Следуй за мной

Кофе, ваниль, сигареты? Пф... Не тот формат. Водка, тяжелый рок и тупая игра в гляделки с потолком. Эверетт по жизни, несмотря на то, что в школе заработал себе репутацию скандалиста, всё же терпеть не мог скандалы, и сейчас, после того, как утро подкинуло ему неприятный сюрприз, чувствовал себя разбитым корытом, которое вряд ли можно заново склеить. В ушах снова зазвучал лживый голос: «Знай, я с тобой», который тут же затих и сменился гневными воплями этого дня. Сразу же захотелось взять что-нибудь потяжелее и приложить Блэра по роже, но Шелдон уже уехал, прихватив с собой и Джастиса. Родственники, увидев, в каком настроении пребывает хозяин дома, предпочли снова взять такси и свалить в город, чтобы не попадать под горячую руку. На сей раз свалила даже Меган. Или же родители сказали, что она должна поехать с ними, а девчонка согласилась. Правда, перед отъездом заглянула в комнату, которую Логан некогда делил на двоих со своим любовником. Даже не некогда, а ещё этой ночью. Теперь Эверетт официально мог считать себя свободным человеком и жить в своё удовольствие, не думая о том, как его будут воспринимать в обществе, не запариваясь на тему того, как поведать новым знакомым о своём семейном положении, как... Короче говоря, нет бой-френда – нет проблемы, и можно снова заниматься своей работой, привет, трудоголизм, как в школьные годы. А, может, ещё усерднее, чем прежде. Хотя... Куда усерднее? Разве что переселиться на работу или в университет. Не к месту Логан вспомнил о том, что все его вещи сейчас находятся в квартире Блэра и стало совсем хреново на душе. Рано или поздно им всё же придётся встретиться ещё раз, чтобы обменяться вещами. Правда, не факт, что Шелдон вообще пустит бывшего любовника на порог своей квартиры. Нечто подобное они уже проходили в школе, когда Блэр, благодаря своим занятиям плаваньем был выше Логана и, отбирая у него вещи, начинал игру в «А ну-ка, отбери». Эверетт, тогда не надеявшийся вырасти достаточно высоким, хоть наследственность и способствовала, вынужден был прыгать, как идиот, стараясь вернуть себе мелкие принадлежности, которые ему без зазрения совести ломали и благополучно выбрасывали в мусорку. Родители же недоумевали, как он умудряется терять ручки и карандаши почти каждый день. Если так подумать, то Логан никогда Шелдона не сдавал родителям и не говорил, по какой причине постоянно приходит домой явно не в лучшем настроении. Может, следовало хотя бы раз побыть ябедой и попросить вмешаться в его дела? Был шанс уйти из Веддингтона или же добиться с помощью тётки и её связей перевода в другое место Блэра. Жаль, что самые умные мысли приходят, когда в них уже никто не нуждается. А после драки кулаками махать бесполезно. Вот у Эверетта был как раз такой случай, совсем не радостный. Логан находился один в пустом доме и думал о том, что самое мерзкое дерьмо случается с человеком в тот момент, когда он ничего подобного не ожидает и расслабляется, а делать этого не следовало бы. Во всяком случае, ему точно не следовало, потому что Эверетт Логан и закон подлости – это почти синонимы. Провалявшись в кровати, Эверетт спустился вниз, достал из холодильника непочатую бутылку водки, открыл её и сделал большой глоток. Напиток был холодным и неизменно отвратительным. Никогда Логан не понимал, как можно находить какую-то прелесть в этой вещи, потому, если случалось, что пил, делал это без особого энтузиазма, предпочитая данному пойлу иные напитки. Шелдон же почему-то считал, что этот напиток идеально ему подходит. Эверетт поймал себя на мысли, что есть что-то правильное в направлении чужих мыслей. Действительно, идеально. Мерзотно и первое, и второе. Каков напиток, таков и любитель, нашедшийся на него. Он нацепил наушники, которые до этого находились на шее и краем уха начал вслушиваться в