Проклятый.

*** Свежий ветерок носился, ероша волосы, обдавая прохладой. Марк рассматривал свой новый дом и окружающие его окрестности. Это был довольно уютный близкий к лесу район. Жилых построек здесь было немного. Точнее, всего две. До его приезда здесь жила только семья Вердаммт, потомки древнего аристократического рода. - Говорят, Вердаммт означает "проклятый", "обречённый". - задумчиво пробормотал Марк, листая книгу. Не то, чтобы он специально искал информацию про новых соседей, но старые привычки искать скрытые значения и копаться в том, что остальные легко пропустили бы мимо ушей, давали о себе знать. Когда-то давно, ещё совсем мальчишкой, Марк жил в этом районе. Здесь же он впервые проникся особым трепетом к старине. Ведь в то время в этом скромном обиталище не было практически ничего интересного для ребёнка его лет, кроме развалин старого замка. Говорят, замок этот принадлежал семейству Вердаммт, тем самым его "новым" соседям. Когда-то давно произошло землетрясение, и прямо под замком разверзлась земля, в результате чего половина строения рухнула под землю. Случай этот, погубил почти всю семью, в живых осталась только малая её часть. Если не изменяет память. только одна ветвь. Будучи ребёнком, Марк не раз лазил по руинам старого замка, находил свои сокровища в виде обгоревших или на удивление хорошо сохранившихся вещей. Вещи эти, трофеи, были самыми разными, от странных амулетов, до вполне обычных предметов быта - правда обычными их можно было назвать с трудом: на всем были следы старины, иногда встречалась настоящая позолота и драгоценности. Маленькому Марку нравились все эти сокровища, выдернутые из бездны забвения, из груды золы и пепла. Он часами рассматривал их, пытаясь понять, какими могли быть их хозяева. Купающиеся в роскоши аристократы. Они словно принадлежали иному миру. "Интересно было бы снова взглянуть на тот замок." - пронеслось в голове юноши. Вместе с замком он, тем не менее, вспомнил и знакомых ему тогда младших членов семьи Вердаммт. Это были двойняшки Агнесс и Венсан. У обоих были золотистые с медовым оттенком волосы и синие глаза. Оба были худощавые, вытянутые. Но, несмотря на внешнее сходство, детишки были абсолютно разными, как и отношение к ним других членов семьи. Марк был тогда слишком мал, чтобы что-то понять, но он помнил, что к маленькому Венсану обращались не иначе как "господин". Да и сам он вёл себя, будто был маленьким дворянином века так из 15-ого. Каждый его жест, каждое движение было продумано до мелочей, как и каждое слово. Никогда "его высочество" не снисходил до обычных детских игр, а иногда и вовсе отказывался покидать фамильную библиотеку. Иногда Венсан навевал страх или, по крайней мере, странное ощущение своим взглядом, словно насмехающимся надо всем миром. Марк тогда принимал это за странную заносчивость. Сестра Венсана, Агнесс, была обычным ребёнком своих лет. Если Венсану перепало все внимание и даже какое-то поклонение, то на её долю остались только тычки и упрёки. Марк испытывал странное отвращение по отношению к Венсану, но Агнесс ему часто хотелось защитить. Они не так уж часто играли вместе, но иногда он находил её сидящей у окраины леса. Тогда они бродили по лесу вместе. Агнесс была слабой, её окружало странное меланхоличное молчание. Казалось, что лес в какой-то мере был её собеседником. Своей тишиной он словно закрывал ребёнка от строгости и негатива, распространяемого на неё семьёй. Разница в отношении семьи объяснялась для всех тем, что Венсан наследник семейства, а Агнесс обычный ребёнок, и к тому же девочка. Про старшую часть семьи Марк почти ничего не знал. Знал только, что растила их мать, а отец умер молодым при каких-то загадочных обстоятельствах. "Надо бы повидать этих двойняшек" - думал Марк, по большей части имея в виду Агнесс. Он не испытывал особенного желая вновь встретить Венсана. - "Этот, наверное, уже ведёт семейное дело. Вряд ли он покидал родной дом, чтобы уехать учиться... А чем там вообще занималась их семья?" - Марк