Луриам и её приключения

«Только время даёт прорасти семенам истории, принесённым ветром».

…С той истории на Драконьем хребте, когда Наби сорвалась из Мондштадта, ведомая только интуицией, и успела вовремя, чтобы спасть Кэйе жизнь, прошло достаточно времени, чтобы все тревоги чуть поблекли в памяти. Пережитое точно ещё сильнее сблизило их, и Наби казалось — отношения с Кэйей стали глубже, точно собирались переродиться во что-то совсем уже серьёзное. И всё же они оба, будто сговорившись, не обсуждали ни то, что случилось, ни то, что чувствуют. Наби безумно ценила каждый миг, что они проводили вместе, наверное, потому её словно ударило под дых, когда она случайно заметила Кэйю в городе. Кэйа не видел её — он был очень и очень занят. Он улыбался цветочнице, которая придерживала корзину со свежими упругими бутонами одной рукой. Девушка едва ли не таяла от внимания, румянец захватил скулы и даже кончики ушей у неё алели. Можно было только догадываться, что там за умопомрачительные комплименты или какие непристойные предложения озвучил Кэйа. Наби замерла, не в силах ступить ни шагу, а сердце забилось тяжело и больно. Кэйа в этот момент чуть наклонился и что-то прошептал цветочнице на ухо. Та немедленно поднесла ладонь к лицу, чтобы скрыть смущённый смех. Развернувшись резко, Наби едва сумела сдержаться, а не устремиться тут же в небо охваченным пламенем драконом. Быстрым шагом она направилась к ближайшей винной лавчонке, и девица за стойкой с первого взгляда поняла, что ей нужно, протянув большую кружку с вином и ничего не спросив при этом. Терпковатый привкус вина — не самого лучшего, ну так и что же! — немного привёл Наби в чувство, гнев сменился глухой неприятной обидой, но с этим всё же можно было как-то жить. Оглянувшись на вход, точно Кэйа мог внезапно там появиться, Наби нахмурилась и сделала ещё пару глотков. Внутри назревало желание получить объяснения. Не то чтобы они с Кэйей клялись друг другу в верности или… хм… начинали отношения — Наби и сама не могла понять, отчего в ней всколыхнулась такая ярость, — но она была бы рада услышать, что… ну, что эта девица с улицы — не просто какая-то там. Что Кэйа флиртует с ней потому, что, допустим, внезапно влюбился. Тогда Наби бы поняла, она… стала бы хорошим другом, который поддерживает и всё такое. Да, она просто хотела бы знать до того, как увидела эту нелепую сцену на улице! Или, быть может, она желала убедиться, что Кэйа флиртует не со всеми подряд — как он флиртовал и с ней, — а только лишь с теми, кто действительно ему нравится. Снова начиная закипать, Наби залпом прикончила кружку и решила, что непременно задаст Кэйе пару вопросов. Она выскочила на улицу и пронеслась в противоположном направлении, но, конечно, ни Кэйи, ни девушки-цветочницы там уже не было. Впрочем, если где искать вторую, было совершенно непонятно, то где обнаружить Кэйю, Наби знала точно. Она всё-таки выпустила крылья и взмыла в воздух. *** …Кэйа теперь оставлял для неё окно открытым. Наби рассказала ему, как разыскивала его, и когда они оба вернулись в Мондштадт, он начал оставлять для неё это окно, абсолютно уверенный, что она никогда не станет пользоваться дверью, как обычные люди. Это было мило, и Наби ценила этот момент. По-настоящему ценила. Но теперь, едва зависнув перед подоконником, она кубарем вкатилась через него внутрь и замерла на ковре, раздражённая, как кошка, которой наступили на хвост. Может, этот жест на самом деле ничего не значил?! Может, Кэйа совсем-совсем не выделяет её из череды других. Может, для него это естественно, как вот такой вот флирт на улице! — С кем ты там флиртовал на улице?! — вырвалось у Наби тут же, едва ли не с рычанием. Кэйа, вошедший в комнату, когда услышал шум, удивлённо воззрился на неё: — Что? — переспросил