Две последние записи

19.09.95 Дорогой дневник, ... даже не знаю. После той среды какое-то время все было очень даже не плохо. Да, иногда рядом со мной появлялись странные вещи, о действии которых я узнавала только после того, как кто-то другой прикасался к ним или начинал внимательно изучать, когда я отвечала, что совершенно не знаю, что это. Первое время я правда не догадывалась, а любопытство несчастного тем временем тут же наказывалось, и его рука на несколько минут меняла цвет или еще чего. Я же тихо ругалась под нос после каждого раза. Виновник всегда был очевиден, хотя его ловушки каждый раз становились все изощреннее. Но все равно просто жуть, как по-детски, Уизли! Да, слова мои матери быстро разлетелись в наших кругах шестикурсников, но, удивительно, за пределами о них знали немногие. В принципе не сказала бы, что и среди нас прямо все бурно отреагировали на это, но некоторые все-таки поглядывали или бросали колкие фразочки в мою сторону. Впрочем, и не такое видали. Да, Алиса все еще не общается со мной, но хотя бы ее взгляд был не такой безразличный. Или, возможно, мне только казалось. Пусть так, пока что мне хватало и этого. А теперь… Как-то все перемешалось в последние несколько дней. Вроде бы и не злюсь на нее, а вроде... не знаю. А вот мама словно забыла о том, что пообещала наказание, и ведет себя на уроках просто как душка.. это меня немного пугает. Уж кто-кто, а она точно не милосердный и все прощающий человек. Она все помнит, только ждет момента. Однако, пока Фред открыто не шпынял меня в коридорах, Алиса не смотрела с отвращением, а однокурсники на пару с моей матерью откровенно не гнобили меня, жить мне это не мешало. Но пару дней назад произошло... нет, не смогу правильно описать. Физически почти ничего не поменялось (ключевое слово — почти), но при этом такое ощущение, будто поменялось все. Или скоро начнет. Суббота была прекрасным днем. Прекрасной во всем: погода, настроение, количество домашней работы равное нулю... а потом я проснулась. И встретило меня не радостное яркое солнышко и звонко поющие птички, а серые тучи, завывающий ветер вместе с дождем, которые стучались мне в окно, как будто хотели вломится в спальню и навести тут свои порядки, два реферата на двенадцать дюймов о свойствах лунного камня и еще чего-то сомнительного от Снейпа, эссе о войне с троллями от профессора Бинса и много всего остального, не говоря уж о том, что у меня так и не получилось превратить стакан в птичку (возможно, тогда бы она мне сейчас пела). Вместо хорошего настроения и чувства, что могу горы свернуть, выступала жуткая головная боль. Я села на постели, потирая лоб. Что-то мне снилось такое... странное. Вроде бы мама, которая летает на метле и пуляет в меня заклинаниями. Спальня уже была пуста. Либо это я поздно проснулась, либо это другие отдали предпочтение извращенному желанию встать пораньше. Я передернула плечами — жуть, как холодно! — и поспешила одеться в нормальную одежду. Если только сочетание голубых джинс и грязно-желтого свитера можно было назвать "нормальным". Утро было медленное и ленивое, и все, казалось, двигались так же медленно и лениво. Как будто еще спят. Только несколько человек были бодры, как обычно, и даже слишком. — Вам надо достать что-то или кого-то сверху, а ваш рост едва ли метр с кепкой? Наши новые "Летучки" легко решат вашу проблему! — близнецы расположились со своей рекламой недалеко от Большого зала. Довольно рисково, учитывая, что учителя сейчас завтракают и непременно услышат крики, когда выйдут. Впрочем, по крайней мере один из них был таким же недалеким, как и их расположение, так что чему я удивлялась. Громкие голоса больно ударили по ушам и разлились новой болью в голове. Снова "Летучки" приносят мне боль. — По-моему, от них больше проблем, чем радости, — тихо пробормотала я, прижав руку к виску. — Вот уж точно, — так же