Твердость решений

В тот же день. Дом Губернатора. Комиссар Августин Мерцелиус.

— У меня пока только один вопрос — каким таким образом генерал оказался на орбите без нашего ведома? — спросил я, когда прибыл на совещание, где уже был Шеркин и губернатор Пацкарт. За остальными, что сидели в Цаозате, уже послали шаттлы, чтобы экстренно провести совещание, но они еще не прибыли. — Мы… уже выяснили это, — с нескрываемой неловкостью сообщил губернатор, который сейчас нервно гладил руки, — Системная вокс-связь работает с помощью специальных спутников на орбите. Они принимают сообщение и передают его в Пункт Приема Дальних Сообщений. Однако… во время протестов против… призыва весь персонал Пункта ушел на внеплановую забастовку. Я удивленно посмотрел на губернатора, а затем на Шеркина. Тот заметно злился от подобной новости, но промолчал, продолжая смотреть на главу планеты в ожидании ответов. — Они присоединились к протесту на площади, после чего… погибли в давке во время разгона силами Гвардии, — продолжил говорить мужчина нервным тоном, — В следствии этого пункт полностью прекратил функционировать. — Это сверхважных объект, — почти что прорычал Верманд, — Какого фрага им позволили его покинуть и уйти на протесты? — Э-это стандартная практика, — промямлил глава планеты, — Этот пункт… н-не считался стратегически важным, его используют по несколько раз в месяц, максимум. Потому это никогда и не запрещалось. Тем более, что с кораблями на орбите мы способны связываться и без Пункта, напрямую, потому, как я понимаю, когда тут находился флот командора Глайцевски никто не видел смысла оставаться. — Почему людей не заменили? — с еще большей строгостью спросил Шеркин. Его глаза разве что только не прожигали губернатора лазерами. Редко можно было увидеть его в таком гневе. — В той су-суматохе п-пропажу персонала заметили только через четыре дня… Опять же, пункт редко используется… Потом н-начали обучение нового персонала, но это требует времени. Планировалось заменить людей через месяц, учитывая все необходимые процедуры, экзамены, техноритуалы и прочее. — А планет-магос не мог взять управление на себя? — задал следующий вопрос Шеркин раздраженным тоном. — М-мы спрашивали у него, однако он в первую очередь управленец и технический богослов. Чтобы обучиться управлению такой техникой — ему тоже нужно время, да и самостоятельно ничего не сможет сделать. Так что он просто благословил других людей на экстренную переквалификацию. " — Мда…» — только и смог мысленно сказать я. Вот так мы и умудрились не заметить целый флот, который прибыл к нам. — Почему системные ауспексы не заметили приближения кораблей генерала? — не унимался полковник. Он хотел полностью разобраться в этой ситуации. Да и мне хотелось узнать, как все это вообще произошло. Губернатор посмотрел на полковника немного виновато. — Дальних системных авгуров… у нас нет, — выдавил из себя Пацкарт. Оба кулака Шеркина ударили по столу. — То есть вы вообще свою систему не видите, что ли? — Мы посылали запрос Администратуму! — громко проговорил глава планеты вскинув руки, — Лет десять назад. На орбитальные батареи, на торпедные аппараты, системные баржи. Ответ один — ожидайте обработки. Самостоятельно купить — правительство бюджет не одобрило, потому что смысла не видят. — Смысла не видят? — непонимающе переспросил Верманд. Звучал он уже так, словно ему втирали какую-то хрень. Собственно, так оно и было, по сути. — Это дорого, — пояснил ему губернатор, — Как по самой покупке, так и по обслуживанию. А у нас бюджет и так не сказать, что сильно большой. — Это ваша безопасность, — как само собой разумеющееся проговорил Шеркин, сжав кулаки. — Так ПКО есть, как установили, так и многие думают, что этого достаточно, а вот здравоохранение и родительские пособия сами себя не заплатят. В общем, честно, не пытайтесь тут разъяснять — мы в этом уже десять лет как варимся и ни к чему не пришли, надеясь на Администратум. — У вас что, даже телескопов банальных нет для слежки за системой? — Есть, но ближнего радиуса, для работы ПКО, — продолжал объяснять губернатор, — По их поводу тоже велись споры постоянные и все тоже упиралось в