Опасное прикрытие

      Последующие несколько месяцев прошли в пьяном угаре из алкоголя, сигарет и ультранасилия. Он брался за самые грязные и отчаянные заказы. Бесил федералов. И кажется, потерял последние остатки инстинкта самосохранения. Даже Талия писала ему по этому поводу, называя гребанным суицидником. Перед этим правда звонила, но трубку Джейсон не взял. Пробовал он потеряться и в безудержном сексе. Однако стоило ему кого-нибудь склеить и начать втрахивать в кровать, как перед глазами тут же вставал образ хрупкого, бледного птенчика, а от других тянуло блевать.       Чтобы он не предпринимал, чем бы не занимался, забыть Тимоти не получалось.       Запустив пустой пивной банкой в стену комнаты, которую временно снимал, Тодд устало откинулся на спинку кресла и провел ладонью по лицу, смывая очередное наваждение. Однако фото на экране не изменилось. На него действительно смотрел Тимоти Уэйн.       Зараза!       Он просто зашел посмотреть: есть ли интересные заказы, а не… Какому самоубийце пришло в голову вновь заказать Уэйна-младшего?.. Последний, кто рискнул, остался не то чтобы без головы. Без своей маленькой империи зла. Наверное, для дедули Ра’са это было равносильно. Впрочем, Джейсон всегда считал, что сверх замудренные планы ничем хорошим не заканчиваются.       Мысли пьяно расползались, и он усилием воли собрал себя воедино. А может, это сделало осознание, пустившее адреналин по венам. Блять, блять, блять! Трясущимися пальцами он, едва попадая по тачпаду, поспешил взять заказ, понимая, что счет может идти на секунды.       Тимоти… И на месяц оставить нельзя, сразу влип в очередную историю.       С трудом добравшись до кухни, Джейсон поставил кофе, всыпав сразу несколько ложек, чтобы покрепче. В том, что он находился на другом конце света, его смущало только одно — пока долетит, с ума можно сойти от беспокойства.       Плевать! Он и так не в себе. С тех самых пор, как увидел эту занозу в заднице.       С губ сорвался обессиленный стон. И он буквально повис на столешнице, словно его разом лишили и сил, и костей. Ну какого хуя, вообще? Он в жизни так быстро не трезвел. Мысли разбегались как напуганные светом тараканы. Кофе. Ему нужен кофе. У напитка, убегающего на конфорку, имелось на этот счет свое мнение.       Пришлось все начинать сначала, и это бесило. Однако Джейсон упрямо повторил ритуал, чтобы сделать глоток обжигающего напитка, не чувствуя его температуры. Едва только почувствовав эффект, схватил телефон, чтобы заказать билеты на самолет и сделать пару звонков.       И первый из них по номеру, который так и не удалил. Не Тима, нет. Его он заблокировал, как только получил первую смс. Ну ладно. С десяток другой смс. Настырный птенчик. Который утверждал, что все понимает, не обижен и ждет. А Джейсон бы обиделся. Если б его так кинули. Любой бы нормальный обиделся. И забыл бы об обидчике. Беда в том, что Тим нормальным никогда и не был.       Мысли опять разбегались, но ему пришлось собрать их в кучу, прежде чем нажать на вызов.       — Слушаю, — послышался хриплый со сна голос Ричарда.       Черт. Разница во времени!       — Привет, — ляпнул Джейсон, точно они расстались вчера после вечеринки. — Извини, что разбудил, — его голос тоже хрипел, только от неловкости и волнения. — Это Тодд.       — Кто? — непонимающе пробормотал Грейсон, но уже через мгновение судорожно выдохнул. — Бл…ин! Джейсон, чтоб тебя! Где ты? Где тебя носит? Ты в порядке?!       От такого напора Джейсон даже опешил. Кажется, Уэйн-старший все же рассказал старшему из сыновей о… о нем. Не сразу решился продолжить, но дело не терпело отлагательств, а может, и часов перелета.       — Да. Я… в норме, — выдохнул он, не намеренный посвящать кого бы то ни было в агонию и угар последних месяцев. — Дик, во что опять вляпался Тимоти? Его заказали!       — Что?! — неверяще переспросил Дик, судя по звукам соскакивая с постели, чтобы, запутавшись в одеяле, рухнуть на пол, матерясь так, что уши в трубочку свернулись. — Я, блять, без понятия! Он вообще не в городе. В Смолвиле с Коннером! Там связь не берет!       А вот это небезынтересная информация. Джейсон прикинул в уме сколько и как будет добираться до «жертвы».       Коннер. Это тот приятель Тимоти. Неожиданный укол ревности на миг выбил из колеи, но Тодд усилием воли отогнал образы, что нарисовало не в меру богатое воображение. Это нормально. Во всяком случае, Коннер не самый плохой выбор. Он сможет позаботиться о Тимоти и, возможно, заставить его забыть чувства к единокровному брату.       Так будет лучше.       — Адрес.       