***
Заглянув в холодильник, блондин с ужасом осознал, что сделать на завтрак что-то грациозное не получится. Разнообразия продуктов просто не было. Казалось, Кавех питался только овсяной кашей с молоком (и то, не всегда, судя по количеству поставленных упаковок в шкафу), а также омлетами и салатами. Впрочем, никто из его знакомых бы не удивился. У этого архитектора просто не было времени успеть сделать всё, при этом не потратив время на час ухаживания за волосами и промывке своих же мозгов(а иногда и коллег). 一 Хм, 一 высказался Хайтам, посмотрев ему за плечо. Кавех ни разу не видел, чтобы этот негодяй ел, и главное почему он постоянно недоволен?! 一 Извини, никакого люкса, ты ведь не против яичницы? 一 Яичницы? 一 Чужое лицо выглядело слегка потерянно и недоумённо. 一 Ты не знаешь, что такое яичница? 一 Это слово повисло в воздухе и, казалось, что каждая частичка тела напряглась в Кавехе. Вот уж чего он не мог подумать, так это, что ТАКОЙ человек! Да и не знает, что такое яичница! 一 Знаю, 一 по-обыкновенно раздражённо выкинул аль-Хайтам, выбирая понравившиеся ему яйца и откладывая на стол. 一 Подожди! 一 Вдруг с ужасом закричал блондин и остановил тем самым, чужие действия. 一 Ты забыл фартук! 一 Кавех накинул на парня защитную одежку с милыми разноцветными грибочками. 一 Вот, теперь все замечательно. 一 Прозвучал совсем невинный смех. Хайтам тихо выдохнул. Он было подумал, что сделал что-то не так. Когда он вообще в последний раз задумывался о своём поведении и чужом мнении? Сюр! Конечно же, Кавех не доверил малознакомому парню возиться на своей кухне с чем-то большим, чем смузи. На дальних полках они обнаружили немного ягод и сиропа, а после вспомнив о молоке в холодильнике, на этом и остановились. Хайтам делал черничный напиток на двоих, а блондин управлял яичницей, стараясь так сильно, что даже кончик языка частенько проглядывал между его губ. 一 Удивительно.. Я так давно не проводил своё утро за готовкой завтрака, 一 парень причесал свои волосы рукой, зевая в другую. Сосед по квартире посмотрел на него, слушая. 一 Ну знаешь, мы с Тигнари однажды жили вместе из-за сложившихся обстоятельств. И только в очень-очень спокойный выходной, мы, студенты, могли позволить себе роскошную яичницу с каким-нибудь салатиком. 一 Ностальгически рассказывал блондин. 一 Тигнари твой бывший... 一 Нет-нет! Даже не думай! 一 Кавех быстро приподнялся на носочках, закрывая своими руками чужой рот. 一 Тигнари мой лучший друг, никаких отношений, боже Архонт. 一 Парень смущённо глядел на него, подмечая про себя удивительные вещи. Например, почему ресницы этого человека такие длинные, они словно вороное крыло, словно маленькие пёрышки, которые могут невзначай защекотать. А эта родинка? Она всегда была здесь? Вот прямо около виска. Их взгляды встретились. Кавех пискнул и отстранил руки. 一 Извини, извини, я задумался! 一 Он неразборчиво захихихал, продолжая готовить. 一 Ресничка..一 Это было самое странное слово, сказанное парнем за последние полчаса. Кавех подумал, что он читает мысли, либо он слишком хорошо понимал, что впринципе невозможно! 一 А? 一 Почти испуганно бросил он и вздрогнул, когда чужая тёплая рука коснулась его щеки, осторожно стряхивая что-то. Жар чужих губ покалывал на пальцах. "Это завораживает.." 一 в мыслях считал парень. 