Не ломайся, Шаст

      Антон переминался с ноги на ногу. Уже несколько минут он сверлил взглядом ту самую железную дверь, не решаясь зайти. А может ну его? Весь оставшийся день он бессмысленно слонялся по неизвестным ему улицам, стараясь привести мысли в порядок, а сейчас вновь идёт туда, где его старания будут изорваны в пух и прах. К чему всё это?       Он уже смирился со своим внезапным влечением к этому мужчине, а тело предательски подтвердило. Так когда же настанет конец? Долгожданное умиротворение? Неужели было недостаточно признать своё поражение, чтобы эта непонятная и изрядно выматывающая ситуация закончилась?       – Чего ты ещё хочешь-то, – Уже вслух пробормотал парень и, опустив голову, нерешительно потянул дверь на себя.       Внутри оказалось так темно, что Антон невольно подумал: «Хоть глаз выколи». А может никакой встречи здесь быть не должно? Может, Арсений забыл или даже пошутил... Но лёгкое раздражение уже подкатило к горлу, неприятно сдавливая его. Он зря что ли тащился сюда? Даже в номере с самого утра не был, всё из-за приколов этого Попова.        И Антон сделал шаг во мрак. Казалось, что не только физически. К чему приведёт эта встреча? Он не знал.       Тяжёлая дверь медленно захлопнулась, и Шастун поёжился. Эта ситуация напомнила ему моменты из ужастиков и парень поторопился включить фонарик на телефоне. Он огляделся по уже немного знакомому коридору, но никаких признаков жизни не обнаружил. Только сейчас в голове промелькнула мысль о том, что он понятия не имел, куда конкретно его позвали.       – Арсений, – Негромко сказал Антон, прислушиваясь к звукам.       Ничего. Будто он действительно был здесь один. Но внезапно Шастун краем глаза заметил слабый огонёк откуда-то из того коридора, где произошла стычка с нетрезвым гостем.       – Арс..? – Уже более жалобно позвал парень, словно котёнок, который потерял маму.       Аккуратными шагами Антон стал приближаться к источнику света. Он решил выйти сразу на сцену через закулисье, чтобы лучше оценить обстановку и в случае чего сразу дать дёру.       Но буквально выскочив из-за поворота, Шастун застыл от неожиданности и удивился куда сильнее, чем если бы встретил полтергейста. Прямо на сцене, на которой сегодня выступала команда Импровизации, при тусклом освещении, стоял круглый стол, покрытый белоснежной скатертью. На нём красовался уже поданный аппетитный ужин: две порции запечённой картошки с кусочками самого привлекательного стейка, какой только видел Антон. На отдельной тарелочке в большом своём многообразие стояли соусы, а посередине был лёгкий салат, включающий в себя несколько овощей.       Непроизвольно рот парня наполнился слюной, но Шастун не позволил себе долго думать одним лишь желудком. Стараясь не замечать всю эту красоту, он посмотрел по сторонам, но к его удивлению Арсения нигде не было. Тут, как по зову, из мрака вышел и сам мужчина, держа в руках два бокала.       Заметив парня, Арсений будто не удивился. На его лице тут же заиграла уже знакомая лёгкая улыбка, и он приблизился к Антону.       – Прости, я не знал, пьёшь ли ты вино, – Вместо приветствия Арсений лишь указал на бокалы, будто извиняясь за то, что они до сих пор не на столе. – Поэтому принёс их в последний момент.       Антон находился в культурном шоке, поэтому не знал что ответить. Да и вообще надо ли говорить что-то в такой ситуации?       – Присаживайся, мы никого больше не ждём. – Заметил Арсений.       Парень недоверчиво покосился на него, но всё равно исполнил его приказ. Опять он поддаётся на его, казалось бы, просьбы. Но почему он тогда не может ослушаться их?       Только после того, как Антон уселся, мужчина позволил себе занять место напротив. Шаст всё ещё искал подвох во всей этой ситуации. А может он просто хотел с ним поговорить, а после продолжить свидание с очередной девицей? Антон не удивился, если бы Попов действительно успел подцепить поклонницу в первый же день. Но он сказал, что больше никого не ждёт...       – Что это? – Руки Антона всё также оставались неподвижны и лежали на коленях, будто парень боялся дотронуться до притягательной трапезы, которая стоял прямо перед ним.       – Тебе назвать каждый продукт по отдельности или ты с этим уже справился? – Ухмыльнулся Попов, но в его голосе не было ноток издевательства. – Я позвал тебя на небольшой ужин. Готов поспорить, что твой сегодняшний обед мало чем отличается от остальных приёмов пищи.       – Это же не значит, что ты теперь будешь меня постоянно кормить?       Но мужчина не ответил, проигнорировав слабое замечание Антона, что ещё больше смутило Шастуна.       – Пожалуйста, поешь, – Взгляд Арсения смягчился и он взялся за приборы. – Не могу похвастаться тем, что приготовил это сам, но оно тоже стоит внимания.       Антон впервые услышал от своего собеседника просьбу. Казалось, будто с этой откровенной фразой сорвалась и маска с лица мужчины: он наконец-то расслабился и вёл себя естественно, что разрядило обстановку и, в свою очередь, помогло Шастуну сделать то же самое.       «Ну ладно, Арсений Сергеевич, раз вы так настаиваете...»       Антон всё ещё недоверчиво и робко, но притронулся к еде. Первым в рот отправился кусочек мяса, который будто просился быть съеденным, словно говорил: «Съешь меня», как в одной из книжек, которые Шастун читал в детстве.       Стейк так и таял во рту, что Антон даже слегка непроизвольно прикрыл глаза. Он действительно давно не ел простой, а особенно такой вкусной пищи.       Арсений молча наблюдал за парнем и лишь изредка позволял себе улыбнуться больше обычного, когда видел реакцию Антона или подмечал иные милые вещи в нём.       Первые десять минут необычного ужина прошли в гробовом молчании. Шастуна более не напрягала странность обстановки, наоборот. Парень начал видеть креативность и некоторую экстравагантность в выборе места, но это только добавляло шарма к стараниям Попова. Как он вообще умудрился притащить всё это сюда? Первым нарушил тишину Арсений, достав бутылку сухого красного вина откуда-то из-под стола и разливая его по бокалам:       – Кстати, ты назвал меня Арсом.       Антон, загипнотизированный едой, резко оторвался от неё и уставился на мужчину, пытаясь понять, о чём он говорит.       – Да, было дело, – В темноте Шастун действительно впервые так назвал Арсения, когда искал его. – Я случайно. Тебе не нравится? Прости, я не знал.       – Нет, наоборот, – Попов убрал бутылку обратно. – Называй меня так почаще.       Антон смутился, но взгляда не отвёл. Если бы не слабое освещение, то он явно бы спалился из-за покрасневших щёк, которые пылали почти с самого начала встречи от напряжения и удивления. Но Попов не позволил парню долго заливаться краской и передал ему бокал вина, налитый ровно до половины.       – Ты ещё молод, но надеюсь, что тебе не поплохеет, – Сказал Арсений, пластичным движением руки вращая вино по стеклянным стенкам бокала.       Антон скривился. Ему явно не понравилась шутка Попова, но приняв этот своеобразный тост, он одним движением залил в себя всё вино, что держал в руке. В рот отдало терпким и горьким вкусом божественного нектара. Помимо того, что Шастун не умел правильно дозировать алкоголь, так его вкусовые рецепторы настолько отвыкли от спиртного, что он почувствовал себя подростком, который с друзьями в тайне от мамы впервые пьёт.       Но Антон не хотел показаться перед мужчиной зелёным новичком, каким тот его буквально назвал. Поэтому парень почти со слезами на глазах проглотил всё вино, мысленно проклиная себя за такой опрометчивый поступок и попытался изобразить что-то типо улыбки. Но вышло это куда хуже, чем он мог себе представить, и Арсений, заметив это, ухмыльнулся, но вслух ничего не сказал.       