то, что дальние телескопы куда дороже в обслуживании. Опять же, проблем на планете хватает своих, чтобы это ушло на третий план. По кабинету прошелся тяжелый вздох полковника. Он закрыл глаза и опустил голову, после чего помассировал переносицу. — Идиоты, — проговорил полковник очень тихо, почти неслышно, что я его смог услышать только благодаря аугментики, — Ладно, с этим я понял… Мой вам совет, губернатор, как военного — озаботьтесь этим, когда мы улетим. Как можно быстрее. Будь на месте флота Кемакрю кто-то другой, например, орки или губительные силы, вам бы не поздоровалось. — Будьте уверены, прим-полковник, это все тоже уже обсуждалось. И каждый раз все упирается в то, что ПКО у нас есть и оно достаточно мощное, чтобы больше ничего не делать. Я… подниму этот вопрос перед Советом Общностей. Хотя с учетом того, сколько придется потратиться на восстановление Дегарура… теперь лет на десять вопрос отложиться… Опять. Еще один вздох разочарования от Верманда прозвучал по залу совещания. Тяжело было, тут не по споришь. После этого повисла тишина, никто больше не разговаривал. Мы все продолжили ждать прилета остальных на совещание. В голове же мысли так и крутились о происходящем прямо сейчас. До сих пор не получалось до конца все это осознать. И уж тем более принять. Кемакрю здесь. Тот самый Кемакрю, который заставил нас экстренно собирать вещи и покинуть Вильяр, не успев разобраться с проклятым Барагацем и который одной перспективой своего появления заставил нас начинать призыв вопреки всем процедурам, что в конце-концов привело нас к подавлению протестов и к Дегаруру, прибыл. Стоило признать — чувства по этому поводу у меня сейчас были довольно-таки смешанными. Понятно, что мы ждали его. Понятно, что когда-нибудь он прилетел бы. Но мы не ожидали, что он прибудет настолько быстро — как-никак, были серьезные мысли, что он и через год может сюда прибыть, такое было в порядке вещей. Но что еще более важно, что заставляло меня задумываться обо всем с не самыми приятными эмоциями — он прибыл совсем невовремя. Мы во всю сейчас бомбили Дегарур, уже практически уничтожив его энергетику. Мы только сегодня узнали имя того, кто объявил мне венидит и организовал покушения, а значит — знал имя предателя среди младкомов, то есть значительно продвинулись на пути его поимки. А теперь… генерал здесь. И из-за этого всего мне вообще было непонятно, как теперь будут обстоять дела. Потому что я не исключал возможности, что нам срочно прикажут собираться и выдвигаться на Неглярт, даже не обращая внимания, как это будет выглядеть со стороны для планетарного населения. Понятное, что на такое пойдут только в крайнем случае, но мало ли, как уже обстоят дела на Неглярте. И если такое произойдет, то понятное дело, что придется смирится и подчиниться приказу, никто задерживаться из-за меня не станет. Тот факт, что Гаргуза будут пытаться искать местные, не будет значить ровным счетом ничего — все равно ведь никто им заниматься толком не будет. Потому что будут заняты празднеством в честь нашего отбытия, ага. " — Да уж, посидели на планете, подождали…» — проговорил я про себя. Тот факт, что мы дошли до положения дел, при котором местные будут радоваться нашему отлету, была довольно печальной. Не так все должно было закончиться. Совсем не так… В этот момент мне пришло сообщение. Полковнику тоже. Отправлено оно было нашим Секретариатом и содержало в себе личное дело Кемакрю и комиссар-капитана Щунга Кафучанури, а также еще четырех полковников и четырех комиссаров. От этого мои бровные дуги начали взлетать на лоб. — Боже-Император…- произнес Шеркин, — Так с ним еще четыре полка прибыло. — И того десять полков… Если считать Шамтанарский за таковой, — продолжил я его мысль. — Десять полков, чтобы Неглярт пережил варп-шторм, — Верманд говорил задумчиво, — Да уж, важная планетка. В принципе, это было не сильно удивительно. Как-никак, Неглярт был индустриальным миром, причем довольно большим, если верить всему тому, что было написано в местных источниках. Хотя и стоило признать — отправлять десять полков в качестве эдакой страховки, чтобы во время варп-шторма все прошло нормально, выглядело