Когда бабочки запоют

Поутру Ли едва не запустил будильник в стену. Остановило его только понимание того, что будильник-то в телефоне, а времени на покупку нового нет. Пришлось таки вставать, вытряхивать себя из кровати и объятий котов, насыпать им заблаговременно корм, мыть себя в душе, кормить себя и приводить в условно человеческий вид. И это ещё даже не день суда! Сегодня они лишь встретятся для официального выдвижения всех обвинений, чтобы закрыть Сынхвану и его отцу путь из страны. Стоило лишь доехать до юридической конторы, как день тут же скукожился, стал мрачным, под стать пасмурной погоде - то ли на дождь собирается, то ли нет, но в сон клонит безбожно. Благо, сам Минхо не особо участвовал во всём этом абсурдном арт-театре, где зачитывались обвинения, а отец и сын Кан делали круглые глаза и отнекивались от любых подозрений в свой адрес. Зато, конечно, выражения их лиц, - обоих, - было бесценным! Казалось, старшего Кана там удар хватит, когда прокурор продемонстрировал бухгалтерские книги со всеми данными тайных фондов. А Сынхван просто походил на выброшенную из воды рыбу, как только в помещение зашла его, с позволения сказать, супруга. Минхо даже порадовался тому, что всеобщее внимание было направлено на этих двух “голубков”, и его собственные обвинения в деле двухлетней давности осталось практически без внимания, только отец в знаке поддержке сжал его ладонь, да Сынмин молча подтолкнул плечом в плечо. Разумеется, не обошлось без цирка. Во-первых, Сынхван во всеуслышание пытался надавить на своего отца, чтобы тот его отмазал. Но, как бы, нелепо же светить такими “козырями” в присутствии прокурора, который тут же спокойно, не повышая голоса, сообщил, что теперь у него нашёлся веский повод пересмотреть все дела, когда-либо заведённые против Сынхвана. Ну и старший Кан попытался ещё побыковать с этими типичными “да вы знаете, кто я?!”, “да вы знаете, что я с вами сделаю?!”, но господин Юн не зря отправил все материалы по делу именно этому прокурору: сухопарый, невысокий, он умудрялся даже на высоченного Сынхвана смотреть сверху вниз, короткими движениями поправлял очки в самых интересных местах этого заседания, явно всё запоминая и записывая. “Надо будет сказать Сон-и, что очкарики всё-таки самые страшные не только в аниме”, - подумал Ли, наблюдая, как прокурор О выверенными, рублеными фразами ставит на место зарвавшегося старшего Кана. Телефон уже несколько раз вибрировал в кармане, но Минхо осознанно не прикасался к нему. И ребят остальных попросил, просто чтобы случайно не проболтаться. Всё равно идиотская система правосудия, как оказалось, не способна сразу потащить подозреваемого в суд, так что на самих судебных заседаниях, - Ли был уверен, - Хану удастся побыть, просто потому что никто не сможет держать от него в тайне всё происходящее дольше, чем три-четыре дня максимум. За этими размышлениями Минхо и не заметил, как этот весь фарс подошёл к концу. Прокурор сообщил, что обвиняемым могут предоставить адвоката и что дату суда они узнают из уведомления, ах да, важный момент - покидать страну им запрещено, попытка выезда будет расценена как противостояние правосудию. - Ты! - Минхо аккуратно стёр капли брызнувшей на его щеку слюны, когда взбешенный Сынхван вырос перед ним. - Ты! Ты-ы-ы-ы!!! - Ну я, я, я, - меланхолично отозвался Ли, с презрением глядя на своего бывшего. - У тебя что-то по делу или ты так, подошёл спросить, где тут туалет? - Сын, - неожиданно резко окликнул Сынхвана его отец, - не позорься, умоляю. И так из-за тебя проблем - не оберёшься… - Но отец!.. - жалобно и даже жалко протянул младший Кан, оборачиваясь к мужчине. Дослушивать окончание этой семейной сцены Ли не стал. Не до того было. Им с Сынмином и папой предстояло наведаться в кабинет господина Юна, чтобы детально обсудить все возможные варианты развития событий, подготовить аргументы для Минхо и его отца, как для свидетелей по разным делам. А ещё хорошо бы выспаться. Хотя бы попытаться… Домой Ли вернулся всё-таки уже заполночь. И воздал хвалу простеньким автоматическим кормушкам, благодаря которым пушистые малыши Суни, Дуни и Дори встретили его не агрессивно-голодными воплями, а мурлыканьем, потому что явно соскучились. Он и сам по ним скучал изрядно. А ещё по домашней еде. И мятному чаю. И родному удобному дивану. И по возможности открыть не менее родной уже чат с Джисоном. Прочтя же сообщения от младшего, Минхо фыркнул так, что успевшие задремать кошки недоуменно подняли головы. Вот ведь дуралей! Умер, видите ли. Лимб, чёрт возьми. Хотя, ладно, винить его без толку, чего ждать от гиперактивного