тексты, которые звучали в композициях. Закон подлости – он во всём закон подлости, потому и музыка подобралась под стать настроению. Вообще-то музыка для Эверетта всегда была средством расслабиться, а ещё источником вдохновения и иногда, в редких случаях – стимулом для движения вперёд. Есть такое достаточно старое гадание. Задать вопрос, взять любую книгу и рандомно выбрать страницу и строку. Эта строка и станет ответом на поставленный вопрос. Чаще всего выпадает какая-то чепуха, которую и расшифровать невозможно. Этот способ достаточно часто использовала Айрис, выпытывая у напечатанных произведений, что ждёт её в ближайшем будущем, а иногда порывалась гадать Логану. Ему обычно выпадало такое, что проще было сломать мозг, чем понять, что же напророчили классики. Потому он изобрёл свой способ. Нет, не подбрасывал монетки, он просто пролистывал с закрытыми глазами плейлист и останавливался на любой песне. Сейчас он этим способом пользоваться перестал, но песни с ним всё равно продолжали «разговаривать». Так и сейчас в наушниках звучала не очень-то оптимистичная, а по сути, очень и очень мрачная песня с названием «Я хочу вернуть мою невинность». Эверетт тоже не отказался бы от камбэка, да только возможности вернуться в прошлое и подкорректировать его, даже не слегка, а очень сильно, увы, не наблюдалось. Теперь Логану предписывалось жить с воспоминаниями о лазоревом периоде своей жизни и посыпать голову пеплом на этом фоне. Во всяком случае, он точно знал, что улыбаться, вспоминая Блэра, не будет. А мысли о визите за вещами окончательно убивали веру в лучшее. Эверетт так и представлял, как Шелдон будет стоять на пороге своей квартиры и нагло заявит в итоге, что Логан может купить себе новые шмотки, поскольку эти уже переехали на мусорку. Эверетт поставил бутылку, закрыл глаза и растянулся на столешнице, устроив голову на вытянутой руке. Поза была, разумеется, не ахти, но сейчас это Логана вообще не волновало, потому что он был занят совершенно иными размышлениями, и не о том, как выигрышнее разлечься на столе. Он сам признавал, что занимается ничем иным, как пиздостраданиями, хотя вроде бы природой к этому делу не предназначен. Тем не менее, просто мыслями назвать то, что бегало в его голове, язык не поворачивался. Это были именно пиздострадания. От себя такого хотелось блевать дальше, чем виделось, но Эверетт ничего не смог с собой поделать. И не знал, что же его подкосило сильнее. Само расставание или неосознанное предательство Шелдона. С некоторых пор он вообще перестал понимать, что нужно Блэру, не мог дать то, что требовалось, и, наверное, при таком раскладе расставание было самым оптимальным вариантом. Но до чего же болезненным. Логан подумал, что это как раз тот случай, о которых принято говорить, что у человека забрали душу или сердце. Что осталось в данный момент у него? Он вряд ли мог сходу ответить на этот вопрос, потому что велик был шанс скатиться в ненужную сентиментальность, а она была плохим, даже более того – отвратительным помощником в этом деле. Вспоминались другие ссоры. Разве их не было в жизни этих двоих? Были. И неоднократно, но никогда они не заходили так далеко в обвинениях и попытках сильнее зацепить того, кто находится рядом. Того, кого, предположительно, любишь. И даже не предположительно, а, на самом деле, любишь и очень сильно. Но не зря ведь говорят, что самую сильную боль человек обычно причиняет самым близким людям. Это проще сделать, поскольку все слабости, все страхи и переживания находятся, как на ладони. Посторонним людям мы не открываем душу сходу, для того, чтобы узнать человека, нужно провести с ним определённое количество времени, а потом уже... Полёт фантазии неограничен, можно придумать всё, что угодно. У Шелдона методы были не такими уж изящными, скорее, топорными и максимально открытыми. Но и