Держи мою руку

Парень кричал: — Ребятаааа! Помогитеее. Все подбежали к краю обрыва и увидели, что Антон упал. Поскользнулся на мокрой земле, свалился и ухватился за кусок корня, что торчал откуда-то из скалы. Арсений тут же скинул рюкзак, сел на колени и протянул руку. — Держись! — он взял его за запястье. Парень перехватил запястье старшего, делая крепкий захват. Серёжа сделал так с другой рукой. Вдвоём они вытянули Антона на землю. Он тяжело дышал и готов был заплакать. Расцарапанные руки, кровавая нога и порванная штанина. Лера присела к нему и аккуратно разорвала ткань на ноге. Голеностоп опух, все было в крови. Она посмотрела на парня, который уже плакал, сжимая зубы от боли и сказала: — Надо рану промыть. — Чем? — спросил Серёжа. — У нас ни антисептика, ни перекиси. Даже воды нет, она там, — он указал вниз, в обрыв к реке. Все думали и молчали. — Я слышала, что можно пописать на рану, — тихо сказала Лера. — Нет, — резко отрезал Антон. Арсений с Серёжей переглянулись. — А чё ты на меня смотришь? — сказал Серёга, — я не буду этим заниматься. — А у нас есть выбор? — Не надо на меня ссать! — твердил своё Антон. Лера взяла его голову двумя руками и заглянула в глаза. — Если мы не промоем рану, то будет ещё хуже. Начнётся заражение крови, потом гангрена и всё… ноги не будет. Антон зажмурил глаза и тихо сказал: — Ладно. Девочка отвернулась. Серёжа спросил: — Ну чё? Кто будет? Давай на цу е фа? Лера, услышав это, повернулась и возмущённо сказала: — Какие цу е фа? Штаны сняли… Такого от неё не ожидал никто. Даже Антон успокоился. Она снова отвернулась и Арсений первый расстегнул ширинку. — Щиплееет бляяяяяять, — заорал младший, зажмурив глаза и сжимая руками бедро. Арсений отошёл и сказал: — Терпи! Серёг, мелкие раны твои. Тот сделал то же самое, но с руками парня. Антон встряхнул их и брезгливо посмотрел на всё это. Лера повернулась и снова склонилась на младшим. — Ну что? Ты как? — Никак, блять. Как может быть человек, когда его обоссали? — Вставай, — Арсений поднял его за подмышки, перекинул руку через себя и обхватил за талию. Серёжа взял рюкзак малого и все медленно пошли дальше. — Нам долго ещё? — спросил Антон уже более спокойным тоном, прыгая на одной ноге. — Думаю, что нет. Скат закончился, а поэтому, может и вот здесь переночуем. Только отойдём от обрыва, — он подвёл Антона к дереву, но тот сказал: — Подожди, отведи меня в сторону. — Сейчас, — Арсений скинул рюкзак к дереву и повёл Антона за куст. Все уселись. Мальчики вернулись и старший усадил пострадавшего на землю. — Нам огонь нужно разжечь, — сказал Серёжа. — Палки все мокрые, — констатировал Арсений. — Надо полено найти и ножом из него сердцевину сухую расфигачить. — Ага, ножом? Ты так до конца своих лет это делать будешь. Надо под кусами смотреть, там сухие могут быть. Они оставили Леру с Антоном, а сами ушли собирать хворост. — У меня даже бинта нет, — грустно сказала девочка, смотря на младшего, — хотя, что-то есть. Она залезла в рюкзак и нашла сухие салфетки. Аккуратно приложила их к ране и перевязала шнурком, который сняла с его кроссовка. На ногу натянула шерстяной носок, чтобы нога не замёрзла, а кроссовок без завязок убрала в его рюкзак. — Ну вот, так лучше. Хорошо бы ещё закрыть, чтобы грязь не попала. — Спасибо, — тихо сказал парень, — я так заебался. Весь этот поход уже в печёнках сидит. Сколько мы ещё будем бродить по лесу? Когда нас найдут? — Потерпи, когда-нибудь это закончится, — она погладила его по плечу и приобняла. Парень ответил на объятия и тяжело вздохнул. Вскоре вернулись ребята с кучей сухих палок. — Этого не хватит на всю ночь, — сказал Арсений, — но на первое время. Я потом ещё схожу. — Мы сходим! Одному не надо, — кинул палки на землю Серёжа и принялся их стругать. Снова пирамидка, стружка, батарейка, консервная банка из-под вчерашней тушёнки. С третьего раза получилось развести костёр. Ребята снова ушли за палками. Лера вокруг собирала ветки, чтобы сделать настил для Антона. Спустя часа два, мальчишки принесли горсть сухих веток и помогли Антону перебраться на мягкую, хоть и влажную подстилку. Он лёг, положил голову на рюкзак и тяжело вздохнул. Пламя костра успокаивало. Сейчас он лежал боком к огню, чтобы не нагреть повреждённую ногу. Было уже темно, все сидели и грелись. — Сегодня дежурим втроём, — сказал Арсений, — я, как обычно, начну, а Лерой закончим. Все молча согласились. Они доели остатки шоколадки, пожевали сухую кашу из пакетика и продолжили сидеть, сушить вещи. Лера встала и направилась в лес. — Ты куда? — спросил Арсений. — В туалет. — Не далеко только. Она кивнула и направилась в темноту. — Завтра надо во что бы то ни стало куда-то выбраться. Антон не протянет, — сказал Арсений, смотря на спящего парня с перебинтованной ногой. — Да, но только как? Мы вообще не знаем куда. — Я всё думал над словами Антона про траву и смешанный лес. А что если где трава, там, где скот? Серёжа почесал макушку и задумался. — Ну, вообще да, логично. Но здесь одни камни, мы как-то странно ходим. Сначала тоже скалы, потом этот смешанный, потом снова скалы. — Значит потом будет смешанный. Не факт, но. А вообще, Лера права, нужно идти вдоль реки. — Мы и так идём, но что-то никуда не выходим. — Подожди, а где Лера? Лер! — крикнул он, чем разбудил Антона. — Что случилось? — спросил сонный младший. — Лера потерялась. Я за ней. — Арс, — сказал Серёжа, — побудь с Антоном, ты если что, помочь ему сможешь. Я просто в первой помощи не шарю совсем, — он взял фонарь и направился в сторону. — Лерааа, Лееер! — он уходил всё глубже, голос удалялся и растворялся в темноте. Парень делал зарубки на деревьях, чтобы суметь вернуться, но с каждым шагом, ему становилось всё страшнее.