экстраверта, которого заперли дома выздоравливать? Так что Минхо ответил коротко, ёмко и по существу. И даже честно прождал ответа почти полчаса. Ждал бы и больше, но, убаюканный кошачьим теплом, разномастным мурлыканьем и бомротанием телевизора, уснул прямо на диване, хорошо ещё, что перед всем этим успел и перекусить, и в душ сбегать. Пробуждение было на удивление приятным. Во-первых, потому что не нужно было подниматься по будильнику, так как куратор группы уже получил в электронном виде объяснительную по поводу нескольких дней отсутствия Минхо на занятиях. Во-вторых, диван действительно оказался максимально удобным, так что ничего не болело. В-третьих, любое пробуждение можно считать прекрасным, если оно сопровождается тремя сонными кошачьими мордочками, на которых так и написаны муки непростого выбора - или спать дальше, или всё же пойти поесть. Но так как сам Минхо встал, котам не оставалось ничего иного, кроме как вразвалочку пройти на кухню к мискам. В окна лился чистый солнечный свет. Сегодня он не бесил, не раздражал чувствительные от недосыпа глаза, а радовал. Ли думал - видит ли Хан такое солнце сейчас, сидя дома? Чем он занимается сейчас, когда уже почти полдень? Читает комиксы? Или готовится обедать? Или грустит из-за невозможности погулять в такой чудесный день? Минхо умылся, залил специально для ленивого утра купленные хлопья молоком и взглянул в оповещения на телефоне. От Джисона тишина, зато в общем чате куча стенаний о рабском расписании занятий, не учитывающем естественное желание студентов погулять допоздна. И это, кстати, тоже не раздражало - в смысле, активный чат. Кристофер, шлющий фотки себя и Чонина в какой-то кафешке. Ёнбок, смешно на них ругающийся, и Чанбин, обещающий “своему веснушчатому солнышку” вкусный ужин после занятий. Сынмин, всех подкалывающий, и Хёнджин, драматизирующий по поводу грядущей семестровой проверки практических навыков. В какой момент эти остолопы, - если не считать Ёнбока, конечно! - стали из просто серых пятен в коридорах универа или, в случае Чана, приползающих за компанию с Феликсом, друзьями? Почти семьёй. Теми, кто безоговорочно принял его, Минхо, только потому, что Джисон в него поверил? - Ладно, - Ли потянулся и бодро вскочил со стула, - за дело! А дел сегодня предстояло немало, хотя и, по большому счёту, приятных. Просить прощения у того, кто даже не обижается - это вообще приятно, потому что почти что подготовка подарка. Проведя следующие сорок минут в магазине, Минхо наконец-то встал за плиту. Свиной ошеек, запечённый с овощами. Самостоятельно приготовленная курочка в хрустящей панировке. Громадный чизкейк с шоколадом и орехами. Ли даже не заметил, как стрелки часов начали показывать вместо полудня четыре часа дня. Пока всё сложил в контейнеры, пока разместил в рюкзак да сумку, пока ещё одежды про запас с собой сложил, всё гигиеническое, пока потрепал котов по мягким пузикам. - С вами поживёт Ёнбок, - виновато тянул он, почёсывая Суни за ухом и с умилением наблюдая, как Дори на его коленях выгибается пузом кверху. - Но я вернусь буквально через несколько дней. Вы не успеете заскучать! А он там один, и у него даже одного кота нет, представляете? - пушистики, кажется, действительно понимали, и сочувствовали несчастному человеку без котов. Во всяком случае, Минхо был уверен, что младший о его питомцах позаботится отлично. Так что, передав Феликсу ключи и ценные указания о питании котов, - хён, серьёзно, ты же не в первый раз уезжаешь, а у меня память не настолько дырявая! - Ли сел в такси. По пути следовало заехать за напитками, в магазин комиксов и, пожалуй, в одежной - не отказывать же себе в желании купить для Хана мягкую, удобную в случае даже вот таких вот ссадин, пижаму! Желательно, разумеется, с каким-нибудь упоротым принтом, но там уже как повезёт. В любом случае, махровая пижама в сочетании с мягкими, беличьими щеками младшего - непередаваемое, должно быть, зрелище! kang_hwang Минхо, это же твой номер? Сообщения, о которых его предупреждали, Минхо пока проигнорировал. Тем более, что приехал в первый пункт, набрал разной газировки, несколько пачек соков и, само собой, пачку любимого мятного чая. Только когда вернулся в ожидающую его машину, позволил себе снова достать телефон. kang_hwang Минхо-о-о, ответь! kang_hwang Ответь немедленно!!!!! kang_hwang Ты представляешь, какой приговор подписываешь себе и своим этим друзьям?!!!! kang_hwang Минхо, Хо, ответь, умоляю, я не собираюсь тебе вредить! Ли вздохнул. Он вообще давно подозревал, что у Кана какие-то нелады с головой, но наблюдать такие подтверждения этому было не так уж и приятно.