Джейсон готов был поклясться, что этот перелет был самым длинным в его жизни. А ведь даже не трансатлантика! А дорога до Смолвиля и вовсе перегрела и без того напряженные нервы. Ох уж этот птенчик — любитель забуриться в какую-нибудь жопу мира.        До города добрался только под утро: усталый и злой. Отыскав нужную ферму, Джейсон проник на территорию, чтобы несколько бесконечных минут наблюдать издали, но ни в одном из окон не виднелось ни света, ни движения.       Хотелось надеяться, никто не решил перехватить заказ, и он не опоздал…       Сердце забилось, и он сделал несколько глубоких вдохов, изгоняя из крови адреналин. Приблизился к чужому жилищу, замечая приоткрытое окно на первом этаже. Какая беспечность… И он с легкостью в него забрался, приподняв створку. От вмиг вспыхнувшего желания дать Тимоти трындюлей Джейсон едва не зарычал. Неожиданно вспыхнул свет.       — Привет, — чуть улыбнулся Тим, сидящий на полу в одной не по размеру рубашке и… Чулках. Полупустую бутылку Джека в руках за одежду при всем желании было не засчитать.       Крышу чуть не снесло напрочь. От радости, что жив и невредим. От злости. За то, что заставил беспокоиться и нестись на всех парах через пол мира, забив на все планы. За то, что сидел в рубашке с чужого плеча, вероятно, принадлежащей хозяину дома, или вернее его сыну. От чертовых чулок… Коннера они заводят так же сильно? Что хочется завалить Уэйна-младшего прямо на ковре и гладить через чулки обнимающие тебя стройные ноги?..       — Тимоти… Тимоти, черт бы тебя побрал! Почему тебя нельзя оставить одного ни на неделю?!       — Три, — флегматично заметил Тим.       — Что? — непонимающе моргнул Джейсон.       Щедро отглотнув еще, Уэйн-младший со стуком поставил бутылку на пол и, кинув на Тодда полный обиды взгляд, чуть капризно заявил:       — Ты оставил меня одного на четыре месяца, три недели и два дня.       Прямо посчитал? Джейсон приблизился, чтобы забрать у Тимоти бутылку. Сделал щедрый глоток, разделяя с ним непрямой поцелуй.       — Я же объяснил, почему поступаю так, — сказал он, понимая, что оправдывается. — Или думаешь, мне легко?       — «Прости, мы должны расстаться, потому что наш отец кобель, который не умеет предохраняться», — язвительно процитировал Тимоти, забирая бутылку обратно и также делая щедрый глоток.       — Я не так написал, — заметил Джейсон, невольно любуясь раскрасневшимся от алкоголя Тимоти, больше напоминавшем произведение искусства в этих чертовых кружевных чулках и в этой гребанной рубашке.       — Ты еще скажи, что не это имел ввиду, — фыркнул Тим немного пьяно, обессиленно ломаным движением потирая глаза, словно в них забился песок.       Он же не собрался плакать, правда? Слез Тимоти он уже не вынесет, ему и находиться-то рядом было тяжело. Сдерживать себя, чтобы не броситься к нему, не обнять. Или чтобы не выпрыгнуть обратно в окно, сбегая в ставшие привычными морок и пьяный дурман.       — А если и имел. Речь сейчас не о том. И не говори мне, что не знаешь, за что тебя снова заказали, — попытался Тодд увести разговор в другое, более безопасное и насущное русло.       — Как пиццу? — невесело хмыкнул Уэйн-младший.       — Тим! — не выдержал Джейсон, чувствуя, что закипает.       — Знаю, — устало вздохнув, Тимоти как-то ломано кивнул и вновь потянулся к бутылке.       — Тогда какого хрена ты здесь сидишь?! — Раздраженным жестом Тодд отобрал бутылку, не давая бывшему подопечному продолжать напиваться. Постарался игнорировать колкую боль в груди. Тимоти не шел эпитет «бывший». — Нужно узнать, кто заказчик! Пока он еще кого не подослал!       Схватил было Уэйна за руку, чтобы утараканить прочь, прямо так в чулках и рубашке. Вздернул на ноги, заставив тихо ойкнуть.       — Спокойно, — выдохнул Тим, чуть провернув запястье, но не спеша вырывать руки. — Я знаю, кто заказчик.       — И кто же? — тяжело взглотнув, Джейсон словно завороженный смотрел на Тимоти, отмечая, что тот похудел, а темные круги под глазами стали еще заметнее.       — Стоит перед тобой.       Джейсон нахмурился, не сразу осознавая смысл сказанного. Один взмах ресниц, и вот он уже схватил Уэйна за плечи, встряхнув как следует, отчего голова Тима чуть мотнулась из стороны в сторону.       — Ты ебанулся?! А если бы я не перехватил заказ?!       Господи! Тимоти всегда был с огромными тараканами, но чтобы додуматься до подобного!       — Все равно, — выдохнул Тим, смотря на него как кролик на удава. Чуть облизнул искусанные губы, зрачки его почти заполняли радужку. — Мне плевать. Я хотел увидеть тебя. Или умереть. Мне все равно.       — Тимоти… — слова оправдания, убеждения, укора застряли в глотке. Тим выглядел таким несчастным и потерянным, что все благие намерения полетели к чертям, и Джейсон прижал его к себе. — Нельзя так, — лишь беспомощно выдохнул он.       Тим только уткнулся носом ему в плечо, выдохнул, обжигая дыханием, обнимая руками за талию:       — Брюс — мудак, ага. Но я обещал тебе долго и счастливо. А без тебя оно мне совсем не нужно…       — Это пройдет. Со временем, — попытался Джейсон таки отстоять свою позицию. И только тело, реагируя на желанную близость, скользило руками по напряженной спине Тимоти совсем не по-братски. — Просто доверься мне.       — Я доверяю, — выдохнул Тимоти, прижимаясь крепче, словно надеясь вплавиться в него. — Я доверяю тебе, как никому. Но и ты можешь ошибаться.       И с этими словами коснулся губами шеи, пуская по телу разгоряченный импульс.       — Это неправильно, Тим, — спать со своим братом, — возразил Джейсон, понимая, что теснит того к дивану только, когда Тим уперся в него.       — Да, — согласился тот, повиснув на нем, перевешивая, и они оба упали на мягкую поверхность.       — Это безумие.       И только ладонь уже скользила вверх по затянутой в чулок ноге, и простое, казалось бы, касание, рождало табун мурашек.       — Конечно, — покладисто отозвался Тимоти, подпуская Джейсона ближе, позволяя прижиматься, так по-блядски раздвигая перед ним ноги, что Тодд на мгновение потерял связь с реальностью.       Понимал, что они потом еще пожалеют, но остановиться, отступить на прежние позиции было уже невозможно. Не прошло и нескольких минут, как одежда оказалась разбросана по комнате, а они буквально сплелись в жарких объятьях, как ему мечталось долгими одинокими ночами.       Тим не говорил ни слова, хотя обычно был до безобразия болтлив в постели. Только прижимался и прижимал, целовал и подставлялся под поцелуи, пытаясь получить и отдать как можно больше, растворяя и растворяясь. Стать единым целым. Иначе зачем тогда жить?       В каждом его движении сквозили отчаяние и надежда. Он отдавал себя без остатка, чтобы удержать или взять от последней встречи все.       И Джейсон совсем не удивился, когда, в последний момент вспомнив о смазке, вдруг обнаружил, что Тимоти уже позаботился обо всем, точно просчитал свой безумный план до самой мелочи. Ох, Тимоти, братишка… Как бы ни хотелось ворваться в него и наказать ли, наградить ли, Тодд не спешил, входя сильно, неуклонно, но плавно и аккуратно, боясь повредить свое сокровище. Погружаясь на всю длину, и Тимоти тихо вскрикнул, послушно подаваясь навстречу, делая проникновение более острым.       — Тим… — выдохнул Джейсон, замирая, впитывая это ощущение обжигающей тесноты. Уткнувшись парню в шею, прикусил нежную кожу, оставляя метку принадлежности.       Чувствительный, как и всегда, Тим выдохнул с тихим стоном, стискивая плечи Джейсона почти до синяков, ломкими, но удивительно сильными пальцами, заявляя: не отпустит, не позволит. Бери все, что дают, без остатка. Или дай умереть. Но жить без всего этого он не намерен. Ни сейчас. Никогда. И плевать на все. Он уже говорил это словами. Теперь он говорил языком тела, такого горячего, желанного, податливого, нетерпеливого.       Он слишком долго ждал.       С губ Джейсона сорвался тихий стон. Он никогда не был святым. На его совести и душе много грехов. Так какого черта?! Одним больше, одним меньше…       — Тимоти… — выдохнул он, срывающимся шепотом. — Проклятье! Я люблю тебя.       Губы скользнули по шее вниз.       — Да. Я знаю, — тихо, капельку самодовольно вздохнул Уэйн-младший, чуть выгибаясь навстречу, подставляясь под поцелуи, пока руки его то и дело, будто бесцельно, блуждали по телу Тодда, на самом деле зная все чувствительные и чувственные места, а длинные от ушей ноги, затянутые в чулки, обвивали бедра Джейсона. Маленький хитрец буквально кричал, что Джейсон в ловушке.       Впрочем, время разговоров, размышлений и признаний осталось позади. Сдерживаться стало невыносимо, и Тодд задвигался, доказывая, что еще неизвестно, кто в чьих руках находится. Не переставая ласкать и целовать Уэйна, он заставлял того сгорать и плавиться, глотая стоны, тихие полные страсти. И сейчас ему было абсолютно все равно, явись в комнату Коннер или все его семейство. Сейчас для него существовали только они и будущее, которое снова замаячило на горизонте.       Он не знал какое, не знал, как именно, но теперь даже помыслить не смел о том, чтобы отступиться, отпустить. Никогда-либо потом, ни тем более сейчас, когда он буквально втрахивал Тима в этот мягкий диван, на котором, наверное, так уютно сидеть вечерами, склубочившись под боком сильного надежного Кента, завернувшись в его рубашку.       