Ночь подарившая мне тебя

      Не согласие с тем, что сейчас происходит в твоей жизни – вполне себе нормальное явление. Только вот бороться с ним, да и с самим собой, зачастую крайне сложно. Как перечеркнуть уже заранее выстроенный план, перечертить давно нарисованный маршрут и протоптать себе дорогу в лучшее будущее, если ты банально не можешь отвязаться от прошлого? Что делать с чувством отчаяния, которое окутывает тебя, словно искрящееся теплом полотно, и дарит мнимое успокоение. Но что, если ты начнешь задумываться о бытие своем и придешь к иному истолкованию своей судьбы? Что, если ты увидишь проблески света там, где, казалось бы, уже и не надеялся на счастье?       Он видел. Это всё было в парне чуть ниже его ростом, с пушистыми ресницами и пухлыми губами, аккуратным носиком, светлыми мягкими волосами и самым обворожительным смехом на всем белом свете. Разве кто-то еще умеет улыбаться так же, как он? Дарил ли ему кто-то столько тепла, любви и заботы в последнее время? Ран будет последним лжецом, если не сознается в том, что впервые за столько лет после смерти матери он улыбался так искренне, как только мог. Он провел самые лучшие выходные в своей жизни и практически ни о чем не жалеет. Рюсей смог показать ему свет, которого Хайтани не видел уже очень давно. Но по своей же глупости оттолкнул и сделал больно. Он прекрасно видел тот страх в глазах, обиду, горечь и разочарование, но ничего не сделал. Просто ушел, как самая последняя мразь. Наверняка мама не одобрила бы его поведение. И Риндо прав. Она хотела бы, чтобы ее сыновья жили настоящим и не опирались на не совсем радужное детство. Но Ран не может. Как перестать винить себя в случившемся? Если бы он нашел какую-нибудь честную работу, а не искал чего поприбыльнее, возможно, он никогда бы не познакомился с тем парнем, и мать была бы жива.       Мама…       Сейчас Ран отчетливо осознает несколько вещей. Во-первых, он никогда не был примерным и хорошим сыном. Доставлял матери кучу проблем, порой не сдерживал эмоции и высказывался не самым лестным образом. Заставлял ее волноваться, когда уходил из дома и не отвечал на звонки. Не смог сразу понять, как ей было тяжело, и добавил на ее хрупкие плечи еще больше ответственности. Во-вторых, он не смог стать хорошим старшим братом. Чему Риндо может у него научиться? Какой пример он ему подает? Всё, чем может «похвастаться» Ран – это разгульный образ жизни и куча половых партнеров, имени которых он не помнит. Что Хайтани старший вообще из себя представляет? Не смог поддержать, когда это было нужно, не пришел на первую игру брата, сославшись на дела, которых в действительности не было. Не слушал и не слышал, когда ему старались помочь. Он определенно самый непутевый старший брат. Риндо не заслуживает этого. Он должен жить в любви, понимании и гармонии. А Ран… Он просто не может ему этого дать. В-третьих, он никогда не был хорошим парнем. Столько девушек велись на его красивые речи о любви, а потом страдали от разбитого сердца. С парнями же всё было куда хуже. Он заманивал их в свои сети, а потом бросал. Некоторых даже специально позорил при большом скоплении людей и с гордо поднятой головой уходил. Его совершенно не заботило, что с ними было дальше. Но сейчас он сожалеет. Ему действительно стыдно. Никто не заслужил подобного отношения.       Интересно, а злилась бы ли мать на него? Осуждала бы его действия? Вряд-ли она стала бы гордиться таким сыном, но Рану очень бы этого хотелось. Было бы неплохо вновь увидеться с ней и просто поговорить. Рассказать, как сильно вырос Риндо, как он жил всё это время, как хреново ему порой было на душе, получить от нее нагоняй за все проебы, а потом почувствовать тепло от утешающих объятий, увидеть ее улыбку и услышать нежный голосок, говорящий, что все в порядке и она не злится.       