Таянияе

Обычный поздний вечер в Мондштадте. Незабываемое оранжевое небо с розовыми пушистыми и, на удивление, не смотря на слабый ветер стоящими на месте облаками. В «Доле ангелов» тоже было непривычно спокойно. Большинство гостей уже успели покинуть таверну, чтобы вернуться к своим близким. Однако, как всегда, есть исключения. В этот раз им стал синеволосый капитан кавалерии, который, снова выпив больше обычного, не мог, да и не хотел возвращаться в свои одинокие апартаменты. Хоть там и не было недостатка мебели или предметов декора, даже наоборот, Кейа стремился сделать внешний вид комнат гармонично полным, так чтобы не рябило в глазах, но мужчина всё ещё считал её пустой. Ни картины, ни напоминающие ему о детстве или его знакомых вещи не помогали побороться с чувством нужды в чем-то. Сам капитан догадывался, что причиной пустоты в душе и желания внимания может быть нерешенная проблема с братом, но он пытался избегать этих мыслей. Они все равно ни к чему кроме скорби не приведут. Кейа не раз уже пытался под разными предлогами поговорить с Дилюком по поводу своего «предательства», но результата всё не было. Обычно разговор прерывался ещё на стадии зачатия. Стоило капитану кавалерии хоть коснуться этой темы, как хозяин винокурни сразу же находил предлог, чтобы удалиться. Конечно, Альберих не сдался так просто. Пару раз удержать брата он смог, однако и его меры не помогли. Дилюк игнорировал все попытки поговорить. Со временем Кейа перестал предпринимать активные действия. Это больно. Видеть, что для дорогого человека тебя нет. Лучше уж тот будет хоть изредка перекидываться с ним парой слов, чем каждый день болтать со стеной и изливать душу перед тем, кто не хочет дать ему даже шанса объясниться. Именно по этой причине мужчина перестал наведываться в место, где прошло его детство. Теперь они встречались лишь, когда вместо Чарльза за барной стойкой был «Король Мондштадта без короны», прямо как сейчас. Он приводил место в порядок и протирал столы, пока его непутёвый названный брат пытался не уснуть, сидя за одним из них. -Мы закрывается. Тебе пора уходить. Эти слова были сказаны без какого-либо наигранного и требуемого обществом уважения. Когда никого рядом нет, Дилюк мог спокойно говорить, как он сам пожелает, чем он часто пользовался только если собеседником был именно капитан кавалерии. А вид его, бредящего себе под нос не осмысленные фразы, никаких эмоций кроме отвращения не вызывал. Кейа помотал головой, приводя мысли в порядок, и попытался связно ответить. -Ох, ну как же так, м-мастер Дилюк? Я ведь выпил вс-вс-всего 6 бокалов. М-мо-ожет, мы сможем договориться? Например, вы позволите мне взять бутылочку на вынос. Ну знаете «по-братски») -Сколько раз тебе говорить, что ТЫ МНЕ НЕ БРАТ! На этих словах красноволосый не сдержался и ударил по столу кулаком. До этого лежавший за стойкой Кейа вскочил и удивлённо посмотрел на собеседника. Это резкое проявление злости, не свойственное Дилюку, временно отрезвило капитана. Он, немного дрожа, поднялся. Хоть в этот раз напился мужчина не так как в прошлый, но количество принятого алкоголя уже налагало значительные ограничения. Упорные попытки удержать равновесие быстро окончились падением. Услышав грохот, Рагнвиндр вздохнул и подошёл к брату. Подхватив его руку, бармен помог последнему посетителю встать на ноги. -Хе-хе. Видимо, я капельку перебрал. Но знаешь, могло быть и хуже. Надеюсь, хоть в этот раз я смогу вспомнить, что делал и говорил. А то очередная молчанка с твоей стороны без причины мне не нужна. Дилюк отпустил Кейю и указал на дверь. Выглядел он также сердито, хоть, когда лицезрел результат падения каэнри’ахца, сильно разволновался. Даже выражение глаз на некоторое время смягчилось. Но, увы, не соображающий капитан не уловил этого, так что определить истинные чувства брата он был не в состоянии. -Выметайся. -Понял-понял… Мужчина сделал ещё шаг и вновь чуть не встретился с полом. Его речь потеряла ясность и эффект от неожиданного всплеска эмоций красноволосого пропал. Его успел поймать брат. Дилюк вздохнул и положил руку Кейи себе на плечи. Придерживая так капитана, Рагнвиндр закрыл таверну. Из-за пьяного состояния рыцаря и отсутствия хотя бы примерного понимания, куда можно его отвести носитель пиро глаза решил позволить ему переночевать на винокурне. Сегодня полуночный герой не будет патрулировать город. Он будет занят заботой о своем единственном оставшемся родственнике. Пока Дилюк нёс брата, он успел сто раз побранить себя за то, что не интересовался его жизнью. Бывший рыцарь мог бы узнать, где тот живёт или где можно найти верных собутыльников, которые бы взялись присматривать за ним, и ему самому бы не пришлось нянчиться с невменяемым Кейей. Именно этот вид поведения выводил его из себя. Словам трезвого капитана уже нельзя доверять, а его бреду, сказанному по желанию алкоголя, и подавно. К счастью Рагнвиндра, людей по пути домой он не повстречал. Никто не видел их вместе, что немного успокоило мужчину. Но и у этого путешествия были свои недостатки. Капитан только выглядел стройным и лёгким. По началу Дилюку не сложно было его держать, но со временем Кейя будто намеренно всё усерднее тянул его вниз. Добравшись до винокурни, хозяин этого места уложил гостя в кровать в его старой комнате. Почему её не подстроили по другому назначению? Рагнвиндр и сам не знал, отказываясь признавать, что она была ему дорога. Некоторое время он наблюдал за спящим братом. Тот выглядел спокойным и милым, как и в детстве. Дилюк же не мог свыкнуться с настоящим, что мешало ему поддаться ностальгии. Единственное, о чем он думал при взгляде на капитана, это слова, сказанные им после прошлой веселой ночи в таверне, от которых становилось больно, как и в тот роковой день рождения, который красноволосый праздновал.