О полезных демонах, рыжих кошках и настоящих именах

— Слишком рано, — единственное, что сказал Сиэль, когда в неясном свете раннего утра на аллее показалась чёрная карета в сопровождении четверых констеблей полиции верхом. — В таком случае, господин, — Себастьян поклонился, — стоит также добавить, что наши прошлые посетители явились слишком поздно. — Я отправлю их назад, — решил Джеймс, но Сиэль неожиданно и решительно помотал головой. — Нам только магглов не хватало! — возмутился Джеймс. В конце концов, они все заслужили горячую ванну и десятичасовой сон. Особенно Сиэль с его хрупким сложением. Какого Мордреда вообще здесь забыла полиция? — Джеймс, — Сиэль оглянулся и свёл брови, — я прошу тебя не вмешиваться. Себастьян! Что бы ни случилось, не вздумай напасть на них без моего приказа. Наш противник играет — и я желаю видеть его ход во всей полноте. С тяжёлым сердцем Джеймс снова надел капюшон мантии, становясь невидимым. Себастьян пробормотал, что приказ господина — закон для него. И они оба замерли, следя за развитием идиотского фарса. Всё заняло каких-нибудь пять-шесть минут. Сиэлю предъявили обвинение в убийстве графини Дэшвуд и в предательстве короны, Сиэль заявил, что невиновен, и под конвоем поднялся в карету. Прежде, чем за ним закрылась дверца, он произнёс вслух: — Когда я выйду, с удовольствием послушаю ту забытую школьную историю, — и надменно прибавил, уже устраиваясь на обитом бархатом сидении: — Трогайте! Пусть в Тауэре, но я желаю уже выспаться как следует! Во всяком случае, поднятые над поместьем магглоотталкивающие чары избавили их всех от лишних вопросов. Карета под конвоем покатила обратно между чёрными стволами деревьев. Кто-то шумно вздохнул у Джеймса над ухом. Оказалось, слуги плотной кучкой собрались и провожали хозяина. Горничная шмыгнула носом и спросила: — Ты защитишь господина, Себастьян? Демон обернулся, слегка растянул губы в улыбке. — Разумеется, в конце концов, кому, как не дворецкому семьи Фантомхайв, это под силу. *** — Мы можем просто прижать к стене Хамфри, — сказал Джеймс, подавляя зевок. — Это ведь точно он. Себастьян посмотрел странным взглядом, и Джеймсу стало неуютно. — Что? — Ты можешь отправляться к Хамфри, если желаешь, Джеймс, — негромко произнёс демон. — А я буду исполнять приказ господина. Правда, я рассчитывал просить тебя о помощи. Хогвартс — не то место, куда демон может зайти без труда. Они разговаривали в частично разрушенной гостиной. Слуг видно не было — разбрелись приводить дом в относительный порядок. Себастьян с невозмутимым видом заварил Джеймсу чай, куда-то отлучился на несколько минут — вернулся с эклерами из лондонского магазина. — Себастьян… — Я не отвечу на твой вопрос, Джеймс. Моя роль проста — я не более чем пешка своего господина. И если господину угодно, чтобы я сделал шаг вперёд — я его сделаю. Джеймс устало потёр переносицу. Он отдал бы все сокровища мира за возможность поспать, но не мог позволить себе отдых, пока Сиэль в тюрьме. — Хогвартс, значит. Ты ведь понимаешь, что мы теряем время? Если бы Хамфри сознался, всё бы закончилось. Демон пожал плечами, ясно показывая, что его этот вопрос не беспокоит. Джеймс произнёс: — Темпус. Заклинание показало шесть часов тридцать четыре минуты. Раннее утро. — Завтрак в Хогвартсе в девять. Пока пройдём к замку — потеряем полчаса. У нас будет два часа на поиски, дальше придётся затаиться до десяти и подождать начала уроков. До обеденного перерыва все будут слишком заняты, а мы продолжим искать. В обед уйдём. Себастьян выслушал план и согласно кивнул, а Джеймс, надев мантию-невидимку, накинул на него дезиллюминационное заклятие. Взял за узкое твёрдое запястье и произнёс, уже почти не ощущая дискомфорта от совместного перемещения: — Аппарейт! Их ударило ногами о замёрзшую припорошённую снегом землю. В Лондоне и окрестностях до сих пор стояла поздняя мрачная осень, а на севере уже пришла зима. В туманном утреннем сумраке проступали белые шапки гор, чёрные кромки лесов и серые контуры замковых башен. Деревня вокруг понемногу просыпалась — распахивались ставни, выходили на улицу люди. Они замирали на пороге, зябко тёрли руками плечи, ругались и скрывались обратно в домах. Далеко на окраине брехали собаки. Мимо промчался серебристо-жемчужный Патронус — крупная лисица. Джеймс проследил за ним и дёрнулся всем телом, немедленно хватаясь за палочку. За оградой, в полях, примерно на том месте, где много десятилетий спустя возникнет Воющая хижина, висели в воздухе два дементора. Закутанные в рваные плащи, они слегка покачивались на ветру — такая кошмарная пародия на воздушных змеев. Патронус-лисица добежал до ограды, сверкнул и словно бы втянулся в