Держи мою руку

Дима вытер пот рукой и сжал в ладони крохотный бутылёк. «Слава, ну давай же» — молил про себя мужчина и смотрел, как Гендель вскрывает бутылку. Внезапно раздался звонок и босс снял трубку: — Дааа, — протянул он и поставил бутылку на стол. — Мне сказали у вас есть новая партия. — Кто вам дал мой телефон? — он по-хамски махнул рукой Диме, мол «разливай» и продолжил общение. Мужчина трясущимися руками налил сначала себе, а затем вскрыл бутылёк и вместе со струей алкоголя вывил жидкость в рюмку Генделя. — Не важно. Я хочу купить у вас «Облако». — Какое «облако»? Вы о чем? — О новой парти, — строил из себя тупого Слава, который вовремя увидел сообщение друга. — У меня не «облако», а «радуга»! — Нет, облако. Сладкая вата «облако», нам нужна для цирка. — Какой цирк? Какое облако? Вы с ума сошли? Забудьте этот номер телефона. Я не торгую ничем! — он кинул трубку и посмотрел на Диму, — придурок. «Этот придурок — самый лучший друг на свете» — подумал мужчина и в душе улыбнулся. — Ну что, — Гендель взял предназначенную для него рюмку, — за новую партию? — За новую, — они чокнулись. — Да не дрейфь, твою семью я не трону. Живы останутся твои дети, — и он залпом опустошил стакан. Дима тоже выпил и приложил кулак ко рту, принимая горячий алкоголь в горле. — Чё такое? — Гендель схватился за голову, — палёный что ли? — Вам плохо? — включил актерское мастерство Дима, — присядьте. — Да, что-то да… я… я… — Что с вами? — Не знаю. — А как зовут знаете? — тот задумался и опустил взгляд в пол. — Нет. Я где? — босс осмотрелся. — Вы у врача. Пришли больничный взять, давление поднялось и плохо стало. Сейчас всё станет нормально, — Дима нагнулся к уху и так жёстко сказал, — ты обычный мужчина. К тебе будут подходить люди и спрашивать про «Радугу», скажешь им, что производство останавливаем и уничтожаем всё, что сделали. Что всё это очень опасно. Отдаешь им деньги и пусть они делят их поровну. Говоришь, что прощаемся навсегда. Что органы заинтересовались нами и мы заканчиваем бизнес. Идёшь и встаешь на биржу труда. Ты меня понял? — Я? — невинные глаза, с полным непониманием происходящего, — я понял. А что закрываем? — Завод по производству ядовитого вещества. — А, хорошо. — Пойдёмте, я выведу вас к народу и вы всё скажете. Дима собрал портфель, убрал туда склянки, чтобы никто ничего не заподозрил. Вещество быстро рассасывается в крови и моментально действует на нейроны, перекрывая к ним доступ кислорода. Клетки умирают вместе с памятью. Вернуть их почти невозможно, со времени родятся новые и заполнятся новыми моментами из жизни. Мужчины вдвоём вышли на постамент и Гендель откашлялся: — Кхм, уважаемые! Я прошу вас прекратить работу, мы уничтожаем эту ядовитую смесь. Больше заниматься этим не будем. Его люди в черном переглянулись. Дима стояла поодаль от Генделя и наблюдал за всем. Кто-то снизу спросил: — А деньги? — А деньги я выдам вам поровну, каждому. А вы, — он указал на людей в черном, — свободны. Мы закрываем бизнес. — Он в своем уме? — тихо спросил мужчина у другого. — Да