Двое на одного

      Гарри заходит в библиотеку. — Убери книги, у нас сегодня еще посещение парка.       Том поднимает глаза. — Что? Но мы же только что общались с людьми.       — Невыразимцы не в счет, — радостно говорит Гарри. — О, не делайте таких милых несчастных лиц, ваша боль делает меня только счастливее, — смеется он.       Том хмурится. — Половина посещения парка.       — Половина посещения, если вы сыграете в одну игру с другими детьми.       — Или, — вклинивается Геллерт. — Ты можешь толкать нас на качелях.       Это означает, что мальчикам не только не придется общаться с другими детьми, лишенными разума, но и Гарри будет слишком занят игрой с ними, чтобы разговаривать с другими взрослыми. Том одобряет этот план, и Геллерт берет на себя ответственность, поскольку у него лучше получается убедить Гарри сделать то-то и то-то.       — Ты не играешь с нами в парке, — говорит Геллерт. — Другие дети шумные, скучные и хотят играть в глупые игры. Разве мы не можем взять выходной и сделать что-нибудь приятное вместе?       Гарри колеблется. «Ты делаешь это, чтобы избавиться от посещения парка, или ты действительно хочешь поговорить?       Геллерт постукивает по обложке своей книги и на мгновение замирает. — Я делал кое-что за твоей спиной, потому что не хотел, чтобы ты знала, если это не удастся. Все прошло успешно, поэтому я хочу рассказать тебе сейчас.       Гарри улыбается. — Хорошо. Как насчет того, чтобы прогуляться по окрестностям, а потом ты мне расскажешь.

******

      На улице прекрасный день, и Геллерт идет слева от Гарри, вытянув руки, чтобы балансировать на бордюре, пока он болтает. Том идет справа, вокруг его запястья обвилась змея поменьше. Смерть в своей детской форме идет позади них, светло-каштановые волосы и зеленые глаза, как у Гарри.       Геллерт накладывает заглушающее заклинание и рассказывает о своих продажах зелий, обещая, что Гарри получит долю за своего рода интеллектуальную собственность после того, как больница наконец подпишет контракт. Некоторое время они обсуждают возможность пожертвовать долю Гарри в фонд помощи детям-волшебникам, пока Геллерт не сдается и не обещает, что пожертвует деньги.       Геллерт также кратко и туманно объясняет, что его действительно интересует работа с рунами и что он обсуждал с другими Невыразимцами возможность взять на себя небольшой исследовательский проект по строительству.       — Когда вы впервые познакомились с Невыразимцами? — интересуется Гарри. — Кажется, вы оба чувствуете себя довольно комфортно там.       — Помните все те случаи, когда вы должны были предотвратить убийство или что-то в этом роде и сбежали с темным существом? — говорит Геллерт, жестом указывая на Смерть позади них. — Ваш Невыразимец не умеет сидеть с детьми и просто бросает нас на растерзание своим приспешникам.       Гарри смотрит на Тома. — Чем же ты занимался? Если хочешь, расскажи мне.       — Пишу работы, — медленно говорит Том. — У меня есть несколько, но я не хочу их публиковать, потому что это привлечет слишком много внимания, а я хочу иметь свободу делать некоторые вещи, которым мешает известность. Я думал о псевдониме, но… — Том поднял глаза на Гарри. — Могу я использовать ваше имя?       — Конечно, — легко отвечает Гарри, думая, что ему едва удалось обойти вопрос о Лорде Волдеморте. — Но если кто-нибудь спросит о твоей работе, я буду очень смущен.       Геллерт подпрыгивает и обнимает Гарри за руку. — Просто скажи, что это конфиденциально, — Блондин обходит Гарри, чтобы взглянуть на Тома. — Не могу поверить, что ты действительно собираешься скрывать это до окончания школы? Ты потеряешь столько времени, если будешь ждать, чтобы наладить контакты.       — Коммерческие возможности нужны мне не больше, чем хорошая репутация, — возражает Том. — Вундеркинды — это неестественно. Я буду хорош, но не настолько, чтобы люди были настороже.       Геллерт хмыкает. — Я собираюсь быть очевидным, чтобы люди знали, что я неестественный, и убирались с моего пути.       Гарри поглаживает пушистые светлые кудри Геллерта. — Оба ваших мнения верны.       Геллерт хмыкает. — О, я записал ваше имя для некоторых юридических вопросов. Все должно быть в порядке, никто не будет сомневаться.