Спустя некоторое время алкоголь развязал языки сразу двум, хотя казалось, что Попов совсем не пьянел, но тоже поддерживал разговор. Это вполне было объяснимо его, видимо, большим опытом и умением пить. Хоть Антон и не был в хламину и продолжал чувствовать себя, зато перестал ощущаться тот барьер стеснения и страха, который мешал ему всё это время.       Шастун оживлённо рассказывал мужчине о его прошлой учёбе, о приюте и даже историю Ханта от начала до конца. Арсений внимательно слушал парня и иногда задавал уточняющие вопросы, а порой дополнял рассказ чем-нибудь своим. Но как таковой информации об этом человеке Антон в конце концов узнал не много.       Вдруг, когда парень вновь взял роль ведущего на себя, Попов расслабил галстук и растянул тугую петлю, бросая её вниз. Галстук вальяжно повис ниже, чем был. Антон, заметив этот жест, замолчал и только сейчас обратил внимание на одежду мужчины. В отличие от парня Арсений успел переодеться в белую рубашку, строгие брюки и чёрный галстук.       «Вот же чёрт. Как на собеседование вырядился». Но Антон лишь невольно сглотнул, блуждая взглядом по одежде Арсения. Что же не так с этим мужчиной? Алкоголь позволял эмоциям не сдерживаться и парень тупо уставился на Попова, в упор разглядывая его. Мужчина, заметив это, подался вперёд и, оперившись головой на руки, с хитрой улыбкой будто бы промурчал:       – Ты хочешь что-то спросить?       Глаза Антон больше не прятал и не стеснялся своих бесстыдных действий. Мама ведь учила, что пялиться неприлично! Но сейчас ему было плевать на все приличия. Он больше не чувствовал стыда и поэтому решил воспользоваться этим.       – Тебе разве не девушки нравятся?       От такой неожиданности у Попова округлились глаза так, что их голубизна в полумраке стала ещё более видна, но изумлённая улыбка не уходила с его лица. Но Антон оставался невозмутим, словно они поменялись местами.       «Так-то, сучка»       – Я вправе решать кому отдавать свои предпочтения, – Неоднозначно ответил Арсений, явно играя с Шастуном.       – А парни? – Всё никак не унимался Антон, думая, что наконец-то ситуация под его контролем и сейчас Попов вскроет все свои карты.       – Да.       Ответ поразил парня, что тот невольно закусил губу. Он не думал, что Арсений так просто ответит ему и ощутил, будто он только что отпустил канат, который они так старательно перетягивали, и Антон упал на землю, жёстко приземлившись.       – А тебе? – Внезапный вопрос Попова добил его, забрав то ложное ощущение, когда Антон чувствовал собственный контроль над ситуацией.       Мужчина искусно игрался с ним, заставив его же самому выйти на такой откровенный разговор. А Шастун повёлся! Повёлся как первоклассник.       – Я не знаю, – С некоторой неуверенностью пробубнел парень, уже отводя взгляд.       Он, конечно, осмелел и даже ответил, но ощущение неловкости пробрало до самых костей.       – А ты хочешь узнать?       Внезапно Антону показалось, будто глаза мужчины блеснули в тусклом освещении. Он смотрел уверенно, словно был самый обычный разговор с самыми обычными вопросами. Но сколько тайн крылось за этим обворожительным взглядом...       Шастун вновь сглотнул и почти незаметно кивнул, где-то в глубине души желая, чтобы это жест всё же остался без внимания. Но Арсению не нужно было повторять дважды. Мужчина решительно встал со своего места. Напряжённый Антон тут же подскочил, словно послушный пёс по команде. Алкоголь позволил ему говорить смело, но на деле его движения стали неловкими и неуклюжими, когда всё дошло до действий.       «Вот он, мамкин интернет-герой» – Нервно сглотнул парень, жалея о своих громких и дерзких словах, которыми он так просто разбрасывался. Теперь уже его глаза быстро бегали в ожидании последующей развязки того, что он сам же накрутил. Как далеко готов зайти этот мужчина?       