И всё же. Встреться он с ней вновь, не смог бы даже посмотреть ей в глаза. Ему жаль. Он не смог оправдать ее ожиданий. Не выполнил последнюю просьбу. Не смог вырастить из Риндо хорошего человека. Младший брат стал таким благодаря своему отчаянному стремлению не омрачить память матери. Он воистину прекрасный человек. Вот им мама точно бы гордилась. Риндо смог смириться и пойти дальше. Он сильный. Ран восхищается им. Пусть никогда этого напрямую и не скажет.       Наверное, он правильно поступил, оставив Сато в покое. Ран хотел бы, чтобы их история любви продлилась чуточку дольше, но рано или поздно от него все равно отвернутся. Хайтани не смог бы дать Рюсею то, чего он действительно заслуживает. Не всякий захочет строить отношения с тем, кто до сих пор живет прошлым и не может смириться с болью от потери самого дорогого для него человека. Ран знает, что поступил крайне жестоко, не дав им и шанса, но так будет лучше, верно? Лучше он отпустит его сейчас, пока не успел сильно привязаться. Потом ведь будет еще больнее. Как ему, так и Сато. Пусть он запомнит его последним мудаком, но найдет кого-то получше, нежели будет тешить себя надеждой на то, что сможет поменять его.       А может…Что если Рюсей действительно мог бы помочь ему встать на ноги? Мог ли этот парень вытащить его из этого дерьма и подтолкнуть к новой жизни? Определенно. Именно поэтому Ран и отказался от него. Он боится. Боится, что мать не одобрит. Он ведь виноват во всех бедах их семьи. Он не заслуживает счастья. Не заслуживает понимания и прощения. Хайтани старший вообще ничего не заслуживает. Он не может себе позволить такой роскоши. Его участь – это вечные страдания.       — Эй! — окликнул Рана незнакомец, — сигаретки не найдется?       Медленно повернувшись в сторону звука, парень некоторое время просто смотрел на мужчину. Этот дяденька выглядит добрым. Интересно, а как выглядел их отец? Ран уже и не помнит. Тогда он был очень маленьким. А со временем даже какие-то расплывчатые очертания пропали. Нет, он не хотел знать и видеть того, кто их бросил. Но почему-то именно сейчас ему хотелось, чтобы он был рядом. Хайтани нужен хоть кто-то, кто сказал бы ему, что он не виноват; кто-то, кто смог бы разглядеть в нем не просто красивого парня, а ребенка, который до сих пор не смирился. Ему не хватает родительского тычка и строгих наставлений. Пусть мама вернется и отругает его, как в детстве. Он повзрослел слишком рано и не смог в полной мере понять, что значит семья.       — Найдется, — Ран не понимал, почему его голос так предательски дрогнул. Нужно срочно брать себя в руки. Не хватало ему еще перед незнакомцем опозориться и расплакаться, как самая большая девчонка.       Порывшись в кармане штанов, Ран вытаскивает пачку Mevius Original и протягивает мужчине. Пусть хоть всю забирает. Хайтани все равно ничего не хочется. Только сдохнуть и, наконец, обнять свою мать. Ему так надоел этот бренный мир с его запретами, законами и болью, что остается с тобой на протяжении всей твоей никчемной жизни.       — Послушай, парень, я не знаю, что у тебя произошло, но выглядишь ты так, словно сейчас пойдешь прыгать с моста. Не делай этого. Порой в жизни случается куча дерьма и кажется, будто выхода нет. Но поверь, он есть. Уверен, тебе есть ради кого жить. Не отталкивай тех, кто рядом. Смерть – это не круто. Не спеши прощаться с жизнью, не вкусив ее по-настоящему.       Мужчина берет пару сигарет и возвращает пачку владельцу. Смотрит на него какое-то время и уходит. Понятное дело, что ответа он не дождется, но предоставить почву под ногами он смог. Неужели Хайтани действительно выглядит так со стороны? С каких пор его можно прочесть, словно открытую книгу?       Осмотревшись по сторонам, Ран заприметил одиноко стоящую под деревом лавочку и направился к ней. Он достаточно долго бродит по местности. Небольшой отдых ему не помешает. Домой идти он явно не намерен. Не сейчас. Ему стыдно перед Риндо. Он вновь пытался быть хорошим братом, старался помочь, а его отвергли.       — Мам, я такой кретин… — устало произносит парень, откинув голову на спинку лавочки.       Устремив взгляд на небо, Хайтани задержал на нем свой взгляд: маленькие мерцающие огоньки, разбросанные по темно-синему полотну, убаюкивали и окутывали всё нутро необъяснимым спокойствием. Когда-нибудь Ран обязательно доберется до них, но, кажется, его время еще не пришло. Повернув голову направо, Хайтани заметил бездомную кошку, что уместилась на лавочке рядом с ним. Стало так тепло и так хорошо. Невольно прикрыв глаза, Ран потихоньку проваливался в дрему, совсем позабыв о том, где находится.       — Милый, — нежный голос окутал с ног до головы. Над ухом слышалась спокойная речь, а родные ладони согревали давно позабытым теплом.       Что происходит? Хайтани не чувствовал ни прошлого, ни настоящего. Он находился в этом моменте. Казалось, будто время остановилось и высшие силы, наконец, услышали, решив исполнить его самое заветное желание. Он видел ее. Всё те же большие голубые глаза, обрамленные пушистыми ресницами, длинные каштановые волосы, теплый взгляд и самая что ни на есть искренняя улыбка. Та, которую он, будучи ребенком, мечтал увидеть снова. Неужели он все-таки простился с жизнью? Да еще и так легко. Видимо, от него действительно был какой-то прок, раз смерть не была такой мучительной, как он ожидал.       — Милый мой, я так скучала по тебе, — ласково поглаживая по спине парня, прошептала женщина.       — Я тоже скучал по тебе, мама…       Ран не смог сдержать слез. Он так давно хотел ощутить то тепло, что дарила ему его мать. Только она могла воздействовать на него должным образом и привести в чувства, наставить на верный путь. Ему так не хватало ее. Он столько всего хочет ей сказать. Но самое главное – извиниться. Он не сможет и дальше существовать, если не сделает этого.       — Мам, я…       — Не надо, милый. Я никогда не винила тебя в том, что со мной случилось. Ты ведь был еще таким маленьким. Откуда тебе было знать, что такое может произойти? Дорогой, послушай, я давно наблюдаю за тобой и хочу, чтобы ты перестал винить себя во всех бедах этого мира. Ран, ты должен прекратить цепляться за прошлое и, наконец, отпустить его. Позволь чему-то хорошему ворваться в твою жизнь, разреши себе полюбить снова и просто наслаждайся каждым прожитым днем. Не отталкивай своего брата. Он никогда не винил тебя в случившемся. Риндо винит только себя. После произошедшего вы настолько отдалились друг от друга, что перестали слышать. Всякий раз, когда Рин заикался насчет подобного диалога, ты отнекивался. Но пойми, он хочет, чтобы его любимый старший брат вздохнул полной грудью и отпустил груз прошлого. Милый, прекрати цепляться за меня. Я не злюсь на тебя. И никогда не буду.       Впервые за долгое время парень позволил себе дать волю эмоциям. Он рыдал так сильно, как только мог. Как же Ран хотел услышать эти слова. Он хотел знать, что мать не винит его.       — Я не знаю, смогу ли…       — Сможешь. Ты у меня сильный мальчик. Всегда пытаешься прыгнуть выше головы, даже когда это не нужно. Я помню, как сильно ты старался ради благополучия нашей семьи. Ты удивительный ребенок. Ран, ты никогда не был ужасным, слышишь? Я рада, что у меня был такой сын, как ты, — ласково улыбнувшись, женщина всхлипнула. — Позаботься о своем младшем брате, милый.       — Мам, я хочу остаться с тобой…       — Нет! — строго отчеканила Аманэ. — Твое время еще не пришло. Ты должен жить. Я верю в тебя. Пожалуйста, будь счастлив. Передай Риндо, что я вас обоих очень сильно люблю. Берегите себя.       — Но, мам…       — Тебе пора, милый.       — Но я не хочу вновь прощаться с тобой…       Аманэ по-доброму улыбнулась и толкнула своего сына вперед. Как бы она не хотела вновь быть со своими детьми, их время еще не пришло. Женщина бросила на Рана тоскливый взгляд, но ни о чем не жалела. Счастье ее детей было превыше всего.       — Я горжусь тобой, мой мальчик. Прощай… — напоследок прошептала Аманэ.       Судорожно хватая ртом воздух, Хайтани резко распахнул глаза и зажмурился от яркого света, исходящего от фонарного столба. Поднявшись с лавочки, Ран осмотрелся по сторонам в поисках какой-нибудь живой души, но никого рядом не оказалось. Облегченно выдохнув, парень сел обратно, размышляя над тем, что с ним только что произошло. Он действительно думал, что умер. Но, как оказалось, это был сон. Спустя столько лет метаний собственной души, он, наконец, смог встретиться со своей мамой. Она не злится на него, не ненавидит, не презирает. Мать любит его и, кажется… Кажется, даже гордится им. Как же долго он мечтал услышать подобные слова. Теперь Хайтани прекратит бегать от нормальной жизни. Этой ночью он, наконец, осознал то, чего долгие годы после смерти матери не понимал. Пришло время отпустить прошлое и двигаться дальше. Пусть это болезненно и невыносимо, но он справится. И первым делом он извинится перед Риндо. Его брат столько лет пытался помочь ему, был рядом и винил себя в том, в чем совершенно не виноват. Как Ран мог быть таким слепцом?       Достав из кармана штанов телефон, Хайтани бросил взгляд на время и удивился. Неужели он проспал так много? Кажется, когда он только присел на эту лавочку, было часов двенадцать, а сейчас почти три часа ночи. Время так скоротечно. Может показаться, что сейчас тебе все под силу, ты все сможешь. Но что, если уже поздно? Разве кто-то будет ждать так долго? Пока ты будешь собираться с мыслями и убеждать себя в том, что еще не время, другой человек сможет пережить потерю и пойти дальше, оставив тебя позади. Так стоят ли эти думы твоего времени?       Буквально сорвавшись с места, парень побежал в сторону своего дома. Хватит откладывать все на потом. Еще не время? Ха, да когда же оно, черт возьми, тогда настанет? Риндо заслуживает знать правду. Он единственный, кто все это время был рядом и не отталкивал. Сколько раз младший брат старался помочь ему и был отвергнут? Немыслимое количество раз он обнимал его по ночам и успокаивал, когда снились кошмары. Это не Риндо отвернулся от него. Это Ран оставил его в стороне, совершенно не замечая очевидного. Младший брат не давал никаких намеков на обиду. Даже его поведение говорило об этом. Ох, как же сильно Хайтани виноват перед ним.       Быстро поднявшись по лестнице на нужный этаж, Ран судорожно пихает ключ в замочную скважину, но роняет его. Тихо выругавшись себе под нос, парень кое-как поднимает его и вновь пытается открыть ненавистную дверь.       — Черт подери!       Да что с ним такое? Это обычная дверь, которую он с легкостью открывал, будучи в стельку пьяным, а сейчас не может. Что за блядство? Он должен собраться с мыслями и, наконец, зайти домой. Они должны поговорить.       — Ран? — медленно открывая дверь, Риндо выглядывает в подъезд, ошарашенно осматривая старшего брата.       Что-то в нем определенно изменилось. Его взгляд совсем другой. Он больше не выражает ненависть и злобу, направленную на себя. Старший брат смотрит с сожалением и стыдом. Что же такого могло произойти, что за несколько часов его отсутствия случились такие кардинальные изменения?       — Послушай, Рин, сегодняшней ночью я многое понял. Во-первых, я полнейший идиот. Прости, что не подпускал тебя к себе всё это время. Ты пытался мне помочь, старался для нас обоих, а я профессионально этого это не замечал. Я своими же руками воздвигнул между нами стену и держался на расстоянии. Только я виноват в том, что всё это время между нами не было доверия и понимания. Ты не заслуживаешь подобного отношения к себе. Риндо, лучше тебя в моей жизни никого и никогда не будет. Спасибо, что был настоящим младшим братом. Я никогда в жизни не забуду того, что ты сделал для меня.       