как-минимум необычно. Но командованию виднее. Меня-то как раз устраивало, что не одним будем на Неглярте, а в составе внушительной группировки. Пока мы ждали прилета остальных на совещание, я решил не терять времени даром и быстро прочитать все, что нам только что прислали. Как-никак, надо было хоть немного узнать про людей, с которыми предстоит работать. Понятно, что всю биографию не изучу, тут чтения на целый день будет, но хоть лица и имена буду знать, из вежливости. Уже неплохо. Первым делом, понятное дело, шел наш генерал, которого мы все так недолго, но активно ждали — Сафцад Дарганат ош Кимацаль дю Кемакрю-Партаор Вамиаранский, он же Сафцад дю Кемакрю, он же просто генерал дю Кемакрю, что было специально обозначено, для удобства. Восемьдесят четыре горда, лысый, с большой седой бородой без усов, толстой шеей, квадратным лицом, очень морщинистым лбом, небольшими мешками под темно-карими глазами, несколькими родинками черного и красного цветов, а также щеками с сильными заметными оспинами. Именно он был назначен командующим нашей "Тысяча Восемьсот Двадцать Пятой Сводной Группы Полков «Неглярт»", как нас теперь именовали на время проведения операции на самом Неглярте. К нему был приписан комиссар-капитан Щунг Кафучанури, теперь уже непосредственный начальник для меня и всех остальных комиссаров заместо Алтанзора. Семьдесят шесть лет, морщинистый, со смуглой кожей, с зелеными глазами, плешью и седыми висками, а также большим рваным шрамом на правой щеке, вероятнее всего, от давнего ранения в челюсть. Далее шел начальник штаба нашей сводной группы полков, он же непосредственный заместитель дю Кемакрю в случае чего — штаб-полковник Гаго Жемегаэль Дарикарац Хят, или просто Гаго Хят. Шестьдесят восемь лет, узкое худощавое лицо с впалыми щеками, длинные пшеничные волосы, бритое лицо. К нему был приставлен штаб-комиссар, непосредственный заместитель комиссар-капитана — штаб-комиссар Назариус Бгаруж. Пятьдесят девять лет, аугментические глаза, множество мелких шрамов, нос картошкой, полностью лысый и бритый. Дальше уже шел командный состав прилетевших полков. Четыре полковника и четыре комиссара. Первыми были полковник Семьдесят Шестого Угомского артиллерийского полка, Жозеф Камаваль вир Ватиаз цу Даргизан-Цамо, или просто Даргизан-Цамо. Шестьдесят один год, с лысой головой, на которой была татуировка в виде сложного символа, и густой рыжей бородой, завязанной в тугую косу, горбатым носом и аугментическими глазами. Комиссар — Южаг Ващак, тридцать пять лет, молодой брюнет с острым лицом и шрамом на щеке. Скорее всего, свеженазначенный. Не удивлюсь, если для него это вообще первое назначение. Как-минимум, компаний в качестве полкового комиссара у него за плечами точно было немного. Странно, конечно, что его сюда прислали, но видимо, все опять упиралось в спешку — дю Кемакрю явно хватал все, что можно было, лишь бы отправить на Неглярт, а учитывая ситуацию в секторе, этого «что можно было» сейчас вряд ли сильно уж много, чтобы выбирать и тем более привередничать. Второй — полковник Двести Пятого Вустрицунского артиллерийского полка, Шалад че Титивус выз Сагар, или просто выз Сагар. Семьдесят два года, с длинными седыми волосами, которые были у него завязаны в пучок, а также густыми усами, бакенбардами и бородой, карими глазами и внушительными мешками под глазами, в которых словно налили воды. Комиссар — Цунур Утомаж. Сорок пять лет. Кареглазый, с массивной шеей, шрамом от пули на лбу и ожогом на щеке, относительно маленьким носом и без ушных раковин. Третий — полковник Сорок Пятого Сальцинского артиллерийского полка, Юлий-Петриций Клавиус фук Дивасар кло Жегерд, он же просто Юлий кло Жегерд. Довольно молодой, сорок семь лет, кучерявый блондин с двумя длинными косичками, что доходили до щек, аугментическим правым глазом и зеленым левым, мозговым когитатором и двойным подбородком. Выглядел, правда, максимум на тридцать, и от одного его вида в голове возникало слово «Донжуан». Комиссар — Себастиан Тарцарт. Сорок пять лет, хотя и выглядел на все шестьдесят, с аугментическими глазами, полностью бритый, с кучей мелких шрамов на лице. И четвертый — полковник Седьмого