-какое событие.       Однажды, идя домой из книжного магазина, Тэхен урвал очередной отличный улов в виде стопки редких зданий. Зачитавшись, он не заметил, как вышел на проезжую часть, где его бы сбила машина, если бы не один незнакомый омега, который, подбежав к парню, оттолкнул его, сам попадая под колеса.       Чимин тогда попал в больницу с переломом руки и парой ссадин. Тэхен, а точнее его родители, оплатили все лечение. Но, несмотря на это, чувство вины за произошедшее не покидало омегу и заставляло постоянно извиняться. Чимин был зол, так как из-за этой аварии сорвалось его выступление на конкурсе танцев. По этой причине он постоянно выставлял Кима за дверь, не желая того видеть.       Так и закончилось бы их знакомство, если бы через два месяца они не встретились вновь. Вечером, когда Тэхен, идя домой, услышал крики, он пошел на шум и увидел омегу, зажатого одним пьяным альфой. Тем омегой был Чимин.       Тэхен, подбежав к ним, закричал, требуя отпустить парня, на что у альфы заиграли желваки на лице — посторонний голос раздражал, — а после того, как крик позади повторился, он все-таки решил повернуться, чтобы посмотреть на смельчака, но неожиданно получил кирпичом прямо в лицо. Бил Тэхен не сильно, но дезориентировать альфу смог. Схватив за руку Чимина, он побежал со всех ног. Через квартал они остановились и сели на ближайшую лавочку. Пульс зашкаливал, руки тряслись. Чимин пытался взять себя в руки, но ничего не получалось. На глазах выступали слезы, а от сбитого дыхания першило в горле. Было страшно, было обидно, но в тот же момент была благодарность, что Тэхен не прошел мимо, что заступился, несмотря на то, что мог сам пострадать.       — Теперь все будет хорошо, я рядом, Чимин-и, тебя никто не обидит. — Тэхен притянул к себе омегу и крепко обнял. Вдохнув сладкий аромат ванили, он понял — этот запах успокаивает, обволакивает невидимой вуалью уюта и комфорта, и от этого чувства не хочется избавляться. После этого омеги сдружились и стали «не разлей вода».       Чимин стал его первым и единственным другом, привил тому чувство стиля, такта, манеры, лишил одиночества, скуки и главное — научил танцевать. Тэхен был очень поражен и удивлен тем, что ему так понравятся танцы, в них он тонул так же, как и в книгах, забывая обо всем, погружаясь в музыку и ритм.       Они собирались каждую неделю в спортивном клубе родителей Чимина и танцевали в пустом зале.       Так продолжалось до восемнадцатилетия Чимина. Тогда они, как всегда, пришли в зал, прогоняя уже заученную программу. Через некоторое время Чимин стал чувствовать себя плохо. Время пришло. У него началась первая течка, вызвавшая настоящую панику у обоих.       Тэхен видел, что другу становилось плохо, он постепенно терял рассудок, а запах ванили заполнял все пространство.       Выпускать его оттуда было опасно, так как за дверьми тренажерный зал, где было полно альф. Думать пришлось быстро. Тэхен закрыл зал на ключ изнутри и позвонил родителям Чимина, попросив тех срочно его забрать, но, как назло, те были в другом городе, дорога назад заняла бы несколько часов.       Время тянулось предательски медленно, Чимин обильно тек, корчился от боли, поскуливая и не понимая, что происходило. Смотреть на это было больно, Тэхен, прочитав массу книг, знал, что первая течка самая болезненная и сильная. Снять напряжение могли феромоны альфы, своей пары и непосредственно сам секс, но избавиться окончательно от боли возможно только после сцепки.       Подойдя к Чимину, он, крепко обняв того, начал гладить по голове.       — Все хорошо, у тебя течка, все в порядке, от нее еще никто не умирал. Это значит, ты стал взрослым, твой запах теперь такой сильный и потрясающий. Ты такой молодец, Чимми, ты справишься. Есть вариант облегчить твою боль до того момента, как приедут родители. Если сможешь, поиграй с собой, оргазм снимет ненадолго спазм, и тебе станет легче, обещаю. Я рядом, никто не тронет тебя, не увидит.       