Мысль эта кольнула до того больно, что Джейсон зарычал, задвигавшись быстрее и жестче, заставив Тима удивленно всхлипнуть, испуганно распахнув глаза. Он дернулся, пытаясь то ли возразить, то ли уйти от внезапной вспышки грубости партнера, руки его скользнули на грудь, будто в попытке оттолкнуть. И теперь Тодда кольнула совесть. В конце концов, это он бросил Тимоти, оставив одного в тяжелый момент, обессиленного, едва живого. Он уехал на край света, эгоистично забывая, что плохо не ему одному. Стоило ли удивляться, что Тимоти пришлось искать утешение на стороне? Спасибо хоть не стал искать далеко и непонятно у кого…       — Прости… — прошептал он, вновь замедляясь, нежно выцеловывая шею, скользя губами выше, по линии подбородка, чуть прихватывая губами гвоздик в ухе, которого не было прежде.       — Все хорошо, — тихо пролепетал Тим, расслабляясь через явное усилие, буквально заставляя себя обнять Джейсона и вновь податься навстречу бедрами. — Я… понимаю. Все хорошо. Продолжай.       Однако, прежде чем вернуться к прежнему темпу, Джейсон скользнул ладонью по волосам Тимоти, откинул с лица локоны, убеждаясь, что страх сменился на напряженное ожидание. И больше не дал повода испугаться вновь. Больше никогда…       — Больше никому тебя не отдам… Слышишь…       Чуть улыбнувшись, Тимоти только кивнул с тихим вздохом-стоном. Думать не хотелось. Только действовать. Только чувствовать. Этот невыносимый жар и невероятно податливое тело, такое чувственное, такое совершенное и отзывчивое, подрагивающее от каждого касания и поцелуя.       Достигнув неизбежного финала, Джейсон крепко обнял Тимоти, еще какое-то время оставаясь внутри, не желая прерывать их единение. Ведь они, наконец, были вместе. Спрятал лицо, уткнувшись в шею, согревая рваным дыханием. И Тимоти также молча дышал ему в унисон, прижимаясь всем телом.       Наконец, решившись, Джейсон заглянул ему в лицо:       — Ты в порядке?       — Да, все хорошо, — Тим улыбнулся ему. Чуть нежно, капельку печально, но так бесконечно влюбленно, что у Джейсона аж сердце защемило. Тонкие пальцы вплелись в его волосы, чуть зачесали уже отросший седой локон, который все руки не доходили закрасить. Для наемника — смерти подобно. Но последние четыре месяца, три недели и два дня он только ее и искал. И он будет самым большим лгуном, если скажет, что не считал эти дни.       — Коннер сильно расстроится, когда узнает? — виновато спросил Джейсон. Хотя, казалось бы, какое ему дело до соперника?       Может оттого, что сих пор Тим и Коннер были друзьями?       — Узнает, что ты трахнул меня на его диване? — хмыкнул Тим, продолжая гладить его по спине.       — Узнает, что я трахнул тебя в его рубашке, — не выдержав Джейсон выплюнул тот яд, что давно просился с языка.       После секундного молчания Тимоти неожиданно расхохотался в ответ. И Джейсон едва дождался, когда тот успокоится, чтобы справедливо заметить:       — Это не смешно.       Не хотелось бы получить на выходе второго Бернарда, как и ранить хорошего человека, каким Кент-младший без сомнения являлся. Не хотелось рушить эту нежную дружбу, неосторожно переросшую в нечто большее.       — Ты — придурок, Джейсон Питер Тодд, — широко заулыбался Тим, нежно погладив его по щеке.       — Чего это? — в миг ощетинился Джейсон.       — Того это, — передразнил его Тимоти. — Не можешь отличить свою рубашку от чужой.       — Моя? — Машинально, Джейсон даже прошелся рукой по ткани злосчастного элемента одежды, пытаясь вспомнить. Впрочем, он бежал в такой спешке, что немудрено что-нибудь забыть. Но зато он вспомнил, что Кент, вроде, предпочитал футболки. — Тим. Я гребанный идиот!       — Но, — поцелуй в губы едва уловимо, — если, мы не, — чувственно прихватить губами кадык, заставив выдохнуть хрипло, — приберемся и не… — сорваться на сиплый шепот от поцелуя-укуса в шею. — Да чтоб тебя, Джейсон! — мотнул головой пытаясь собрать мысли в кучку, взглянул на Тодда даже как-то разозленно. — Я смог спровадить его только на одну ночь! — безразлично скользнуть влажными поцелуями по груди, чувственно прихватив сосок, сорвав с губ беспомощный стон: — … Будет неловко, если он… вернется и застанет нас.       — А, то есть, если бы он поутру нашел твой хладный труп, то неловкости бы не было? — насмешливо спросил Тодд, продолжая ласкать руками столь желанное тело, скользить по ногам, пока кровь вскипала по новой.       — Ой, да иди к черту!.. — пробормотал Тим, подставляясь под эти ласки.       — Только вместе с тобой, — поставил Джейсон условие, устраиваясь удобнее между его ног. Даже если их застукают, он не отпустит Тимоти так просто. — Я тебя теперь никогда не оставлю. Будешь мучиться со мной пока смерть не разлучит нас.       Оставив Тимоти еще одну метку, как доказательство его принадлежности Тодду, он сделал осторожный толчок, проверяя готовность Тимоти ко второму раунду.       И тот был готов, несмотря на словесные протесты, которые, впрочем, тоже вскоре смолкли. Особенно, когда он оказался сверху, упираясь руками в грудь Джейсона, медленно и чувственно принимая на всю длину. Одновременно и доминируя, и подчиняясь. Даря и забирая. Такой разгоряченный, такой невероятно красивый. Непостижимый.       — Тимоти, ты… — голос невольно сорвался от страсти, — бесподобен.       А ему было с чем сравнить. Вот только лица бывших стерлись из памяти, растворились в дымке, которая заволокла прошлое. И он не переставал ласкать, шепча глупые, но приятные слова, иногда пошлые, отчего румянец на щеках Тимоти, становился ярче, но что поделаешь…       — Привыкай, — самодовольно хмыкнул Тим, — больше я тебя никуда не отпущу.       — Совсем-совсем? — игриво усмехнулся Тодд, скользя ладонями по бедрам, чуть задевая кончиками пальцев плотное кружево чулок.       — Если понадобится, прикую наручниками и ошейник надену, — опасно сощурился Уэйн-младший, словно подтверждая серьезность своих намерений, и тут же подавился стоном, стоило Джейсону толкнуться бедрами навстречу.       Тимоти тихо вскрикнул, откидывая назад голову, и Джейсон почувствовал, как сносит крышу. Впрочем, сделав внезапную рокировку, подминая парня под себя, он выждал некоторое время, позволяя тому осознать произошедшее и принять психологически. Больше он не намерен повторять ошибок. Только не тех, что могли причинить Тимоти вред или разлучить их.       — Ошейник, говоришь? — заговорщически хмыкнул Тодд, склонившись к Тиму. — А мне кажется на этой лебединой шейке он будет смотреться куда эстетичнее, — и широко лизнул его тонкую шею, на мгновение присосавшись губами к истерино бьющейся жилке.       Тим хрипло застонал, быстро облизнув вмиг пересохшие губы.       — Широкий из мягкой черной кожи, плотно обхватывающий шею… — еще хриплый выдох, чуть дернувшись в ответ на поцелуй-укус. — Я бы носил его под шарфами и наглухо застегнутыми рубашками. Может, купим поводок?..       Поделился он своей фантазией, клещем вцепившейся в разум Джейсона, заставив хрипло и беспомощно застонать.       Господи! Он влюбился в сумасшедшего!       И только фантазия продолжила жить в богатом воображении, рисуя восхитительные в своей пошлости картинки.       — И вибратор с хвостиком? — предложил он.       — Ты меня недооцениваешь, — хитро улыбнулся Тим, пылая отчаянным смущенным румянцем. Провел пальцем по губам Джейсона и коротко выдохнул, когда тот лизнул подушечку кончиком языка. — Пушистый черный лисий хвост. И ушки…       Джейсон покачал головой:       — Маленький ты извращенец, — тихо засмеялся он, куснув за мочку уха. — Но тебе пойдет.       Однако, шутки шутками, а терпеть он больше не мог, начиная мягко и размеренно двигать бедрами.       Тимоти тихо выдохнул, вновь обнимая Джейсона, прижимая его к себе, вплетая пальцы в волосы на затылке. Шепнул, обжигая дыханием ухо:       — Ты еще скажи, что тебе не нравится…       — Я этого не говорил, — немедленно открестился Джейсон от подобного. Он же тоже не был ангелом…       Ободренный ответными реакциями Тимоти, задвигался быстрее, не в силах сдерживаться, вновь доказывая и себе и Тиму, что теперь Уэйн — его. Целиком и полностью. И доказал бы еще не раз, если бы в конце уже третьего раунда Тим не запросил пощады, заметив что-то про рассвет. И что он убьет Джея, если Коннер их застанет.        — Да брось… он поймет, — возразил Джейсон.       Но, придя в себя после феерического завершения, послушно скатился с измученного его страстью Тимоти, притянув к себе. Тот только застонал в ответ, уткнувшись носом в широкую грудь. Поясница должна болеть нещадно, конечно…       — Он-то, конечно, поймет, — хмыкнул Тим, потеревшись щекой о Джейсона и подняв на него влюбленный и капельку насмешливый взгляд, — но вот его бабушка с дедушкой, если вернутся, перформанс вряд ли оценят.       — Ох уж эти предки… — вздохнул Тодд, однако поднимаясь, чтобы освободить чужой диван и уничтожить следы, что могли открыть Кентам тайны этой безумной ночи. — Тебе, кстати, тоже не следует разгуливать в одной рубашке.       — Ревнуешь? — хмыкнул Тим, поправив эту самую рубашку и обессиленно откинувшись на спинку дивана.       — А разве не ты тут собирался заботиться о чужом ментальном здоровье? — усмехнулся Джейсон в ответ, бродя по комнате в поисках вещей. Не на люстре и на том спасибо.       Одевшись, Джейсон проводил Тимоти до спальни для гостей, в которой тот временно обитал в доме Кентов. Не хватало еще, чтобы тот свалился где-нибудь по дороге. Потом как объяснить, что его просто затрахали до бессилия?.. Пообещав вернуться с горячим крепким кофе, отправился искать кухню. Обнаружив, там, где и водится ей быть во всех приличных домах.       — Он там живой? — точно выстрел в тишине, прозвучал знакомый голос.       Блять!       Блять-блять-блять!       Твою мать!       С трудом проглотив внутренний крик, Джейсон спокойно включил свет и как ни в чем не бывало спросил:       — И давно ты здесь?       Коннер сделал щедрый глоток из своей чашки.       — Я не уезжал.       Джейсон с трудом поборол желание закрыть рукой лицо, готовое запылать от стыда. Отвернулся, ставя на конфорку турку, пряча обличающие эмоции. Попросил:       — Тимоти не говори.       — Ну что ты… Я сам себе не враг, — хмыкнул Кент, вновь сюрпнув чайку или что там у него в чашке плескалось. Сально даже как-то ухмыльнулся: — Зато я теперь знаю, что ему дарить, когда он станет совсем взрослым. Из черной мягкой кожи, говорите?       Ах ты ж!       Пальцы стиснули ручку турки. Пусть только попробует взять привычку стебаться, Джейсон не посмотрит, что друг семьи…       — Не трудись, я сам выберу.       Прислушался. А то как бы Тимоти не спустился. Обоим хана будет.       — Не парься, — заметил Коннер. — Он не встанет до обеда. — Хмыкнул. — Он по-любому не встанет до завтрашнего обеда.       — Ты мне льстишь, — усмехнулся Джейсон.       — Тебе? Ни в коей мере, — фыркнул Кент. — Он не спал неделю. И пил как не в себя все это время.       Джейсон вздохнул, возвращаясь к почти сбежавшему кофе, снимая турку. Застыл над чашками, не поворачиваясь к собеседнику:       — Не смей меня осуждать. Не я нагулял нас на стороне… И факт нашего родства не так просто принять, — качнул он головой.       И тут же почувствовал спиной убийственный взгляд.       — А ему легко было? — процедил Коннер. — Ему было легко выкарабкаться в такой ситуации?!       Казалось еще немного и он вскочит, чтобы полезть в драку.       — Этого я не говорил, — открестился Джейсон от приписанных ему мыслей. Упрямо продолжая начатое дело, разлил по чашкам напиток и полез за сиропами. Сейчас Тимоти не помешает что-нибудь сладенькое. — Знаю, что не просто. Я надеялся, он возненавидит и скорее забудет меня.       — Единственный, кого Тим искренне способен ненавидеть — так это себя, — тихо фыркнул Кент со стуком поставив кружку на стол. Спокойно, даже слишком, заметил: — Если он хочет быть с тобой, пусть так. Я многое могу забыть и простить. Но если ты его еще хоть раз обидишь, я оторву тебе голову.       Тодд мог бы усомниться и даже усмехнуться в ответ на самонадеянные угрозы Кента, но это значило бы нажить врага из ближнего круга Тимоти. Расстроить его. А этого он не хотел и теперь постарается не допустить подобных ситуаций.       — Договорились, — совершенно серьезно ответил он.       Кент только кивнул. Встав в дверях, чуть усмехнулся:       — Ладно. Иди, реанимируй Тима. Я пока диван почищу. А-то родители скоро приедут. И тогда трындюлей получат все. И химчисткой мы тут не обойдемся.       — Уж извини, — передернул Джейсон плечами, — думаю, ковер отчистить было бы сложнее.       Прихватив обе кружки, выскользнул из кухни следом за Коннером, чтобы уже через пару минут толкнуть ногой дверь спальни. И мысленно выругаться. Потому что Тим спал. Спал ровно так, как упал на постель. В расслабленной и одновременно развратной позе, раскинувшись на сбитых простынях в распахнутой, безбожно измятой рубашке. Сколько он уже ее не снимает? Такой потрясающе красивый. И одновременно измученный, и беззащитный.       Вздохнув, Джейсон поставил чашку Тимоти на прикроватную тумбочку. Вытянулся рядом со второй чашкой, крепкого, черного. Откинул с лица рассыпавшуюся челку, любуясь. Как он мог оставить его? И мог бы любоваться бесконечно, если бы запах кофе не защекотал Тимоти в носу, и он бы не заворочался.       — Корнер уже вернулся, да? — сипло пробормотал Тим, аккуратно поворачиваясь на бок, чтобы, не открывая глаз, пристроить руку на талии Джейсона.       — Да, — признал факт Джейсон, не вдаваясь в подробности, в которых можно запутаться и спалиться. Мягко погладил по плечику, наслаждаясь прикосновениями, просто присутствием Уэйна рядом. А ведь мог все это потерять… Идиот! — Спи. Я никуда не исчезну. Обещаю.       