In Pain Not in Vain

- Извини, опять звонят, - раздраженная надоедливыми звонками, Света была готова отключить телефон и больше не включать. Неужели она не имеет права отдохнуть? Она не настолько любит своих коллег, чтобы ради них жертвовать своим личным временем. - Ничего, я как раз отойду освежиться, - отлучилась почистить зубы Аня, стараясь оставить ее в покое, чтобы не быть надоедающей прилипалой. Света - взрослый человек со своими делами, заботами и ответственностью, и это надо учитывать. А может, она еще успеет помыться - в любом случае, не помешает. Судя по часам, висевшим над входом в кухню, рабочий день должен уже подходить к концу. Очень странно и даже подозрительно, неужели что-то серьезное? Звонивший номер не принадлежал ни Мише, ни другим знакомым из ее команды, но что-то подсказывало, что звонок нельзя пропустить, раз его не отправило в спам автоматически. - Да, слушаю. - Светлана Игоревна, вынуждена передать важную информацию: вам необходимо явиться завтра на встречу в центральном отделе управления, к которому прикреплено учреждение, в котором вы работаете. Все понятно, или повторить еще раз? - вежливый стандартизированный женский голос не вызывал в ней ничего, кроме необъяснимой тревоги. - Дело не терпит отлагательств, поэтому просим взять с собой основные документы, связанные с зачислением на рабочее место. Остальную информацию вам дадут на ресепшене, в первой половине дня. - Меня куда-то переводят? Я вообще-то в официальном отпуске сейчас, неужели нельзя попозже? - Мы не можем вам раскрыть все детали заранее, все узнаете на встрече. Если вы не уезжали из города, то в ваших интересах быть завтра по адресу и не опаздывать, - судя по всему, секретарша, получившая поручение об ее информировании сама понятия не имела, какая причина заставила начальство так издеваться над человеком - выдергивая из дома против воли. Когда закончившая вечерние гигиенические процедуры девушка вышла из ванны с забавным пучком на голове, который едва собирал ее короткие густые волосы, Света была вынуждена сообщить не самую приятную новость. - Завтра не получится долго отсыпаться. Меня вызвали по какому-то срочному делу на работу, конца и края этому ужасу нет! Я так устала! - Но зато мы сможем прогуляться вдвоем туда и обратно, правда? - пыталась приободрить ее посвежевшая девушка, не собирающаяся терять такой шанс. - Это действительно круто, выйти подышать, но я боюсь, они не стали бы меня так торопить, если бы все было нормально. Как мне вообще этой ночью теперь уснуть? Наверное, придется выпить снотворного, чтобы не волноваться... - Не тревожься, все будет хорошо, - прильнув к ней, как котенок, Аня была твердо убеждена, что таблетки здесь не обязательны. Зря она, что ли, у нее прописалась? - Ты можешь мне не верить, но пожалуйста, расслабься. Будем волноваться завтра, а не сегодня. Как тебе такой план? - Ну вообще, ты права. Будь что будет. Главное, мы подышим свежим воздухом и разомнемся. Пока я буду решать рабочие моменты, ты сможешь посидеть и подождать меня в соседнем здании? Я надеюсь, что это ненадолго. Либо тебе придется остаться у меня дома. - Да не вопрос! - Рядом с нашим исследовательским центром единственное приличное заведение - та самая столовая, где мы уже были.. когда встретились в самый первый раз. - Да, я ее помню, - опустила взгляд в пол Анна, ведь воспоминания оттуда у нее были, мягко говоря, не солнечные. - Ты сможешь остаться там? Можешь заказать все, что захочешь, из меню. Но только не торопись съедать все сразу, твой желудок может не выдержать. Если меня задержат, голодной точно не останешься! Там и туалет есть, - в ее голосе чувствовалась стыдливость. Совестливое сожаление за произошедшее в этом «недо-ресторане» до сих пор преследовало Свету, но другого выбора у них не было. Еще и название у него такое глупое - "Вкусный рай", как из прошлого века. Ничего лучше не придумали. Конечно, в будущем можно будет постараться с выбором мест, куда более приличных и серьезных. Однако пока судьба над ними явно издевается, запихивая снова в одно и то же заведение. Хотя, может, просто