Попов медленно подошёл к парню, как охотник загоняет жертву в угол. Теперь они оба почувствовали расставленные роли в их напряжённых отношениях. Или они такими казались только Антону? Мужчина подошёл так близко, что Шастун ощутил его дыхание на коже. Щекочущий знакомый запах кофе вновь окружил парня со всех сторон. Антон осмелился взглянуть в его голубые глаза, которые впервые были прямо перед ним. Их голубизна больше не виднелась в этом итак тусклом свете, который загородил парень.       Но Арсений смотрел решительно, наблюдая за каждой эмоцией, выступавшей на лице у Шастуна. Мужчина провёл пальцем по руке Антона от самого запястья. От этого лёгкого движения стало щекотно и приятно одновременно так, что от переизбытка эмоций и ранее выпитого алкоголя Антон прикусил губу, стараясь не позволять себе лишнего. Он не хотел спугнуть Арсения.       Тут парень перестал чувствовать прикосновения Попова и хотел уж было посмотреть вниз, чтобы разобраться, в чём дело. Внезапно холодные пальцы взяли его за подбородок и слегка приподняли уже опускавшуюся голову. Антон дёрнулся от неожиданности, но сопротивляться не стал. Он сощурил глаза, не зная, надо ли их уже закрывать или нет. Арсений испустил свой фирменный смешок ему в губы, от чего Шастун шумно выдохнул и втянул живот. Напряжение взяло вверх и парень был похож на дрожащего зайца, которого всё же настиг хищник.       Арсений не дал парню опомниться, как неожиданно подтянул его за подбородок к себе и накрыл мягкие губы своими. Это невинное, даже детское соприкосновение вызвало огромный выброс адреналина у Антона. Парень так сильно закрыл глаза, что в темноте перед ним появились разноцветные фейерверки.       «Но разве не этого, твою мать, я хотел всё это время?» – Последний отголосок разума помог Антону окончательно разобраться в самом себе. И, решив, что терять уже нечего, он поддался всем телом вперёд, накрывая обеими ладонями лицо мужчины. И вновь Арсению повторять дважды не нужно. Получив обратную реакцию на свои действия, Попов обхватил двумя руками парня за талию и уже грубее впился в невинные губы, которые, дай Бог, когда-либо соприкасались с другими.       Неожиданно Арсений проник языком, властными движениями прижимая парня к себе. От этого Антон слегка промычал, тая в руках мужчины. Его ладони уже вовсю изучали лицо Попова: парень то проводил большими пальцами, ощущая лёгкую щетину на лице Арсения, то зарывался в его мягкие волосы, непроизвольно сжимая их. Рука мужчины, которая вроде бы только что была на талии, пробралась под чёрную футболку и блуждала по накалённому телу Антона. Затем вторая...       Тут Антон почувствовал, что Арсений переместился на грудь и торс, а его движения стали резкими. Он сжимал талию парня и так же быстро возвращался наверх, задевая чувствительные соски. Шастун вспомнил, как застукал мужчину в гримёрке с поклонницей. Как большие руки Попова обвивали тонкую и хрупкую талию. Интересно, на его это будет смотреться таким же образом? Но Антон поспешил отогнать эти размышления, подумав, что он всё же не девушка и телосложение у него другое. Арсений, будто прочитав его мысли разорвал поцелуй:       – Ты прекрасен, – Тихо прорычал мужчина, кусая Шастуна за мочку уха, от чего тот завалился головой ему на плечо и отрывисто простонал.       Оторвавшись от губ Арсения, Антон только сейчас заметил как болезненно тянуло в паху и явно не хватало места. Парень был так увлечён Арсом, что не придал этому никакого значения и хотел было продолжить страстный поцелуй, но положение Антона не скрылось от глаз мужчины. Хотя тот сам был на пределе, Попов, не спрашивая разрешения, лёгким движением руки расстегнул ширинку на джинсах Шастуна и высвободил уже давно твёрдый член парня, требующий внимания.       