Я - господарь. Я - Дракула

***

      Музыка, наше сбитое дыхание, неуверенно переплетающиеся руки и взгляд карих глаз в его голубые. Мы словно Влад и Лале несколько веков назад. Его рука уверенно держит меня за талию, губы изгибаются во влюбленной улыбке и так и нравятся меня поцеловать. Его шепот ожигает мое ухо, когда Влад начинает говорить: — Ты мой свет души, Лайя… Мне жаль, что все так получилось. Но… Я рад хотя бы за эти два дня, которые я провел с тобой. С твоими поцелуями, объятиями и ласками. — На моих глазах выступают слезы и Влад тут же останавливается, прижимая меня к своей груди. Мужчина делает легкий знак в сторону музыкантов и они уходят, оставив нас наедине. — Влад… Я не хочу снова этих мучений. Снова смотреть на тебя и не иметь возможности коснуться… — Я осторожно целую его губы. — Но… Ведь другого выхода нет? Да? — Пока что нет, но… Я его найду. Обещаю. Лайя… Если ты переживаешь, что я тебя прошу или разлюблю… Нет. Никогда. Я всегда тебя любил. Что пять веков назад, что сейчас.

***

      Ритуал завершен. Лайя не успела. Девушка испуганно огляделась по сторонам и еле сдержалась от крика. Рядом не было ни Лео, ни Сандры. Колонна лежала на полу, разив витраж и осколками разлетевшись по всему полу. Шатенка нашла в себе силы подняться и тут девушка стал слышать крики людей. В саду больше не было музыки, не было непринужденных разговоров и танцев. Люди кричали, разбегаясь кто куда. Лайя торопливо спустилась по лестнице и замерла у выхода из замка, упав на колени и начав громко рыдать, прижимая ладони к губам. Двенадцать вертелов. Колов. На них были насажены люди. Они дрожали в предсмертных муках, кричали и плакали, моля существа перед ними пощадить их и просто убить, но монстр с наслаждением наблюдал за их муками. — Нет… Нет, пожалуйста… — Лайя отползла назад, прижимаясь к стенам замка. Она отвернулась, когда Влад, а точнее то, кем он сейчас стал, стало рвать оставшихся людей на куски, вгрызаясь им в шею, чтобы выпить кровь. — Вы… Ничтожество! Ваша кровь сладка… Ваша кровь это расплата за все ваши грехи! — Голос монстра рокотал под ночным небом. Лайя осторожно подползла к чудовищу, разрываясь в рыданиях и криках. Влад высокомерно посмотрел на нее и продолжил свой пир из мучающихся на колах людей. — Влад… Я молю тебя. Прошу! — Лайя опустила взгляд и зажала уши, чтобы не слушать эти звуки. Чтобы не видеть эту мучительную смерть. — Аслан. Взять ее и увезти в Брашов. Живо! — Что? Аслан…? Влад, ты не в себе! — Но не успела девушка поднять свой взгляд заплаканных глаз, как ее грубо схватили мужские руки и поволокли из сада. Это был Лео, только его взгляд… Изменился. Был пустой и жестокий. — Запереть и не выпускать из комнаты.       Как бы Лайя не старалась, как бы не пыталась остановить Влада… Он лишь грубо ее отталкивал и злобно рычал так, что девушка потеряла сознание. Когда Лайя пришла в себя, то она оказалась в какой-то заброшенной комнатушке. Здесь была старая мебель, погрызанные молью шторы, которые выглядели еще более пугающими. Она схватила в руки маленький пыльный кинжал, прижав его к себе. — Хоть что-то… — Она говорила шепотом, так как боялась, что Влад где-то здесь. Девушка осторожно встала с такой же пыльной кровати, тихо чихнув. Она сразу же вынула из ножен кинжал, но когда поняла, что кажется находится тут одна, то облегченно вздохнула. Лайя решила исследовать комнату, но в один момент остановилась у зеркала. На ней было надето средневековое платье синего цвета. Оно подчеркивало ее грудь, тонкую талию и струилось по бедрам. — Что на мне надето…?! — Вглядевшись в отражение получше, Бернелл поняла, что выглядит точь-в-точь как Лале. — Черт! Только не это… — Девушка пыталась найти свою старую одежду, но тщетно.       Поняв, что ничего полезного тут не найдет, Лайя решила выбраться из комнаты, но дверь оказалась заперта. Совсем не к стати началась гроза и молния освещала комнату, заставляя вздрагивать девушку каждый раз. — Что ж… Ладно… Тогда… Нужно порыться в ящиках и шкатулках. Вдруг я найду что-то полезное? — Пыль то и дело заставляла ее чихать, но через полчаса девушка нашла старый дневник, множество писем и кольцо с красным камнем. Кое как она зажгла одну маленькую свечку, найдя какое-то подобие спички, и начав читать дневник. Лайя своими глазами стала видеть то, что происходило несколько веков назад.