так надо? Не заработали пока на пафосное местечко в стиле модерна, все впереди. - Как скажешь, там, так там, - готовая ради прогулки с ней буквально на все, Аня закрыла глаза на свои триггеры из прошлого, - А мы сядем за другой столик? - За какой захочешь! - Света быстро поддалась на ее убеждения, что все будет хорошо. Ей было свойственно слишком много тревожиться - как в нужный момент, так и по ерунде. Как-то проще становится рядом с человеком, который идет вперед смело и решительно. Вместо того чтобы мучительно просчитывать все возможные варианты, девушка сладко заснула. На удивление, в ее снах были лишь милые моменты из их грядущего свидания – и больше ничего. Видимо, так сработала на ней чужая уверенность. На следующий день погодные оповещения прогнозировали дождь. Однако, увлеченная приготовлением завтрака на двоих, Света проигнорировала их. Ей пришлось встать пораньше, чтобы успеть заняться едой и собраться – самые нудные и скучные вещи в быте она больше любила делать в гордом одиночестве. Только когда овсяная каша была готова вместе со специальной фруктовой нарезкой, Аню пришло время будить завтракать. - Ты могла не заморачиваться, - покраснела от готового угощения Аня, - Тем более, мы же в столовую идем, там полно еды. - Там нет каш, а у тебя проблемы с ЖКТ, поэтому дома поесть не помешает, - принялась оправдываться Света, хотя фактически ей действительно не нужно было сегодня готовить, - Прости, у меня просто было «особое настроение», вот я и решила его использовать.. Не хочется повторения той истории, когда тебе стало плохо. - За что ты извиняешься? – облизывая от липкости фруктов сладкие пальцы, Аня с удовольствием уплетала свою порцию, - Что бы ты ни сделала, я всегда буду довольна. Могу и на воде посидеть, если нужно. И от вкусненького не откажусь! Не переживай обо этом! Я не слишком притязательна – это так, на будущее. Услышанное заметно успокаивало. Ведь для Светы общий быт часто становился яблоком раздора в прошлых отношениях. Вернее, он, как правило, добивал то, что и так было нежизнеспособно – «это не так лежит, хлама много, то мало готовишь, то скучно». А хочется просто не думать и делать, как привыкла. Чтобы другой человек принял тебя, как есть, вместе с твоим мусором, беспорядком и странными привычками. - Могу тебя научить своим фирменным рецептам, когда нам не нужно будет никуда торопиться! - Не уверена, что это хорошая идея, - подавилась кусочком непрожеванного блина девушка, - Я только опозорюсь, что ничего не умею.. - в самом деле, когда в детстве она пыталась повторить за мамой некоторые блюда, все выходило просто ужасно. В итоге, это всегда заканчивалось руганью и отборным матом. - Не обязательно все знать сразу, попробовать первый раз никогда не поздно, - выхватив у нее из-под носа опустевшую тарелку и закинув ту в раковину, Света не теряла ни минуты зря, - Я тебе собрала несложный образ на улицу, должно быть как раз. Посмотри, как тебе? Джинсы обычные, на ремне должны хорошо сидеть, а худи и должно быть «оверсайз» - так что ты будешь самой модной в этом районе, - двинувшись в сторону прихожей, девушки начали поторапливаться, чтобы не опоздать. - Спасибо, оно просто супер! – одобрительно поднимая большой палец, будто модель с рекламы на билборде, Аня радовалась даже такой банальной ерунде – ее действительно просто удовлетворить. И многого не надо, чтобы она чувствовала себя отлично. А Света переживала, что одежда плохо сидит, или черный цвет ей не понравится. С души второй раз отлегло. Когда-нибудь она обстоятельно займется ее гардеробом, приложив к этому максимум усилий, но сейчас нет времени. Значит потом. - Тебе спасибо, что вышла поддержать меня в такой ответственный момент. Для меня это очень важно, - позволив себе такую наглость как поцелуй в щеку, Света в следующую секунду вылетела на площадку от греха подальше, - Выходи, я закрою. Нам пора бежать! - поторопили смущенную девушку, будто ничего не случилось. Тяжело подавить в себе воспоминания, тесно связанные с этим местом – они слишком яркие. Та же скрипучая увесистая дверь, панорамные окна, древние