тихо ответил кто-то. Краем глаза я посмотрела в ту сторону, и всю боль как рукой сняло. Алиса коротко улыбнулась мне, но ничего больше не сказала, развернулась и пошла в сторону Большого зала. И все равно это было как глоток свежего воздуха. Мы теперь что, снова разговариваем? Но эту радостную мысль прервал энергичный, немного ехидный голос и новый приступ головной боли. — Эй, Грэлл! — окликнул меня Фред. — Не хочешь опробовать? Тогда-то уж точно сможешь летать! — он усмехнулся своей собственной шутке. — О да, всегда мечтала испытать это на себе еще раз, — произнесла я больше себе, чем ему. Уизли явно не понял, что я имела в виду, но его это, похоже, рассмешило. Да ему палец покажи, и то смеяться будет. Поэтому я просто прошла мимо. Сил на разговор все равно не было. К счастью, в Большом зале было намного тише. Вернее, пока к столу Гриффиндора не подошла разгневанная Анджелина. В этот раз она налетела на Поттера. — Да как ты мог схлопотать вторую отработку именно в день тренировки!? — кричала она, а несчастный мальчик пытался оправдаться. И так до тех пор, пока сама Макгонагалл не подошла их разнимать. К счастью, Поттер, в отличие от Фреда Уизли, отделался легким испугом. Но вот уже второй раз, как Анджелине приходится разбираться с гриффиндорцами из-за их безалаберного отношения к тренировкам. Да уж, команда мечты. Странная мысль мелькнула у меня в голове. О том, что, наверное, здорово было бы сыграть против Уизли Гриффиндора и победить. Хотя их команда уже как три года владеет кубком по квиддичу, если они продолжат в том же духе, то в этом году у Когтеврана есть шанс… Эти размышления я постаралась заткнуть разноцветными хлопьями. Было в них что-то неладное. *** Я ходила между рядами, тщательно выискивая нужную мне полку с книгами. Вообще, я хорошо знала библиотеку еще с самых первых курсов благодаря одноклассникам, от которых мне в те времена приходилось прятаться, но в этой секции никогда раньше не бывала. Вообще, я старалась не думать о том, что все-таки пришла. Это заставляло чувствовать себя идиоткой, которую легко взять на слабо. Вообще-то, я никогда не плясала ни под чью дудку и не собиралась! Хотя, признаю, изначально я пришла в библиотеку, чтобы подготовить эссе для профессора Бинса, но в процессе (который шел хуже некуда) мысли улетели слегка не в ту сторону. Ну и ладно, я решила, что немногое потеряю, если отдамся их потоку, а не истории магии. Но я старалась делать вид, будто на это меня сподвиг чистый интерес, а не желание доказать что-либо. “История квиддича”... Биографии игроков… Вот оно.  На самой верхней полке виднелся корешок потрепанной книги, явно побывавшей не в одних руках, на котором большими буквами было выведено “Пособие по игре для начинающих”. Я огляделась в поисках скамейки или лестницы, но ничего не нашла. Огляделась еще раз, вдруг кто смотрит, потом подпрыгнула и попыталась ухватиться за край книги. Не получилось. Только задела другие, и они с грохотом попадали вниз. Я выругалась.  — Помощь не нужна? — спросил кто-то. — Нет, — даже не взглянув на обладателя голоса, на автомате ответила я и, в подтверждение своих слов, прыгнула еще раз. И уронила еще несколько книг. — Я, пожалуй, все-таки помогу, — снова прозвучал голос, и чья-то рука потянулась к нужной мне книге. На секунду мне показалось, что это Фред, но я тут же поняла, что неправа, потому что – о-хо-хо – Фред не стал бы так любезно мне помогать. Он скорее скинул бы только больше книг с полки. Прямо мне на голову. — Спасибо, — буркнула я, пытаясь отогнать навязчивую мысль, что снова опозорилась на чужих глазах.  — Да пожалуйста, — Джордж пожал плечами. — Ты... вроде Грэлл, да? С Когтеврана такая, мешала нам туалеты взры... — Да. Он оглядел меня и вдруг нахмурился. — Что это с тобой? — В смысле? — теперь уже хмурилась я. — Грэлл, ты что, уменьшаешься с каждым разом? — Так! — наигранно возмутилась я, но не удержалась от улыбки. — Пять футов восемь дюймов вообще-то. Несмотря на то, что у нас с его братом происходило, я почувствовала, что с Джорджем можно было и пошутить. Я всегда считала, что он более адекватный.  — В прошлый раз ты выглядела грознее, — он пожал плечами. — Я и сейчас могу оставить тебя на отработки, — отрезала я. Я протянула руку, чтобы забрать книгу, но Уизли не спешил отдавать. — Ты в квиддиче? Неужели играешь? — и не успела я ответить, как он перевел взгляд на книгу, которую держал в игре. — А-а… — понимающе протянул он.  Я закатила глаза. Ну, здравствуйте, еще один.  — Хотя, кажется, Фред что-то рассказывал про это… — пробормотал он.   Фред рассказал? Вот как. Я выхватила книгу у него из рук и гордо одернула мантию.  — Интересно, что еще Фред тебе рассказал? — резко поинтересовалась я. Почему они вообще меня обсуждали? — Только то, что ты полчаса висела вниз головой на метле, — сказал Джордж так, будто в этом не было ничего удивительного. Твою мать, Фред Уизли. Так и знала. — А твой брат не рассказал тебе, как Анджелина строго отчитывала его за прогулы, будто ему пять лет? — язвительно спросила я.  Услышав это, Джордж рассмеялся.  — Серьезно?  Я кивнула, и он продолжил хохотать. Глядя на него, даже я издала нечто похожее на смешок.  — Просто преступление, что я этого не видел, — успокоившись, сказал Уизли. Потом, покачав головой, строго погрозил мне пальцем. — Ты должна, просто обязана, позвать в следующий раз меня.  Я невольно улыбнулась.  — Обязательно, — пообещала я. — И спасибо! — я помахала пособием. — Обращайся, — он коротко улыбнулся.  Да, все-таки Джордж мне нравился больше.  *** Перескакивая через лужи, я добралась до поля. Дождь к тому времени уже закончился, и сквозь тучи даже выглядывало какое-никакое солнышко. Головная боль постепенно стихала. Я зашла в кладовку с метлами, старательно избегая той проклятой метлы — вдруг ее еще не расколдовали, и взяла самую новую на вид. Этому меня научил неудачный опыт и новая книга. Да, там так и написано, цитирую: "... Но если ваши познания в выборе метлы равны нулю, то вот вам наш совет. Берите ту, которая разваливается меньше всех." Вышла на поле и несколько раз боязливо осмотрелась. Второй раз мой позор не должен никто увидеть. Для спокойствия я положила открытую на странице с практикой книгу рядом с собой. В этот раз я решила не ждать, пока метла взлетит сама. Поэтому сразу же села на нее, собравшись с духом, оттолкнулась от земли и... не представляете! Взлетела! Вернее, мои ноги едва оторвались от земли. Но как это вскружило мне голову! Ведь я, считай, лечу! Крепко схватившись за рукоятку, направила метлу вверх. Трясясь, она поднялась еще немного. А я все еще держалась. Что ж, возможно, летать не так уж и сложно. Я поднялась еще выше. Теперь, когда что-то впервые получалось, я чувствовала себя так воодушевленно, как никогда. Совсем поверив в себя, я решила ускориться. Что ж, может, не такое это и бесполезное занятие, как утверждала мама, да и как я сама до недавних пор считала? И может, я... Следующую мысль закрыла грязь, брызнувшая мне в лицо. Мои хромые навыки полета и неуклюже трясущаяся метла не выдержали скорости, и я упала спиной в грязь. Вот и все. Я разочарованно закрыла лицо руками, все еще валяясь в грязи. Как же тяжело признавать поражение. Наверное, стоило сначала научиться крепко держаться на метле, а уже потом пытаться что-то провернуть, но разве я об этом подумала? — Все. Мой максимум. Летать сложно, и у меня явно нет к этому таланта, — сдавленно произнесла я. — Это несложно. Я подскочила и машинально стала стирать грязь с лица. — Врешь, — горько сказала я, фыркнув. — А вот и нет, — возразил Брайан и подал мне руку. Я его помощью не воспользовалась и встала сама. Брайан пожал плечами и убрал руку, подобно другой, в карман. — Тогда что подскажешь? — проворчала я.