Почувствовав холодные руки на нежной плоти, Антон вовсе завалился на мужчину и вжался в него, стараясь устоять от новых ощущений и волны эмоций. Арсений по-хозяйски провёл по горячей головке кончиком пальца, всё ещё дразня Шастуна. Парень издал тихий стон, скорее походящий на скулёж, и прохрипел:       – Пожалуйста...       Попов тихо усмехнулся и полностью обхватил твёрдый ствол ладонью, оставляя большой палец на головке. Обильно выделяющаяся смазка позволяла руке свободно двигаться по члену. Арсений разрешил парню немного отдышаться и привыкнуть, а после жадно впился в нежную кожу на шее, одновременно начиная движение рукой. Антон более не сдерживал себя, громко постанывая в плечо Попова и извиваясь при каждом новом прикосновении. Контрастом были поцелуи на его шее, которые совсем скоро перешли в укусы. Арсений оставлял всё новые и новые засосы на коже своей жертвы, в то время как его ладонь стремительно наращивала темп.       «Да что я, блять, творю?». Но Антону было впервые так хорошо. Он не мог поверить в то, чем сейчас занимался с человеком, который всегда был для него загадкой. Всегда вызывал странные эмоции, от которых парень не находил себе места. Но сейчас это было последним, о чём он желал думать. Мысли превращались в густой кисель, отдавая контроль чувствам. Может быть потом Антон пожалеет об этом, но определённо не сейчас, когда Попов откровенно дрочит ему на сцене. Все рамки морали стёрты к чёртовой матери, вытесненные эгоистичными желаниями.       Антон продержался не долго. Полное поглощение Арсением так его возбудило, что, почувствовав скорое приближение пика, парень еле проговорил:       – Я... сейчас... кончу...       Мужчина сделал последнее резкое движение рукой вверх и закрыл пульсирующую головку ладонью, позволяя Антону прижаться к нему всем телом во время долгожданного оргазма. Парень громко простонал сквозь стиснутые зубы, когда горячая сперма наконец вытекла из его члена. Обессиленный, он двумя руками ухватился за шею Попова, словно маленький ребёнок. Арсений оторвался от его уже красной шеи и нежно поцеловал мочку уха, дожидаясь, пока Шаст немного переведёт дух.        После мужчина отошёл и вытер руки салфетками, лежащими на столе. Он довольно осмотрел на уставшего и разгорячённого Антона, который сейчас не был похож сам на себя: слипшиеся от пота взъерошенные кудрявые волосы, покрасневшее лицо и сбивчивое дыхание. Но парень не торопился устанавливать зрительный контакт, почувствовав внезапную волну смущения. Он? Да с Арсением Поповым? Прямо здесь? Он лучше себе глаза выколет, чем ещё раз пересечётся с мужчиной взглядами после такого.       – Я думаю, ты очень устал, – Первым заговорил Попов. – Я тебя отвезу.       Антон осмелился украдкой посмотреть на мужчину. От его глаз не укрылось, что тот сам был возбуждён: строгие штаны натянулись в области паха, явно выражая дикое возбуждение. Шастун робко кивнул спрашивая:       – А ты?       Арсений без кали смущения опустил голову вниз, проследив за взглядом парня, вновь подошёл к Антону и прошептал на самое ухо, от чего волна мурашек пробежалась по ноющей шее парня:       – С этим разберёмся потом, – Попов выдержал долгую паузу. – Надевай штаны и выходи. Я буду ждать тебя.       Осознав, что действительно стоял всё это время со спущенными джинсами, Антон неуклюже наклонился и поспешил натянуть их обратно, быстро застёгивая ширинку. Какой стыд! Но мужчина уже удалился в темноту, приглашая с собой Антона. Шастуну стало внезапно стыдно за всё то, что сейчас произошло. Только сейчас он почувствовал дикую жажду и проблески разума вернули ему здравый смысл. Но на этот раз Антон не испытал всю палитру эмоций, не успел возненавидеть себя за то, что позволил ситуации зайти так далеко.       И, приведя себя в порядок, насколько это было возможно, Антон поплёлся на выход, жалея в глубине души, что Арсений не продолжил их необычный ужин.