плакаты и скромные полочки с книгами по углам – в первое посещение Аня была не такой внимательной, как сейчас. Теперь минусы сразу бросались в глаза – потертые диваны, массивные столы с крошками. Повезло, что не час-пик, и на том остановимся. - Давай сядем подальше от центра, а то не хочу торчать у всех на виду, - девушка придумала убедительную отмазку, чтобы не приближаться к тому знаковому столику, ставшему переломным в ее жизни. Посетителей она не боялась и нисколько не переживала из-за чужих взглядов. Ее целью было создать видимость, что ей плевать - но это была неправда. За такой убедительной игрой не поймешь, что кроется внутри. - Конечно, как скажешь, милая, - с сумкой наперевес, Света поплелась за ней следом, как послушный пес на привязи. В какой-то степени, прийти сюда второй раз, в совершенно новом статусе, волнующе и кружит голову. Есть надежда, что получится отпустить прошлое, если вернуться в точку, откуда все начиналось. Даже без напоминания, старшая девушка услужливо стащила с ее плеч куртку, тут же повесив рядом на вешалку. Всячески заглядывала ей в рот, неловко улыбаясь. Наблюдая такие кардинальные перемены в их отношениях, Аня почувствовала себя намного увереннее. Ни один влюбленный в нее парень не был таким вежливым и деликатным. А их было действительно много. Раньше казалось, что относиться к тебе, как к богине, будут только персонажи фильмов – и в реальности джентльменов не бывает. - Если торопишься, можешь идти. Я никуда не денусь, - Светину нервозность можно было отследить невооруженным взглядом, - Беги, беги, и ничего не бойся. Не переживай обо мне. Потом всё расскажешь. - Я оставлю тебе свой портфель, в нем есть самое необходимое на все случаи жизни. Не стесняйся, пользуйся, - едва пересилив себя, спешащая девушка поднялась на ноги. Не описать словами, как ей не охота вставать – но нужно. - Ну не грусти так, - протянула ей свою маленькую ладонь Аня, чтобы по-человечески попрощаться. Этот теплый жест зарядил столь необходимой энергией на последний рывок. Света была как в трансе: еще даже не успела уйти, а уже хотела вернуться. С папкой документов, прижатых к груди, она выглядела немного глупо. Совсем не тот взрослый человек, каким казалась при знакомстве. Получив в распоряжение некоторое количество денег, Аня решила заказать себе без излишеств один большой лимонад – его должно хватить, чтобы ее не выгнали отсюда в ближайшие два часа. Она привыкла игнорировать голод, но сейчас этого не нужно - сытный завтрак сделал свое дело. В своей бесформенной одежде и с утренней катастрофой на голове она напоминала ребенка, которого забыли нерадивые родители, даже не причесав перед выходом. Только взгляд, серьезный и сосредоточенный, выдавал ее с потрохами. Света вдохнула в нее новый смысл в жизни – этот подарок сложно недооценивать. Без нее попытки самоубийства не остановились бы на одной – так раскрывалась обратная сторона ее целеустремленности. Если нет иной цели, кроме как умереть, конец будет предопределен – и ничто не заставит свернуть с пути. Однако это совсем не выход, как оказалось, скорее – тупик, в который сама себя загоняешь. Стоит посмотреть по сторонам, и приходит осознание, что после череды неудач обязательно повезет. Проблемы, казавшиеся неразрешимыми – в чужих руках даются с легкостью. Только не отчаивайся, и помощь придет. А когда получишь ее, то не отказывайся, строя из себя «самую сильную». Люди – в основной массе социальные существа, готовые отдаваться добровольно, лишь бы быть нужными. В подобном взаимодействии они лечат друг друга, но его невозможно организовать из-под палки. Оно рождается само собой, как нечто неизбежное. И ты не заставишь никого себя полюбить, не привяжешь к себе насильно. У нашей психики есть запас прочности, позволяющий переродиться из пепла, подобно птице-Фениксу, даже если произошедшее переходит все рамки адекватности. У кого-то он больше, у кого-то значительно слабее. Аня относила себя к тем, кто способен выдержать многое – эта установка не позволяла ей жаловаться и распускать слюни. Либо ты справляешься, либо нет. Третьего не