***

Следующий час, в течение которого Купер пытался научить меня летать, мне лучше бы забыть. Назвать это тренировкой было бы сложно — большую часть времени я беспомощно валялась на земле. Не добавляла радости и мысль о том, что даже Купер умеет летать и вполне прилично. Почему-то я выделяла его из толпы, хотя на фоне вечно снующих и сующих нос не в свое дело людей, спокойный Брайан Купер и правда выглядел, как исключение. Поэтому, когда он только пришел, я поймала себя на мысли о том, как было бы хорошо, если бы он тоже этого не умел, и хоть в каком-то несчастье я была бы не одна. Но нет. Как будто вся школа умеет, кроме меня. И ничего хорошего из этого не выходило. Брайан показал мне, как правильно держаться на метле, но выше своего уже установленного предела я не поднялась. Брайан изо всех сил пытался помочь мне освоиться, но… Ну, хотя бы на небольшой высоте (совсем небольшой) метлу больше не трясло. На том спасибо. Понятное дело, через час, когда мы решили прекратить эти тренировки, больше похожие на мучения, настроение у меня снова было хуже некуда. — Мне тебя проводить? — учтиво предложил Брайан. — Сама справлюсь, — пробурчала я, но потом, вспомнив, как он со мной только что намучился, довольно благодарно добавила: — Но спасибо.  В подавленном состоянии я возвращалась обратно в замок. В грязи искупалось почти все: куртка, руки, джинсы, даже волосы. На какое-то время во время «игры» я снимала куртку и оставалась в одном свитере, тайно надеясь, что сейчас он испортится безвозвратно. К моему ужасу, свитер в итоге был единственной чистой вещью. Похоже, эту желтую тварь ничем не убьешь. — Так и знала, что ни на что не гожусь, — пробормотала я себе под нос.  Я почувствовала, как мне на нос упало несколько холодных капель. Я вытерла их рукавом куртки, гадая будет ли дождь или это упало с какого-нибудь дерева, и в ту же секунду, словно в ответ на мой вопрос, упала вторая, а потом и третья капля. Погода прекрасно поняла мое настроение.  Я вздохнула и сняла куртку, чтобы использовать ее, как накидку от дождя, оставшись в своем дурацком желтом свитере. С каждой секундой ливень становился все сильнее, поэтому до замка пришлось бежать. Я старалась перепрыгивать все лужи и грязь, чтобы еще сильнее не испачкать джинсы. Но пару раз я все же поскользнулась, поэтому все мои попытки в итоге оказались тщетными. Джинсы выглядели хуже некуда. Я выругалась и покрутила ногой, чтобы оценить масштаб несчастного случая. К счастью, на деле все оказалось не так уж и плохо. Обычное заклинание очищения поможет. А вот куртка мне не помогла. Вместо того, чтобы защитить от дождя меня, она сама промокла насквозь. Мокрые волосы неприятно касались шеи, вызывая чувство сырости, холода и доставляя сильный дискомфорт.  Я поежилась. Эту проблему тоже можно было бы решить магией, но свою палочку я оставила на кровати. Теперь оставалось только терпеть.   Послышался чей-то смех. Я повернула голову влево и… не поверила своим глазам. Весело смеясь, хотя, пожалуй, ее смех больше напоминал визг (причем очень неприятный), в мою сторону шла Дарт.  Дарт, чьего имени я не знала, да и не горела желанием узнать, была на год старше меня и имела крайне мерзотный характер, хотя чего греха таить, она обладала харизмой, да и выглядела вполне мило… до тех пор, пока не открывала рот. Потому что как только она это делала из него выливалось столько яда, сколько не приготовил Снейп за всю жизнь. В этом она напоминала мне мою мать, что только усиливало мою ненависть к ней. Впрочем, что еще можно ожидать от подружки Пэнси Паркинсон.  Эти двое были причиной, по которой на первых курсах однокурсники не горели желанием общаться со мной. Хотя обе были на Слизерине, каким-то образом у них получалось пробираться в нашу гостиную и доставать меня и там, когда я убегала от них.  Но это все было давно, и сейчас Дарт не уделяла мне больше внимания, чем остальным. Смутило меня совсем не это. Рядом с ней шел Фред.  Это было удивительно. Каким бы сомнительным не было мое мнение о нем, все же это не та компания, с которой его можно было бы представить. Ведь Дарт, вопреки ее собственному мнению, ненавидели почти все. Хотя выглядел он не слишком довольным. Брови нахмурены, голова опущена так, что длинные волосы почти полностью скрывают лицо, а шаг немного ускоряется каждый раз, когда Дарт догоняет его. Про себя я злорадно ухмыльнулась. Пусть почувствует, каково это, когда за тобой гоняется полоумный.  