не смог дать ответ на вопрос. Он знал про Вердаммтов только то, что они практически никогда не выезжают в город. А какое дело можно вести, если весь год сидеть в домике на краю леса? Сам Марк уезжал из отчего дома, куда когда-то переселился его отец из-за слабого здоровья сына. Уезжал под предлогом того, что хотел выучиться и стать историком. Но на самом деле, чтобы вырваться из этого уединенного замкнутого мира в более настоящую жизнь, более подходящую молодому человеку его возраста. Городская жизнь и студенчество были для Марка удивительной и незабываемой порой. Но нельзя сказать, что он полностью оставил прошлое позади. Во-первых, интерес этого молодого человека был направлен именно в сторону истории и старинных сооружений. Он испытывал тоску по разглядыванию руин старого замка, по поиску в нем сохранившихся предметов. Парня интересовала именно эпоха прошлого. А в голове часто оживали картины, которые он воображал себе ещё тогда, будучи ребенком. Прогуливаясь по шумной улице, слыша скрип шин, лай собак и дыша спертым городским воздухом, он чувствовал тоску по свежей лесной прохладе, которая могла полностью наполнить лёгкие и давала ощущение свободы, тогда как городской коктейль ароматов вызывал у него только испарину на лбу. Показавшиеся поначалу весёлыми шумные развлечения оказались просто глупой потерей времени. В итоге, закончив университет, Марк предпочёл вернуться в тот старый дом, в котором когда-то жил. Сейчас было уже поздно, чтобы полноценно обойти окрестности. Небо постепенно заволокла тьма, на которой проступили маленькие пятнышки звёзд. Но завтра он намеревался посетить руины старого замка и обойти лес. *** Это странно, но Марку спалось неспокойно на новом месте. За окном шумел лес. Пару раз, кроме шума веток, ему послышалось удары больших лап о землю, шаги какого-то зверя. Сон долго не шёл, а, когда он, наконец, заснул, его глазам предстал замок, восставший из руин, внутри которого происходил большой праздник. Главным на празднике был молодой человек с длинными золотистыми волосами, в чёрном плаще. Худощавый, взгляд выдавал в нем властелина. Кого-то, кто привык, что его приказы беспрекословны и кто словно бы насмехается надо всем, что только увидит. Во сне парень видел много кружащихся в танце пар. Но все они, включая сам замок, были какими-то неестественными, полупрозрачными. Краски жизни и словно "плотность" изображения выделяли только стоящего во главе этой вереницы молодого человека. Сон закончился так же неожиданно, как и начался. *** Следующий день Марк полностью посвятил изучению руин. Это место практически не изменилось со времен его последнего посещения и встретило гостя холодным спокойствием вечности. Единственные изменения произошли, казалось, в самом Марке, для которого это место выглядело теперь не столь жутко загадочным, сколько меланхолично скучающим по старым хозяевам. А лазать по нему было уж и вовсе не так удобно как 10-15 лет назад. И все же Марк подналовчился и смог забраться через узкий край полуобвалившегося прохода в то место, которое некогда служило ему своего рода сокровищницей. Это была наполовину уцелевшая комната, точнее маленькая её часть. Другая часть была навеки отделена горой камней, осыпавшихся с того, что, видимо, ранее называлось потолком. Вместо потолка были несколько подгнивших дощечек, через щель между которыми ясно виднелось небо. Свои "сокровища" маленький Марк прятал не прямо посреди этого странного помещения, но аккуратно складывал в довольно объёмистом углублении одной из уцелевших стен, и прикрывал, набрасывая на них сверху найденные где-то ветки и тряпье. Разгрести это нехитрое логово не составляло труда. Только никто не знал об этом месте, кроме самого Марка. Изучение старых сокровищ растянулось на довольно продолжительное время. Мало кто смог бы понять этого странного молодого человека, которому доставляло удовольствие копаться в остатках древного камня и глины. "Сумасшедший" - сказали бы люди, но их здесь не было. "Никто не