дано. Задумавшись, откуда это пошло, Аня продолжала сверлить взглядом проклятый стол напротив, до сих пор пустующий. Можно поблагодарить свою память за то, что большинство моментов насилия начисто стерлись, как будто их не бывало – лишь редкие вспышки ослепляли разум, без четкой последовательности. Эта амнезия была ее спасением, позволившим довольно быстро реабилитироваться. Изначально она была полной, и только потом память частично восстановилась, ухудшив общее состояние. «Не ломайся, сучка.. либо сразу тебя возьмем, либо отхватишь по полной перед этим» - это первые и последние слова, которые девушка усвоила, попав внутрь. «Такой товар портить жалко, так что не выебывайся» - непосредственно здесь ход событий первый раз обрывается, и дальше мутная темнота. Жертвы должны защищаться до последнего – говорили ей. Но как это осуществить, если ты связана? Как кричать, если на тебя наводят пушку – грозясь при малейшем писке спустить курок? Лучше быть страшной и непривлекательной – но и это не факт, что поможет. Конечно, она не согласилась с их условиями, но с пустыми руками ничего не сделаешь тем, у кого так много оружия – с приставленным к горлу ножом ей пришлось самостоятельно раздеться. Будешь слушаться - никуда не денешься. А дальше все стало еще хуже. Ее бросали из угла в угол, как мячик. Ударяясь о мебель и дверные косяки, Аня стремительно теряла последние силы на сопротивление. Одной силы воли мало, чтобы дать отпор. А крепкой ее никак не назовешь. Ее спасло только то, что продать труп за дорого не получится. "Черт возьми, пошло это все! Было и пусть - я хочу это забыть! Теперь всё будет хорошо!" – забравшаяся с ногами на диван, девушка одиноко обняла свои колени. Капюшон от худи сам навалился на глаза, пряча ее от внешнего мира. Но ей нельзя исчезать, пойдя на поводу у этих преступников. Она должна бороться и прожить полную жизнь, которую у них не получилось отнять. Чтоб им неповадно было от ее успешности - пусть знают, что она не стала хуже от их действий. Только лучше и сильнее. Никакие препятствия теперь ее не остановят. Пока Аня вела эту внутреннюю борьбу, то даже не заметила, как впереди нее разместились две фигуры. На ее удачу, они не обратили внимания на тихую чудачку, свернувшуюся калачиком. Хотя официантов немного напрягло, что она сидит так уже целых полчаса, даже не шевельнувшись. - Вы кого-то ждете? Закажете что-то к лимонаду, если надумаете, я здесь рядом, – поинтересовалась милая работница заведения с пестрым передником. Подобного вмешательства требовали от девушки ее должностные инструкции и обязанности. - Ой, да пока ничего не надо. Я жду, когда ко мне придут, - запоздало откликнулась девушка, наконец, подняв голову. Ее сердце тут замерло от парочки, которую она увидела впереди. Как же так угораздило, оказаться тут одновременно с Олей? Той самой, возненавидевшей ее буквально ни за что. С ее слов, мама ее ужасна – и почему тогда они пришли сюда вдвоем? Смеются, улыбаются, нисколько не конфликтуя. У них, похоже, сегодня праздник. Может, день выписки из больницы, а может день рождения. По тортику не угадаешь, ведь на нем нет свечей. Получается, все ее жалобы – чистой воды драматизирование? Не стала бы плохая мать ради дочери идти на такое, тратя последние деньги. Зачем преувеличивать свои проблемы, когда небольшая ссора так легко решалась? Ане, пытающейся натянуть свой капюшон до подбородка, этого никогда не понять. Оказывается, Оля – совсем не бедный брошенный подросток, каким она ее считала. Просто ее не научили ценить тот труд, которым ее мама зарабатывала деньги, пропадая на заработках. Даже боль от эпизодических издевательств, которые пришлось вынести, заглушалась намного проще. Короткий отрезок времени не способен так разрушить личность, как черная зависть к «нормальным детям», которая была с ней всегда, сколько она себя помнит. С ней никогда ничего не праздновали – считая, что она не заслужила, отвратительно себя вела, и вообще, есть дела поважнее. Неужели единственный способ для нее иметь любящую крепкую семью – это создать ее с нуля? У кого-то она есть по факту рождения, и