Атифунского танкового полка, Брсакар Ржоволь Гржемен Фыракарский, или просто Брсакар Гржемен. Сорок лет, брюнет с короткими кудряшками, немного лопоухий, с большим ожогом на правой стороне лица и аугментическим правым глазом, голубым левым и маленьким носом. Комиссар — Дараол Куртож, тридцать восемь лет. Молодой, рыжеволосый, голубоглазый, с треугольным лицом и острыми скулами, тоже явно из свеженазначенных. Дальше уже шли списки полковых капелланов, магосов и всех прочих. Тут меня заинтересовало только то, что с нами послали сразу пять псайкеров — трех Эт, одного Эпсилона и одного Дельту. Вот это заставило меня не столько порадоваться, сколько напрячься, ведь если нам на Неглярт выдавали такую поддержку, значит ждать нас ничего хорошего точно не могло. Хотя, по тому, что я видел, это и так было понятно. Десять полков… До сих пор не получалось осознать это в полной мере. Это были действительно внушительные силы, не говоря уже о том, что они все, исключая Шамтанарский, были полнокровными — это сильно контрастировало с тем, что нам прислали на Вильяр, когда пять полков в сумме были меньше, чем один наш. Правда, оптимизма у меня особого не было. Потому что несмотря на внушительность сил, я видел, что у нас не было какого-то нормального баланса. Из десяти полов пять были пехотными, три артиллерийскими, один танковым и один не то, что не снабжен и не обучен, а буквально не собран до конца. Насколько я знал, Вальцевски и Ичкехум еще не смогли собрать достаточно людей — слишком строгие были даже минимальные критерии по здоровью и слишком хорошо народ прятался от них, используя все возможные средства и помощь тех, кто под призыв не подпадал, не говоря уже про обычных «бизнесменов». У них, конечно, был вариант куда более простой, просто собрать людей из тюрем, но Вальцевски наотрез отказался брать к себе «всякое отребье, если оно само не хочет идти». А идти никто не спешил, потому что условия в местных тюрьмах были достаточно хорошими, чтобы заключенные и думать не собирались насчет того, чтобы променять ее на пожизненную службу в Гвардии, где еще, понимаешь ли, воевать. Убьют же еще. Проще срок в десять лет отсидеть. А еще ведь был Дегарур, где Трацият не особо-то и спешил сдаваться… А еще Гаргуз, с которым вообще непонятно, как теперь быть… В общем, встречали мы дю Кемакрю в превосходном виде, нечего сказать. Только и оставалось утешать себя, что могло быть и хуже. Не особо помогало. Ждать остальных пришлось еще где-то полчаса, после которых они, наконец-то, стали по очереди приземляться прямиком на лужайку напротив Дома Губернатора, от чего у нас тут поднялся довольно серьезный рев двигателей. Затем все по очереди стали проходить в зал совещания и рассаживаться на своих местах. Стоило всем прийти, вновь начались расспросы касательно того, каким это вообще образом дю Кемакрю оказались на орбите вот так, без предупреждения и почему на планете нет ауспексов дальнего обнаружения, но все это быстро смогли разъяснить под шокировано-возмущенные взгляды, а потом уже подошло время сеанса связи. Перед нами замерцало зеленое свечение, которое довольно быстро стало превращаться в целую вереницу подписанных голографических бюстов, по центру которых находился как раз генерал Сафцад дю Кемакрю собственной персоной. Не совсем встреча вживую, но даже так было непривычно видеть человека, о котором мы столько думали все это время. Наконец-то. Дождались. — Приветствую, прим-полковник Шеркин, прим-комиссар Алтанзор, губернатор Пацкарт, полковники и комиссары, — поздоровался с нами дю Кемакрю вежливым тоном. — Мы ответно приветствуем вас, генерал дю Кемакрю, комиссар-капитан Кафучанури, полковники и комиссары, — также учтиво ответил ему Шеркин, склонив головы. Все остальные среди нас сделали также. — Рад вас наконец-то видеть вживую, прим-полковник, — продолжил генерал, — Как я понимаю, у вас были какие-то технические неполадки в плане связи, из-за чего мы не смогли связаться с вами? Лицо Шеркина стало немного виноватым и обреченным. Ну да, сказать придется. Тут уж никуда не денешься. Надо. — Да, сэр. Были. К сожалению, должен сообщить, что во время нашего пребывания на Шамтанаре