Опомнившись, я поспешила уйти. Только встречи с Дарт мне и не хватало. Тем более, что в последнее время ее интересовала только одна тема, которую я бы не хотела разглашать еще и Фреду. Пока что она витала только в кругах шестикурсников, и меня это устраивало. — Эй, Грэлл!  Я остановилась. Раздраженно выдохнула, сжала кулаки и повернулась, приготовившись отражать атаку.  — Чего тебе? Дарт сложила руки на груди (к счастью, она остановилась в нескольких футах от меня) и надменно поцокала языком.  — Ну-ну, Грэлл, не надо так кидаться словами, — она снова противно захихикала, отчего мне захотелось кинуть в нее не только словами, но и еще каким-нибудь заклинаньецем. Кажется, я знаю, кто у мамы любимый ученик. Я исподтишка покосилась на Фреда. Тот медленно отступал. Мне показалось, что он глянул на меня в ответ, но, возможно, это было всего лишь наваждение. В любом случае, я ничего в его взгляде не уловила. Может, оно и к лучшему. — Вот это наряд, — сказала Дарт, одарив еще одним высокомерным взглядом мой свитер грязно-желтой расцветки, мои голубые джинсы, которые просто были грязными, и мокрые, взбалмошные волосы. — Идешь на свидание? Или… — сказала она с таким видом, словно сама мысль об этом одновременно смешила ее и казалась отвратительной. — Идешь с него?  Возможно, если бы мой внешний вид не оставлял желать лучшего, мне было бы менее неловко стоять сейчас перед ней. Я слегка тряхнула головой (будто это могло уложить мои волосы!), натянула рукава свитера до самых кистей и скрестила руки перед собой, словно это могло бы скрыть его уродство.  А Дарт тем временем продолжала.  — Кто же на этот раз?.. — наигранно задумчиво сказала она.  Внезапно я вспомнила и поняла, что я вообще-то не совсем еще бесхарактерная. Что мне, вообще-то, не обязательно продолжать стоять тут и слушать ее. И лучше убраться побыстрее. — Можешь продолжать вспоминать всех своих бывших, только меня в это не втягивай. Счастливо.  Случайно снова наткнулась взглядом на Фреда и заметила, что он улыбнулся. Мне?  Мысленно осадила себя за это. Полный бред, скорее, у него просто судороги. Я, между прочим, нахожусь теперь где-то между Снейпом и Малфоем с компанией… Ну ладно, может быть, чуть выше Малфоя. Ну, или улыбка и правда была, потому что из двух зол он все-таки выбирает меньшее. Я развернулась и пошла прочь, твердо решив, что никто и ничего меня не остановит.  — Судя по твоему потрепанному вид, тебе все понравилось… И кому только придет в голову встречаться в такую погоду. Наверное, стоит рассматривать самых странных, тебе ведь такие нравятся?  Я тихо хмыкнула. Меня немного волновало то, что она находилась так близко к опасной теме, но пока Дарт говорила загадками, волновало совсем немного. И это должно меня задеть? Да она бывало выдавала вещи и похуже, например, когда…  — Кстати об этом… Уизли, ты знаешь, что это чистая правда? Я встревоженно оглянулась, лихорадочно размышляя, что же делать.  Может, подбежать и заткнуть ей рот? Хотя нет, будет слишком заметно… Тогда… Вместо этого я глянула на реакцию Фреда. Мрачный вид Уизли свидетельствовал о том, что он очень, ОЧЕНЬ не рад прерванному побегу. А я снова мысленно возликовала, несмотря на всю ситуацию. Вот и его карма за то, что меня преследовал. С радостью я заметила, что Фред выглядит не слишком-то заинтересованным в том, что скажет Дарт. Его, скорее, интересовала возможность побыстрее убраться отсюда. Но ей было достаточно и такого внимания.  — На прошлом уроке ЗОТИ, — довольно начала она. — Профессор Амбридж рассказала нам, что наша Кэтрин просто обожает сомнительные “знакомства”, — на последнем слове она изобразила кавычки и хохотнула. — И мне интересно знать, откуда она знает.  Я сложила руки на груди переводя взгляд с Фреда на Дарт и обратно, ожидая… не знаю, смеха? Или довольного выражения лица, потому что теперь у него есть еще кое-что на меня. Ну, хотя бы удивления! Но Фред не выглядел сильно впечатленным, и хотя, когда он заговорил, в его голосе слышалось любопытство, это меня успокоило.  — О чем это она? Про кого? — Думаю, она имела в виду тебя, — коротко ответила я, задумавшись на секунду, но не придумав ничего лучше. Развернулась и быстро ушла под звуки ядовитых насмешек Дарт. Фред же почему-то молчал.  Я шла быстро, чтобы никто не посмел меня окликнуть и втянуть в еще один неприятный разговор. А в моей голове тем временем кружилось одно и то же, далеко не самое цензурное, слово.