ничего делать не надо. А она в вечном поиске – авось друзья сжалятся и приютят. Но они были иллюзией защиты, ведь всем оказалось все равно. Стоило исчезнуть – и никто из друзей не вспомнил, не забил тревогу. Какой же наивной и доверчивой дурой она была, считая их своими близкими людьми! Надо признать, что ее растили в неблагополучной среде, где не было любви. Чем быстрее признаешь, тем проще становится. Она ведь не виновата, что ей сложнее добиться своего счастья, чем другим. С пяти лет, стоило появиться первому отчиму в их квартире – Аня не понимала, почему в сравнении с ним она - пустое место. Ей так хотелось хоть капельки внимания – но ее появление лишь мешало маме налаживать свою личную жизнь. Быть «третьей лишней» в чужих разборках – врагу не пожелаешь. Бракованный элемент, который ни пришей, ни пристегни. Далеко не всегда ухажеры матери были добрыми и приятными. Кто-то из них дарил конфеты к чаю, изредка появляясь, а кто-то застревал надолго, полностью переключаясь на маленькую девочку в доме. И неважно – было ей восемь лет или шестнадцать, мама ей никогда не верила. Разве это нормально, когда ты моешься как можно быстрее, потому что знаешь, что за тобой подглядывают? Или гуляешь допоздна, лишь бы не контактировать дома с тем, кто может облапать, когда этого не ждешь. Никто не объяснял Ане, что это недопустимо – бегать за несовершеннолетней, никак не ограничивая себя в фантазиях и выходках. Этот беспредел был прямым следствием полной безнаказанности, как всегда и бывает. А когда на горизонте замаячило совершеннолетие, отношения с матерью еще сильнее ухудшились – ведь любой, кто ступал на территорию их дома, смотрел только на ее. Так уж вышло, что фигурой и лицом Аня пошла в папу, бросившего ее при рождении. Вся его красота передалась ей, а мама так и осталась «гадким утенком», каким всегда была. Даже ребенок не помог ей удержать рядом с собой парня, которого она сильно любила и боготворила. Эта безумная интрижка не принесла ничего хорошего. У таких привлекательных парней слишком много партнерш на любой вкус. Запреты на макияж и открытые платья не помогали, ведь Аня и без них перетягивала все нежелательное внимание на себя. Ее идеальные по модельным меркам параметры, за исключением роста, трудно было игнорировать. Хоть в мешке из-под картошки ходи, не высовывая носа из собственной комнаты. Только когда ситуация достигла наивысшей точки кипения, мать перестала водить домой незнакомцев. Один из них взял у нее ключи и пришел без предупреждения. Подкараулив ничего не подозревающую девушку в одном полотенце вышедшую из душа, он как с цепи сорвался – соблазн был слишком велик. Только возвращение матери смогло остановить его – иначе было бы слишком поздно. Следы бешеной драки и разбитый вдребезги сервант убедительно показали ей, что пора заканчивать. Теперь все ее мысли начали крутиться вокруг того, чтобы побыстрее дать ей образование и «сбагрить» замуж, а дальше можно будет больше не вспоминать. Будто вся ее ценность сводилась к девственности и молодости, а другие амбиции обесценивались. Чем сильнее Аню пытались загнать в эти «рамки», тем больше она бунтовала и рвалась на свободу. «Моей матери нельзя было иметь детей» - пришла к неутешительному выводу девушка, проводив взглядом веселую парочку, державшуюся за руки. Оля помирилась с мамой так легко, ведь знала, что ее ждут и обязательно простят. И не они одни здесь радостно отмечали – несколько парочек нисколько не стесняясь пялились друг на друга, и вместе с ними молодая семья с двумя детьми. И почему только гетеро можно открыто трогать друг друга у всех на глазах? Как же это нечестно и до чертиков обидно. Когда Света вернется, она обнимет ее. Даже если на них будут неодобрительно смотреть. Они имеют право показывать свои чувства и быть счастливыми. В мире слишком много жестокости и агрессии, чтобы лишать себя этого. Даже если общество диктует другое. «Когда ты вернешься? Я скучаю, Свет» - не имея интернета на кнопочном телефоне, Аня отправила ей два коротких текстовых сообщения с помощью СМС. «Я тебя люблю. Пожалуйста, возвращайся»