leeKnow Ну?

kang_hwang Хо! Солнышко! Как твои дела?

leeKnow Ближе к делу, Кан.

kang_hwang Как холодно с твоей стороны… Ладно, сколько ты хочешь?

leeKnow Сколько я хочу чего?

kang_hwang Денег.

leeKnow Зачем же, интересно, мне могут понадобиться твои деньги?

Ли едва не хихикал в голос от происходящего. На самом деле, такое развитие событий вполне предполагал как прокурор О, так и господин Юн. Поэтому настоятельно попросили всех причастных сразу делать скриншоты сообщений, попутно, если возможно, сохранять сами переписки из мессенджеров в архивы, и ещё заранее включить на телефоне функцию записи в облако всех звонков. Потому что доказательства лишними не бывают. kang_hwang Ты совсем идиот или только прикидываешься?

leeKnow И хорошо прикидываюсь?

kang_hwang Нет. Дерьмово.

leeKnow Значит, не идиот.

kang_hwang Денег за то, чтобы ты отозвал заявление. И твой отец тоже. kang_hwang Сколько? Миллиард? Два? Три?

leeKnow Угомонись, Сынхван, мы не отзовём заявления, никто из нас.

kang_hwang Сука ты!!!! Ненавижу тебя, чтоб ты сдох!!!! Нет! Я сам тебя убью, найду и урою, расчленю!!!!

leeKnow Ты закончил? Можно уже в чс тебя заносить?

kang_hwang Нет, Хо, миленький, прости, я погорячился! Просто скажи, чего ты хочешь, м?

leeKnow Справедливости.