хуй знает. Но он не шатается, говорит чётко. Значит не под дозой. — А что тогда? — Не знаю, может менты накрыли. — Ааа. — А в чем проблема? — крикнул кто-то из толпы. — Нами заинтересовались органы. — Ну вот, — тихо сказал всё тот же мужчина в чёрном, — значит нас накрыли, расходимся. Желательно по-тихому. Гендель ушел с постамента и подошёл к Диме. — Всё правильно, — сказал тот, — а теперь идите в ваш кабинет и отдавайте деньги людям. Они заработали. Не удивляйтесь, там много. Это нечестный бизнес. Вам необходимо молчать об этом иначе сядете за решётку. Все, кто есть в этом здании умеют держать язык за зубами, не переживайте. — Хорошо, — доверчиво сказал тот, — спасибо, — и протянул руку. Дима сдержался, чтобы не засмеяться и тоже пожал ладонь. Выйдя из здания, мужчина выдохнул. Всё получилось. Он не сомневался, что Гендель поступит так, как ему было сказано, ведь был уверен в своих силах и своей химии. На дворе стояла ночь, но ему хотелось бегать и прыгать, хотелось кричать. Дима позвонил жене. — Аня. Аня всё закончилось. Где Серёжа? — Домой ушёл. Помог мне вареньем и я проводила его. — Ты умница. Всё… теперь всё будет хорошо. — Я не сомневалась в тебе. Ты у меня самый сильный. — Спасибо. Я сейчас домой, схожу в душ и поеду к детям. Надо Славу поблагодарить. — Может не на ночь? — Нет, хочу увидеть их скорее. Ты со мной? — Конечно. Я всегда с тобой. — Спасибо. Скоро буду, — он вызвал такси и через час уже добрался домой. Аня сразу обвила его шею, а Дима сжал её в своих объятиях, кидая портфель на пол. Прокружил её в коридоре и поцеловал. — Я так счастлив, родная, ты бы знала, — он смотрел в её красивые глаза. — Я тоже. Дим, точно всё закончилось? К нему не вернётся память? — На заводе всё решили. Я обещаю тебе, что ничего не повторится, что всё будет хорошо. — Ты молодец. Дим, а что у нас попугай делает? Он рассмеялся. — Что он говорит? — Я открыла его, а она такой «Я собака Жора» ты где такого умника подобрал? — Нужно было для эксперимента. Сдам его в зоомагазин. — А может оставим? Он забавный, — мужчина выпустил её из объятий и поднял портфель. — Я бы, наверное, оставил. Но у Тохи аллергия. — Я не знала, — встревожилась мама, — ты говорил, что только пищевая. — На пух и перья тоже, — мужчина стянул с себя футболку с толстовкой и с голым тортом прошёл в ванную. От туда написал другу, что часа через три приедут. Слава сказал, что негде положить их и лучше пусть приезжают ранним утром, пока мальчики ещё спят. Дима помылся и вышел к жене. Та собирала свою дамскую сумочку. — Ань, мы не едем, — протирая голову полотенцем, сказал он. — Почему? — Слава попросил утром. — Я на это и рассчитывала, — она улыбнулась и стала раздеваться. — Ну что, — он со страстью в глазах бросил полотенце на пол, — может того? — Ммм, тебя попугай не смущает? — Я отнесу его на кухню, — он взял клетку и поставил на кухонный стол. Вернулся повалил свою жену на кровать, — я так долго был без тебя. Не единую женщину не тронул, только ты и ещё раз ты, — мужчина вовлек её в страстный поцелуй.