一 Ресничка у тебя. Прямо здесь была, 一 Хайтам указывает на щеку и возвращается к смузи, переливая тот по стаканам. Яичница впрочем тоже быстро поджаривается, как и сам Кавех, весь красный, как спелый помидор он садится за стол вместе с соседом. Не ответив ничего на чужие действия, парень разложил тарелки на стол. Они сняли с себя забавные фартуки и в тишине принялись есть. Но не прошло и десяти минут, как блондин вновь начал что-то тихо рассказывать, будто от того, что он не перескажет всю свою жизнь, зависит выживание людей на всей планете. Впрочем Разрушение было не против. Тихо за окном проносились езда машин и велосипедов. Кавех жил в тихом районе. Возможно, тут и были распространены убийства и кражи, но ничего более комфортного тогдашний студент позволить себе не мог. Декабрь. Это ровно восемь месяцев со дня рождения блондина. Получается именно в этом году. Совершенно один, в баре на окраине города, где его никто не знает, он провел свой последний праздник. Сказать по правде, сильно его волновало даже не это. Если архитектору на данный момент целых двадцать три года, то сколько же аль-Хайтаму? Все сто двадцать три?***
"То есть, когда милейший Амур брал меня за ладонь, нежничал, говорил комплименты и о том, что я самый дорогой для него человек, то испытывал только стыд и неловкость, а сейчас сам сижу, скрытно держась за руку с.. Парнем, который мне симпатизирует, краснею, как девочка, а потом я ещё и никогда не смогу быть с ним, потому что исполнив моё желание он уйдёт... Да, возможно это и не будет конец света, возможно.. Я просто попрошу мороженное, отъемся и лягу смотреть сериал на больничной койке или у себя дома, переживая всю мучительную боль без этого человека... Но что если я попрошу стать счастливым? Вместе с ним?.." 一 ураганом проносилось в мыслях Кавеха, при этом на лице его чётко всё отражалось: то отвращение к прошлым воспоминаниям, то страх, относившийся к уходу Хайтама, то умиротворение, чувствующееся в мягких касаниях руки. Нельзя сказать точно, чья это была идея. Блондин так долго смотрел на парня в кафе, а тот, будто прочитав мысли, вытянул свою руку. Как-то так всё и произошло. И сейчас, тихонько переплетая чужие пальцы со своими, архитектор свободной рукой делал эскиз замка, который мог бы быть на том огромном пляже, куда его постоянно приводило разрушение. Мотнув головой, Кавех распустил свои длинные гладкие волосы, сосредоточенно делая то одну черточку, то другую итак множество раз, пока штрихи не стали понятной композицией. Хайтам, тем временем, наблюдал. В таких ситуациях называть его "разрушением" было просто глупо. Это же просто мистер наблюдательность. В кафе, в приятной тишине они провели достаточно много времени. Кавех опомниться не успел, как ему позвонила сестра по видеосвязи. Ответственным за держание камеры назначили аль-Хайтама, поэтому тот чётко держал телефон, глядя на экран своими тёмными глазами. 一 Привет, мальчики! 一 Девушка ярко улыбалась. 一 Как я рада вас видеть, вы как? Ещё не утонули в бытовухе? 一 Кавех шикнул на неё, недовольно качая головой. Кирара надулась. 一 Ах, какая жалость, мой милый братик совсем не уважает свою старшую сестру. 一 Кари, ты совсем сбрендила. 一 Блондин был рад услышать голос родной сестры. Даже такие мелкие издевательства ощущались сейчас до ужаса родными. 