И пока Кан заливался соловьём, в красках расписывая, как именно станет убивать Минхо, мессенджер как раз закончил архивировать весь диалог, после чего Ли со спокойной душой отправил пользователя в чёрный список. Большего ведь и не надо, так? В магазине комиксов Ли едва не оставил все имеющиеся деньги, потому что как вообще можно устоять перед этими прекрасными печатными изданиями с яркими обложками?! Но всё же устоял. Купил только лимитированный артбук по любимому вебтуну Джисона, на который младший точно не стал бы тратиться. И ещё снеков, благо, в магазине этом их было по разнообразию едва ли не больше, чем в окрестных маркетах. Осталось самое сложное, но приятное - пижама. На телефон, кстати, теперь начали звонить. С разных номеров, между прочим! То есть, Сынхван решил подойти к делу масштабно. Впрочем, Ли не собирался больше тратить время на этого шизика - просто включил автоматическую защиту от спама, которая блокировала вообще все незнакомые номера. Требуемая пижама обнаружилась только в третьем по счёту магазине, когда Минхо уже был готов поддаться более лёгкому пути и приобрести для младшему кигуруми-белку. Но мягкая, махровая пижама кислотных цветов с не менее кислотными инопланетянами подмигнула ему с вешалки - и была тут же куплена, благо, размеры у них были почти одинаковые, а оверсайз для домашнего облачения, по мнению Ли, был только в плюс. Минхо был полностью уверен в своём плане. Как ни крути, а держать всё в тайне от Хана было достаточно нечестно, так что даже если Джисон решит обижаться, или ругаться, или даже драться - пусть будет так, старший твёрдо решил принять все последствия своего решения без колебаний. И всё же Ли немного нервничал, нажимая кнопку дверного звонка. Вдруг Хан таки обиделся? Или ему стало хуже? Или он вообще спит? Но нет, всего через полминуты за дверью послышались шаги, дверь щёлкнула замком и… - Хён?! - Ага, - Ли лукаво улыбнулся. - Не ждал? Что, успел уверовать, что избавился от меня? - Да-а-а, - преувеличенно серьёзно протянул Хан, хотя его лицо так и светилось. - Думал - неужели занудный хён наконец-то от меня отстал?! Но если по-честному, - он потянул старшего за рукав и неловко обнял одной рукой, - я скучал. И обижался. И скучал ещё больше. Ты вообще с чего вдруг приехал?! И что это за баулы?.. Только не говори, что переезжаешь в другую страну и пришёл попрощаться! На лице Джисона отразилось такое отчаяние, что Ли только глубоко вздохнул и крепче обнял этого несносного идиота, который умудрялся за секунду раздуть из мельчайшей мухи здоровенного слона. - Ты угадал, - сказал Минхо, не в силах отказаться от маленького розыгрыша, - я и правда переезжаю. За котами Феликс присмотрит, - и, дождавшись неверящего взгляда Хана, продолжил, - все те три, - или сколько там? - дня, в течение которых ты ещё на домашнем больничном. Наблюдать за тем, как постепенно на лице Джисона загоралась лампочка “эврика” вместе с осознанием - бесценно. Потому что складка между бровями разгладилась, глаза младшего засияли космическим сиянием, а мягкие щёки из-за широченной улыбки стали ещё более беличьими, так, что нельзя было удержаться от соблазна потянуть их в разные стороны. - На твоём ужасном диване, кстати, я спать не собираюсь, - тут же добавил нотку ворчания в этот сироп Минхо. - Так что или сам там спи, или смиряйся с мыслью, что будем на одной кровати спать. - Что?! - притворно удивился тот. - Ну ты и зажра-а-а-ался, хён! - Ещё как, - со смешком протянул Ли и потеснил младшего в сторону, заходя в его квартиру. - Более того - я ещё и еду с собой привёз, чтобы не готовить на твоей жуткой кухне! И ещё кое-что… Но сперва давай поедим, лад…но? - он не успел договорить, когда Джисон, закрыв дверь, обнял его до хруста костей, ещё и, не глядя, чмокнул куда-то в уголок губ, смазанно, но приятно, чёрт возьми. Романтика, как есть, если бы не… - Хён, ты настолько голодный?.. - Это просто бабочки наконец-то запели. Да, в животе. - Давай тогда есть… И расскажешь, куда ты пропал, это не обсуждается!