смел приближаться к руинам старого замка семьи Вердаммт" - как сказал бы Марк во времена своего детства. Сейчас же он был уверен, что никому и в голову не придет тащиться так далеко, чтобы взглянуть на богом забытые останки былого величия. Рассматривая старинные амулеты, юноша не заметил, как задремал и погрузился в сон. Во сне Марк снова видел перед собой замок, танцующие пары и странного молодого человека с золотистыми волосами. Но теперь парню казалось, что он мог различить предметы - на столах стояли те самые старинные чаши, украшенные драгоценными камнями, знакомые заколки блестели в волосах вальсирующих дам, а странный угловатый обломок доски, найденный им случайно и вскоре забытый, оказался частью рамы старой картины. В то же время парень обратил внимание на нечто, блеснувшее на груди молодого человека. Того самого, которого отличало от всех остальных сознание собственного господства и полускрываемая насмешка. Это что-то было медальоном или амулетом, возможно, золотым, с каким-то большим красным камнем и выгравированными письменами на непонятном языке. Хотя Марк был историком и в своей практике встречал немало древних языков, эти символы казались ему абсолютно незнакомыми. Проснувшись он обнаружил, что все это время сжимал в руках медальон. Не совсем такой, как у молодого человека из его сна, но явно ему родственный. Края этого артефакта были также покрыты какими-то древними символами. Надеясь изучить эту гравировку позднее и найти похожий язык в своих книгах, Марк сунул находку в карман своей куртки, и поспешил выбраться, чтобы вернуться домой до заката. Уже уезжая парень ещё раз обвел глазами место, так долго звавшее его к себе. Заброшенная груда камней, и лишь небольшая часть сохранила в себе очертания замка. Стены поросли мхом. Местами между щелей в полусгнивших досках и между камнями бурно росли сорняки и трава. Почти полностью сохранилась, несмотря на общее состояние упадка, одна из обзорных башен, но верх её осыпался и словно был срублен под косым углом. Все это место будто кричало сотней голосов - хотя стояла абсолютная тишина, но юному исследователю казалось, будто крики, вопли и мольбы отпечатываются в его сознании - кричало, звало вернуться ушедшую из него жизнь. Чем дольше смотрел, тем яснее становилось это странное ощущение. Ещё немного, и ему почти физически послышался смех играющих детей, плач некой женщины, строгие слова мужчины, удар кнута и визг лошадей. Марк помотал головой, и видение распалось. Неуверенный, не случится ли этого снова, он решил поскорее уйти, хотя в мыслях все ещё разносился сонм голосов. "Верни нам.... Верни нам..." - кричали играющие дети. "Когда же вернётся он, о..." - рыдала женщина. "О, несчастный..." - причитала старуха. Марку потребовалось отъехать достаточно далеко, чтобы голоса в его голове стихли, а взгляд сконцентрировался на дороге. *** Эту ночь Марк не спал. Он искал информацию про найденные на медальоне символы. Переворошил все свои книги, но ничего похожего не нашёл. Ночь эта также принесла ему странное волнение. Свет был слабым, иногда начинал мигать. Иногда за окном, как и прошлой ночью, пробегало какое-то большое животное. Слышались тяжёлые удары лап по земле и шорох травы. "Никогда не замечал в этих краях волков..." - беспокойно подумал Марк, обратив внимание, что "волк" даже ни разу не завыл. Ближе к утру он замёрз и переключил свое внимание на чашку горячего чая. Чай успокоил разыгравшееся воображение, дав Марку возможность ненадолго забыться сном. "Надо бы поискать в библиотеке Вердаммтов." - Думал он, уже засыпая - "Там должно быть что-то про эти символы. Только кто меня туда пустит.." *** Этот сон был странным. Он словно мчался по лесу. Влажный воздух ударял в лицо, ерошил волосы, грузные удары лап о землю ускорились и стали намного более ощутимыми. Словно он видел картину глазами того странного ночного зверя. Шумное дыхание с присвистом, похожее на собачье, приглушенный рык... Вначале Марк видел только деревья, землю и тёмное