сам Блэр по натуре своей не считался потрясающим интриганом, способным пополнить историю великих лицемеров, плетущих сеть заговоров. Это, скорее, было привилегией Эверетта. Но в этот раз Логан совсем не ожидал, что скандал закончится расставанием. Настолько глупым, что, прокрутив пару раз в памяти события этого утра, он пришёл к выводу, что ничего глупее в своей жизни не делал. Правильно говорят, что благими намерениями вымощена дорога в ад. Он искренне беспокоился, не смог это нормально подать, а Шелдон, проснувшийся в дурном настроении, только усугубил положение, отреагировав слишком эмоционально. С другой стороны... Никто ведь не просил его помогать Эверетту до поздней ночи, никто не прицепил наручниками к батарее и не приказал работать. Логан вполне мог самостоятельно разобраться со всем тем барахлом, что лежало в кладовке. Возможно, работа была бы даже продуктивнее, чем при таком раскладе, поскольку никто не отвлекал бы его воплями о том, что уже поздно и продолжить можно с утра. В работе их стремления с Шелдоном не совпадали. Всё же Эверетт не умел довольствоваться полумерами, он во всём стремился к совершенству. Блэр был чуть более ленивым, и, не зная, что в финале получит какую-нибудь плюшку, вряд ли стал бы стараться, как это делал Логан. Неужели так сложно было найти компромисс? Свалить в другую комнату, увидев, что сам Эверетт не в настроении? Обязательно было цепляться к его словам, а потом разыгрывать дешевую комедию? Любишь? Докажи своими действиями! Поползай передо мной на коленях, а я посмотрю, насколько достоверно это смотрится со стороны. Логан точно знал, что ничего подобного от него окружающие, а именно – Шелдон, не дождутся, потому что насколько бы сильной не была любовь, она не обязана ломать человека и заставлять унижаться перед тем, кого любишь. Пусть Эверетт не так часто говорил о своих чувствах, пусть он не умел их выражать, боясь показать себя в невыгодном свете, но... Разве он хоть раз позволил в них усомниться? Наверное, они оказались слишком разными, чтобы оставаться вместе, и отношения стали ошибкой обоих. Логан задумался о сути своих отношений с Блэром. И усмехнулся через пару минут размышлений. А была ли вообще любовь со стороны мистера «Школьная знаменитость»? Были ли вообще чувства, хоть какие-то, кроме презрения, а после – торжества, что последний противник оказался сломлен, сменив гнев на милость? Могло ведь получиться и так, что Шелдон попросту тешил своё самолюбие, находясь рядом с тем, кто столько лет считался его врагом. И пытался своё мировоззрение перебросить на Эверетта, приписывая тому реакции и мотивы поведения, больше свойственные ему самому, а не Логану. Могло же быть так, что именно он сомневался, насколько продуктивны эти отношения? Или они успели его утомить? Какую вообще выгоду он от них получал? Радость от того, что бывший противник оказался его личной подстилкой? Наверное, на этом плюсы и заканчивались. Блэр вполне мог пожалеть, что они зашли так далеко, начав жить в одной квартире, нужно было с этим повременить. «Зато теперь у тебя есть реальная возможность подарить родителям внуков», – усмехнулся Эверетт, проведя пальцем по столешнице. И заставляя себя всё же подняться, перестав изображать умирающего лебедя. Шелдон к этому времени наверняка уже нашёл себе новую тёлку и втрахивает её в кровать, а он сидит тут и едва ли не воет от отчаяния. То же... Проблема века. Логан сел на столешнице, одной рукой вцепившись в её край, а второй снова схватившись за бутылку. Некоторое время с сомнением косился на напиток, после чего зажал себе нос и всё же сделал пару глотков, надеясь, что спирт убьёт микробов тоски. Сейчас был как раз один из тех моментов, когда раскисать категорически запрещено, даже, если чувствуешь себя отвратительно и единственное, чего хочется – закрыться в