⁷
15 июня 2023 г., 15:05
Уже на следующей неделе Антон вместе с остальными был прямо в Санкт-Петербурге. Дорога заняла не более одного дня, а казалось, что и меньше. Но зато какой она была! Шастун никогда не отличался требованиям к роскоши и удобствам, но перед глазами ещё долго стояли свисающие ноги с верхних полок плацкарта, бабушки с чемоданами, набитыми едой, и шелест картишек из местного "Лас-Вегаса".
К большому удивлению Антона, его спутники тоже вели себя спокойно и невозмутимо, словно обстановка вокруг них не заменилась на толкучку из людей. Ему казалось, что вот-вот и кто-нибудь обязательно сорвётся, завопив что-то на подобии: «Да ты вообще в курсе, кто я такой?!». Но никто не срывался. Никакие вопли посреди этой своеобразной идиллии не разражались и никто не лез «качать права».
Его мнение о команде «Импровизации» всё ещё не сложилось в единый цельный пазл. Держало то, что называлось обратной стороной занавес. Хоть на деле и случилось, что никто из ребят не оказался самовлюблённым идиотом, а Серёжа Матвиенко так вообще был довольно малодушным человеком в простой людской жизни.
Про Арсения Попова и говорить нечего. Для него потребуется отдельный разговор, отдельная страница, глава, а может даже книга. Но Антону было безумно стыдно после того случая в парке. Сконфуженный, он забрался с ним в один поезд, сел на место напротив и только потом почувствовал усталость от переизбытка этих чувств. Арсений был подобен вихрю, который ворвался в размеренную, налаженную собственными руками жизнь Антона и перевернул всё вверх дном, разбил все старательно вновь склеенные тарелки.
Шастун чувствовал себя увлечённый им, занесённый в этот безумный поток. Но как только всё сделало круг и вернулось на прежнее место, вернулся и разум, который поспешил сообщить парню о том, что пора бы выбраться отсюда и сделать перерыв. И Антон послушал его, решив в действительности немного отступить от своего интереса и выдвинуть вперёд собственный отдых и спокойствие. Анархия, как говорится, мать порядка.
***
Прекрасная северная столица необъятной России – Питер! Антон в силу своих возможностей и сложного прошлого практически не выезжал за границу Москвы, стараясь удержаться на и так трудно доставшемся месте в огромном мегаполисе. Про родной Воронеж страшно было вспоминать, но как ни крути, именно оттуда начался его тернистый путь, именно это серое место заставило шевелиться и подавать признаки жизни. Не хотелось сгинуть там, где-то под голым потолком такой же бесцветной панельки, каких было тысячи и больше. Шастун раскрыл окно своего номера. Такой жест уже вошёл в привычку, во что-то необходимое, когда мысли путались, а в голове раздавались одни лишь «гудки поездов». Если погода Москвы не шибко часто баловала своих жителей хорошей погодой, то Питер был настроен более серьёзно и всегда держал здешнюю температуру в ежовых рукавицах. По-осеннему ледяной ветер ворвался в небольшой номер. Он бесцеремонно облетел все углы комнаты и не смог добраться лишь до запертой ванны, зловеще поддувая под дверь. Антон сразу же отскочил от окна, но закрывать не стал. Он полюбил холод и его внезапность. Только он помогал опомниться и действовать благоразумно. Парень устало приземлился на кровать, заодно проверив её на мягкость. Бесспорно, здесь было намного лучше, чем в его съёмной квартирушке. Александр Алексеевич позаботился о команде, не пожалев денег и на него, и забронировал неплохой такой отель. Пяти звёзд он, конечно, не имел, но сравнить Антону было с чем. На лице у парня появилась тёплая улыбка от мысли, что он действительно стал частью команды и здесь его воспринимают всерьёз. Вечернюю истому прервал телефонный видеозвонок. На экране загорелось «Мать». Оценив уровень своей обиды на данный момент, Антон всё же ответил, чуть отдаляя мобильник на вытянутой руке так, чтобы в кадр попало не только его лицо. – Да, мам, привет. На дисплее появилось лицо женщины. Её блондинистые волосы даже через телефон сверкали голливудским блеском. Но возраст брал своё: глубокие носогубные складки уже становились слегка заметными, особенно выражаясь при улыбке, а небольшие морщинки делали её карие глазки такими маленькими, но взгляд её по-прежнему оставался живым и энергичным. – Привет, сынок. Как