Узники Башни

— Каллен? Добро пожаловать в Башню Магов Ферелдена! — Верховный маг Ирвинг пожимал руку новому храмовнику, назначенному на новую должность. — Вам понравится у нас. Побегов не было вот уже 15 лет, сплошь образцовые ученики и богатые урожаем кладовые. С нами проблем не будет. Позади Ирвинга стояла щуплая девчушка 17 лет, эльфийские уши торчали в разные стороны, чрезмерно крупные даже для их вида. Она смотрела на него запуганным зверьком, ощущая опасность, исходившую от него. От его доспехов. От регалий, изображённых на стальном каркасе. Церковь. Она свела их вместе и она же стала пропастью, навсегда разлучившей две незнакомые, чужие друг другу души. Она стала первой из аконитов, которых он повстречал в башне, так что впредь Каллен старался всюду приглядывать за ней. Следил за ней, когда она практиковала заклинания на нижних этажах, прибиралась в кладовых, оставалась допоздна в библиотеке. Сияющая, всегда радостная и воздушная. Такой он помнил её. Однажды она подарила ему цветок — вырастила самостоятельно на окне у кровати, в которое любила по долгу смотреть. Она тогда дарила их всем подряд, так стремилось её сердце поделаться счастьем, переполнявшим душу. И так тянулись долгие дни их совместного заточения. Она терзала его искушением и страстью во снах, поэтому он превращал её жизнь наяву в ад. «Я уверен, она — исчадие зла, проникает ночью нарочно в мои сны, искушает, отравляет мою душу. Я изгоню из неё порок, я не сведу с неё глаз». Обычный день начинался с выговора от Каллена, адресованного ей. — Ты снова не убрала за собой свитки. За это будешь всю ночь читать псалмы в ризнице. Я лично буду следить, чтобы ты тщательно усвоила важность порядка. — Как скажете… Я бываю очень рассеяна. Или: — Что за неопрятный внешний вид? Опоздание на 3 минуты? Конфликты с другими магами? На тебя сегодня снова жаловались… Она даже не озлобилась, принимая всё за чистую монету. Иного обращения она не знала — не могла знать, Каллен проявлял к ней интерес, и она по-своему трактовала его «заботу» о ней. Йонас, её лучший друг, несколькими годами старше, первым распустил слух, что Каллен попросту влюблён в невинную аконитку, так что не стоит принимать его претензии в её адрес всерьёз. — Ну и зачем ты так с ним, Йонас? Каллен просто любит свою работу. Все знают, у него паранойя и он слегка не в себе. Воспринимай его как я — местным сумасшедшим. — Его бесконечные придирки создают тебе образ бунтарки и портят репутацию. А что если тебя однажды… Очистят? Отрежут от тени, лишат снов и эмоций? Пусть я лучше ошибусь и возьму на себя грех по наговору на служителя Церкви, чем стану свидетелем того, как тебя превращают в каменное изваяние. — Йонас, ты так любишь драматизировать! Давай лучше посмотрим, к чему он прикопается сегодня. — Какие ставки? — Три яблока с дневного пайка. Мариан и та, которая Амелл, поставили на нерасторопность, мол, я медленно поднимаюсь по лестницам, а это проявление праздности и увиливание от учения. — Хммм… А то состязание на лучшую выдумку для придирок ещё не окончено? — Нет. — Голосую за их предположение! Абсурднее я ничего не слышал. — А ставку делать будешь? — Так, давай подумаем…. — Ну и как это понимать???!!! — Рыцарь-капитан Каллен! П-прости, у меня перерыв… — Замышляете похоть с Йонасом, спрятавшись за этой ширмой? — Что… — Молчать! Имейте в виду, я внесу это в ваши личные дела! — Да я скорее с храмовником согрешу, чем подумаю об этом с Йонасом! Он мне как брат! Держи свои срамные мысли при себе, Каллен! Слышавшие всё акониты, храмовники и маги раскрыли глаза и уши, побросав дела. Башня замерла в ожидании ответа Каллена. — Ты. Идёшь к Ирвингу со мной, немедля! — Но я!… — Молчать! — *шёпотом* Всё равно Каллена не переплюнуть в глупых догадках. — Йонас ткнул её локтём в бок, отчего она захихикала. На смех обернулся Каллен. — Что-то смешное? — Нет. Смешинки в её глазах светлячками на ночной поляне танцевали круги сдерживаемого смеха. Он опустил взгляд ниже, на сомкнутые кулачки, ногтями впивавшиеся в кожу. «Лучше бы она мечтала ударить меня. К ненависти я привык. В ней нет позора». Она переглянулась с Йонасом и взорвалась смехом. Так Каллен стоял, осыпаемый нотами её колокольчиков, выставив себя на посмешище перед ней в очередной раз. А потом… Каллена призвали на срочную службу в столицу и он был вынужден покинуть Башню Магов, чего она бы никогда сделать не смогла. Судьбой ей предстояло стать вечной узницей, то было бремя, наложенное на неё Создателем. Магия пронизывала её суть, она носила в себе её порок. «Зато она всегда будет моей. И я всегда буду знать, где её найти».