***

Весь оставшийся день я просидела в библиотеке. Не возвращаться же в гостиную, там может быть Дарт, а подливать масла в огонь не хотелось. Чтобы отвлечься, старалась писать эссе, но работа снова не шла. Я думала о том, скольким людям Фред теперь это разболтает. Потом, опомнившись, думала, с чего я вообще решила, что разболтает. Затем размышляла о том, как это скажется на мне, и довольна ли будет таким исходом мать. Другими делами я старалась отвлечься от мыслей. Проблема в том, что и мыслями я старалась отвлечься от других, тех, которые казались мне неуместными. Тех, которых я стыдилась. Ведь я боялась не того, что об этом узнает пускай даже вся школа. Это, конечно, было бы неприятно, но слухи приходят и уходят, а тут информации было настолько мало, что об этом скоро забыли бы. Но я никогда не рассматривала того, что и Фред узнает об этом. Я чувствовала себя так, будто меня застали за чем-то сильно личным, потому что в моей голове он ко всему этому не принадлежал. Наши с ним отношения и разборки не ассоциировались с чем-то школьным и обыденным. Это было что-то новое, что-то другое и оттого тайное. Как будто у меня была двойная жизнь. А раз так, он не должен был ничего знать о моей настоящей жизни. Наши познания друг о друге должны были оставаться в пределах той, другой реальности. Но это звучало слишком двусмысленно и пошло. Поэтому от этого тоже приходилось всеми силами избавляться.

***

К счастью, был обед. Как все поняли, его я благополучно пропустила. Вместо этого снова отправилась наружу. Куртку и джинсы я смогла очистить с помощью магии, а вот с живучего свитера даже пылинки смахнуть не пришлось. Его, кстати, купила мне мама. Возможно, в этом есть смысл. На небе опять жизнерадостно светило солнце, однако после утреннего провала я ему больше не верила. Оно, как маньяк, сначала выманит на улицу, а потом зарядит дождем. Но там, куда я иду, и дождь не сильно страшен. Я обошла пустую хижину Хагрида (интересно, где он сейчас) и направилась к Черному озеру. Да, я шла к той самой развесистой иве. В последний раз я была там в июне. От одной мысли по всему телу разлилось тепло. Да, тогда было хорошо... По крайней мере, лучше, чем сейчас. Быть может, когда снова окажусь под ее густой листвой, я вновь почувствую то же умиротворение. О том, как все обернулось в тот день в июне чуть позже, я не думала. Предвкушая, как я буду сидеть там в тишине и покое, отрезанная от остального мира, я ускорилась. Но когда до ивы оставалось совсем ничего, какой-то булыжник решил "подставить мне подножку". Я споткнулась, выругалась и зло пнула камень в ответ. И тут я заметила, что ива не была свободна. Я замерла. А затем резко развернулась и пошла прочь, уверяя себя, что ничего на самом деле не произошло. Но картина все еще стояла перед глазами. Под деревом сидела Алиса. Вот только вместо меня рядом с ней была Эмили. Под ивой. Под нашей ивой. Еще давно мы с Алисой договорились никого в это место не приводить, никому не показывать. О нашем тайном месте должны были знать только два человека. Вот только кем именно должен быть второй не уточнялось. И вот теперь я по-настоящему почувствовала и осознала, что от меня навсегда отказались. Я чувствовала себя преданной, как бы не старалась убедить себя, что мне все равно, что мне нет дела до того, с кем водит дружбу Алиса и берет она меня с собой или нет. Неужели из-за одной моей ошибки? Из-за одной ссоры? Нет, ведь, если быть честной, ссор и ошибок было намного больше. Алисе это просто надоело. Но в сердце все равно засела обида. Все ведь потихоньку становилось лучше. Сегодня утром мы уже разговаривали. Разве не так и разве не… Я снова едва не врезалась в кого-то, успев в последний момент отпрыгнуть в сторону. — Смотри, куда пре…— начала я, но закончить мне не дали. — Опять от меня убегаешь? — спросил Фред.  