возникли… осложнения. На данный момент на планете идет локальное восстание. Лицо дю Кемакрю и всех остальных резко изменилось, став более серьезным и сосредоточенным. Так сказать, с прибытием, генерал. — Довольно… неприятная новость, — сдержанно-вежливо ответил он, — В чем причина восстания? — По вашему приказу полковник Вальцевски начал формирование Девятого Шамтанарского полка, в чем мы оказывали ему всецелую поддержку. Глаза генерала закрылись, а голова немного опустилась. Словно ему было больно это услышать. Довольно… неожиданная реакция. — Вы все же начали… аргх, — выговорил он разочарованно и болезненно, не дав Верманду продолжить свой доклад, — Вы получали от нас астрограммы? — Да, сэр, — кивнул Шеркин, — Всего от вашего имени было получено пятнадцать астрограмм. Однако, в следствии повышенной варп-турбулентности все они оказались нечитабельными. Мы знали, что это вы пишите нам, но содержания узнать так и не удалось. Дю Кемакрю помассировал переносицу и тяжело вздохнул. — Ох Боже-Император…- прошептал он устало, после чего посмотрел на нас, — В этих сообщениях я… отменил свой приказ на сбор Шамтанарского полка. " — Чего блять?!» — чуть было не вырвалось у меня, пока мои бровные дуги уже взлетали в стратосферу, обогащая лоб новыми кожными складками. Все присутствующие по нашу сторону распахнули глаза в удивлении. У Вальцевски, Ичкехума и Алтанзора они вообще стали размером с блюдца. Можно было их понять. — Верховное Командование Алитора дало мне чрезвычайные полномочия по сбору полка в обход Муниторума и я приказал вам собрать один из них на Шамтанаре. Однако потом Администратум сообщил, что планета освобождена от сбора полков и отозвало мой приказ, что и было подтверждено Верховным Командованием. После этого мы пытались сообщить вам, что приказ отменен. " — Ну просто охуеть и не встать.» — пронеслось у меня в мыслях, пока я пытался до конца осознать услышанное. Сбор новобранцев. Расстрел протестов. Дегарур. Все это было зря. Всего этого не должно было быть! Но оно произошло из-за проклятой варп-турбулентности! Хотелось кричать. Не на кого-то конкретно, а просто взять и начать кричать. Сколько людей остались бы в живых… Сколько крови можно было не проливать… Только бы приказ пришел. — Ладно, раз начали… то начали, — продолжил наш новый командующий, быстро смирившись с действительностью, — Продолжайте, прим-полковник. — Мы начали добровольный призыв, но в следствии некоторых местных культурных особенностей, информационной неосведомленности населения и отсутствия у нас времени на должную агитацию, добровольный призыв оказался невозможен и был начат принудительный призыв. Это привело к массовым гражданским протестам, которые в последствии были подавлены огнем на поражение. Именно из-за этого, к слову, были проблемы со связью — персонал пункта системной вокс-связи ушел на протесты и погиб в давке. Генерал и все остальные скривились в некотором удивлении вперемешку с недоумением, но никто ничего не сказал. — После этого большое количество политиков, которые разожгли протесты, и миротворцев, местных правоохранителей, которые отказались сдерживать толпу по приказу Комиссариата, сбежали в одно из субгосударственных образований, общность под названием Дегарур, которое имеет свое субправительство. Оно отказалось выдать беглецов и допустить на свою территорию Гвардию, в следствии чего общность была признана восставшей. Генерал снова закрыл глаза. Сделал несколько вдохов. Да уж, можно было себе представить, что сейчас творилось у него в голове. Он прилетел к полкам, которые должны были просто его дождаться, а встретил полки, что подавляли восстание, которое произошло из-за выполнения отмененного приказа. — И какого ситуация с этим… Дегаруром на данный момент? — немного обреченным голосом проговорил старик. Видимо, уже готовился услышать самое худшее. — Флот, который перевез сюда Первый и Второй Акитосские полки и был тут во время начала восстания, отказался проводить даже показательную орбитальную бомбардировку — командор Глайцевски сослался на то, что масштаб восстания слишком маленький, а сама планета с пятым уровнем биосферы, потому потребовал разрешение от