Пусть наша империя горит вся огнем

      Каттелия – могущественное государство, которое с каждым разом становится все больше и больше. Здесь самая прекрасная жизнь. Но почему же тогда Харучие ненавидет это место? Да и как он вообще здесь оказался? Ответ прост. Каттелия захватила государство Акаши, поэтому им пришлось объединиться путём женитьбы сестры Харучие и императора Каттелии. Розоволосый не одобрял все это, но разве у него есть выбор? Ну а так, если посмотреть с другой стороны, то ему даже лучше. Сестра будет править с Манджиро, в то время как он спокойненько отдыхать в сторонке. А то Харучие бы пришлось в скором времени становится императором, чего он никогда не хотел. Это огромная ответственность, а ещё, ему бы пришлось жениться на какой-то барышне. Не то чтобы он боялся девушек, просто никогда не мог найти с ними общий язык, сторонился всегда. Вроде бы все отлично, но Хару не мог не думать о своей сестрёнке. Ей пришлось выходить замуж насильно за нелюбимого. Да ладно бы, если он был хорошим, но, если судить по слухам, Манджиро – беспощадный и кровожадный монстр. Они здесь буквально несколько дней и за это время Сенджу уже успела прибежать к Харучие и поплакаться ему в плечо. Ужасно. Акаши лишь может поддержать её, пригреть, ведь она единственная, что у него есть в этом злосчастном месте.       Розоволосому не хочется обо всем этом думать, поэтому он решает пойти прогуляться. Расчесав свои длинные волосы, которые были цветом как сахарная вата, Хару покрутился у зеркала, слегка задерживая взгляд на шрамах у уголков рта, которые он получил в детстве, когда его пытались похитить и пытали. Отбросив в сторону ужасные воспоминания, парень вышел из покоев. Идя по коридору, оглядывался, стараясь не попадаться никому на глаза, уж очень не хотелось встречи с кем-то. И вот, пару мгновений и Харучие оказывается в саду. Здесь так красиво, спокойно. Да и вообще, это единственное место во дворце, которое пришлось пареньку по душе. Цветущая сакура. Красивые фонтаны. Поющие птички. Прелесть. Вдохнув свежий воздух, розоволосый почувствовал, как ему полегчало. Подойдя к одному из деревьев сакуры, провел своею рукою по его стволу. Акаши стоял так долгое время, пока сзади не послышались шаги. Обернувшись, он увидел перед собой высокого парня. Волосы светлые. Глаза чёрные, как смоль. Взгляд тяжёлый, усталый. Чёрные круги под глазами, видимо, не досыпает. Лишь спустя несколько мгновений Харучие разузнал в нем императора и отпустил голову вниз, кланясь. На удивление, розоволосый вдруг почувствовал чужую руку на своем подбородке — Ты какой-то бледноватый и худой. Совсем что ли не ешь — проговорил Манджиро, всматриваясь в лицо Акаши, на что тот нервно сглотнул и отпустил свой взгляд вниз, пробегая глазами по телу императора, так как у того сверху была белая накидка, которая оголяла пресс. Беспредел. Для столь статного человека не принято так щеголять у всех на виду — Сегодня вечером будет балл в честь присоединения королевства Акаши к Кателлии. Я был бы рад видеть именно тебя там — отстранившись от розоволосого паренька, промолвил Сано и развернулся, уходя куда-то в даль. Ох точно, бал. Харучие совсем забыл об этом. Придётся идти, негоже отказываться от приглашения, тем более, он теперь брат императрицы. Подобные мероприятия он всегда считал чем-то бессмысленным, ведь не любил ни алкоголь, ни вкусную еду, ни танцы. Тяжело вздохнув, Акаши направляется к дворцу. Всю дорогу до своих покоев, он не выкидывает из головы императора. Тот такой ублюдок, но чертовски красивый. Оказавшись в своей комнате, розоволосый сразу же принялся к сборам на балл. Долгое время копашась в гардеробной, он наконец-то выбрал нужную одежду. Выбор Хару остановился на брюках коричнетовато оттенка и белой пышной рубашке с ажурным воротником. Красиво и просто. А вот над причёской ему пришлось усердно постараться. Акаши то заплетал косы, то делал пучки. Все расплетал, не нравилось. В итоге на его голове красовались два хвостика по бокам. Идеально. Правда, Хару уверен, что его обязательно спутают с девушкой, но это происходит всегда, так что, ему не привыкать. Напоследок покрутившись у зеркала, розоволосый вышел из покоев. Идя по коридору, он чувствовал, что этот вечер обещает быть интересным.       