Младший Хайтани шокировано смотрел на старшего брата. Ему до ужасного интересно, что же такого случилось, пока его не было дома? Он головой ударился? С чего произошли такие резкие перемены? Неужто он поговорил с кем-то, и его наставили на путь истинный? Но кто это сделал? Кому Риндо писать поэмы благодарности и кланяться в ноги? Он давно не видел своего брата таким. И он соврет, если скажет, что в эту секунду не чувствует себя самым счастливым человеком на свете.       — Во-вторых, перестань винить себя в случившемся. В этом нет твоей вины, понимаешь? Ты был маленьким и ничего не знал о том, какие правила в бандитских группировках. Я и сам до конца не понимал, во что ввязывался, когда шел к ним. Мне пообещали хороший заработок, и я сразу же согласился. Я просто хотел снова увидеть мамину улыбку, поэтому не просчитал все наперед. Там же я и повстречал того парня, который впоследствии убил нашу мать. Если бы у меня только хватило мозгов проанализировать все, прежде чем впускать его в свою жизнь…       Ран опускает голову, смотря исключительно на свои кроссовки. Наконец он решился рассказать брату правду, но не думал, что говорить ее будет так тяжело. С каждой секундой груз с его плеч постепенно падал, но чувства, которые он все это время сдерживал, водопадом обрушились на него. Почему-то в этот момент ему хотелось и смеяться, и плакать, и кричать, и радоваться, и провалиться сквозь землю. Но больше всего он хотел обнять младшего брата. Как давно он не прикасался к нему. Риндо ведь все это время был рядом. Протяни к нему руку, и он обязательно окутает тебя своим теплом, укроет от всех бед внешнего мира и просто будет рядом. Каким же Хайтани старший был идиотом.       — В-третьих, я постараюсь стать для тебя хорошим братом. Возможно, я немного припоздал с этим, но мне нужно хотя бы попытаться стать тем, о ком ты будешь говорить с гордостью. Прости меня, Риндо. С этой минуты я всегда буду с тобой. Ты можешь рассчитывать на меня в любом деле, даже самом нелепом. Я действительно хочу стать твоей опорой и быть рядом всегда. Знай, ты дороже мне всех на свете. Я горжусь тобой также сильно, как и наша мать.       — Ран, ты…       Обреченно вздохнув, Хайтани делает шаг к своему брату и уже в следующую секунду заключает его в долгожданные объятия. Слова им сейчас ни к чему. Объятия скажут за них все. Уткнувшись носом в чужие волосы, старший вдыхает запах Риндо и невольно улыбается. Он пахнет домом и уютом. Его брат, правда невероятный. Как бы ему хотелось, чтобы это мгновение длилось целую вечность.

***

      Когда приходит осознание, на тебя сваливает огромный груз ответственности. Ошибки, которые ты некогда совершил, давят, требуя исправить содеянное. Возможно, подумай ты головой изначально, не пришлось бы расхлебывать свои прошлые грехи сейчас.       Наконец, приняв свои чувства, ты надеешься, что они всё еще взаимны, но гарантий никаких нет. И совсем не важно, сколько прошло времени после болезненного разрыва. Все люди разные. Кто-то может горевать довольно продолжительное время, а кому-то хватит и нескольких дней, чтобы взять себя в руки и двинуться дальше. Жизнь ведь на этом не заканчивается. Да, боль остается в обоих вариантах, но теперь ты можешь с ней справляться. По крайней мере, скрывать ее от других уж точно.       Переминаясь с ноги на ногу, парень внимательно всматривается в лица проходящих мимо него школьников, пытаясь выискать среди них знакомое. Да, Ран действительно принял решение все рассказать Сато, и будь что будет. Рюсей заслуживает знать правду. Хайтани сделал ему больно. И очень сильно. Одного взгляда на него в тот день было достаточно, чтобы это понять. Конечно же, Ран не надеется на моментальное прощение и возобновление их отношений, но, по крайней мере, облегчит чужую боль.       Идя сюда, Хайтани понимал, что, возможно, его попросту не захотят видеть. Более того, он знал, что если наткнется на Кейске Баджи, то целым отсюда точно не уйдет. Повезет, если врачи его потом откачать смогут и каким-то чудом на ноги поставят. Ран знатно напортачил и нажил на свою прекрасную задницу очень неприятного врага. Всё же капитан первого отряда значительно его превосходит в физической силе.       