Снова он. Я посмотрела на него, и раздражение уже закипало во мне, превращаясь в злость. Почему он постоянно попадается мне на глаза? Почему он постоянно присутствует в моей жизни? За сегодняшний день он и так немало потрепал мне нервы своим присутствием у меня в голове. Больше я его не вынесу. Тем более сейчас. — От тебя? — огрызнулась я. — А не много ли ты на себя берешь?  Он пожал плечами, выводя меня из себя еще сильней.  — Ты всегда от меня убегаешь. — Да? Ну, если бы ты хоть на секунду отвлекся от своей персоны, ты бы заметил, что помимо тебя, существуют другие неприятности! — гневно воскликнула я и махнула рукой в неопределенную сторону. Проходя мимо, толкнула его плечом. Как же меня раздражало его выражение лица, эта глупая полу ухмылка, его голос, волосы, глаза, да абсолютно все!  — Да, можешь посмеяться, можешь снова заставить висеть вверх тормашками, если так хочется! — сгоряча крикнула я, оглянувшись. Когда я разыгрывала этот разговор у себя в голове, я представляла, что после моих «берущих за душу» слов все затихнет, Фреду будет стыдно за то, что он вообще родился, а я гордо уйду. Но Фред — человек без стыда, а моя гордость почему-то на такие моменты не распространяется. — Так в этом все дело? — на секунду у меня промелькнула надежда, что он все понял, но потом он продолжил: — Святой Малфой, Грэлл! Я думал, ты забудешь об этом уже на следующий день! — он покачал головой. — Ну, кто ж знал, что ты такая злопамятная. Вот теперь я разозлилась по-настоящему. Он мне еще предъявлять смеет?! — Да в чем твоя проблема, Уизли?! — негодующе выкрикнула я. — Неужели так сложно просто исчезнуть из моей жизни? Я чувствовала, как внутри бушует ураган ненависти ко всему живому. Чувство было похоже на то, будто меня бросили в океан, и я тону. Оставили совершенно одну, предали. Но вот на глаза снова попались Эмили с Алисой, и в мозгу что-то вспыхнуло огнем. За секунду желание рвать и метать превратилось в ком в горле, в едва сдерживающиеся рыдания от злости. Больше я не могла на это смотреть и я быстро пошла прочь, стараясь, чтобы мысли не возвращались назад к любимому когда-то дереву. — Кэтрин. Я изумленно обернулась. О его существовании я уже успела позабыть. Фред молчал, а его выражение в глазах не поддавалось объяснению. Глубоко внутри меня вдруг подала голос какая-то (довольно эмоциональная и истеричная) часть меня, требующая снова открыть ему душу. Я не понимала, но что-то в его виде, несмотря на все, все-таки вызывало доверие на подсознательном уровне. Но он, конечно, этого не хочет. И я, уже на сознательном уровне, тоже. Но я ждала, что он скажет. Молчание продолжалось. Фред, казалось, обдумывал нечто серьезное. Потом он наконец произнес: — А знаешь, я могу тебе это устроить. Почему-то мне показалось, будто он хотел сказать что-то другое. Этот его задумчивый вид... Конечно, мне нет уже разницы, но почему-то это прямо таки въелось мне в голову. И еще то, что свое обещание он и правда пока что держит. Это даже пугает. В прочем, в остальном дни идут размеренно. Возможно, я наконец смогу вернуться к нормальной (ну, разве что более одинокой) жизни и доделать эти несчастные рефераты для Снейпа, а то мне кажется, что он начнет мстить, если я не сдам их в ближайшее время. Вот только у меня никак не проходит ощущение, что как раньше уже не будет...