Аконит: Проклятое наследие

Путь в лес лежал через старое кладбище, которое навевало не самую позитивную атмосферу. Всё по закону жанра, всё слишком очевидно. Даже скучно. Что могут сделать мертвецы в день цветения? Для них этот праздник буквально отражал самую низкую энергию. На интересный поворот событий не стоило даже и надеяться. Чанбин никогда не верил в эти глупые легенды и росказни, но какая-то часть сознания всё же похолодела от предстоящих событий. Ему выпала возможность поприсутствовать на ритуале получения жизненной энергии, но чем он обернется? Может Хенджин вообще превратится в лягушку с топором. Чанбин усмехнулся. Мозг в стрессовых ситуациях всегда нес какую-то ересь, но это и успокаивало. Хенджин молчал, сосредоточившись на направлении потока энергии. Всё ещё ощущалось слабо, поэтому он хватался за любую нить. Дыхание стремилось выползти из-под контроля, что нарушило бы всю операцию, а аура с треском рассыпалась бы у него на глазах. Никакие «уплотнения» про которые втирают экзорцисты в данном случае не помогут. Любой человек может ощущать ауру, но вот найти волну энергетического потока — нет. Капельки пота стекали по лбу и застилали глаза. Казалось, он прорывается сквозь стену из колючих зарослей. Хенджина всё время что-то останавливало, цепляло или кто-то? Ради этого человека Хван и рвется в лес ночью. Если они не намерены более скрывать свои личины, к чему томить? Кинжал на готове, Чанбин сжимает новенький ятаган. Но всё же… Быть не может такого, что кто-то намеренно… — Осторожно! — рука Со хватает за шкирку и тянет на себя. Прямо перед шагом земля провалилась вниз на добрых два метра. — Аккуратнее! Ты же не хочешь, чтобы наши будущие парламентеры со стороны зверобоя разочаровались в нас так рано и таким позорным образом? — Хенджин кивнул и поблагодарил. Дыхание чуть было не нарушилось. И всё из-за этой глупой выходки! Ночной лес в период цветения Аконита похож на маленький космос. Заглянешь за ветку, а оттуда вылетает маленькая вселенная в виде радостных светлячков. Сегодня праздник, сегодня они встречают гостей. Ветки изредка цеплялись за полы плаща, ноги все больше утопали в густой траве, приобретшей синеватый оттенок. Хенджин расслаблялся. Он чувствовал, они близко. Левая рука отодвигает густую крону клена. Перед взором открывается невероятнейшей красоты склоны. Кроны деревьев раступаются перед ними, пропуская вперёд, словно по красной дорожке. Трава под ногами приветливо шелестит, указывая верный путь. Перед глазами возникает огромное чёрное поле, на котором разбросаны мериады цветов в виде звезд. Картину сверху полностью копирует маленькая поляна с виновником торжества во главе. Кузнечики запевают задорную песню, светлячки же собираются в хороводы, кружась в чарующем танце. Хенджин подсаживается ближе, оглаживает тёмно-синий шершавый лепесток. Предплечье отзывается лёгким трепетом, а в организм, словно по трубам, начинает течь энергия. Хенджин сравнивал себя с алхимическим сосудом. В нескольких готовых колбах был насыпан порошок и залито несколько веществ, не хватало лишь катализатора. Эмоции били ключом, неведомая сила ощущалась по всему телу. Хенджин обернулся и заметил как, стоявший позади него Чанбин, завороженно смотрит на все манипуляции. В его взгляде было искреннее любопытство, а ещё там загорелась та самая искра. Искра, позволяющая людям жить. Искра, позволяющая людям найти смысл их жизни, их главную цель. Хенджин отряхнулся и подошёл ближе. Взял ладонь Чанбина за руку, прося подойти ещё чуть ближе. Тепло. С ним было невероятно тепло. Но ощущение это было настолько феерично и легко. — Совершишь ради меня безумный поступок? — спрашивает с озорной улыбкой, большим пальцем поглаживая ладонь. — Совершу — Чанбин отвечает незамедлительно. Весь он сосредоточен лишь на синем блеске глаз, которые находятся непозволительно близко от него. — А со скалы ради меня спрыгнешь? — Спрыгну- Со отпускает горячую руку и уже готов нырять в пропасть, зовущую его. — Придурок, как же на тебя легко действует магия — Хенджин подхватывает его за плечи и снова соединяет ладони. — Больше не поддавайся на такое, иначе сгинешь в бою. Я сделаю тебе оберег. — Хенджин берет два маленьких камушка, верёвку и один из флаконов. Заключительным элементом должен стать лепесток. Хван наклоняется к цветку, бережно срывая один из них. — Теперь нам понадобится сделать ещё одну важную вещь — говорит вкрадчиво, не скрывая истинных чувств. Чанбину кажется что он спит, но если бы это было так, он не захотел бы больше просыпаться. Лишь бы видеть Хвана счастливым чуточку дольше. — Я снял заклятие, поэтому спрошу ещё раз. Готов ли ты пойти ради меня на отчаянный поступок, Со Чанбин? — Я готов умереть за тебя. Насколько бы громко и банально это не звучало, но только так я смогу доказать свою преданность- Чанбин решается и смотрит прямо в чарующие омуты без тени стеснения. Именно сейчас он чувствует как открывается дверь в его сердце. Чувствует что готов доверять. — Нам следует скрепить наше обещание защищать друг друга всегда. Мне будет нужна твоя кровь, позволишь? — Для тебя, всё что угодно — Хенджин резко делает небольшой надрез кинжалом. К его удивлению Чанбин даже не моргнул от внезапной боли. Делает такой же разрез на своей ладони, а затем капает на камни, приговаривая: «Кровью нас не оборви, две души соедини». — Готово, надевай- Чанбин берет новоявленный кулон из рук и одевает Хенджину на шею, невесомо касаясь кончиками пальцев. По коже бегут приятные ощущения, сила теплится в организме, но где-то в районе солнечного сплетения поселилось что-то ещё? Хенджин одевает кулон на шею Чанбина на что тот лучезарно ему улыбается. Большой палец оглаживает скулу и находится непозволительно близко от таких манящих алых губ. — Они следят за нами? — одними губами спрашивает Со, указывая в противоположном направлении. — Именно так, не подавай виду — отвечает Хван, придвигаясь ближе. Игра началась.