Таянияе

Луна освещала мутное небо. В воздухе парила влага, так и предупреждая о предстоящем повторении ливня, который ненадолго решил прерваться. Хоть фонари на винокурне ещё помогали разглядеть дорогу, в самом здании все свечи и лампы уже погасли и лишь в одном окне горел свет. Дилюк всё ещё занимался бумагами. Тяжело было без помощи из вне справляться со столь огромным бизнесом. Так что во время ночей, когда он не патрулировал улицы, красноволосый тоже не отдыхал. Беспричинный трудоголизм, может сказать кто-то, но у психики мужчины было другое объяснение этого феномена. Отдыхать он не мог от того, что ему было не столько скучно, сколько стыдно. Время- драгоценный ресурс, который можно потратить на выполнение его цели. Мондштадт нужно защитить любой ценой. Он обязан поспособствовать его процветанию, если не путем борьбы с преступностью и монстрами бок о бок с презираемыми им рыцарями, так через экономику и устройство досуга. Вино и соки ведь, на самом деле, помогают людям и дарят им множество эмоций. Дилюк, который и так потерял много времени из-за своего путешествия в несколько лет, ради отца, ради земель свободы и ради своих близких должен был работать постоянно. Погодите. Близких? Конечно, у некоторых могут возникнуть сомнения, что подобные люди у него есть. Ведь не зря вокруг него сложился оправданный и закрепившийся образ одиночки. Но в сердце Рагнвиндра точно был, как минимум, один человек. Это подтверждало многое: сохраненные письма, ракушки, даже оставшиеся после их детских игр вещи, такие как рисунки, декорации для их с братом пиратских приключений и многое другое. Но самым главным из них было старое семейное фото. Да, оно сильно пострадало под влиянием как времени, так и самого мужчины. В тот злосчастный день он отрекся от своего ближайшего друга не только на словах, но и на деле. Сейчас же на фото видно было, что часть, изображающая Крепуса и Дилюка, была отделена от части с Кейей. Точнее сказать, оторванный кусочек с синеволосым был в последствие старательно приклеен к общей картине, но следы того импульсивного поступка всё ещё заметны невооруженным глазом. Может, Дилюк сейчас и не столь зол на брата, но так просто забыть предательство и принять его с распростёртыми объятиями он не мог. Вдруг красноволосый услышал стук в дверь. Чтобы не беспокоить служанок, которые, скорее всего, тоже в это время спали, мужчина сам решил проверить, кого могло занести на винокурню в столь поздний час. Ему всё равно было не сложно сделать это, ведь его рабочий угол находился прямо возле главного входа в поместье. Открыв дверь, он быстро попытался её закрыть, вот только незваный гость оказался проворнее и подставил ногу, чтобы помешать плану хозяина дома осуществиться. -Что ты здесь делаешь? Иди домой. -А ведь раньше это был и мой дом. Ну, мастер Дилюк, вы же не выгоните почетного гостя? Внезапно объявившийся с бутылкой вина в руках капитан кавалерии ехидно улыбался. Он еле стоял на ногах. Рагнвиндр сам не понимал, как же тот смог дойти так далеко, учитывая состояние, в котором он находился. Как не странно, но после стольких веселых вечеров в таверне, свидетелем которых стал её владелец, мужчина уже, не спрашивая, мог сказать, сколько выпил его брат. Он выучил все особенности проявления алкогольного опьянения не только в общих чертах, но и индивидуальные для капитана аспекты. Важнейшее, что он понял, и что не зависело от количества принятого спиртного, — это Пьяный Кейа — целеустремлённый Кейа. Ничто его не остановит, если он загорится какой-то идеей. Так что, смирившись с неизбежным, Дилюк отошёл от прохода, давая гостю зайти. Тот довольно дохромал до дивана возле камина и вальяжно сел на него. -Сформулирую для особо умных. Что ты тут забыл? Решил детство вспомнить? -Возможно). А сам «мистер идеал всея Тейвата» ведь не против моего временного пребывания в его роскошной обители. Хе-хе. Ну