******

      Гарри отправился покупать булочки с кремом, а Том и Геллерт бездельничают на улице возле булочной, в основном перебрасываясь колкостями между собой и пиная камень туда-сюда. Теневое существо сидит на ступеньке соседнего магазина и не обращает на них внимания.       — Я Мэри, — говорит маленькая девочка в светло-голубом платье, светлые волосы собраны в хвост, возможно, на год или два младше.       — Скажи это кому-нибудь, кому не все равно, — бормочет Том, отбрасывая камень в сторону Геллерта.       — Брат, — усмехается Геллерт, наступая на камень, чтобы остановить его. — Как жестоко. Ты должен быть вежлив с девушками.       Том усмехается. — Это Гарри сказал тебе такую чушь?       Геллерт хмыкает. — Гарри говорит, что нужно быть вежливым со всеми.       Они дружно ахают.       Девочка неуверенно говорит, чувствуя, что что-то не так, но все равно спешит вперед. — Хотите поиграть?       Геллерт бросает косой взгляд на маггла. — Где твоя мама, девочка? — говорит он снисходительным тоном, которого не должно быть ни у одного ребенка.       Том поджимает губы и тихо говорит: — За тобой, брат.       — Конечно, мы можем поиграть! — радостно восклицает Геллерт. — Я — Геллерт, а это Том! Во что ты хочешь играть? Я люблю футбол. — Может быть, он немного переигрывает, но его это не настолько волнует, чтобы вести себя должным образом.       Навстречу выходит мать, довольно молодая, как обычно бывает в этих пригородах. На ее лице улыбка. — Мэри, вот ты где. Я рада, что у тебя появились новые друзья, но, пожалуйста, не убегай.       — Прости, мамочка, — беззаботно говорит Мэри. — Но они такие красивые.       Том почти что-то говорит, но Геллерт подбивает камень, и тот летит, направляемый магией, и ударяет Тома по голени. В таких социальных ситуациях Тому лучше просто промолчать. Геллерт, правда, становится немного нетерпеливым в разговорах о политике, так что Том получает возможность блеснуть в более официальной обстановке.       — Спасибо! — говорит Геллерт, хихикая. — Ты тоже красивая. И твоя мамочка.       — Какой очаровашка, — говорит мать, совершенно очарованная. — А этот мальчик тоже твой друг? — Она смотрит в сторону темного в человеческом обличье.       — Мы все братья, — говорит Том. Геллерт бросает на него взгляд. Очевидно, что они не похожи друг на друга. Геллерт — светловолосый с голубыми глазами, Том — черноволосый с карими глазами, а странное существо — кареглазое с зелеными глазами.       — О, — говорит мать, тоже заметив странное сочетание.       — Гарри закончил, — говорит существо, несмотря на то, что никто из них не может видеть окна пекарни с этого ракурса.       — Это ваш отец? — спрашивает мать, оглядываясь по сторонам, чтобы не чувствовать себя неловко из-за трех братьев, которые выглядят по-разному.       — Это наш Гарри, — поправляет Том.       Геллерту надоели эти люди, у которых даже не хватает порядочности подыграть ему в такой простой шараде.       — Давайте играть, — хнычет Мэри и делает шаг вперед, пытаясь схватить Тома за руку.       Геллерт быстро проскальзывает и перехватывает руку. — Да! Я лучше всех играю в прятки, давайте сделаем это.       Гарри нужно поторопиться, пока Том не порезал кого-нибудь.

******

      Гарри выходит из пекарни, дверь которой звякает маленьким колокольчиком, с коричневым бумажным пакетом в руках, в котором лежат различные сладости. — Отлично, никто из вас не сбежал.       Женщина, похожая на маленькую девочку, держащуюся за руки с Геллертом, смеется, прищурив глаза. — Я понимаю, о чем вы. Моя дочь — та еще штучка.       На лице Гарри написано «вы не знаете, с чем мне приходится мириться», но он быстро скрывает улыбку.       — По крайней мере, с тремя из них работа по дому должна выполняться быстрее, — размышляет мать.       — Это правда, — бормочет Гарри. — А Дэниел замечательно ловит всех жуков, — Под этим Гарри подразумевает Смерть, убивающую все подряд. — Он мой нынешний фаворит.       Гарри рано приучил мальчиков к работе по дому. Не то чтобы Гарри нуждался в помощи по дому, но хорошо бы привить им привычку помогать людям в целом. Надеюсь, однажды это станет инстинктом.       Гарри даже примет за причину «укрепление хорошей репутации», потому что неважно, каковы на самом деле намерения, лишь бы конечный результат был хорошим.       Гарри улыбается. — Извините нас, мне нужно отвезти мальчиков домой, пока они не попали в неприятности.       — О, не позволяйте нам вас задерживать! Мэри, иди сюда, может быть, у нас потом будет игровое свидание.       Мэри цепляется за украденную у нее руку, и Гарри незаметно подходит к Геллерту, отделяя девочку от себя, и как бы тащит за собой трех мальчиков.       Они стали такими высокими, до середины груди. Гарри скучает по тем временам, когда он мог взять их за голову и пошевелить.       Черт побери, Том ведь будет намного выше Гарри, не так ли? А насколько высоким станет Геллерт? Надеюсь, блондин останется коротышкой.