Он нежно гладил Чимина по спине и рукам, пытаясь успокоить, подбодрить, благодаря чему парень притих, медленно придвигаясь ближе, в итоге обхватил талию Тэхена своими руками.       Так они и просидели какое-то время. Тэхен успокоился в надежде, что течка отошла на какое-то время до момента, когда Чимин, подняв заплаканные глаза, робко прикоснулся губами к уголку рта Тэхена. После такого шага в голове забились сотни маленьких молоточков. Тэхен опешил и оцепенел, не зная, что делать и как реагировать, умом понимая, конечно, что другу плохо, и тот не соображал, что делал. Но все-таки они омеги и лучшие друзья, все было так дико. Одна ладонь легла на грудь Чимина, стараясь деликатно его отодвинуть от себя, но тот в ответ умоляюще всхлипнул и прижался еще ближе к губам друга. Тэхен подумал, что из-за простого поцелуя ничего не случится, и решил немного подыграть, надеясь тем самым немного успокоить омегу, а после тот сам отстранится.       Это был их первый поцелуй. Они целовали друг друга нежно, иногда случайно прикусывая губы и сталкиваясь зубами. Но эффект от этих незатейливых ласк был иным: Чимина это неслабо возбудило, он начал постанывать в рот, залезая на колени к другу, начиная тереться о него. Да, это было странно и необычно, одновременно вызывало противоречивые чувства неправильности и блаженства у обоих. Они не знали, что целоваться, это так приятно, тем более, когда запах Чимина был настолько сильный, что даже Тэхену дурманил голову.       Они целовались рвано, пытаясь добавить язык, стонали друг другу в рот, руки блуждали по всему телу, трогая и царапая.       — Тэхен, пожалуйста, помоги, я не могу… мне так больно… прошу тебя, — хриплым тихим голосом произнес Чимин, кусая шею омеги.       Тэхен снял его со своих колен, уложив на маты, начал раздевать и покрывать тело поцелуями. Цеплял губами все: шею, ключицы, покусывал соски, зная, где могут быть эрогенные зоны. А говорят, книжки не научат сексу. Еще как научат, Тэхен отменно знал теорию и сейчас переходил к практике. Голова не соображала, чужая течка накрыла с головой, яркий феромон окутывал сознание, заставляя подчиниться.       Опустившись вниз, он снял с Чимина полностью промокшие от смазки шорты и боксеры. Член омеги стоял колом и требовал хоть какого-то внимания. Тэхен прикоснулся к нему рукой и сделал пару нежных движений, на что Чимин отреагировал протяжным стоном, выгибаясь навстречу руке.       Это дико и восхитительно. Тэхену нравилось то, как реагировал омега на него. Инстинкты охватывали разум, в голове билась только одна мысль: «удовлетворить», а возбуждение в штанах брало верх. Это начало конца.       Тэхен сначала ласкал член Чимина рукой, а затем, набравшись смелости, припал к головке губами, робко лаская ее языком и постепенно вбирая в рот весь ствол. Чимин на эти действия стонал и метался по матам, находясь где-то в оковах наслаждения и возбуждения, он кончил резко, быстро и очень громко, после чего схватил Тэхена за волосы и, притянув к себе, страстно поцеловал.       Оргазм парня не успокоил, а наоборот, распалил, возбудив до безумия. Посмотрев одурманенными глазами на друга, он начал срывать с того одежду, попутно целуя — скорее даже вылизывая — такое горячее и возбужденное тело.       Тэхен уже не соображал, не понимал всю абсурдность ситуации, в которой они, двое омег, делают что-то неправильное, потому что сейчас им было хорошо, они познали, что такое ласка, что такое возбуждение, и останавливаться не хотели. Одна течка смогла свалить сразу двух омег.       