Харучие не составило огромного труда найти бальный зал, ведь все проведённые здесь дни, он подробно изучал дворец. И вот, он заходит внутрь. Пока розоволосый шёл к столу императорской семьи, он чувствовал дискомфорт. Такое ощущение, что все смотрят на него. Что с ним не так? Может, это все из-за дурацких шрамов у его рта, которые он получил в детстве. Или из-за причёски? Наверное, ему не стоило делать эти хвосты, ведь с ними он как маленькая девочка. А может, он выглядит болезненно, ведь в последнее время сильно исхудал и побледнел. Хару терзали эти мысли, но он попытался себя успокоить тем фактом, что все смотрят на него лишь из-за любопытства. Пройдя к столу, Акаши попытался найти хоть одно знакомое ему лицо, но безуспешно, он здесь не знает совсем никого. Явно погрустнев, он вдруг заметил появление Манджиро, конечно же одного, ведь Сенджу по любому сидит в своих покоях и вытирает слезы после очередной ссоры. Устраиваясь по удобнее, розоволосый прислушался. — Добрый вечер, господа. Сегодня я и моя любимая жена, солнце империи, собрали вас всех здесь, чтобы отметить присоединение наших королевств. Правда, она слегка опаздывает, но появится в скором времени. Прошу прощения за это. А так, да будет пир — радостно прокричал последние слова император, как вдруг послышались хлопки. Вокруг опять же сделалось шумно. Харучие сидел и передразнивал слова Манджиро. Хах, любимая жена, солнце империи. Ему самому не смешно это говорить? Но все же, каким бы не был "ужасным" по слухам император, выглядел он чертовски хорошо. Весь такой властный, могущественный, полная противоположность розоволосого. Несмотря на то что Хару его ненавидет за сестру, он также и восхищается им. Странно да? Харучие сам прекрасно это понимает. Ухмыльнувшись, он провел взглядом сидящих рядом людей. Абсолютно ни одного знакомого лица. Не успел паренёк заскучать, как вдруг в банкетный зал распахнулась дверь и показалась она. Девушка в мужских штанах и рубашке. Все вокруг начали перешептываться, но ей это не помешало, она спокойно прошла и села за стол рядом с Акаши. Розоволосый принялся осматривать её. Длинные светлые волосы, глаза янтарного цвета. Присмотрелся к лицу, понял – королевская особа, сестра императора. Эмма Сано. Смелость девушки заставляла Харучие восхищаться ей. — Уж негоже для столь замечательной барышни заявиться на бал в сие одеянии. Но должен признать, это очень смелый поступок. Восхищаюсь — поближе пододвинувшись к светловолосой, проговорил Акаши. Услышав эти слова, Эмма недовольно зыркнула на него и хотела была в чем-то возразить, но приглядевшись к лицу парня, обомлела. Похоже, узнала лицо Акаши и ухмыльнулась. Спустившись к уху паренька, намотала его шелковистые розовые волосы себе на палец — Да. Чувствую, мне потом достанется от брата. Но надоело. Я имею такую же власть как у него, тогда почему я не могу одеваться так, как мне нравится? Согласны? — бархатным голоском промолвила она, а когда получила от парня лёгкий кивок в подтверждение, отстранилась от него. Смотря, как рядом начали перешептываться между собой барышни, недовольно фыркнула, тем самым заставляя их заткнуться. Хороша плутовка. Сразу видно, что от неё так и прёт высокомерием. Пока Сано разговаривала со старым знакомым, Акаши плавал в своих мыслях. Как вдруг он почувствовал, как его пнули под локоть — Какуче Хитто, знакомься, это брат солнце империи — представила Эмма Харучие, на что тот ей улыбнулся в честь благодарности. Кинув парню что-то по типу "приятно познакомиться", Акаши вновь замолчал. Их беседа длилась недолго, вскоре Какуче ушёл, оставляя их двоих в неловкой тишине. Опять розоволосому становится скучно, и он уже придумывает план как покинуть это место. Но не тут то было. Вдруг светловолосая встаёт, протягивая руку Харучие — Приглашаю вас на танец, прошу — слегка кланясь, проговорила Эмма. Акаши был удивлён с её действий. Разве юной барышне положено приглашать мужчину на танцы? Вновь она идёт против системы, все больше заставляя Хару восхищаться ей. Он смеётся с неё. Появилась на балу в мужской одежке, первая зовёт парня потанцевать. Вот кто настоящий мужчина, а не он, который сидит в сторонке как нюня — Ох, ну я конечно же как милая барышня соглашусь станцевать с столь статным милордом — говорил Харучие, состраивая милое личико, на что они оба засмеялись. Взяв как следует Эмму за руку, улыбаясь, Акаши провел её в середину бала. Все расступались перед ними, перешептывались. Не передать словами удивление гостей. Тишина. Началась музыка. Мазурка. Замечательный польский танец. Как раз единственный, который хорошо знал Харучие. Невысокая фигура парня то тихо и плавно, то шумно и бурно, с топотом подошвы ноги об ногу, задвигалась вокруг залы. Акаши иногда посматривал на спутницу. Её грациозная фигура плыла около него, незаметно укорачивая или удлиняя шаги. Настаёт самый важный момент. Быстро раставив ноги, Харучие упал на одно колено, а Эмма, улыбаясь, плавно прошла вокруг него. По залу доносились аплодисменты, отчего Акаши даже смутился, он не хотел, чтобы на него обращали так много внимания. Приподнявшись, он провел Сано опять к столу. Она, повалившись на мягкий