Тимоти только и смог, что издать стон умирающего, буквально заставив себя сесть на постели.       — Если хотим успеть до вечера, выезжать нужно в ближайшие пару часов…       — Готэм не так далеко, — резонно заметил Джейсон, присаживаясь рядом и поглаживая напряженную спину.       — Нам не в Готэм, — качнул головой Тим. — В Нью-Йорк.       — Нью-Йорк? — переспросил Тодд, посмотрев на Уэйна, что дотянулся до своей чашки и сделал большой глоток. — Почему Нью-Йорк?       Нет, он был готов хоть сейчас на край света, как они и мечтали, но бежать надо дальше, по-хорошему не только из страны, но и с континента. Джейсон за эти месяцы хорошо накуролесил. Но вряд ли жалел об этом. Не в моменте уж точно.       Но… разве они не собирались забрать Дэми? Тим ведь без него никуда. Да и Джейсон понимал, что, если ему быть с Тимоти, то мышь-малыш идет в комплекте по умолчанию.       — Смилуйся над Диком, он сможет посидеть с Дэмианом только до вечера, итак уже четыре дня с ним, — отозвался Тим между глотками и на вопросительно изогнутую бровь со вздохом пояснил: — Я переехал.       Ах вон оно что. Наверное, Брюс Уэйн и обрадовался, что оба его отпрыска съехали. А может, даже и не заметил… Тем лучше, смогут по тихому смыться.       — Да, надо спасать беднягу. Ты-то выдержишь дорогу?       — Ну, не выдержу, скинешь мой труп где-нибудь по-тихому, и сделаешь вид, что тебя здесь не было, — хмыкнув, отозвался Уэйн-младший, последним глотком осушая чашку кофе.       — Окей. Коннер в курсе твоих планов? Будет нехорошо, если мы просто исчезнем из его жизни.       Неохотно поднявшись, Джейсон поддержал Тимоти, которого неожиданно повело в сторону. Да, тот действительно совсем не жалел себя все это время… И совесть снова уколола, напоминая, кто тому виной.       — Если ты думаешь, что я сам покупал нам билеты и новые документы, ты сильно ошибаешься. — обессиленно уткнувшись лицом ему в грудь, Тимоти тихонько засмеялся: — Мы у него под колпаком, если что…       Уже и новые документы имеются. Оперативно, ничего не скажешь. Джейсон качнул сам себе головой. Это как надо верить, чтобы подготовить все, не зная, приедет ли человек вообще…       — Нам повезло, что Кенту можно довериться, — поддержал он выбор Тимоти. Как ни крути, а друзей, вроде Коннера, еще поискать.       — Я доверил ему тебя, так что да, довериться ему можно, — самодовольно хмыкнул Тим, все не отлипая от Джейсона.       Тодд рассматривался им как нечто ценное? Это льстило. Но не уточнить он не мог, вплетя пальцы в мягкие локоны:       — А Дэмиана бы доверил?       — А Дэмиан — это орудие изощренных пыток. Его только врагам подкидывать, — со смехом фыркнул Уэйн.       — Я одолжу его у тебя на несколько дней? — смеясь попросил Джейсон. Представив пытку спуска по лестнице, просто подхватил Тимоти на руки, чтобы снести вниз, усадив на диван, что выглядел не только вычищенным, но и перетянутым заново.       Да ну, неужели Кент так брезговал лучшим другом?.. Ну или мать у него была та еще мегера.       Джейсон только усмехнулся уголком губ и тут же тихо охнул, когда Тим неожиданно сильно дернул его на себя, заставив их губы соприкоснуться. И Джейсон вдруг осознал, что это их первый осознанный поцелуй с момента встречи. Хаотичные поцелуи, куда попало, во время секса в расчет им не брались. И исправляясь, Джейсон скользнул рукой Тимоти на затылок, не позволяя отстраниться, удерживая, чтобы углубить поцелуй, сделав его полноценным. Точно готовил вкусный кофе, добавил ложечку страсти, щепотку нежности, нотки власти. Притянул Тима ближе, обнимая и, точно невзначай, спускаясь рукой пониже поясницы.       А через мгновение в голову ему прилетела диванная подушка.       — Вы двое! Я вас с дивана нахрен выгоню! И без завтрака оставлю! — гаркнул Коннер, застывший в арке между гостиной и столовой.       С сожалением оторвавшись от желанных губ, Джейсон отпустил Тимоти. В любом случае, уединиться с ним было бы не лучшей идеей, особенно перед дорогой, а распалять друг друга зазря…       — Так корми уже, пока мы не съели друг друга.       — Он у тебя всегда такой борзый? — поинтересовался Кент, поймав подковылявшего к нему Тима в крепкие дружеские объятия.       — Ну должен же в паре кто-то быть борзым, — пробормотал Тим, буквально повиснув на друге. То ли дурачась, то ли реально едва держась на ногах от недосыпа и усталости.       — А, то есть, попросить спровадить предков и завалиться с ящиком вискаря и очередным «офигенным» планом — не достаточно, чтобы быть борзым? — хмыкнул Коннер, буквально на себе таща Тима в столовую. Где, справедливости ради, стоило сказать, уже была накрыта небольшая поляна. Все сплошь свежее, — они на ферме или где, в конце концов? — полезное и питательное       — Ой да заткнись тыыыы… — отмахнулся Тим, а остаток его фразы утонул в зевке.       