Субсекторального Командования. При этом он отказался ждать, потому после высадки полков покинул планету. Я же отказался от проведения наземной операции — был большой риск там увязнуть, учитывая размер, население и регулярную армию у общности. Стоило полковнику это проговорить, как генерал словно ожил. Только что не улыбался во всю и не светился от радости. — Потому все пять полков начали полную блокаду Дегарура с земли, после чего начали использовать авиацию и стратегическое ракетное вооружение СПО Шамтанара для того, чтобы принудить субправительство восставших капитулировать. На данный момент мы полностью уничтожили их ПВО, авиацию, стратегические ракетные силы и военную инфраструктуру. Также мы практически полностью уничтожили энергетическую инфраструктуру общности и сейчас начали уничтожать топливную инфраструктуру. Дю Кемакрю смотрел куда-то в пустоту. Его глаза выражали глубокую задумчивость. — Так… Это очень хорошо, что вы не стали лезть туда, — начал говорить генерал, — Нам еще только не хватало вывода Гвардии с активного фронта. Не говоря уже про потери. " — Не зря отказались…» — сказал я, скрывая некоторую гордость за то, что мы все же не стали следовать планам этого идиота Окингара, который предлагал просто завалить массой. — Правда, даже так ситуация не из лучших. Раз уж командор потребовал разрешения от Командования, значит мы тоже не сможем бомбить планету, даже показательно. Также директивы Командования не рекомендуют вот так завершать операции, даже осадные, — командующий вновь начал думать. — Думаю, — взял слово Кафучанури, говоривший хриплым старческим голосом, — У нас еще есть некоторое время для того, чтобы дождаться капитуляции этого Дегарура. — Вы прекрасно знаете, что у нас крайне мало времени, комиссар-капитан, — возразил ему капитан, — К тому же, нет гарантий, что ситуация в варпе не ухудшится… В общем, прим-полковник. Я могу дать вам максимум пять суток на то, чтобы принудить Дегарур к капитуляции. Не выйдет — передаем все СПО, а вы выводитесь и отправляетесь с нами на Неглярт. — Вас понял, сэр, — кивнул полковник. Пять дней. Всего лишь пять дней на то, чтобы все же заставить Трацията наконец-то капитулировать. У меня были большие сомнения, что это вообще возможно будет сделать. — Так, теперь… Полковник Вальцевски, чего вы… успели достигнуть в плане формирования полка? — На данный момент мы смогли собрать сто пятьдесят три тысячи четыреста восемьдесят пять рекрутов из двухсот тысяч, положенных по Шамтанарскому стандарту. Лицо генерала скривилось в удивлении. — Однако, в следствии отсутствия времени, мы не смогли должным образом обучить их даже основам. К тому же, у нас… есть довольно весомые проблемы с агитацией среди рекрутов в следствии местных культурных особенностей, основанных, в том числе, на неприятии принудительной военной службы. — Ну тут неудивительно, что вы не успели…- спокойно проговорил дю Кемакрю, — Что ж, в таком случае, будете нашим резервным полком. Закончите его формирование, Муниторум пусть предоставит все необходимое, и начинайте погрузку. Обучение будете проводить уже во время перелета на Неглярт и на нем самом. — Слушаюсь, сэр, — твердо проговорил Вальцевски, кивнув головой. Как по мне, это было самым лучшим решение. Из-за того, что Шамтанарский полк практически поголовно состоял из принудительно рекрутированных, ему было просто страшно выдавать оружие, ведь такая толпа все, что угодно способна будет учинить при такой-то озлобленности на нас и нежелании покидать планету навсегда. Но теперь проблема была, по сути, решена. Вместо того, чтобы отправлять полк в бой, его будут держать в тылу и постепенно забирать оттуда людей в другие полки, заменяя тех, кто был убит, а заодно беря уже новых рекрутов и обучая уже их. Эдаких тыловой лагерь по подготовке солдат, только в виде полка. Такой вариант был для нас всех идеальным, учитывая, что мы сможем в случае необходимости просто распределять их так, чтобы от них не было проблем. — П-позвольте вопрос, уважаемый генерал, — вдруг проговорил Пацкарт, привлекая к себе внимание. — Слушаю вас, губернатор, — ответил ему дю Кемакрю. — Если ваш приказ о формировании полка