спальне, закутаться в одеяло, как в кокон и лежать так, прицепив на дверь табличку «не будить до весны». Хотя, с последним – проблематично. Всего лишь три недели, и он снова обязан появиться на работе. Там всем наплевать на несчастья в личной жизни. Кроме того, следовало разорвать к чёртовой матери билеты на самолёт, купленные ещё задолго до путешествия. Наверное, они были неплохой иллюстрацией к картинке с надписью: «Никогда ничего не планируй». И Эверетт не мог с ней не согласиться. Они с Шелдоном запланировали этот дурацкий отдых. Что в итоге получили? «Ты меня заебал, проваливай...». Кто бы знал, как ему в тот момент, когда раздались шаги по коридору, хотелось броситься следом за Блэром, обнять его, уткнуться носом в шею и шептать о своей любви. Но Логан примерно представлял, какой ответ последует на его поступок. Шелдон просто скинет его руки с себя и скажет, что его задолбал этот театр одного актёра. Даже ради великой любви Эверетт не решился бы на такое унижение, особенно, после того, как его несправедливо ткнули носом, как нашкодившего щенка, что он прицепился к Блэру, как репейник к штанине. Притом, что инициатором отношений вполне можно было считать самого Шелдона, а никак не Логана. Нет, сам Эверетт тоже в стороне не стоял, но разве не за ним Блэр так старательно бегал в своём придуманном мире? Не он так отчаянно пытался привлечь к себе внимание Логана? Эверетт снова присосался к бутылке, сглотнул с трудом, поскольку напиток по-прежнему вызывал отвращение, и засмеялся. Внезапная мысль промелькнула у него в голове. Потому и бегал, потому и восхищался... Ведь рядом с ним в том мире был придуманный Логан, а не настоящий. Он нравился Шелдону в образе истеричной, капризной суки с раздутым самомнением, коим его Блэр и представлял. Может, эти два года, что они провели вместе, Шелдон старательно ждал, когда же Эверетт станет именно таким? Если уж на то пошло, он даже не заметил подмены. Он был уверен, что рядом с ним Логан, а не подделка. Первое происшествие с вмешательством призраков в повседневную жизнь их сплотило, повторное – развело. Возможно, так и должно было получиться? Наверное, тот период, когда им следовало пробыть вместе, закончился, а вместе с ним исчезла и влюблённость Блэра. Жалеть о чём-то можно долго, но вряд ли эти печальные думы принесут хоть какую-то пользу. Что бы ни случилось, рано или поздно – забывается, потому надо двигаться вперёд. Неважно, вместе с Шелдоном или без него, но он доберётся до истины и узнает, по какой причине Амбер начала столь нагло вмешиваться в его жизнь именно сейчас. Быть может, так даже лучше? Теперь угроза над головой Блэра не висит, и беспокоиться следует только за себя, а не за двоих. В конце концов, он умный, он справится и найдёт выход из любой ситуации. Сделав последний глоток, Эверетт спрыгнул со стола, спустил оставшийся алкоголь в раковину, дабы соблазна не возникало, и решительно направился в спальню, решив, что не стоит более затягивать с делами. Надо начинать действовать. Помеланхолить он может и ночью, а сейчас – глупо терять драгоценное время. По дороге Логан решил заглянуть в ванную, чтобы окончательно привести себя в порядок, и перед Патрицией, если уж у них получится договориться о встрече в скайпе, предстать в нормальном виде. Сейчас Эверетт не был уверен, что выглядит, как довольный жизнью молодой человек, скорее, как потрепанная мочалка, которую пора отправлять на помойку. Нет, его внешность не была, как у потасканной швабры, а вот душевный настрой... Как раз настроение Логана и подходило под это определение. С этим следовало что-то делать. Хотя бы попытаться улыбнуться. Переступив порог ванной, Эверетт подошёл к раковине, пустил воду, собираясь умыться. Но вместо того, чтобы осуществить задуманное, оперся ладонями на раковину, наклонил голову и тупо смотрел, как