меня слышно? – Подобая своему поколению, которое ещё не перешло на «ты» с современными технологиями, женщина пыталась настроить видеозвонок максимально удобно, при этом нахмурившись и слегка приоткрыв рот. Её силуэт туда-сюда мельтешил в камере, когда она заглядывала во всевозможные углы своего ноутбука, словно пыталась поймать нужный ракурс. – Всё хорошо, мам, не переживай, – Растягивая как жвачку каждое слово, нудно проговорил Антон. Он знал, что если она ещё возьмётся за настройки, то сегодняшний вечер точно никогда не закончится. – Что-то случилось? – А почему это я не могу позвонить своему сыну просто так? «Ты и позвонить просто так? Когда это мы успели так сблизиться?» – С горькой усмешкой подумал парень, но в живую предпочёл пропустить вопрос мимо ушей. – Вы там добрались? Как всё прошло? – Не зацикливаясь, продолжила женщина. – Всё хорошо, мам, – Повторился Антон. – Мы уже заселились. Александр Алексеевич сообщит, когда съёмки утвердятся, и назначит дату нашего возвращения. – Ой, ну поскорей бы вы приехали. Ты не представляешь, где у меня сидит эта утренняя кухня, – Женщина наигранно закатила глаза и вздохнула. – Они как узнали, что место освободилось, так и ломанулись снимать на несколько выпусков вперёд своё шестьдесят плюс шоу. Видите ли, и в таком возрасте у людей нет ограничений! Ну так конечно, в наше время и не с таким количеством лет за спиной на кухне горбатились, а то и на заводе... Женщина продолжила перечень своих возмущений к, как она потом назвала, старпёрской тусовке. Антону показалось это забавным и он позволил себе наконец расслабиться в её компании, сопровождая нескончаемый монолог лёгким смехом. Заметив, что смогла вызвать некоторое одобрение у сына, мать удивлённо замолчала, а потом и вовсе расплылась в нежной улыбке. Успокоился и Шастун, но на его лице всё ещё играли нотки радости. Приятное молчание воцарилось между ними, что-то семейное новым чувством, почти неизвестным бедному ребёнку, отдало в груди... – Кстати, я чего звоню, – Словно внезапно резанув по нежной ткани, начала женщина. «Конечно, как я мог поверить. Сам виноват». Каждый раз Антон надеется на чудо и каждый раз наступает на те же грабли. – К нам тут в студию забегала странная девушка, чуть не сорвала важные съёмки. Искала этого вашего Арсения Попова, вся такая напряжённая, шебутная, бесцеремонная, – Женщина прищурила глаза, будто вспоминая что-то. – Кажется, Кирой представилась. В общем, передай ему, чтоб успокоил свою даму, а то меня она не поняла. Просто если она ещё раз тут появится, я даже не знаю, что учудить может, а мне это, как ты знаешь, не нужно... «...Лишние хлопоты и проблемы» – закончил про себя Антон её фразу. Он её знал. Знал наизусть и на практике. Она не любила сложностей, не любила внезапных изменений, кажется, и чувств тоже никогда не любила. Они ведь заставляют человеку быть привязанным к чему-то, давать какие-то обещания, держать слово. А это сложно. Интересно, с мужем у них тоже был «просто секс» или эта женщина всё же способна на родственную связь? Во всяком случае, точно не сейчас. Сейчас, и уже с детства, она была просто женщиной, в чьи обязанности, к её сожалению имеющиеся, входило обеспечение ребёнка материальными вещами, но не духовно и никак иначе. И всё это из-за ухода мужа. Кто-то спивался, опуская руки, но для неё это обратилось в другую сторону. С каждым днём она становилась всё более независимой и... простой. Товар – оплата Услуга – деньги Проблема – решение Всё просто и без каких-либо тебе других отступов. Ни влево, ни вправо. А теперь будь добр, встань в очередь. – Антон, ты тут? – Лёгкое замешательство послышалось в вопросе матери. – Да, мам, я уже пойду спать, очень устал сегодня. Спасибо, что позвонила, Арсению я завтра передам всё. Пока. И не дожидаясь ответа, сбросил звонок. Парень не злился на женщину, не был в ней вновь разочарован. Он уже не ребёнок и все эти чувства пережил давным-давно в детстве. Зато смог напомнить себе, что так уж получилось, но в целом мире он один и никто не будет ему помогать, даже если родная мать пытается извиниться и устраивает тебя на работу. Люди не меняются. И опять этот Арсений. Только получилось выкинуть его из головы со всеми его вещами, а он снова везде.***
