Сны Чарли Филлипса

      Грядущее рождество обещало быть если не одним из худших и скучных в жизни Чарли, то уж наверняка обладающим одним из самых неприятных привкусов одиночества и обиды. У большинства его друзей и родственников были какие-то иные, свои, планы, в корне отличающиеся от его представления о семейном празднике в кругу семьи и самых близких друзей. Грандиозные вылазки, планированные уже давно, работа… что-то еще…       Впрочем, на самом деле, основной причиной испорченного настроения Чарли были не столько планы его друзей и семьи, не позволяющие им отпраздновать Рождество вместе, сколько его сын, накануне сообщивший, что на праздники он домой не поедет, решив остаться на все выходные с друзьями. Говоря всем окружающим, что очень рад за своего мальчика, заведшего множество прекрасных друзей и благополучно живущего своей жизнью, Чарли на деле не испытывал ничего, кроме обиды и злости на него.       И вот, когда он размышлял над тем, к кому прибиться на праздники, чтобы обзавестись хоть какой-то компанией или же вовсе предпочесть одиночество, Чарли получил звонок от человека, о котором он наверняка подумал бы в последнюю очередь… если подумал бы вообще. Причиной такого «небрежения» на самом деле в первую очередь было то, что, несмотря на всю любовь к этому человеку, с представлением о праздновании Рождества он ассоциировался меньше всего…

***

      Распивая чай на кухне Лавкрафта, созерцая вполне традиционные для рождественского праздника украшения, Чарли вспоминал свою юность. Чувство ностальгии, вызванное легкой хандрой, не оставляло его уже довольно давно и когда он посетил своего родственника, в памяти всплыли картины далекого прошлого. Рождественских каникул в те времена, когда ему было четырнадцать…       Энджес сопровождала его в те времена практически повсюду.       Купленная пару месяцев назад гитара Gibson Explorer была предметом безграничной радости и гордости своего юного обладателя. Привязанность к ней была столь велика, что она одна из всех его вещей удостоилась чести получить имя, данное ей в честь гитаристки одной из многочисленных кавер-групп на AC/DC, Энджес Янг.       До нее у него была гитара попроще и куда дешевле. На ней он постиг азы и понял, что способен выдавать что-то несложное, что у неискушенного слушателя не слишком резало бы уши. Наличие у Чарли минимального таланта и не остывающей любви к музыке в конце концов заставило отца купить ему что-то посерьезнее.       И естественно, Энджес была взята им с собой, когда во время зимних каникул он запланировал визит с ночевкой у своего дальнего родственника.       Не являвшийся поклонником подобного рода музыки, Говард очень недвусмысленно дал понять, что ни в коей мере не намерен оценивать музыкальные таланты и пристрастия Чарли. Чарли же в свою очередь не оставалось ничего другого, как смириться с тем, что во время его пребывания у Говарда ему не посчастливится сыграть даже пары аккордов. Впрочем, гитара имела свойство доставлять ему исключительно эстетическое удовольствие, и одно только ее присутствие в доме безмерно радовало Чарли.       После ужина, аккурат к которому умудрился явиться Чарли, большая часть вечера была проведена за обсуждением мифов, фольклора и преданий, связанных с зимой в целом и Рождеством в частности. И без того знавший, что большинство старинных народных легенд довольно жутки, Чарли из той беседы подчерпнул немало свежей, безумно увлекательной информации.       Ему, совсем юному и еще не успевшему потерять вкус к подобным вещам, доставляла несказанное удовольствие своеобразная праздничная атмосфера того вечера, сочетавшая в себе что-то по-настоящему таинственно-зловещее и истинно Рождественское, приправленная светом старинных светильников, освещающих большую наряженную ель в гостиной, где они с Говардом обосновались для душевной беседы, и прочие рождественские украшения.       Энджес все это время находилась рядом и, будто бы лениво полулежа на диване, тоже слушала зловещие предания, факты и истории о реальной жути, связанной с зимними праздниками.       Когда он уже ложился спать, Чарли вспомнил, что так увлекся беседой и прочими развлечениями, что оставил свою любимицу в гостиной. Решив не возвращаться за ней, он лег в постель, немного почитал, погасил свет и попытался уснуть.