ночное небо. Потом начал различать очертания домов и посёлка. Какая-то деревенька. Разномастные деревянные строения, издалека виден силуэт девочки лет 12, которая тащит ведро воды из колодца. Худощавая, со спутанными космами чёрных волос. То, что раньше назвали бы "крестьянским ребёнком". Зверь несся в сторону девочки. Она вначале не замечала его. Потом стук лап привлёк её внимание. Закричала, бросила ведро, попыталась убежать и... Марк проснулся. *** Наутро парень долго приходил в себя. Так и не избавившись до конца от потрясения, он решил этот день посвятить поездке в самое ближайшее к этим местам село. А заодно наведаться в город, чтобы купить себе ружье - перед его глазами все ещё стоял образ девочки, испуганной, пытающейся убежать. Его также не оставляло смутное предчувствие, что это был не просто сон, и что он действительно видел лес глазами какого-то чудовища. Близлежащее село было местом довольно запущенным. Старые деревянные дома, странная сеть переходов, состоящая из песчаных тропинок, поросших травой. С одной стороны выход к реке перед самой границей леса, с другой - дорожка, ведущая на шоссе через пролесок. Дома ближе к дорожке более живые, семьи в них выглядят более здоровыми, более приятными глазу. Ближе к лесу дома самые запущенные, давно покинутые хозяевами, что-то скрывающие за своим напряжённым молчанием. В селе парень застал странную давящую атмосферу. Жителей на улице было немного. Шли молча, понурившись, словно тени. На него оборачивались в опаской как на чужака. "Словно кто-то умер" - подумалось Марку. Пройдя чуть дальше он увидел среди сельчан того, кого увидеть совсем не ожидал. Это была девушка в простом, на манер крестьянского, белом платье. С золотистыми волосами, подвязанными хвостом как у сельских женщин. Она была слегка чересчур бледной. Глаза, цвета неба, смотрели обеспокоенно и сосредоточенно. Девушка стояла в окружении трех сельских детей, которые хватались за подол её платья, прятались за её спиной, дёргали за руку. Дети были чумазые в старой рваной одежде, кое-как причесанные или наоборот взъерошенные. Один из них, мальчик, что-то активно рассказывал, махая руками. - Она говорила, что лес зовёт! Лес... Девушка была слишком погружена в свои мысли, чтобы заметить Марка. Он подошёл, стараясь не скрывать свое присутствие, и осторожно окликнул: - Агнесс? - А? Она обернулась и замерла в удивлении. Это была та самая Агнесс Вердаммт, с которой они когда-то вместе играли, гуляли в окрестностях этого леса, а также одна из его новых-старых соседей. - Марк, вот уж не ожидала увидеть... Какими судьбами? - Я пару дней назад вернулся в наш старый дом... Что-то произошло? Все будто в трауре... Агнесс кивнула, переводя глаза на обеспокоенную детвору, суетящуюся вокруг неё, но ответ адресован был Марку. - Ночью здесь убили ребёнка. Марк не нашёлся, что ответить. По спине пробежали мурашки, перед глазами стояла картина из его сна. - Девочка лет 13-и? - подсказал он. Девушка посмотрела на него настороженно: - Да, но откуда ты знаешь... - Я видел сон... Очень странный. Мне до сих пор не по себе. Не могли бы мы поговорить где-нибудь вдвоем? В стороне от... них всех. Агнесс промолчала. - Подожди меня на дороге, ведущей к шоссе. Мне надо поговорить с ними. - Она кивнула на столпившихся детей, которые рвались закончить рассказ. Марк понимающе кивнул и неспешно побрел по дорожке, ведущей к шоссе. "Что здесь делает Агнесс? Разве их семья не специально искала уединения? Разве деревенские их не боялись?" Ему так много нужно было узнать у неё. Да и так давно они друг друга не видели… *** Марк пытался разобраться в бешеном круговороте своих мыслей и как-то привести их в порядок. - Я иногда помогаю сельчанам, - скромно улыбнулась Агнесс. Они вдвоем неспешно прогуливались возле дороги. Марк развёл руками. - Так неожиданно было увидеть тебя... А разве твоя семья... Она приложила палец к губам, и он замолчал. - Моя семья тут не при чем. Это только моя инициатива. Марк хмыкнул и изобразил, что