Вскочив с утра по будильнику с мягкой кровати, которая оказалась райским местом, Антон заставил себя незамедлительно отправиться в ванну, чтобы умыться, хотя глаза всё ещё никак не разлеплялись. Не первый, но не менее важный рабочий день стоило провести достойно, поэтому к выбору одежды Шастун подошёл более ответственно, по крайней мере серые джинсы и чёрная футболка выглядели вполне гармонично, особенно в дополнении с серебряной массивной цепочкой, которую парень давно не выгуливал. Прочие аксессуары (многочисленные кольца и браслеты) уже настолько въелись в образ Антона, что тот машинально при выходе вооружался ими. Спустившись вниз к уже собравшимся, Антон присоединился к общему завтраку. Как оказалось, завтрак и ужин были заранее включены в услуги отеля, за что Шастун был отдельно благодарен. Обед же придётся добывать самому, ибо именно в это время большинство постояльцев находятся вне отеля, и такой сервис оказывается невыгодным. Казалось, парни были куда расслабленнее Антона, несмотря на то, что, в отличие от него, именно им выступать на сцене перед практически новой публикой и в новом месте. Шастун же в свою очередь периодически чувствовал лёгкую дрожь при мысли о незнакомой обстановке и городе. Да, он научился выживать и бороться. Но он научился это делать только в Москве, и это выглядело настоящей проблемой, похуже прежних. Завтрак прошёл спокойно, мужчины постоянно о чём-то беседовали, меняя непринуждённые темы так же легко. Когда все закончили, неспеша вставали со своих мест, чтобы финально подготовиться и собраться у выхода, откуда все вместе поедут на место съёмок. Дождавшись момента, Антон выцепил Попова. Конечно, для важного разговора. – Арсений, у меня дело небольшое есть... Антон уверял себя, что всего лишь передаст ему то, что должен, но только открыв рот, заробел как мальчишка и запутался в собственных словах. В памяти всплыл разговор в парке. – В общем, мне вчера ма... Екатерина Сергеевна звонила. Сказала, что там тебя какая-то девушка ищет. Приходит на студию и всем мешает. Ты не мог бы... Поговорить с ней? Арсений, молчавший до сих пор, выглядел так, будто между ними никогда ничего неловкого не происходило. Его взгляд вновь не выражал каких-либо эмоций кроме спокойствия и невозмутимости. Мужчина глянул на парня, словно они были просто знакомыми. «Мы и есть просто знакомые!» – Голос разума отчаянно пытался напомнить Антону о его твёрдом решении по временному отрешению от «поисков сокровища». – Она не сказала тебе, как зовут девушку? – Ровным голосом спросил Арсений, попутно нажимая на кнопку лифта. Антон опомнился только сейчас. Пока он пытался справиться с собственными мыслями, они уже зашли в лифт. Парень нервно закусил губу. Обстановка напрягала, а особенно бесчувственное спокойствие этого мужчины! – Нет, она не говорила мне. - После некоторого молчания, не скрывая неуверенности, ответил Шастун. Антон соврал, сам не понимая своих мотивов, но в голове крутилось только одно: «В смысле ты спрашиваешь как её зовут? Какого хера?». И неужели их действительно так много, что необходимо уточнять имя? Лифт остановился на третьем этаже. Оба вышли и остановились друг напротив друга. Внезапно Антон захотел спросить о том, как Попов узнал о нужном этаже, но пазл моментально сложился, когда парень вспомнил о том, что когда они заселялись, то оказались на одном и том же этаже. Кажется, вечер действительно выдался трудным и уставший Антон забыл многие мелочи. – Что ж, скажи мне обязательно, если вспомнишь её имя. Я постараюсь что-нибудь сделать. Мужчина сделал акцент на слове «вспомнишь», слегка улыбнулся и, развернувшись, направился в свой номер, который находился на противоположном конце коридора. Антон остался смотреть ему вслед, вновь поражённый Поповым. Неужели он и вправду не умеет врать?***