一 Лучше расскажи, где там ты. Куда съехала? Девушка набрала в лёгкие побольше воздуха и начала монолог. Аль-Хайтам моргал для уважения и шёл за архитектором, когда они покинули кафе. Кирара при этом, никак не поменяв расположение духа, продолжала болтать о райончике в южной части города. Про вкусные рестораны с кебабами и про котокафе. Звонок закончился только после звука домофона. Видимо блондинка забыла, что ждала кого-то в гости. Парни успели переместиться на людные улочки, медленно идя в сторону офиса, где работал блондин, то сворачивая к парку, пока они не дошли до злополучного пешеходного перехода. Он был совершенно обычным, немного тёртым из-за шин проезжающих машин. И до боли знакомым ужасной ситуацией, в которую его завёл тогда аль-Хайтам. Кавех с тяжестью сглотнул вязкий ком страха. Поднял голову к парню и сильнее вцепился в его руку. Это привлекло внимание Разрушения. 一 Не бойся смерти, 一 тогда сказал он. И в каком удивительном обстоятельстве оказался блондин, когда на середине дороге у него кольнуло в правом виске. Это не было похоже на обычную головную боль, которая так или иначе всю жизнь была с ним. Ни на удар, ни на нежнейшее скобление по мозгу. Возможно, если бы Кавех знал, что человек чувствует после того, как ему ломают череп на две части, тогда он бы привёл именно такой пример. Парень прикрыл глаза, полные слёз от накатившей боли. Он с силой сжимал чужую руку, которая обычно помогала ему в эти моменты. Но ничего. Кавех даже посмотрел на Хайтама. На растерянного Хайтама, который тоже не понимал, почему архитектор продолжает корчиться от боли и падать. Падать в пучину тёмного, бездонного озера, теряя сознание на его руках.***
Больничная койка ничем особым не отличалась. Свет солнца мягко пробивался через штору, которая то и дело мягко покачивалась из-за ветра. Кавех никогда не лежал в больнице, возможно только в детстве, вместе со своей живой матерью, но это было давно. Невозможно было даже вспомнить, что он тогда чувствовал. Открыть глаза сейчас, казалось задачей равносильно перетаскиванию слона из одной части света в другую на своих плечах. Именно по этой причине, блондин лежал, никак не потревоженный на постели и иногда тихонько поворачивал голову в разные стороны. Не зная, сколько прошло времени, Кавех открыл свои глаза, рассматривая сначала белоснежный потолок, а после точно такие же стены. 一 Ух.. 一 Он приподнялся на своих руках, замечая, что не один в помещении. Смущение накрыло его с головой, пусть он даже не знал, что находится в больнице. 一 Мистер Бай Джу? 一 Добрый день, Кавех. 一 Он смотрит в свой планшет, что-то проверяя, а после поднимает взгляд на пациента. 一 Что же вы так тянете-то.. 一 Мужчина глубоко вздыхает. 一 Ваши раковые клетки начали активное разрастание, повредив часть головного мозга. 一 Он показывает знакомый снимок его черепа и ведёт от правой стороны к середине. 一 Вы потеряли сознание именно из-за этого и очень заботливый молодой человек с красными волосами.. Бай Джу оглядел всю комнату и слегка нахмурился, не находя того, про кого он говорил. 一 Вы про аль-Хайтама? А где он? 一 Блондин сел на койке, смотря в окно и вновь на хирурга. Красные волосы? Это что новый стиль? 一 Он ушёл незадолго до вашего пробуждения. Я предлагал ему остаться. Так вот.. Вам необходима химиотерапия. 一 Врач серьёзно смотрит на парня. Кавех под этим взглядом тушуется. Неужели он настолько болен? 一 Но у меня ещё много работы и.. Долго я ещё протяну? 一 Тихо бормочет он. 一 Пара месяцев. 一 Безэмоционально отвечает мужчина. Кавех глядит на сегодняшнее число. "Но почему.. Хайтам ведь обещал, что избавит меня от боли. И от этого всего... Неужели я сошёл с ума?" 