вытекает вода из крана. Так же стремительно она исчезала в трубах, как и Шелдон решил исчезнуть из жизни самого Логана, и остановить воду можно было, только закрутив кран. А как можно было вернуть Шелдона? Самый простой вариант напрашивался сам собой. Взять телефон и позвонить. Но Эверетт этот вариант под кодовым названием «капитуляция» тут же отметал. Да и понимал, что результата никакого не получит, потому что стоит только услышать в трубке такой знакомый голос, который теперь принадлежит, не любимому, а всего-навсего знакомому человеку, как собственный дар речи благополучно покинет, или же, наоборот. Логан начнёт городить такую чепуху, что Блэр моментально запишет собеседника в конченые психи и неизвестно, какой из его поступков будет лучше. Если Шелдон бросит трубку сразу же, не став слушать, или же, если он, несмотря ни на что, выслушает речь от начала и до конца, после чего скажет, что ему наплевать на всё вышеизложенное и опять же оборвет разговор. В любом случае, перспективы были не очень-то приятными, а потому Эверетта нисколько не радовали. Ему хотелось сползти на пол, обхватить себя руками и возможно впервые в жизни, по-настоящему, завыть в голос, поскольку именно в этот момент пришло понимание, что ему совершенно ничего не хочется делать. Ему просто надоело бороться с обстоятельствами, а теперь его бросил ещё и тот, кто изначально обещал помогать. Эверетт раскис, как картонная коробка под дождём, но вместе с тем, на периферии сознания продолжало маячить напоминание, что сейчас – не время для самокопания. У него на повестке дня иные проблемы, которые нужно решить, иначе... – Соберись, – прошипел он, обращаясь к самому себе. – Мужчина ты или же тряпка? Самому непривычно было смотреть на себя такого. Он ведь привык со всеми проблемами справляться в одиночку, другие только мешали. Логан не был приучен работать в команде, а для себя давно вывел правило успеха. Хочешь чего-то добиться, делай это в одиночку, потому что, как только успех придёт, сразу же все единомышленники превратятся в конкурентов, а, значит, обнажатся многочисленные противоречия, что до этого момента тщательно скрывались, после чего начнутся конфликты. Вот и сейчас не следовало втягивать в свои дела Блэра, поскольку он был не из той породы. Шелдон хотел тихой и спокойной жизни, а не того, что в данной ситуации предлагал ему Эверетт. Признаться, он сам хотел, чтобы мистические события обходили его стороной, но, кажется, у окружающих призраков основательно срывало крышу, стоило им только увидеть Логана поблизости. Всё же здесь Эверетт перегнул палку. Дело было вовсе не в Шелдоне. Первый раз спровоцировали не он, а предки Логана, не желавшие смерти своему потомку, второй... Тоже предки Логана, но теперь не те, кого он знал хотя бы по рассказам, а та, кого вышвырнули из семьи, не поясняя причин. Или пояснив, но только ей, а не кому-то другому. Эверетт, поймав себя на этой мысли, криво усмехнулся. По всему выходило, что именно через него приходят в жизнь обоих странные события, которые с точки зрения логики невозможно объяснить. Значит, это не у Шелдона, а именно у него такая жуткая карма. Веселье моментально испарилось, хотя и до этого момента оно было исключительно показным. Решив, что самокопаний и так было предостаточно, Логан собрался сделать уже то, ради чего, собственно, и пришёл в ванную комнату, но только сейчас обратил внимание на одну странность. Вода, стекавшая в раковину, постепенно меняла свой цвет. Если изначально она была прозрачной, то сейчас по цвету напоминала вишнёвый компот слабой концентрации, то есть, оказалась светло-розовой. Эверетт удивлённо вытаращился в раковину, подставил ладонь, согнутую лодочкой, под кран. Окраска воды становилась всё интенсивнее. Из розовой она переходила в красную. Логан сжал ладонь и отдёрнул её от крана. В