Чимин, обхватив член Тэхена, вылизывал его вдоль всей длины, высасывая всю скопившуюся смазку. Он сосал неумело, иногда задевая зубами, но этого хватило, чтобы Тэхен кончил ему в рот через несколько минут, выкрикивая его имя.       Оба лежали на матах и рвано дышали, пытаясь привести затуманенное сознание в порядок.       — Тэхен-и, я прошу тебя, я больше не могу. Прошу, стань моим первым, я сделаю все, что захочешь, только дай мне член внутри меня, мне очень больно и так зудит.       — Чимин-и, я же омега, как я могу? — Тэхен растерянно посмотрел в глаза Чимину, пытаясь найти там остатки здравого смысла, но зря — его там давно не было.       Чимин, оседлав его, начал целовать лицо, губы, шею, так нежно и в то же время напористо, с ноткой страсти.       — Не думай, у тебя есть член, просто засунь его в мою задницу. Будь со мной нежен и ласков, пожалуйста, стань моим первым. Я так сильно тебя люблю, ты же знаешь. Давай, детка. Сделай это.       Тэхен поплыл, он сдался на этот жалобный скулеж, да и поцелуи возбуждали вновь, член становился каменный.       Они ласкали друг друга недолго, так как терпеть сил не было. Тэхен после недолгой растяжки вошел в Чимина одним резким толчком, заполняя его. Член у омег небольшой, но достать до простаты он мог, что было необычайно приятным бонусом.       — Охуеть… Чимин… какой же ты узкий… как мне хорошо…       Они застонали оба от неизвестного ранее наслаждения. Тэхен начал двигаться медленно, привыкая и боясь причинить вред, но Чимин был другого мнения, снова оседлав друга, перед этим перевернув его обратно на спину, он начал двигаться, насаживаясь до основания, стонал, кричал. Ему срывало крышу, он шептал что-то несвязное, царапая грудь Тэхену.       У Кима от этих действий искры из глаз сыпались. Он схватил Чимина за горло и притянул к себе. Начал вылизывать ему рот, целовать грубо и глубоко, насколько получалось. Он раньше и не догадывался, что вообще так умел, и что страсть могла так окутывать его сознание. Спустился к шее, вылизывая его запаховую железу, он знал, что так должны делать альфы в течку пары. Слегка прикусил пульсирующую венку, и Чимин сорвался на крик, судорожно кончая Тэхену на живот, на что омега кончил следом за ним, наполняя Чимина.       — Боже, это было охуенно. Тэ… секс — это охуенно… спасибо, милый, — шептал сорванным голосом Чимин, расцеловывая тому грудь, лежа на нем и тяжело дыша от крышесносного оргазма.       — Люблю тебя, цыпленок, — улыбаясь, ответил Тэхен, поцеловав того в лоб. Слов больше не было. Тэхен был согласен, оказывается, секс — это охуенно.       Родители забрали омег спустя час и позволили остаться Тэхену на ночь, ведь ночевал он у них часто, и ничего странного в этом не было. За исключением того, что в этот раз они не смотрели фильмы, а предавались ласкам целую ночь, познавая друг друга и учась новому.       С того дня у парней появился новый поворот в дружбе, — течку Чимин всегда проводил исключительно с Тэхеном, напрочь игнорируя альф. Как говорится, хорошим сексом дружбу не испортишь. Эта фраза была именно про них.

==={}===

      — Ты заработался совсем, Тэ, мы не виделись уже месяц, — надув губы, говорит Чимин.       — Знаю, но завал на работе. Тяжелый пациент.       — Давай отвлечемся и потанцуем, выбьем из тебя все лишние мысли, — подмигнув, Чимин тянет его на середину зала.       Он обладал даром заряжать Кима энергией, был недостающим тому звеном, а Тэхен, наоборот, награждал Чимина спокойствием и холодным умом, они такие разные, но при этом так идеально друг друга дополняют.       Играет их любимая композиция — Taeyang «Only Look At Me» — и они оба кружатся в ритме танца, забывая обо всем на свете. Сейчас есть только они, музыка и нежные поцелуи.       Тем временем на скамье светится телефон от входящего сообщения: Dokj 18:48 Пациент пришел в себя