был отменен, то это значит, что призыв отменен, а все, кто был призван, могут вернуться? Это был довольно неожиданный вопрос. — Ни в коем случае, — жестким голосом ответил генерал, чем сильно удивил главу планеты. — Но почему?! — с нескрываемым шоком спросил мужчина. — Потому что полк уже создан, губернатор, — заявил резко Кафучанури, — И даже тот факт, что он был создан по отмененному приказу, дело не меняет. Тем более, что в следствии формирования этого полка уже началось восстание. Его расформирование будет расценено, как отступление под давлением вооруженного сопротивления. Это недопустимо. Потому никто не должен узнать о произошедшем. — Тогда вы можете хотя бы больше не призывать никого в него? — теперь у губернатора было прямо отчаяние. Видимо, он хотел спасти хотя бы те пятьдесят тысяч человек, что еще должны были быть призваны в Шамтанарский полк. Старик посмотрел на губернатора, словно тот сказал какой-то бред. — Это недопустимо. — Там больше ста пятидесяти тысяч человек уже! — произнес Пацкарт с некоторым возмущением, словно пытался объяснить нечто элементарное. — А по штату положено двести тысяч, — жестко и безапелляционно парировал дю Кемакрю, — Сформируем неполный полк специально — это тоже может быть расценено со стороны населения, как слабость. Недопустимо. И больше я не желаю это обсуждать. Губернатор хотел еще что-то сказать, но под грозным взором генерала прервал сам себя и посмотрел на стол, потирая ладони. Затем он закрыл глаза. Он сдался. Понимал, что что-то требовать и просить тут бесполезно. Дю Кемакрю мог спокойно его игнорировать, учитывая, какие полномочия ему выдало Командования для сборов на Неглярт. Тут и Субсекторальное Командование не поможет — если это надо, значит можно. — Так, теперь следующее, — продолжил генерал, посмотрев вновь на Шеркина, — Какого состояние остальных полков, прим-полковник? — Мы смогли восполнить потери среди личного состава после перелета сюда и столкновения с орками в точке Мандевиля за счет призыва шамтанарцев. Тут проблем нет, сэр, — ответил ему спокойно Верманд. — Хорошо. Как обстоят дела с полковыми парками бронетехники? Этот вопрос меня удивил. Как и Шеркина, чьи брови немного приподнялись. — Сэр… у наших полков… нет бронетехники, — заявил Верманд, — Да и техники почти что нет. — То есть как это нет? — удивленно проговорил дю Кемакрю, — У вас, в Верлонском полку, по штату должны быть пятьсот «Тауроксов», тысяча «Химер», три тысячи «Тауросов», двести «Гидр». Не говоря уже о полном обеспечении колесным транспортом. " — Несбыточные мечты…» — произнес я про себя, вспоминая, что нам было положено получить еще перед отлетом на Акитос Прайм. — Верлонский полк был отправлен на Акитос Прайм для борьбы с орками еще до того, как нам это все было предоставлено. Никаких сообщений касательно этого Администратум не предоставил. — А как вы тогда с Корвуарским Орком справились? — шокировано проговорил генерал. — С транспортом, бронетехникой и артиллерией нам помогало СПО Акитос Прайма, они все предоставляли. Дю Кемакрю смотрел на полковника довольно удивленным взглядом, словно тот ему какой-то бред говорил. Можно было его понять. Не каждый день ожидаешь услышать нечто подобное. — Хорошо, а на Вильяр Уникусе что было? — На Вильяр Уникусе мы вели компанию в улье девятого класса закрытого типа. Там в принципе невозможно использование бронетехники и артиллерии. Генерал вновь прижал переносицу. От его лица так и сквозило «Какой же это кошмар.» — Тут я понял, что с Вильярскими полками? — Нам должны были предоставить технику, — ответил уже Оурвериш, — Но с Вильяра мы снялись сразу же после формирования, а на Шамтанар ничего так и не прибыло. Потому у нас только пехотное вооружение, причем только легкое. У нас нет ни ручной артиллерии, ни противотанковых, ни противовоздушных, ни тяжелых противопехотных средств. Только лазганы и пулеметы. Я, кажется, заметил, что у командующего задергался глаз. — А с Акитосскими полками что? — Колесную технику нам предоставили частично — каждый полк оснащен ею на сорок процентов, — начал доклад Окингар, — Бронетехнику мы получить не успели — у СПО Акитос Прайма ее и так ниже лимиты, а