***

      «Год 1442 от Рождества Христова. Чтобы пополнить ряды своей армии турецкий султан взял в рабство тысячу мальчиков из Трансильвании. С пленными детьми обращались жестоко. Это делалось для того, чтобы воспитать из них безжалостных убийц, которые будут проливать кровь всякого, кто бросит вызов туркам. Один из этих мальчиков вырос воином столь свирепым, что целые армии бежали в ужасе только при упоминании его имени. Влад Колосажатель. Сын Дракона. Осознав свои чудовищные деяния, Влад похоронил свое прошлое и вернулся в Трансильванию, чтобы мирно править. Подданные величали его князем. Я звал его отцом. Но миру он известен… Как Дракула.

Ингерас Дракула»

      Влад задумчиво смотрел на книжку в своей руке, хлестая вино из кубка. Его пустой взгляд скользил по капелькам, стекающем по стеклу. Месяц назад он потерял все. Жену, которую Мехмед пытался загнать в угол для того, чтобы схватить и силой увезти обратно в Османскую Империю. Сына, который сильно разболелся после гибели матери и продержался только две недели. Князь встал с кресла и бережно взял несколько писем, игрушек и вещей, а потом зашел с ними в комнату возлюбленной. — Я бы тебя спас… Зачем ты это сделала… Хотя… Наверное так лучше. Я бы не хотел, чтобы ты с Ингерасом видела кем я стал. — Мужчина взглянул в зеркало на свое отражение. Он был не человеком. Он был монстром. — Влад открыл одну из шкатулок Лале. Он сложил туда все письма. И свои, и Ингераса, и ее собственные. Игрушки сына князь затолкал в сундук, где уже лежали платья его покойной жены и различные украшения. Позже Влад стал бесчувственным и холодным. Он сажал на кол каждого, кто осмеливался осквернять память о его жене, сыне или отце. Предателей Влад находил легко и быстро. Благодаря этим публичным казням в Валахии воцарился мир и справедливость. Все боялись князя, да, но ровно столько же любили и уважали. Когда Влад убедился, что в стране все в порядке, то он подстроил свою смерть, а сам ушел глубоко в Холодный Лес, закрывшись в семейном склепе.

***

      Лайя отложила дневник в сторону, задумчиво глядя на письма с печатью Влада и Лале. Многие были написаны на турецком и девушка не могла их перевести, но она нашла и те, что были написаны на румынском. Вспоминая многочисленные уроки с Владом, которые он успел ей преподать, она смогла понять содержание письма от князя к его жене.       «Моя госпожа… Я вернусь за тобой через два дня. Мы уедем в Валахию и ты станешь моей женой. Моей и только. Мы сможем не бояться своих чувств и… Я надеюсь, что ты подаришь мне хоть одну ночь с тобой. Я встану на колени, если это потребуется. Я… Хочу ощущать вкус твоих губ, целовать твою нежную шею и ключицы. Хочу слушать твои стоны и касаться твоего тела там, где я пожелаю. Я буду ласкать твою грудь, смотря как мило алеют твои щечки от смущения. Лале… Я очень сильно тебя люблю. Ты всегда будешь моей княжной и… Может быть, родишь мне сына или дочь.» Лайя отложила это письмо, начав тихо плакать. Она не смогла осилить еще одно, поэтому просто закрыла шкатулку и просто села на кровать, настороженно прислушиваясь к звукам. — Я не хочу в прошлое. Это будет мой кошмар! Снова и снова! Я не хочу жесткого князя… Я просто хочу чтобы Владу не было плохо! — Она со злостью швырнула пустой кубок в дверь. От силы удара она чуть приоткрылась, а кубок вылетел за ее пределы ее немного бренча по каменному полу.