一 пугающая цепочка начала складываться. "Никто никогда не видел Хайтама и более того... Существует ли он? Кирара! Кирара его видела! Я просто спрошу у неё и тогда всё встанет на свои мечта" Кавех дотягивается до своего телефона, пишет сестре, не обращая внимание, что время переваливает за обед. Интересно, сколько же он лежал без сознания? Парень задаёт блондинке волнующий его вопрос: "Как выглядит мой друг?" Кирара, 15:43 Твой "друг" красавчик? Не знаю, почему ты это спрашиваешь, но он такой брюнет со светлыми глазами. Вы поругались и ты забыл, как он выглядит? Кавех сглатывает. Разрушению нельзя позвонить. Нельзя позвать. Где ему теперь его искать? Вереница вопросов быстро смешалась с паникой. Бай Джу до этого молча стоявший рядом, проверил состояние пациента на экране. 一 С вами всё в порядке? 一 Д-да, да, я в полном порядке. 一 Чувство безпомощности топило его в собственном болоте. Кромешная тьма вновь начала пожирать его. Блондин сумел заметить через просвет ресниц чужую руку, закрывающую ему глаза. Она была тёплой, знакомой. 一 Хайтам?..***
Выкуривая не первую сигарету на крыше больницы, мужчина смотрел вниз с высоты пятиэтажного здания. Как только он поднял руку, послышался треск стекла и кто-то сзади него отпёр дверь. Это не произвело впечатление, скорее парень фыркнул от очевидности. 一 Ну надо же, генерал Сайно посетил мою скромную обитель, 一 сигарета улетела с большой высоты на землю. 一 Я слышал, у тебя что-то идёт не так? 一 Загадочно произнёс он. 一 Мне это только на руку. 一 Довольно высказался, нарушая чужой комфорт. 一 Знаешь, про тебя тоже слухи ходят. Влюбился в мальчишку и мучаешь его своими качелями, да? Чтобы сам определился. Чтобы был готов отдать своё сердце для тебя? 一 Хайтам глянул на него. Опять в своих высоких сапогах, с цепями, с маленькими ключиками в руке, постоянно перебрасывая их из-за чего издавался треск, будто кто-то пережёвывал стекло. 一 Кхм, 一 он кашлянул и нервно выкрал сигарету из чужой пачки. 一 Ладно, хватит о насущном. Что с тобой случилось? Стареешь? 一 Давно не чувствовал что-то..такое, 一 парень покачал головой. 一 Это как наркотики, которые пробуешь в первый раз. Вроде и мерзко от себя самого, да и от них тоже. А потом так хорошо становится. Вдыхаешь ещё и ещё, пока не опускаешь своё тело в могильную яму. 一 Ого, да ты у нас...Романтик! 一 Сайно взял и бессовестно заржал, главное у него нет проблем, а что там с этим Хайтамом знать-то вовсе и не обязательно. 一 Скажи честно, нашел его? 一 Нашел, но не уверен, 一 друг так и не зажег сигарету, наблюдая за аль-Хайтамом. 一 Странный ты, да и всегда таким был, 一 закатывает глаза. 一 Я пошёл. У меня впереди целая ночь с ним. 一 Гаденько усмехнувшись, парень испарился, будто его тут и не было. Хайтам прикрыл свои глаза. Как же его всё это раздражало. И главное ответов не было. Как умереть бессмертному? Как спасти умирающего? Зачем он вообще существует? Хайтам вернулся в палату к Кавеху только глубокой ночью, садясь рядом на лавку и наблюдая за спящим человеком. Ну вот ведь обычный, совершенно. Губы пухлые, нос ровный, волосы светлые. А как говорить начинает, так хочется наушники надеть, но музыку выключить, он что идиот, пропустить чужие реплики? Парень тихо вздохнул. Его сосед стал невыносимым за пару дней, недель, что они были знакомы. А теперь ему предстоит ещё и спасти его. Да может к чёрту всё это? Кавех шевельнулся и шмыгнул носом. Он звал кого-то в ночи. Не может. Хайтам просто не может оставить этого совершенно одного. Осторожно обхватив чужую руку в мягком касании, он погладил его. Всхлипы продолжались, но уже реже. Невинное существо. Совсем невинное и одинокое. Ну сколько таких на земле? Миллионы? Миллиарды? 一 Не плачь, 一 попросил Хайтам, то ли блондина, то ли самого себя.