местный планет-магос отказался предоставлять то, что он производит, оно все уже зарезервировано на, цитирую, «Декады вперед». Потом нас и вовсе отправили сюда. Запрос Муниторуму мы отправили, но сюда нам ничего не прислали. Глаза дю Кемакрю закрылись и он покачал головой, шевеля губами. Можно было только представить, что он сейчас говорил. Вероятнее всего, это были маты. Ситуация действительно складывалась не самая радужная. Теперь мне было понятно это немного странное соотношение полков. Оно явно было продиктовано не только тем, что возможностей прямо сейчас было немного, но и тем, что дю Кемакрю рассчитывал на нашу бронетехнику, когда планировал операцию. Да, легкую, но все же бронетехнику, которую можно будет использовать. Сам же он привез с собой три артиллерийских полка и полноценный танковый полк, который должен был наши недостатки компенсировать. — Ладно… Могу понять, учитывая ситуацию в секторе… Сделаем следующее. Берите с Шамтанарских СПО все, что можно, чтобы закрыть потребности в армейском транспорте и бронетехнике — только бы по общим стандартам проходили. На лимиты СПО плевать, полномочия от Командования это нам позволяют. Главное, чтобы мы не отправились голыми на Неглярт. Погрузку начинайте немедленно, задействуйте все возможности, какие только получится. Главное помните — у нас очень мало времени, примерно полтора месяца на то, чтобы успеть добраться до Неглярта и дать флоту покинуть его до того, как шторм окончательно войдет в активную фазу и закроет навигацию. — Сделаем все возможное, сэр, — заявил Шеркин уверенным голосом. — В таком случае, больше вас не задерживаю. Приступайте. Отбой. Связь прервалась и все зеленые головы мигом растворились. Губернатор двинулся первый, закрыв лицо руками и покачав головой из стороны в сторону, тяжело выдохнув. Ему было непросто все это терпеть. Очень непросто. — Великолепно, — заявил Ичкехум с таким количество сарказма, что его резать можно было, — Просто великолепно. И ведь возникла у меня как-то идея — а вдруг Кемакрю отменил призыв и пытается нам сказать? Вот просто вдруг! Как третий глаз получил, не иначе! — Кто уж мог подумать, — ответил Вальцевски. — Какой ужас, — сказал Пацкарт, убрав руки от лица, — Сколько людей… сколько людей погибло из-за этого полка… — Ну, тут нашей вины нет, — продолжил Феофар задумчиво. Глаза губернатора сверкнули в сторону комиссара недобрым взглядом. — Ладно, вы слышали приказ, — проговорил Шеркин уже куда более уверенно и строго, — Вальцевски — вы занимайтесь своим полком. Окажем вам помощь, какую сможем. На мне Дегарур. Оурвериш, Тласгахар, Окингар и Сиригис — на вас техника для всех наших полков. Будем высасывать из Шамтанарского СПО все, что есть. Все, за работу, у нас ее много. Мы все быстро встали и направились к выходу из Дома Губернатора. Я чувствовал, как все внутри начало бурлить. Пять дней. Пять дней на то, чтобы заставить Дегарур капитулировать, и еще дней пять на то, чтобы найти Гаргуза и прибить эту тварь. Времени было мало. Очень мало. Причем я понимал, чем это нам грозило. Для Шеркина это был буквально край. Самый настоящий. Генерал этого не сказал, но это было очевидно и всем известно — если он не справится, то будет созван трибунал, проводиться расследование и был очень большой шанс, что ему влетит по полной за то, что восстание было допущено и не подавлено в срок. Вплоть до понижения в звании или даже разжалования. А этого хотелось бы избежать. С Гаргузом же… С Гаргузом вообще не было понятно, что делать. Я отослал приказ местной разведке бросить все силы на его поиски, заочно приговорил его к смерти, гарантировал огромное вознаграждение, кто его найдет и убьет. Но надежды было мало. Найти человека, который хочет скрыться, очень сложно, особенно, когда он умеет скрываться и имеет в доступности минимум несколько стран. Он буквально мог сейчас находится где-нибудь в лесу, в шалаше, и ждать, пока, мы улетим… " — Ладно… Вначале Дегарур…» — проговорил я сам себе, осознавая, что сейчас в приоритете была восставшая общность и Трацият. Нужно было сделать все возможное, чтобы спасти Шеркина. Я не собирался допускать, чтобы наш полк лишился своего полковника.