почтительно аплодирует. - Похвально. Девушка пожала плечами. - Ты сам знаешь, что моя семья "потомки древних аристократов", - последнее она нарочно произнесла пародийно и иронично, что заставило обоих засмеяться. - Господи, Агнесс, я так рад... Снова видеть тебя. Ты стала настоящей красавицей за это время. - А ты где-то потерял свою простоту. - В университете. Её забрали у меня, чтобы сделать "серьёзным историком". - О, ты стал историком! Зачем же ты вернулся сюда? - Не мог не вернуться. Это сложно объяснить. Но причины, почему я хотел стать историком, всегда исходили из этого места. Заброшенные замки, руины, твоя семья в том числе. Это место само может стать настоящим памятником древности… Агнесс слушала внимательно, широко улыбаясь его словам. За годы, которые они провели отдельно, в её ранее простоватом взгляде появились нотки кокетства. - Ах, Марк, Марк... - Вздохнула девушка. - Это место действительно странное. - Она осторожно сделала несколько шагов, удаляясь от деревеньки. - Я очень рада видеть тебя, но... Все же нам стоит поговорить о том, что случилось сегодня здесь... Ты в курсе о том, что здесь было? - Я видел сон, в котором какой-то зверь растерзал маленькую девочку... Агнесс вздрогнула и обернулась. Взгляд настороженно пробежал по местности вокруг. Марк обратил внимание на страх, промелькнувший в её глазах в эти секунды, но девушка постаралась заслонить его неловкой улыбкой. - Дело в том, что сегодня ночью здесь действительно умерла девочка. И её действительно растерзал дикий зверь... Это повторяется периодически. Каждое полнолуние. Каждый раз зверь уносит с собой по одной девочке. Сельчане как могли уже прятали своих детей. - Ты боишься? - Марк осторожно дотронуться до её руки. - Как тебе сказать.. - Агнесс снова попыталась слабо улыбнуться. - Я же не девочка из села. - Но ты присматриваешь за ними. - Да. Я ношу им еду и одежду. Благодетельствую, потому что у моей семьи есть слишком много, а у них слишком мало... Но это не совсем единственная причина. Дело в том, что у меня есть подозрения кое-какие… - Ты думаешь, что это был не зверь? Агнесс приложила палец к губам, загадочно и невесело улыбнулась. - Не могу отделаться от мысли, что за нами кто-то следит, - пробормотала она. - Марк, сознаться, последнее время я чувствую себя довольно странно. И ты не представляешь, каким счастьем было встретить тебя. Человека не из моей семьи. И не чужого. - Давай поедем вместе в город, - предложил Марк. - пока будем ехать ты сможешь рассказать то, что тебя беспокоит. - В город? Я так давно в нем не была. Мы живём так обособленно, словно здесь все ещё средневековье... Но, пожалуй, ты прав, нам лучше убраться подальше отсюда. Где-то треснула ветка. Агнесс испуганно сжала край шали, которую вертела в руках. Марк взял её за руку и пошёл в сторону своей машины. Странный страх подруги детства перед лесом, её слова о том, что за ними, вероятно, наблюдают, и что убийцей мог быть не зверь, создавали у него самого непривычное гнетущее ощущение. *** Когда они ехали Агнесс потерянным взглядом смотрела в окно. - Понимаешь, Марк, когда я в этом лесу, я словно никогда не бываю одна. Та девочка говорила, что лес зовёт ее... И не только она. А каждая девочка. И иногда мне кажется, что лес словно живое существо. Но, если раньше я любила его, он был мне защитой от всего... То теперь я его боюсь. Я не могу передать тебе, какого это. Но... Как будто что-то извне захватывает и проникает в твой разум. Господи, это очень страшно. - Послушай, мне кажется, тебе надо уехать подальше от этого места и как можно скорее. Я думаю, нет никакого мистического “зова леса”, просто из-за твоей семьи... - Ох, моя семья... - пробормотала она. - Они как-то связаны с этим, Марк. Не могу тебе объяснить, но их поведение действительно странное. Они словно готовятся к чему-то. А ещё я думаю, что они знают о пропавших девочках. - Они просто повернуты на патриархате... - Не просто. - … - Поверь, Марк, твоё счастье, что ты родился не в этой семье.