Шастун в немом восторге наблюдал за залом откуда-то сбоку, где был тёмный коридор и выход на сцену. Козырное место, проверенное временем. Артисты ещё не вышли, но люди уже собрались и ожидали начало шоу. Кончики пальцев покалывали в предвкушении чего-то нового и невероятного: здешний зал полностью отличался от их домашнего. Даже гримёрки и площадка за сценой были другими, в особенности размеры. Чтобы не потеряться в таком пространстве, Антон старался далеко не уходить от ребят и по большей степени держаться у Александра Александровича. Тот навешал на него очередную работёнку с документами, но парень не торопился за них браться. Уж слишком много интересного было вокруг. Внезапно, как будто скрываясь в тени у стен, появился мужчина, резко вынырнув из-за угла, где начинался зал. Он был немного ниже Антона, но крупнее в несколько раз. Шастун не смог разглядеть незваного гостя, но зато уловил запах алкоголя. Причём дешёвого. В полумраке парень разглядел его широкую улыбку. – Э, молодой. Дай пройти по-братски. Антон почувствовал себя обязанным остановить своего рода нарушителя. Вход в закулисье доступно только для артистов и персонала, так что этому мужчине явно здесь не место. Но вместо того, чтобы позвать охрану, парень решил разобраться с ним лично, отлепляясь от стены и загораживая собой проход. – Извините, но вам сюда нельзя. – Слышь! – При отказе, с лица выпившего ушла улыбка. – Мне пройти нужно. – Я повторюсь, что сюда нельзя... – Я чё тебе говорю?! Мужчина перешёл на повышенный тон, так что зал прекратил перешёптываться и обратил на них своё внимание. Антон поёжился. – Ты глухой или чё? Надо, блять, пройти мне! – Его речь была плавающей, как обычно бывает у пьяных, а тяжёлыми шагами он будто настигал парня, проходя всё дальше в глубь. Не успел Антон ответить, как на его плечо легла чья-то тяжёлая рука и свесилась вниз, касаясь кончиками пальцев груди парня. Шастуну хотел обернуться, да и нужды в этом не было: рядом с ним, практически вплотную, выросла высокая фигура, от которой исходил знакомый запах кофе. Антон поморщился. Опять кофе. Но во всяком случае это было лучше мужика, от которого разило дешёвым пойлом. – Уважаемый, что произошло? – Промурлыкал Арсений, словно не обращая никакого внимания на Антона, но всё так же держа свою руку на нём. Неожиданно его длинные пальцы практически незаметно начали вырисовывать на груди у Антона невидимые узоры, едва касаясь его чёрной футболки. По рукам Шастуна прошли мурашки и он немного дёрнулся от такого жеста, будто его ударило током. Но руку не сбросил, наблюдая за дальнейшими действиями Попова. Страх или удовольствие? – И ты тоже глухой, а? – Мужчина покосился на парней. – Мы приносим извинения, –Взгляд Арсения был твёрдым, но на губах играла лёгкая улыбка. – Но вам действительно сюда нельзя. Антон, переставший принимать участие в разговоре с момента появления Попова, больше не смотрел ни на кого. Его глаза устремились куда-то в тёмный зал, но казалось, что он и вовсе не смотрел. Всё его внимание сконцентрировалось на ощущениях, на руках Арсения, которыми мужчина делал то, что ему хотелось. Насколько это вообще адекватно? Что происходит? Тем временем выпивший гость ещё раз перекинул свой взгляд то на одного, то на другого и тихо, практически неразборчиво кинул: – Педики. – С этими словами он тяжело развернулся и ушёл обратно во мрак, скользя вдоль стен. Двое, оставшись наедине, ещё какое-то врея смотрели ему вслед. Но тут Арсений убрал свою руку с плеча парня и провёл пальцами по его спине, как бы завершая эту странную сцену. Антону показалось, что мужчина не хотел прерывать своего рода контакт и сделал это очень нехотя. Арсений первым развернулся, причём в сторону Шастуна, и, остановившись у него прямо над ухом, шумно вдохнул воздух. Всё это длилось жалкие секунды, но ощущение было на несколько минут, часов... Насладившись чем-то известным только ему, Арсений удалился обратно в темноту коридора, оставляя Антона одного. Парень слушал глухой стук его кроссовок о жёсткое покрытие и позволил себе отмереть только после того, как они совсем утихли. Залетев в ближайшую кабинку туалета, Антон судорожно упал на пол, прислонившись спиной к двери. Места было мало, но именно сейчас душа требовала уединения. «Что за пиздец сейчас произошёл?». Шастун вытянул деревянные руки вперёд и заметил в них лёгкую дрожь от самых кончиков пальцев, словно трава качалась на ветру. «Блять, блять, блять...» Мысли путались, мешая здравым идеям приходить в голову. Здесь окно не откроешь. Казалось, только сейчас парень смог осознать всю странность ситуацию, если, конечно, не плачевность. Сначала эти непонятные взгляды, ощущения, интерес... Неужели