воздухе остро запахло железом. Кроме того, красная жидкость не только на руке осталась, но и частично попала на рукав белой рубашки. Подсыхала почти мгновенно, и оставляла за собой не красный, а коричневатый след. Эверетт поднёс руку к лицу, чтобы ближе рассмотреть это дело, принюхался и приоткрыл рот от удивления. Вообще-то он с самого начала понял, что течёт из крана, но не желал в это верить. Сейчас у него не осталось сомнения, что в раковину стекает кровь. Самая настоящая кровь. Впрочем, в этом у него как раз возникли сомнения. Настоящей она быть не могла. Скорее всего, это была очередная иллюзия, созданная Амбер. Девчонка вообще любила развлекаться нестандартными способами, которые больше походили на моменты, выхваченные из дешёвых ужастиков, нежели на реальные угрозы. Если она рассчитывала, что Логан, увидев кровь на своих руках, моментально отпрыгнет от раковины или рванёт из ванной, вынеся собой дверь, поскольку испугается настолько, что даже соображать нормально не сможет, то она очень просчиталась. Эверетту хватило нервных потрясений с утра, сейчас его уже вряд ли что-то могло вывести из состояния равновесия. Подняв глаза, он посмотрелся в зеркало и вместо своего отражения увидел там девчонку. Амбер с момента их прежней встречи нисколько не изменилась. Да она, в принципе, и не могла измениться, призрак оказался статичным. Единственное, что она умела – это наводить иллюзии, в которых размывалось восприятие реальности, и сложно было понять, где правда, а где – ложь. Теперь, когда Амбер находилась так близко, фактически, на расстоянии вытянутой руки, у Эверетта появилась реальная возможность рассмотреть свою потенциальную родственницу, чем он и занялся, пытаясь запомнить, как выглядит его враг. Волосы девчонки были всё так же небрежно распущены и обрамляли бледное личико. Настолько бледное, что, казалось, его набелили. Глаза у девочки действительно оказались серыми, но они были какими-то неживыми, потухшими. Не в том смысле, что в них жизни не чувствовалось, этого и быть не могло, учитывая истинную сущность Амбер, а в том, что она казалась фанатичной. И только ей одной было известно, чему она так преданна. Логан предполагал, что своей идее, основанной на желании уничтожить родственника. Высокая, худая, как тростинка. Руки – веточки, запястья, на которых браслет смотрелся особенно нелепо, учитывая его стоимость и то, какой жизнью жила Амбер. Неизменное белое платье и губы, сжатые в тонкую полоску. Не было привычного смеха, не было надменных улыбок. – Амбер, – произнёс Эверетт. – Тебя зовут Амбер, так ведь? Девочка не ответила. Логан посмотрел вниз, вода в раковине снова была нормальная, но с его руки по-прежнему стекали багровые капли. Пол в ванной теперь напоминал декорации из фильма ужасов. – Зачем ты приходишь? – спросил парень, не теряя надежды получить ответ. Вместо того чтобы отодвинуться, он подошёл к зеркалу и неотрывно теперь глядел на предполагаемую тётку, смотревшую на него не по-детски серьёзным взором. Вечный ребёнок, мечтающий о мести. Ненависть выжгла из её души чистоту, доброту и нежность, оставив только желание нести возмездие всем, кто в прошлом причинил ей боль. Ответа так и не последовало, вместо этого Амбер подняла руку и начала что-то выводить на зеркале. Эверетт опустил глаза ниже, туда, где предположительно писала дочь Ванессы, и вскоре на стекле начали проявляться буквы, написанные всё той же, бутафорской кровью, а, может, не бутафорской, а самой настоящей. Логан попытался присмотреться к своей, как бы абсурдно это не звучало, но молчаливой собеседнице. В одной руке она сжимала неизменную куклу, а вот вторую время от времени опускала куда-то. Эверетт вытянул шею, надеясь, что у него появится возможность рассмотреть, где берутся «чернила», и едва не блеванул, когда понял, что письмо ему пишут кровью