***

Антон проснулся от странного звука. За окном ходили люди, кто-то разговаривал. Он отодвинул занавески и увидел в саду отца. — Папаааа, — прокричал парень и стал залезать на подоконник. — Ну куда ты лезешь, — улыбнулся мужчина и подошёл к окну. Он спустил сына с рамы и поцеловал его в голову. — Папа, ты вернулся, — мальчик обнимал его со всей любовью. Из дома, как полагается через дверь, вышел Арсений. С улыбкой он подошёл к матери и нежно обнял её. — Мой сыночек, я скучала. — Я тоже, мам. Она провела рукой по его волосам и с улыбкой посмотрела на взрослое лицо сына. К ним подошёл отец и положил руку на старшего. Тот вжался в его объятия. — Пап, спасибо тебе. Прости меня, я очень виноват. — Всё хорошо, сын. Всё закончилось. Давай забудем это?! Антон прислонился головой к маме и та, словно маленького котенка, потрепала по голове. Потом нежно поцеловала в щёку и сказала: — Мой маленький, мой хороший мальчик. Я до сих не могу поверить, что мы вместе. — Маааам, — он обнял её. — Ну что дети, поедем домой? — обратился к ним отец, — Слав, спасибо тебе ещё раз огромное, — он крепко сжал друга в объятиях, — без тебя не справился бы. Всю жизнь ты мне помогаешь. — Дружище, а ты сколько раз меня спасал? Скольким помогал? Можно сказать я жизнью тебе обязан. — Да ладно тебе, брось. Спасибо за пацанов, приютил, побыл. — Димк, мне только в радость. Мог бы иметь своих, то уже обзавелся бы семьей. Но ты прекрасно знаешь всё, — тот с грустной улыбкой кивнул. — Не думаю, что ребята будут против твоего общества. Вместе сходим на рыбалку. — Только не в похоооод, — процедил Антон. — Нет, Тох, такими вещами мы больше не занимаемся, — дядя Слава потрепал его по голове, — Аня, — он поцеловал её руку, — рад был тебя увидеть без темноты. — Я тоже, Слав. Может к нам? Я пирог сделаю, м? — Нет, спасибо за приглашение, но я пока здесь останусь. Надо доделать дела. А то запустил хозяйство. Мальчишки, если будет желание, то всегда готов вас видеть. — Дядь Слав, мы обязательно приедем к вам и посмотрим диафильмы. Мы ведь так и не сделали этого, — улыбнулся Арсений и пожал ему руку. — Да, обязательно.

***

— Антон, зараза, плавки мои нахера к себе положил. — Это мои вообще-то! — Да? — старший подошёл и показал ему плавательные шорты с красной полоской, — запомни, твои с синей. С синей полосой. — Ну и пожалуйста, — младший поменял одежду местами в чемоданах. — Вы собрались? Нам завтра уезжать в четыре утра! — крикнул отец из другой комнаты. — Пап, а точно ничего, что мы пропустим первое сентября? — подошёл к нему Арсений. — Точно. Тебе нужна эта линейка? В какой раз, в одиннадцатый? Ну скажут «удачи на экзаменах», расслабься. Неделю сентября нас не будет, ничего нового не пропустишь. — Ну ладно. Я это… собрался, сейчас с Леркой встречусь. — Давай, только не до поздна, а то нам вставать в три. — Хорошо, — Арсений вышел из квартиры и направился в парк, к уже давно облюбованной лавочке. Прождав минут пять, к нему подошла Лера. Он обнял её и поцеловал в губы, — я рад тебя видеть. — Я тоже. Ты где был? Не отвечал мне. Подумала, что бросил. — Ты чего? Нет, я не брошу, — он нежно провёл носом по её волосам, — ты моя. Просто был тяжелый период. Сейчас всё хорошо. — Арс, — она заглянула к нему в глаза, — я очень хочу, чтобы мы были вместе. — Так мы вместе. — Нет, ты не понял. — Ам… нет, пока без секса, ты юна ещё. — Аааарс, я про будущее. Не хочу, чтобы после школы мы расстались. А с шестнадцати по согласию, — он улыбнулась, — и если что, то я согласна, — Арсений тоже улыбнулся, но отрицательно замотал головой. Он поцеловал её в нос и прошептал. — Рано, потерпи пару лет. Я буду с тобой. Они плавно двинулись по дорожке, держась за руки. Юная пара, но такая красивая. Антон стал ревновать брата и, когда тот возвращался с прогулок, сыпал его негативом «тебе с ней интереснее, чем со мной», «лучше бы не было её с нами в этом походе», «ты её любишь больше, чем меня». Арсений прекрасно понимал, что тот просто хочет внимания брата, поэтому каждый раз говорил, что любит его и никуда не денется. Иногда, младший садился к нему на кровать, играя в телефон, и прижимался к старшему. Тот, со всей любовью обнимал его. Знал, как важен для мелкого. Это лето для обоих стало слишком эмоциональным, оба пересмотрели свои ценности, отношение к людям и жизни в целом.

***

— Антон, блять, ты где был? — спросил старший, стоя в дверях квартиры, — родители уехали в отпуск и всё? Можно тусить пол ночи? — Я, — он съехал по стенке и сел на пол, — тусил. — Блять, — старший подошел к нему и стянул куртку, — всё заблевал. Да не вертись ты, дай раздену тебя.