невидимый, но, кажется, надёжный защитный купол. Не прошло и минуты, как Джеймс заметил Патронуса-ворона — он тоже влился в защиту. Похоже, купол защищал жителей от дементоров. А дементоры защищали школу и деревню от врагов. Оставалось только радоваться, что мантия-невидимка надёжно скрывала Джеймса от внимания подобных тварей, а Себастьян их уж тем более не мог заинтересовать. Но какого Мордреда? Кто вообще это придумал? Джеймс собирался тихо спросить Себастьяна, что он думает об этом, обернулся — и не издал ни звука. Демон стоял, сливаясь с ландшафтом, но было очевидно, что его взгляд устремлён на замок. И хотя черты лица расплывались, Джеймс угадал с точностью выражение восторга и затаённой тоски. Для самого Джеймса старинный замок стал домом. Самым прекрасным, самым волшебным местом. Местом его первой не совсем настоящей смерти. Местом, за которое совсем не страшно умирать. Джеймс любил Хогвартс всей душой — и не бывал в нём после окончания войны. Сейчас, глядя на него, он ощущал одновременно огромное счастье и тупую тянущую боль. Но он совершенно не ожидал заметить отголоски собственных эмоций на лице демона. — Мне приятно видеть его вновь, — тихо проговорил Себастьян. — Вновь? Что ты делал в Хогвартсе? — То же, что я всегда делаю в мире людей. Служил, — демон отвернулся от замка и совсем растворился в воздухе — не угадаешь, о чём думает. — Ворота не пропустят чужака, Джеймс. И, тем более, они не пропустят меня. — О, я не собирался идти к воротам, — пробормотал Джеймс. — Я здесь учился… Буду учиться. И стану далеко не самым примерным студентом. Пошли. Понимая, что Себастьян не видит его вовсе, он взял демона за рукав и потянул по улице. Хогсмид, который он знал и любил, ещё не построили — ни «Сладкого королевства», ни «Сов», ни «Зонко», ни «Трёх мётел» не было и в помине. Над тем местом, где позднее будет располагаться кафе для влюблённых, висела крепкая дубовая вывеска: «У Паддифута, лучшее пиво». А на месте «Кабаньей головы» стояло почтовое отделение с конюшней. К счастью, главное было на месте. Из Хогвартса в его время вело семь потайных ходов, если не считать новый, из Выручай-комнаты, и нечеловеческий — лаз василиска. Джеймс понятия не имел, где сейчас начинается тот вход, который в его времени выходил в подвале «Сладкого королевства», зато безо всякого труда отыскал за старыми погребами люк в проход, ведущий на пятый этаж школы. Себастьян без труда сдвинул тяжёлую каменную заслонку и первым прыгнул вниз. Джеймс пролез следом и внезапно почувствовал лёгкий укол сожаления. Ему было точно известно, что по этому ходу любил выбираться из школы его отец с тройкой лучших друзей. Джеймс в своё время часто нарушал школьные правила и выбирался из замка неоднократно. А однажды, наоборот, проникал внутрь потайным ходом, минуя охрану. Несмотря на этот внушительный опыт, Джеймс не мог унять бешеного сердцебиения. Он нервничал. Но не потому что боялся быть пойманным — ему, скрытому под одним из Даров Смерти, в компании могущественного демона, едва ли что-то грозило. Но ему до стука зубов было страшно вновь оказаться в стенах Хогвартса. Как встретит его замок? Что, если узнает? Или отвергнет? Бессмысленные заполошные мысли метались в голове, пока он спускался по земляным осыпающимся ступеням и делал первые шаги в тёмном душном проходе. Ему приходилось наклоняться, чтобы не чиркать макушкой потолок. По логике Себастьян и вовсе должен был сгибаться в три погибели, но вместо этого демон фыркнул, перетёк в кошачью форму и поспешил вперёд, сверкнув алыми глазами. Джеймс освещал себе путь тусклым слабым Люмосом. Его свет пару раз прогнал тощих крыс и один раз высветил поломанный птичий скелетик, но больше ничего интересного не было. Ход полз под землёй, петлял, поднялся немного, круто опустился — и в какой-то момент резко повёл наверх. Выход закрывало огромное, в два человеческих роста зеркало. Во времена Джеймса за ним были только камни — проход однажды обвалится. Но пока он отлично сослужил свою службу, и даже зеркало не скрипнуло, выпуская в коридор незваных гостей. Хогвартс спал. В ранние утренние часы даже самые злостные нарушители порядка уже успокаивались и засыпали в постелях. Все ночные баллы были сняты, все взыскания — наложены. Деканы ослабляли бдительность, старосты, до часу ночи патрулировавшие школу, досматривали десятый сон. Конечно, не спали привидения — но Джеймс сомневался, что встретится хоть с кем-то из них. Неупокоенные души предпочитали держаться от него на максимально возможном расстоянии. Себастьян рядом принял человеческий облик, и Джеймс возобновил дезиллюминационное заклинание. Демон слился с каменной стеной. Пора было приступать к поискам.