дохлой крысы. Послание на зеркале скоро сложилось во фразу. Красными буквами, начавшимися быстро расплываться по стеклу, было написано всего несколько слов. «Следуй за мной». Прочитав это сообщение, Логан собирался задать очередной вопрос, но его какой-то неведомой силой отшвырнуло к двери. Последнее, что он успел отметить краем глаза – это, как девчонка взмахнула рукой. Эверетт больно ударился спиной о дверь, и в тот же момент услышал звон битого стекла. Зеркало разлетелось на кусочки, а осколки его блестящим дождём осели на полу и в раковине. Если бы Логана никто не оттолкнул, все осколки он бы принял на себя. А так одно стекло отлетело от общей массы и достало до руки Эверетта. Поцарапало не сильно, только тонкую полоску, но и та моментально начала кровить, а кровь бутафорская, что совсем недавно текла из крана, сменилась настоящей. Логан умом понимал, что отсюда нужно убегать, как можно скорее, но даже с места не мог сдвинуться, словно прирос к полу. Где-то, явно за пределами этого помещения раздался привычный уже смех и перезвон подвесок, теснившихся на браслете. Потом всё затихло, и единственное, что теперь слышал Эверетт – звук воды, стекающей в раковину из крана. Оцепенение отпустило. Логан собирался подняться на ноги, но снова замер, как зачарованный глядя на метаморфозы, что происходили с зеркалом. Осколки, ещё недавно украшавшие пол и раковину, начали собираться в единое полотно, и вскоре рама снова оказалась этим стеклом закрыта. Притом, на зеркале не осталось ни единой царапинки или трещинки, свидетельствовавшей о том, что буквально пару минут назад здесь было море стеклянного крошева, словно кто-то нарочно дробил особо крупные части зеркала молотком. Разумеется, не осталось и надписи, свидетельствовавшей о недавнем пребывании Амбер поблизости. Она ушла. Снова затаилась? Снова решила поиграть? Запугать? Но почему, если она так хочет убить его, до сих пор этого не сделала? Ведь именно сейчас у неё был реальный шанс добраться до родственника. Эверетт закрыл глаза и несколько раз приложился затылком о дверь, понимая, что никакого эффекта от этого не получит, продуктивнее мыслить не начнёт, но ему нужно было хоть как-то привести мысли в порядок. Подобное действие вряд ли помогало, но всё же... Благодаря нему Логан смог переключиться с размышления о разбитом зеркале на мысли о себе. Он посмотрел на руку, царапина никуда не исчезла. Зеркало вновь стало целым, а вот кожный покров оставался нарушенным, раны с поразительной скоростью не затягивались. Так что все эти происшествия невозможно было списать на побочный эффект алкоголя. Эверетта не посещали галлюцинации на фоне выпитого, встреча с Амбер была реальна. – Шелдон, Шелдон, как же вовремя ты сбежал, – прошептал Логан. Не то, чтобы злился, но всё равно было обидно. Если бы Блэр находился рядом, они могли бы придумать план действий... Или... Эверетт тут же себя оборвал. Всё. Не могли бы. И не могут. Потому что изначально это было тупостью – вмешивать Шелдона в свои дела. Это ведь не на него сумасшедшая девчонка открыла охоту, он просто оказался пешкой в чужой игре. Теперь, когда Блэр не отирается рядом, у него всё будет хорошо, он вывел себя из-под удара. Остался один Логан, но так и должно было быть с самого начала. Это же его семейные тайны, его бабушка со своими детишками, а не родственники Шелдона. Пусть школьная звезда наслаждается жизнью, а не беспокоится за её сохранность. Вообще-то следовало признать, что в сложившихся обстоятельствах Эверетт видел и определённые плюсы. Теперь, когда они с Блэром торжественно разгавкались, есть шанс, что все шишки соберёт именно он, а Шелдон выйдет сухим из воды. Хотелось верить, что, несмотря ни на что, Блэр не настолько обиделся, что даже не придёт на похороны с каким-нибудь цветочком в руках. Мало ли... Логан долго сомневался