Ничего, в машине выспится, Джейсон проследит.       Заняв место по правую руку от Тимоти, Тодд сделал ему бутерброд с ветчиной и плюхнул в тарелку большую порцию салата, не принимая отказа. И в этом они с Кентом были солидарны.       Впрочем, фактически спящий Тимоти, был согласен буквально на что угодно. Даже поесть. Главное, чтобы выдали кофе. Внеочередную порцию. Горячего сладкого черного… Но кофейник предусмотрительно отодвинули подальше.       И Тимоти просто не нашел в себе сил тянуться за ним. Только привалился к Джейсону, вяло жуя свой бутерброд. И действительно заснул, едва откинувшись на спинку сидения автомобиля, практически не просыпаясь до самого Нью-Йорка. Джейсон будил его лишь на остановках для перекуса, где Тимоти вымогал у него кофе, который, впрочем, не сильно помогало — организм сказал: Хватит. Не могу больше.       Джейсона и самого периодически тянуло в сон, но с этим успешно боролся. Наемник он, или где? Еще и не такое переносил. Но то ли угар последних месяцев все же сказывался, то ли… Близость Тимоти успокаивала и расслабляла. Поэтому себе он тоже брал черный крепкий кофе. С сахаром, конечно. Потому что, как Тим фигачил эспрессо литровыми кружками, до сих пор оставалось за гранью его понимания.       Когда впереди показался город, Джейсон, надо признаться, выдохнул с облегчением, предвосхищая отдых, который будет нарушать лишь Дэмиан. А малыш, это совсем не то же самое, что Ричард или, тем более Кент. Хотя, что уж скрывать, он был Коннеру благодарен за все, даже за то, что сидел на кухне пока они… кхм. Вот же выдержка у человека…       — Почти дома, — объявил он Тимоти, что приоткрыл один глаз, чтобы оценить обстановку.       Конечно, с «почти» Джейсон перегнул, потому что, ну, им только в центр часа два добираться. И чего Тима сюда занесло? Джейсону казалось, что он чувствовал себя куда более комфортно в уединенном Уэйн-менор.       Но стоило им только добраться до огромного пентхауса на каком-то немыслимом этаже, все стало ясно и понятно. Нью-Йорк открывался как на ладони, а облаков, казалось, можно коснуться рукой. Потрясающий контраст между шумным городом под ногами и этой поднебесной тишиной.       — Не будешь жалеть об этом месте, когда мы уедем? — поинтересовался он у Тимоти, что первым делом поспешил на кухню, к огромной кофеварке. Если бы не обстоятельства, он бы вполне мог до конца дней своих осесть в этом уютном гнездышке.       — Я не собирался здесь оставаться в любом случае, — тихо, видимо, чтобы не разбудить спящих наверху Дэмиана и Дика, произнес Тим. — Собирался забирать Дэми и уезжать. К тому же, — хмыкнул он, — я подобрал нам не менее привлекательные местечки. Сначала на острова. Потом в Европу. А оттуда в Новую Зеландию. Как ты относишься к хоббитам, дорогой? — спародировал он тон типичной женушки, заставив Тодда поперхнуться печенькой.       — Главное, чтобы не гремлины, к остальной живности мы как-нибудь привыкнем, — прокашлявшись, усмехнулся Джейсон в кружку. — Да и попутешествовать я совсем не против. Я ведь много где бывал, знаешь. Только рассматривать достопримечательности времени не было…       Ни времени, ни возможности. Сделать бы дело, да ноги унести.       — Ну вот о живности я как раз и подумал, выбирая между Австралией и Новой Зеландией. Не хотелось бы вытаскивать из кроссовок скорпионов и отнимать у Дэмиана змей, знаешь ли, — усмехнулся Тимоти, устало водружая себя на высокий стул за барной стойкой.       — Ты продумал все до мелочей, верно?       Не переставал Джейсон поражаться мозгам Тимоти. Отодвинув подальше чашку, молча объявляя, что ему уже хватит на сегодня, дотянулся до банки пива.       — Я даже завещание на Дэмиана написал, если что-то пойдет не так, — хмыкнул Тим и обессиленно потер лицо. — Ни в чем нельзя быть уверенным на сто процентов.       — Нельзя, — согласился Джейсон, сдерживая желание снова накричать на Уэйна за то, что так рисковал своей жизнью. Ну, серьезно, он того не стоил… — Поэтому давай дальше обойдемся без подобной самодеятельности, договорились?       — Я постараюсь сдержать порывы подобной самодеятельности, если ты будешь рядом, — примостив голову на сложенных руках, Тим улыбнулся ему, расслабленно и умиротворенно. — А вот без тебя гарантировать ничего не могу.       Джейсон покачал головой, прежде чем притянуть Уэйна к себе и увлечь в долгий поцелуй. Больше оставлять его он был не намерен.