Однажды разрушение постучалось в мою дверь

Открыв глаза, Хайтам не помнил абсолютно ничего, словно потерял память. Воспоминания не приходили даже обрывками, он то и дело открывал глаза, всматриваясь в потолок, то закрывал, пытаясь уснуть. По его собственным наблюдениям прошло несколько лет в этой чёртовой клетке, прежде чем он услышал имя. Удивительно, но свое имя. Кто-то незнакомый так часто шептал его, что росший внутри каменный цветок разломился. Он не сломался, вовсе нет, не распался на маленькие камешки, словно иллюзия. Он ожил. Странное незнакомое чувство сковало грудь. Похоже на страх. Так странно, Хайтам вроде ничего в своей жизни не боялся, а сейчас... Стоило поглядеть на себя в отражении стоящей рядом вазы, а он трясся, как осиновый лист на ветру. Кажется, начинался шторм. Аль-Хайтам потянулся за ручкой, следуя своему внутреннему чувству самосохранения. Ну мало ли, вдруг убьёт. 一 Аль-Хайтам, 一 вновь позвал незнакомый ему парень. Так мягко, как никогда. И слезы чужие выглядели живыми. Странно, он попал в рай? 一 А? Хайтам изогнул брови в вопросе. Он немного смутился, ибо такие парни, как этот блондин 一 очень-очень его настораживали. 一 Ха... Боже мой, ты такой же, 一 молодой парень начинает тихо посмеиваться, словно сумасшедший. 一 дурной. 一 А! Что, ты вообще... 一 Хайтам нахмурился, 一 Гм. 一 Сощурился, пытаясь вспомнить кто это, почему они должно быть знакомы, и почему этот наглец все ещё здесь. 一 Ты плачешь. И смеёшься. Один ты тут дурной. И больной. 一 Добавил он неловко. Светловолосый рассмеялся ещё громче, словно услышал смешную шутку. Ну да, куда уж смешнее. Человек, заставляющий его сердце делать кульбиты просто забыл о нем, как о кошмаре. Что может смешнее этой ситуации? Да только шутка про колобка. Несколько минут прошли в неловком молчании. Кавех бездумно улыбался, почти как самый счастливый человек на планете. Хайтам хмурился, пытаясь понять, что делать с головной болью, а потом в палату зашла медсестра. 一 Ой, а что вы тут делаете? Это ваш друг? 一 Коллеи прищурилась и прошла ближе к койке, проверяя капельницу. Все было в норме. Ей никто не ответил, пока она делала осмотр пациента. Хайтам недовольно скрутился. Он был похож на большого ребёнка, который слишком много повидал. 一 Извините, а могу я узнать, когда выпишут... 一 Кавех не смог произнести остаток, глядя на лежащего пациента. Выглядел он бледно. Не сказать, что не прекрасно. Но одно другого не отменяло. 一 Мм, по плану через неделю. Не задерживайтесь, пожалуйста. Часы посещения скоро закончатся, иначе мне придётся вызвать охрану, 一 медсестра ушла. Кавех потёр свои голову, взхломачивая непослушные волосы. Он мягко улыбнулся парню напротив. Смотрящий выглядел дико недовольным. Можно было прочитать чужие мысли: "Что он тут делает, когда уйдёт, кто это, зачем это". Так много вопросов. И так мало ответов.

***

Хайтам вздрогнул, проснувшись, когда чужой человек медленно сел на кресло рядом. Он шёпотом извинился за то, что разбудил. Пациент приоткрыл свои губы, но вновь их сомкнул, проваливаясь в сон. Снилось что-то страшное. Будто он умер и вся его загробная жизнь заключалась в том, чтобы смотреть, как он сам умирает раз за разом. Это стало мучительно больно. Он скорчился. Сверху, на голове стало тепло и щекотно. Хайтам судорожно выдохнул. Сквозь страшный сон парень почувствовал, как его гладит чужая рука. Шершавая немного, но лёгкая, как перо. 一 Тише, тише, это просто сон. Просыпайся, аль-Хайтам, все хорошо, 一 чужое щебетание и вправду вывело его из дремы. Пациент нахмурился, глядя на Кавеха. 一 Не сердись, ты вспотел. Я вижу. Снилось что-то плохое? Хайтам не ответил, угрюмо отвернувшись. Такое настроение было у него всегда с того дня, как он открыл глаза в этой больнице. Почему он тут? Почему он ничего не помнит? Аль-Хайтам осторожно потянулся. Видимых ран не было. Да и самочувствие, кроме резкой головной боли никак не отличались от здорового человека. Парень глянул на блондина, который явно не ожидал ответа на свой вопрос. Он просто сидел. Сидел, словно Хайтам ему ничем не обязан, или даже наоборот. 一 Я Кавех. 一 Мягко улыбнулся. 一 Я... Ты знаешь. 一 Рефлекторно ответил он. 一 И вправду знаю, Хайтам. 一 Гм, 一 парень стиснул челюсть и громко вздохнул. Он больше не разговаривал.