он, словно правда ничего не понял. — Я не… — Девица с цветами, — напомнила Наби, резко поднимаясь и хватаясь за первую попавшуюся вазу. О, в ней в одно мгновение забурлила огненная ярость! — И не лги, что ты не флиртовал с ней, — и она швырнула вазу прямо в Кэйю, он едва успел отскочить, а осколки разлетелись по полу с жутким грохотом. — Какая ещё девица? — Та самая! — вспылила Наби ещё сильнее, бросив в него вазу поменьше. Он едва успел заслонить лицо. — Дуру из меня не делай! — Цветочница? — Кэйа примирительно поднял руки вверх. — Эй, ну послушай, пожалуйста! Наби! Услышав собственное имя, Наби, уже схватившая очередную вазу, всё же замерла, недобро сощурившись. — Я даже имени той девушки не запомнил, — продолжил Кэйа, но его слова только разожгли едва начавший гаснуть огонь. Наби тут же швырнула вазу об пол. — Тем хуже!.. Ты… — Да успокойся наконец! — он рванулся вперёд и схватил её за запястья неожиданно сильно, совершенно не испугавшись возможного сопротивления. — Я не флиртовал с ней. Я делал заказ. — Что?.. — Наби дурашливо наклонила голову. Она не ожидала такого ответа, и потому ярость в ней неожиданно погасла, вместо неё пробудился интерес. — Заказ? Зачем тебе сдалась цветочница? Что ты мог у неё заказывать?.. — и опять нахмурилась. — Для кого ты мог заказывать цветы? — Иногда ты просто невыносима, — чуть улыбнулся в ответ Кэйа, но так и не отпустил её. — Что ж, будем считать, что сюрприз не удался. Наби фыркнула, но всё же почти успокоилась. Продолжая всё так же подозрительно щуриться, она сказала совсем уже не таким воинственным тоном: — Какой-такой сюрприз?.. *** …Наверное, Храм тысячи ветров когда-то был удивительно прекрасным местом. По крайней мере, величественные руины и сейчас впечатляли, а барельефы и скульптуры подсказывали, как, должно быть, замирало сердце у каждого, кто поднимался по каменным ступеням. Но Наби видела эти руины множество раз, и их очарование постепенно поблекло, пусть старые камни и выглядели действительно великолепно в лучах уходящего солнца. Она не понимала, зачем Кэйа привёл её именно сюда. Она уже раз двадцать спросила про сюрприз, но в ответ получала только уклончивую улыбку! Наконец, он даже попросил её закрыть глаза, и это она тоже не понимала, хоть и послушалась. Не понимала ровно до того момента, как Кэйа легонько коснулся её локтей, позволяя посмотреть вперёд. Наби предполагала, что там увидит. В конце концов, она не жаловалась на память! Но когда действительно взглянула на залитые рубиновым солнцем упавшие колонны и потёртые ступени, не сумела сдержать судорожный вздох. Все они словно полыхали в закатном свете из-за сотен цветов — жёлтых, оранжевых, алых, багряных цветов! В центре этого великолепия стоял сервированный на двоих стол, поблизости оказалась корзина с вином и закусками. Наби сглотнула и удивлённо посмотрела на Кэйю. — Это… это что такое?.. — А ты не понимаешь? — усмехнулся он и вдруг обнял её. — Так ведь сегодня годовщина, Наби. Год назад ты свалилась ураганом на Мондштадт. Ты стала так дорога мне. Я хотел, чтобы этот день был особенным. Мне показалось, что эти цветы… похожи на тебя. Наби глупо улыбнулась, заморгала, стараясь поскорее сморгнуть слёзы, чтобы те не успели сбежать по щекам. Ничего не получилось, но Кэйа осторожно вытер эту внезапную влагу и кивнул, словно бы ничего не произошло: — Поужинаешь со мной? — о, он так улыбался! Так тепло, так лукаво… Так нежно. — Если ты больше никогда и ни с кем не будешь флиртовать, — прошептала Наби совершенную глупость, потому что сердце её не билось — оно трепетало, а горло сжимало, и слёзы снова хотели побежать по щекам. Она была тронута до глубины половинки души. Кэйа же торжественно кивнул: — Ни с кем, никогда! …Закат угасал, но над Храмом тысячи ветров загорались звёзды.