же… Выпей со мной хоть немного. Ты же не на смене. Красноволосый сел возле брата и положил ногу на ногу, скрестив руки. Он опустил голову и смотрел на тлеющие угольки. В душе он переживал, что Кейа может растаять от чрезмерно высокой температуры в здании. Должны же и у владения крио глазом бога быть свои негативные последствия. Несмотря на внутренние переживания мужчина всё ещё выглядел хмуро. -Мои принципы не основаны на ограничениях, связанных с работой. Они мне нужны, чтобы не стать как ты или тот бард, что постоянно с тобой ошивается в таверне. -Ты про Венти. А что тебе не нравится? Мы просто знаем, как веселится в отличие от некоторых. Вообще не хочешь, ну и не надо. Меня просить допить сто раз не надо. После этих слов капитан за один раз осушил бутылку. Дилюк лишь безэмоционально на это смотрел. Он не в первый раз видит подобную картину и уверен, что собеседник не поперхнётся. Иногда у него возникали сомнения, а может ли брат пить по-другому. В большинстве случаев Кейа именно так и проводил вечера. Раньше он хоть притворялся ценителем вкуса, а сейчас что-то поменялось. Он стал походить на обычного алкоголика. Дилюку было стыдно, что он не спас его от этого исхода. Нужно было не просто советовать, как пить, а серьезно игнорировать просьбу налить ему. Размышления бывшего рыцаря прервал внезапный смех. Капитан закинул на него ноги и приобнял. -Видел бы ты себя. Такой серьезный бизнесмен. Это не вяжется с тем, кем ты был в детстве. Такой оболтус. Знаешь, ты не сильно изменился. До сих пор похож на ёжика) -А тебе лучше измениться. Может, ты не будешь забывать про уважительное и формальное обращение ко мне после нескольких фраз для разнообразия? -Хе-хе. И фыркаешь также) Недовольное выражение лица Дилюка заставил Кейю перестать смеяться. Он вдруг отвёл взгляд. Раньше мужчина смотрел прямо в глаза, требуя внимания. Теперь ему стало неловко. Вино правда развязывает таким как он язык. Сейчас капитан искренний. И ему только на руку, что брат сомневается в этом, ведь так говорить намного легче. -Ну, не могу я так. Что бы ты не говорил, что бы не делал, я не могу воспринимать тебя всерьез наедине. Передо мной всё ещё сидит тот маленький мальчик, который хочет помочь людям. А я … я тот же. Запутавшийся, не понимающий, кто он, и брошенный всеми…жалкий… Установилась неловкая тишина. Было заметно, что Кейя, обычно топивший переживания в спиртном, достиг именно того, от чего он так усердно убегал. Это подтверждалось его подавленным видом. Один глаз обычно мешал понять, что же испытывает мужчина, однако в этом случае было достаточно взглянуть лишь в его зеркало души, чтобы понять, какой эмоциональный камень на его плечах. Резкая смена настроения для пьяного рыцаря тоже не была в новинку. Однако был один ньюанс, показавший Рагнвиндру, что это был настоящий комок волнений, который проявился благодаря алкоголю, а не просто проблемы из воздуха, которые так часты у этой конкретной королевы драмы по пьяни. Он положил вторую руку на рубашку брата. Наконец он обнял его, прижимаясь к шее. Дилюк почувствовал дрожь и слезы Кейи, которые можно было редко лицезреть. -М-Мастер Дилюк, не могли бы вы перестать ненавидеть меня. Пожалуйста… -Кейа, ты пьян. Красноволосый приобнял брата в ответ и положил голову ему на плечо. Похлопав его по спине, мужчина горько вздохнул и поднял собеседника на руки. Пока он нес расстроенного капитана в кровать, тот ни разу не показал своё лицо, то и дело пряча его в одежде Дилюка. Когда же гостя уложили спать, он отвернулся. Брат потрепал его по голове и с печалью в голосе тихо произнес. — За всё то время, пока меня не было, я осознал, что никто не может ненавидеть тебя так сильно как ты сам. Считай, что твоя просьба исполнена, ведь я никогда не чувствовал к тебе подобного, несмотря на всё, что я говорил. Тут ты прав. Я не изменился, братец. Отдохни. Всё равно ты завтра всё забудешь.