***

Кавеха не было целый день. Больничная палата пахла чистящим средством. Казалось, ещё немного и он начнёт задыхаться этой ужасной атмосферой. Где Кавех? Мысли были пустыми, как и его душа. Она трепыхалась внутри, непонятно правда от чего. Хотелось выть, кричать, стонать. Лишь бы не один. Лишь бы кто-то говорил. 一 Где ты, 一 спрашивал себя Хайтам. Бездумные часы проходили очень и очень медленно. 一 Пожалуйста, приходи. 一 Лениво разрешал он. Кавех не появлялся. Умер что ли?

***

一 А вот и я. Соскучился? 一 Хайтам удивлённо повернул голову, ранее смотрящую в окно, на Кавеха. 一 Где ты был? 一 Ох, то длинная история. Давай я начну сначала, да? Ты не против? 一 Медленный кивок и блондин заговорил. 一 Если говорить обо мне, то я работаю в отделе архитектурных сооружений нашего города, представляю обычно проекты в виде обычных домиков, словно не у меня высшее образование. Мой Босс 一 полный отморозок. Честное-причестное, я бы его уволил, будь я выше. Он упрекает меня за самые глупые вещи! Даже Тигнари говорит мне, что это отвратительно! Чужие эмоции били в лицо. И сердце. 一 Тигнари?... 一 А. Точно, с самого начала. Это не мой парень, это мой друг. В общем... В этот момент стало спокойно. Будто бы упал груз с плеч Хайтама. Его лицо расслабилось. Мягкая улыбка тенью упала на губы, а сам он прикрыл глаза. Сказать по правде, он почти не слушал. Слышал, что-то отдалённое, про друга, работу, про инцидент, про сломавшийся холодильник. Но в ответ молчал, пока не уснул. Вытянулся всем телом поперёк кровати и задремал. Было чёткое предчувствие, что Кавех вернётся. И не раз. Так будет лучше для них обоих. Пусть Хайтам и не уверен в том, кто этот человек ему. Он очень помогает. "Надеюсь, я ничего ему не должен".

***

Хайтам обнаружил в себе, что рад чужому появлению. Пусть истекала неделя, Кавех забегал каждый день, как только освобождался. Чувства брали вверх, и что-то такое незнакомое, заботливо, внутри шевелилось, ковыряя непонятную рану. Блондин никогда не просил аль-Хайтама сказать что-то в ответ. Только рассказывал. Смеялся много, словно счастлив по-настоящему. Время выписки пришло незаметно, но с облегчением. Документы, ранее забытые дурной головой, нашлись у медсестры. Она отдала их с чистой душой, отпуская парней восвояси. Погода их поддерживала. Казалось, сейчас или никогда. Это день мог бы стать самым лучшим, прежде чем Хайтам успел задуматься. Ему некуда идти. Парень остановился посреди дороги, уставившись в асфальт. 一 И потом я пришёл в парикмахерскую... А, ты чего? 一 Кавех остановился следом и подошёл ближе, осторожно касаясь чужого предплечья. 一 Устал? Болит что-то? Молодой человек покачал головой, хмурясь. 一 Где я живу? 一 У меня дома. 一 Что? Кавех засмеялся, тихо извиняясь. Его лицо посветлело ещё сильнее. Рядом стоящий светофор загорелся зелёным. 一 Прости-прости, я почти пошутил. Я не знаю, где ты живёшь, но... До того, как ты потерял память, мы жили вместе. Некоторое время точно. Я бы хотел помочь тебе сейчас, также, как ты помог мне тогда. Хайтам покачал головой. 一 Мы не знакомы. Я тебя не знаю. 一 Я знаю тебя, 一 выделяет местоимение парень, хватая ничего не понимающего Хайтама и переходя дорогу. 一 Кто ты? 一 Как сказали бы классики... Я 一 разрушение, что пришло в этот мир с какой-то невиданной для меня самого целью. 一 Хайтам нахмурился и фыркнул, осторожно сжимая чужую руку в ответ. Холодало. 一 Бред. 一 Ага. 一 Он вновь рассмеялся, улыбаясь до звёздочек в глазах и ямках на щеках.