стул, засмеялась. Смех её был заразительным и для Хару — Это был самый лучший танец в моей жизни — ненароком сказал он, улыбаясь — И у меня. Но теперь я вынуждена вас покинуть. Прощайте — промолвила вся раскрасневшиеся Сано. Похоже, этот танец выбил из неё все силы, пусть идёт отдыхает. Харучие улыбался, сопровождая Эмму взглядом. Ну вот, она ушла, а он опять один. Досадно. Зато он провел неплохо время, что ему даже захотелось выпить. Взяв с подноса бокал шампанского, он немного отпил и сразу же отложил стакан в сторону. Невкусно. Розоволосому больше не хочется пробовать эту дрянь. Сидя одному, ему становилось все хуже, ведь рядом нет никого, кто бы мог переключить его внимание на общение, чтобы тот не нервничал из-за большого количества людей. Розоволосый принял решение сходить проветриться, тогда ему точно полегчает. Выйдя из бального зала, он отправился гулять по дворцу. Здесь так хорошо, спокойно, прохладно, а самое главное нелюдно. Вдруг его внимание привлекла картина семьи Сано. На ней была маленькая Эмма с Манджиро. Такие милые дети. От этого Хару ненароком улыбнулся. Он хотел хорошо разглядеть картину, ведь любит искусство, но что-то отвлекло его. Кто-то облокотился на плечо Акаши, на что тот перепугался, но услышав знакомый властный голос, успокоился. Это был император — Парень, я перепил, можешь провести меня до моих покоев — просил о помощи Сано. Отказывать ему конечно же нельзя, ведь тот был пьян в стельку и не смог бы дойти сам. Кивнув, парень по удобнее устроил Манджиро и, придерживая его, пошёл отводить в покои. Слава богу, он знал где покои императора. Иногда Акаши посматривал на Сано. Он казался таким уставшим, под глазами мешки, не спит что ли, наверное, бессонница. Но все же, каким бы он не был жестоким, он чертовски красив. Харучие часто ловит себя на этой мысли. Странно. Наконец-то дойдя до желанной комнаты, розоволосый остановился — Все, вы пришли — пытался как можно вежливей сказать он, указывая на дверь, на что император поднял взгляд, смотря на Акаши. Видимо, императору стало жарко, он потянулся к рубашке, расстегивая пуговицы. Чёрт, и приспичило же ему раздеваться, хотя здесь жарко, но плевать. Ни стыда, ни совести. Признаться честно, Харучие сейчас думает, что император выглядит горячо, и не может оторвать от него взгляд — Не обращайся ко мне на вы, прошу — серьёзно промолвил светловолосый, на что розоволосый легонько кивнул и хотел было быстро удрать, но не тут то было. Манджиро потянул Хару с собой в покои, поплелся к кровати и, найдя в себе последние силы, повалил паренька на кровать — Ты даже не представляешь, как я устал от внимания твоей сестры. Я не могу выкинуть тебя из головы — проговорив это на одном дыхании, Сано приблизился к губам партнёра, оставляя лишь пару миллиметров. Хару, смотря на императора, который нависал над ним, не понимал, боялся. Что же он хочет от него? Он и вправду никак не может выкинуть Хару из голову? Что это все значит? Акаши слишком смущен, что Сано был так близок к его лицу. Ещё совсем и они поцелуются. Харучие не может здраво мыслить. Что же делать? Оттолкнуть императора или ударить. Нет, он не может, ведь боится, да и тот слишком силен. Он посмотрел на Манджиро. Это лицо показалось ему привлекательным как никогда. А ещё от него так приятно пахнет. Возможно, розоволосый будет потом жалеть, не сможет смотреть в глаза сестры, но он поддаётся соблазнению под воздействием алкоголя и вовлекает в поцелуй Сано. Каков же его первый поцелуй? По пьяне, с мужем сестры. Грубый, но приятный. Отстранившись друг от друга, парни пытались отдышаться. Манджиро сразу же кинулся срывать одежду с Хару, попутно целуя, а тот, весь зажатый, прикрыл глаза, дрожжа и уверяю себя, что все будет хорошо. Почувствовав, как чужие руки сняли весь вниз, по телу розоволосого пошли мурашки. Он чувствовал его прикосновения на бёдрах, горячие поцелуи. Первый резкий толчок дался пареньку с болью, от которого пошли слезы — Ну же, малыш, открывай глазки, все хорошо. Скоро будет приятно — проговорил император, убирая руки паренька с глаз, целуя его в щёчку. Хоть Акаши было и больно и неприятно, от чего он рыдал, он также чувствовал и что-то приятное от прикосновений. Каждый следующий толчок давался Хару все легче и легче. По комнате доносились громкие шлепки, стоны. Излившись розоволосому в рот, Манджиро проводил по его лицу пальцем — Глотай — приказал он, слегка надавливая на челюсть парню, на что тот послушно исполнил приказ. Император изменился в лице и улыбнулся. До конца не осознавая, что произошло, Харучие зарылся одеяло, тихо всхлипывая. Он не хотел, слезы сами лились. Последнее, что помнил Акаши, перед тем как он вырубился, это лёгкий поцелуй в макушку.