Стоп. Может ли быть такое, что Сато сегодня нет в школе? Получается, Хайтани простоял тут почти два часа просто так. Неловко получится. Наверное, стоило сразу идти к нему домой. В любом случае он туда вернется, так ведь? Там и ждал бы.       — Ран? — удивленно уставившись на задумавшего парня, Рюсей осмотрелся по сторонам. Кейске-кун еще не вышел, значит, у него есть шанс спасти этого идиота от не самого светлого будущего на больничной койке.       — Значит, я не прогадал с местом.       — Хайтани, вали отсюда.       — Нет, Рю, погоди. Я пришел… — неуверенно начал Ран, но его перебили.       — Я говорю, вали отсюда. Если Баджи тебя увидит, мокрого места не оставит. Неужто тебе нравится перспектива быть до смерти избитым?       — Но…       — Мы поговорим, но позже. А теперь иди. Пожалуйста.       Всё же сдавшись, Хайтани поворачивается к Сато спиной и двигается в противоположную от него сторону. Тот факт, что он не стал истерить или прогонять его со словами, что он последний человек на свете, с которым бы Рюсей хотел говорить, давали ему какую-никакую надежду. Возможно, у него есть шанс что-то исправить и добиться прощения за свой омерзительный поступок.       Почувствовав вибрацию в кармане штанов, парень достает телефон, сразу же заметив уведомление о новом сообщении. Разблокировав гаджет, Ран смотрит на имя отправителя, а сердце совершает кульбит, достав из самого укромного уголка запрятанную детскую улыбку. Он, правда, не понимает, за что вселенная так благосклонна к нему второй день подряд, но он благодарен. На этот раз он постарается ничего не испортить.       Время близилось к восьми часам вечера. Вот-вот он встретится лицом к лицу со своими страхами, ошибками и омерзительными поступками. За всё это время Хайтани успел продумать этот диалог раз пять, но так ни к чему конкретному и не пришел. Он не гадалка. Пытаться предугадать чужую реакцию бесполезно. Да и его поведение в школе тоже ни о чем не говорит. Возможно, Рюсей сделал это, чтобы потом не чувствовать себя виноватым за произошедшее с Раном. Не стоило придумывать себе то, чего быть не может. Сато не простит его так просто. И это самая, что ни наесть истина.       Окинув себя взглядом в последний раз, Хайтани подхватывает с тумбочки ключи и направляется на улицу. Почему-то именно сейчас ему стало безумно страшно. Днем он чувствовал себя куда увереннее, но теперь… Что ж, этого, наверное, и следовало ожидать. Не каждый готов столкнуться с тем, что сам и натворил. Трудно взглянуть страху в глаза, зная, что все сказанное будет заслуженным.       Припарковавшись возле многоэтажного дома, Ран оповещает Рюсея о своем приезде, и они договариваются встретиться на крыше жилого дома. Так будет лучшего всего. Да и вероятность того, что Кейске увидит их, снижается до пятидесяти процентов. Хайтани, конечно, не отрицает того факта, что слишком опекающие друзья Сато будут подслушивать, но, по крайней мере, он надеется на то, что договорить с ним ему дадут.       Ночь – самый таинственный и всепоглощающий период времени. Мир людей засыпает, и на смену приходит тьма – пора снов, откровений, любви и надежд. Интересно, а как часто люди обращают внимание на небо в такие моменты? Оно ведь такое величественное, непоколебимое, дарящее свободу и непередаваемые эмоции от неописуемой красоты. На мгновение может даже показаться, что наш мир такой крошечный, а человек – малюсенькая частица всего этого.       Подняв взгляд на небо, Ран как будто впервые увидел там тысячи, нет, даже миллионы небесных светил. Буквально на секунду ему даже показалось, что он видел там довольно растянувшуюся кошку. Невероятно. Хайтани никогда не думал, что именно звёздное небо сможет подарить ему душевный покой и равновесие.       — Луна сегодня красивая, не так ли? — не оборачиваясь на шорох позади себя, поинтересовался парень.       — Настолько красивая, что умереть можно, — слегка улыбнувшись, Рюсей садится рядом с Раном и тоже смотрит на звездное небо.       — Так… О чем ты хотел со мной поговорить?       Откинувшись спиной на холодный бетон, Сато продолжал смотреть на небо. Он понимал, что идти на встречу с тем, кто сделал тебе больно, не самая лучшая идея. Но почему-то ему хотелось его выслушать. Сегодня Ран смотрел на него по-другому. Наверное, именно это и послужило триггером к согласию на разговор с ним. Хотя Баджи и Чифую его так просто не отпустили. Кейске грозился скинуть Рана с этой чертовой крыши, но до этого хорошенько отпиздить. Как же хорошо, что у Мацуно мастерски получилось его приземлить и предложить альтернативу. Чтобы его парень так сильно не волновался о душевном состоянии Рюсея, они будут стоять у двери, ведущей на крышу, и если Хайтани сделает что-то не так, Чифую не будет его сдерживать. К сожалению, Сато пришлось согласиться на это, иначе удержать Баджи от этого безумства у них попросту не получилось бы.       — Я хочу рассказать тебе кое-что из своей жизни. Узнав это, ты сможешь понять, почему я так поступил с тобой.       — Хорошо.       — Когда я еще был совсем малюткой, отец ушел от нас, оставив мать с двумя маленькими детьми без гроша в кармане. Она из кожи вон лезла, лишь бы у нас с Риндо все было. Но в один прекрасный день свет в ее глазах погас, и улыбка из некогда теплой и искренней превратилась в измученную. Тогда-то я и принял решение помочь ей во что бы то ни стало. Мой выбор был не лучшим. И я не горжусь своим прошлым, — печально улыбнувшись, Ран согнул ноги в коленях и устроил на них подбородок, устремляя взгляд за горизонт. — Но в то время мне казалось, что лучше места для заработка я не найду. Вот так, в свои шестнадцать я и попал в свою первую преступную группировку. Изначально мне поручали лишь мелкие задания, которые с легкостью выполнит любой школьник, но потом…       Хайтани действительно задумался о том, стоит ли ему полностью вдаваться в подробности. Его криминальное прошлое может напугать Рюсея, и он даже слушать не станет. Прогонит, да и дело с концом. Но. Если он и вправду хочет построить общее будущее с этим парнем, придется раскрывать все карты.       — Потом меня заставили убить человека. В первый раз я промахнулся, и мне помог один мальчик, который впоследствии вскружил голову, заставляя влюбиться в него. Если бы я тогда знал, чем обернется эта любовь, в жизни бы к нему не подошел…       — Что произошло?       — Он убил мою мать на глазах у маленького Риндо. Я до сих пор виню себя в случившемся. Если бы у меня хватило мозгов не прыгать в постель к кому-то вроде него, не открывать людям свое сердце и душу, мама была бы жива.       — Ран…Это…— Сато хотел бы сказать хоть что-то, но не мог. Просто не понимал, что говорят в подобных случаях.       — Мерзко. Я знаю. В какой-то момент я закрылся от всего мира и запретил себе любить. Но потом в моей жизни появился ты. Раньше я без всякого зазрения совести делал своим партнерам больно и уходил из их жизни, как ни в чем не бывало. Но с тобой не получилось. Мои мысли были заняты тобой, а сердце отказывалось выбрасывать тебя из него. Я старался убедить себя, что это вскоре пройдет, но этого не случилось. Ты стал моим светом в этом покрытом мраком мире. Но я не смог принять такой щедрый подарок судьбы. Такой, как я, не заслуживает тебя.       — А ты не думал, что решать это должен был я? У тебя ужасная судьба, но ты не должен был отталкивать людей, которые хотели тебе помочь. Я уверен, твоя мать была бы крайне недовольна твоим поведением.       — Откуда ты… — шокировано уставившись на Сато, Хайтани нервно сглотнул, не понимая, почему эти слова заставляют его чувствовать свободу.       — Моя бы злилась, — искренне улыбнувшись, констатировал Рюсей.       — Уверен, твоя мать замечательный человек.       — Не буду отрицать. Так и есть. И раз у нас ночь откровений, ты должен кое-что узнать и обо мне. Помнишь, ты как-то спрашивал про Коджиро? — Ран кивнул. — Я был влюблен в него еще с младшей школы. Мы постоянно были вместе. Даже целовались разок. Хотя я об этом никому не говорил. Ты первый узнавший мой маленький грешок. А потом, когда я признался ему, он сказал, что не чувствует ко мне того же и уехал. Не так ужасно, как у тебя, но что есть.       Хайтани по-доброму усмехнулся, отворачиваясь от Сато. Им нужно какое-то время побыть в тишине и переварить полученную недавно информацию. Теперь Ран понимает, каким будет итог их разговора, и, кажется, это его даже не расстраивает.       Наблюдая за парнями со стороны, Кейске и Чифую пребывали в легком шоке. Они не должны были слышать всего того сокровенного, что эти двое смогли доверить лишь друг другу. Теперь они действительно чувствовали вину. Хайтани не был самым последним мудаком на свете. Просто порой жизнь не щадит никого. То, что он пережил, ужасно. Нет, они не оправдывают его поступок, но понимают.       — Нам лучше уйти.       Не проронив ни слова, парни спускаются на свой этаж и садятся на ступеньки напротив квартиры. Услышав этот непростой для обоих разговор, каждый задумался об их общем будущем. Смогут ли они преодолеть все трудности, что уготовила им эта чертовка жизнь вместе? Не разругаются ли по какой-то до смешного нелепой причине? Получится ли у них хранить верность друг другу всю жизнь? Не слишком ли громкие обещания они дали?       — Чифую, я хочу сказать тебе кое-что.       — Я тоже, Кейске.       — Думаю, я понимаю, о чем ты думаешь. Я не знаю, смогу ли подарить всю жизнь именно тебе. Сорвусь ли по какой-то тупой причине или же не влюблюсь в кого-то другого. Но. Я уверен в том, что чувствую сейчас. Для меня нет никого желаннее тебя, нет никого дороже, нет никого родней. И, наконец, нет никого, к кому тянулось бы мое сердце так же, как тянется к тебе. Я засыпаю с мыслью о тебе и просыпаюсь с ней же. Чифу, я не знаю, что будет дальше, но я чертовски сильно хочу надеть на твой палец кольцо и сделать своим. Помни, что чтобы не случилось, у тебя всегда буду я. И не важно, в каких мы будем отношениях. Ты всегда будешь мне дорог.       — Обещаешь? — всхлипнув, интересуется блондин.       — Обещаю, — твердо отвечает Баджи и прижимает Мацуно к себе.       — Я хотел сказать то же самое, — улыбнувшись, Чифую сильнее обнимает своего парня. — Я тоже обещаю всегда быть рядом с тобой. И Кейске, когда сделаешь мне предложение, я скажу: да. Не знаю, что будет дальше, но я приложу все усилия, чтобы сохранить наши отношения.       — А я тебе в этом помогу.       Порой кажется, что выхода из ситуации нет. Выбираешь один путь, и результат оказывается провальным. Идешь по-другому, и исход аналогичен первому. Наверное, нет правильно принятых решений. В какой-то момент тебе может повезти, а в какой-то ты понимаешь, что попытки были тщетны. Стоят ли твои усилия ходьбы по тонкому льду, который может в любую секунду треснуть?       И всё же душа человека такая же хрупкая, как и лед под ногами на пути к цели. Долго размышляя, ты можешь прийти к мыслям о том, что являешься чей-то болью или ночным кошмаром, а быть может, счастьем и причиной улыбки. Все эти мысли до крайности печальны и, возможно, даже абсурдны.       Говорят, ночь – это время откровений и любви. Но также она является поводом для глубоких дум и порой неправильно принятых решений. Если поднять взор на небо, можно увидеть печальную луну, отражающую твою собственную душу.       — Прости, но давай пока будем просто друзьями...

Любовь — непредсказуемая штука. В ней есть много светлых моментов, но порой она оставляет после себя лишь разочарование. Как ты распорядишься своей жизнью дальше, откроешь ли кому-то свою душу и позволишь ли залечить ноющую рану — решать только тебе. Быть может, пришло время сказать: прощай?