и интерес не был столь простым, каким он казался Антону всё это время? Или Шастун сам себя отговаривал от этого? В панике, парень включил телефон и зашёл в браузер. Поисковик мгновенно заполнился голыми фотографиями женщин в самых откровенных позах. «Ну же!» Антон судорожно листал, выискивал то, что ему могло понравиться. Раньше же работало! Раньше. Но сейчас парень не чувствовал никакой реакции, даже когда перешёл на просмотр самого настоящего порно. Время летело птицей. За тонкими стенами уже послышались голоса, музыка и прочие признаки того, что шоу началось. Сколько он тут просидел? Антон подумал о том, что ведь сейчас, на этой сцене, выступает тот самый человек. И вероятно, он спокоен как всегда, словно ничего не было... При воспоминаниях об Арсении, Антону припомнилась их недавняя встреча, щекочущие пальцы мужчины на его груди, взгляд холодных голубых глаз, обволакивающий запах этого приевщегося кофе, тёплый плед... Тут парень почувствовал, что в паху одновременно сладко и болезненно потянуло. Осторожно опустив взгляд, он заметил бугор, выпирающий из его чёрных джинс. Антон уронил голову вбок и тяжело промычал, осознавая собственное поражение.***
Обеденный перерыв подкрался незаметно. Несколько часов съёмки прошли незаметно практически для всех. Антон успел сделать порученное ему задание и ускользнул на задний двор, что было чёрным входом. Он не хотел попадаться кому-либо на глаза, а особенно Арсению. Всё было куда проще, когда он сам не понимал собственных чувств. Всё это сильно отразилось на парне, который только недавно выкинул мужчину из головы, а теперь он вновь тут и теперь он уже не просто знакомый. Шастун выкуривал порядком третью сигарету, так что весь его стильный образ полностью пропитался запахом сигарет. Взглянув на время, он принёс с собой еду быстрого приготовления, которую прикупил заранее, залил кипятком из небольшого термоса и, усевшись на бетонные ступеньки, поставил рядом с собой, попутно вытаскивая новую сигарету. Даже разобравшись с собственными чувствами, Антон не успокаивался: «И что теперь делать?» Тяжелая дверь на пружине отворилась и позади парня появился человек. Шастун не стал оборачиваться. Даже не стал мысленно умолять кого-нибудь о том, чтобы это был кто угодно, но не Попов. Но это был Попов. Мужчина, оглядев обстановку, сел на другом конце ступенек. Между ними стояла баночка заваренного пюре, на которую Арсений тут же посмотрел. Антон не стал поворачиваться к нему, смотреть в его глаза, которые ужасно притягивали. Он продолжал машинально подносить сигарету ко рту и выпускать едкий дым. Если тогда, в магазине, ему было стыдно перед мужчиной, то сейчас он, сидя здесь при всём этом нездоровом, беспокоился далеко не об этом. – Тогда, в коридоре, от тебя исходил более сладкий запах, – Подал голос Арсений, то ли пошутив, то ли серьёзно высказавшись. Шастун лишь фыркнул. На самом деле, парню даже нравился запах табака и сигарет, хотя он всегда старался не курить в общественных местах и позволял себе делать это только наедине. Но этот сам нарисовался! – Ты что-то хотел? – Антон оторвался от своей зависти и невозмутимо спросил, наконец посмотрев на Арсения второй раз за целый день. «Какой он красивый, чёрт». Но лицо по-прежнему выражало умиротворённость. – Хотел тебя пригласить. Сердце сжалось в комок, пульс участился. Сколько можно Арсения Попова на сегодня?! – Ты вечером не занят? – Продолжил Попов, внимательно следив за движениями парня. Антон сделал вид, что думает. На самом деле он просто тянул время, чтобы не казаться таким доступным. Конечно он не занят, чем ему заниматься в незнакомом городе? Он бы мог прогуляться по знаменито-красивым местам Питера, но когда Арсений спросил... – Нет, вроде никакой работы у меня нет, – Медленно ответил Шастун, словно прожёвывая каждое слово. – Тогда приходи сюда к девяти часам. Ничего не объяснив, мужчина поднялся и, слегка коснувшись плеча Антона, зашёл обратно. Всё в репертуаре Попова. Парень в очередной раз судорожно затянулся, теряя самоконтроль, который так старательно держал в присутствии Арсения. Кажется, ему больше не нужно придумывать «что делать», ведь Попов только что нашёл ему занятие.
Примечания:
Какие лучше: Большие или маленькие главы?)