в правильности своих действий, но потом решил, что лучше перестраховаться. Вытащил из кармана телефон, покрутил его в руках и набрал сообщение. Почти официальное, чтобы не продемонстрировать свои чувства и не вернуть Шелдона обратно. Теперь это было уже не действие, продиктованное зацепленной гордостью, а попытка оградить Блэра от неприятностей. Если бы Эверетт извинился, Шелдон моментально вернулся бы к нему, Логан чувствовал это, знал, но решил, что им лучше в ближайшее время не пересекаться. Если они будут вместе, призрак и донимать будет обоих, а сейчас у него только одна жертва на повестке дня. Этот скандал... Наверное, он – лучшее, что случилось за эту неделю, потому что он смог отвести угрозу от Блэра, оставив одну жертву. Как и два года назад, Эверетт придерживался мнения, что, если из них двоих кто-то и должен остаться в живых, то это именно Шелдон. Если бы его поставили перед выбором, он ни на секунду не стал бы сомневаться. «Мистер Блэр, настоятельно советую вам быть осторожным». Такое послание и отправилось к Шелдону. Разобравшись с письмами счастья, Логан всё же поднялся на ноги и подошёл к раковине. Прикоснулся к зеркалу. Оно было цельным, никаких шероховатостей или зазубрин на гладкой поверхности. Снова иллюзия? Или же нет? Иллюзорное зеркало вряд ли могло оставить на его руке столь глубокую царапину, которая до сих пор кровила. Кровь не останавливалась. Эверетт промыл руку под водой, а потом потянулся к шкафчику за антисептиком. На всякий случай. Хотя тут же усмехнулся, поймав себя на мысли, что, если на осколке был какой-то яд, вряд ли обычный антисептик спасёт его от этой дряни. Телефон слабо пискнул, а над экраном замерцал слабо зелёный огонёк. Логан вылил на руку антисептика раза в три больше, чем требовалось. Ответ на сообщение стал неожиданностью. Вообще-то Эверетт не ждал, что ему напишут что-то, но Блэр не удержался. Логан предчувствовал, что в ответном послании его ждёт вовсе не благодарность, а какая-нибудь дрянь, от которой остатки хорошего настроения тоже прикажут долго жить. Шелдон не подкачал. «Угрожаешь?» – гласило его сообщение. – Идиот, – покачал головой Эверетт. Это же слово продублировал и в ответном сообщении. После чего выключил телефон, чтобы не развивать беседу дальше и вместе с тем не провоцировать Блэра на повторный визит в дом. Он-то знал, что стоит только пару раз ответить, как Шелдон осознает всю глупость их утренней ссоры, после чего моментально сорвётся с места, чтобы приехать сюда, они помирятся. И? И снова оба окажутся под ударом. Логан же снова взялся геройствовать, стараясь оградить окружающих от неприятностей. Судя по всему, у Амбер был зуб именно на него. Шелдон попал в её личный чёрный список только потому, что постоянно находился рядом с избранной жертвой. Теперь, став свободным человеком, он освободился не только от отношений, но и от опасности, нависшей над ним во время общения с Эвереттом. Самому Логану нужно было присвоить звание не идиота, а человека-катастрофы, поскольку именно с его лёгкой руки начиналось всё дерьмо в жизни обоих. Два года назад он сам притащился к Блэру на день рождения, сам убежал оттуда, предварительно поцапавшись с именинником. Не пришёл бы, ничего бы и не случилось. А теперь? Теперь поздно было пить минеральную воду, потому как почки уже отказали, и призрак мечтал отомстить. А способа остановить психически неуравновешенное существо у Эверетта в запасе не имелось. Наверное, будь Амбер человеком, к ней можно было бы найти подход, но сейчас? В школе и университете Логана основам спиритизма не учили, потому и поговорить по душам с призрачной девчонкой не удавалось. Она или смеялась, или молчала. Третьего – не дано. Песни к главе. "Я хочу вернуть мою невинность" - Emilie Autumn - I want my innocence back Сцена в ванной - Xandria - Blood On My Hands