К счастливому будущему

      Когда до лагеря доходят слухи о том, что и та сторона и другая обсуждают уже преимущества перемирия и установления двух государств, Немо смотрит боковым зрением на Якова с радостью, когда они вместе моют посуду на кухне, и одними губами произносит с улыбкой:       — Получилось, Яков. У нас получилось.       — Рано радуешься, — мрачновато хмыкает тот, почти шепча, чтобы не привлекать внимание остальных, если вдруг кто-то из них сидит в столовой. — Для начала нам нужно дождаться, когда подписание мирного договора будет планироваться. Всё не так просто с установлением государственных границ, столицы и правительства, но, в целом, возможно, скоро мы будем спасены. А пока не хочешь пройтись немного по лесу? Подышим свежим воздухом...       — С чего бы тебя на свежий воздух потянуло? — подняв бровь, интересуется юноша, на что тут же слышит от того с явным намёком в голосе:       — Пройдёмся, осмотримся, без посторонних и преследователей.       И Немо догадывается, на что тот намекает, отчего тут же торопливо кивает и отвечает:       — Было бы неплохо. Однако как ты планируешь выйти за пределы лагеря? Генерал ведь требует, чтобы вы оставались рядом со своими казармами.       — Мы не уйдём слишком далеко, — обещает Яков, настойчиво глядя на него. — Нам нужно только отвлечь часового и проскользнуть мимо — тогда получим чуть больше времени на разговоры о важном, чем обычно.       В тот момент на кухню неожиданно заглядывает Дорис, отчего Немо мгновенно отскакивает от Якова, в то время как тот торопливо шагает в сторону, точно и не стоял рядом с человеком, которого якобы считает шпионом.       — Вы хотели выбраться за пределы лагеря и обсудить нечто важное? — уточняет девушка, на что Немо, выкручиваясь, тут же ловко лжёт:       — Вроде того. Мы думали о том, что нужно обсудить план там, где никто не подслушает. Яков очень осторожен, поэтому, чтобы не ставить вас под удар, хочет рассказать о моей задаче наедине, без присутствия остальных.       Яков умело притворяется, делая вид, что всё так и есть, а Дорис с восторгом хлопает в ладони и замечает, подскочив на месте:       — Так мило, что вы беспокоитесь за благополучие нашего плана! Тогда я обязательно вам помогу. Отвлеку на себя часового, а вы проберётесь в лес и обсудите всё. Двух или трёх часов вам достаточно?       — Более чем, — отвечает за обоих Яков, прежде чем с подозрением поинтересоваться:       — С чего бы тебе помогать нам, Дорис? Тебя не возмущает, что у нас есть тайны от остальных наших товарищей?       — Ты сам сказал, что это ради нашего общего блага, — широко улыбается в ответ та, довольно подмигивая. — А ещё я не могу не помочь вам: мы ведь друзья.       Юноша ничего не говорит, даже не пытаясь спорить с ней, в то время как Немо с ответной улыбкой благодарит девушку:       — Спасибо, Дорис.       — Всегда пожалуйста, Омен, — отзывается та, довольно кружась на месте, прежде чем пригласить их за собой, вроде как маня их за собой рукой, но ведя руку в противоположном направлении:       — Идём. Чем раньше, тем лучше.       — Тоже верно, — не спорит Яков, и троица следует к воротам.       Уже практически дойдя до места назначения, парни остаются чуть поодаль, в то время как подруга с энтузиазмом спешит к часовому, на ходу выдыхая торопливо и привлекая его внимание:       — Привет! А у вас в казармах есть необычные рецепты? Я как раз собираю их, чтобы придумать свои, ещё более уникальные. Вот ты когда-нибудь думал о том, что можно готовить газировку, как сержант Леманн, но используя для этого клевер и мёд? Уверена, вышло бы просто восхитительно!       Пользуясь возможностью, когда часовой с недоумением переводит взгляд на Дорис, Немо и Яков торопливо, но осторожно пробираются мимо, после чего как можно тише отправляются подальше от лагеря. Когда же расстояние оказывается достаточным, чтобы их не увидели, Яков прижимает руки юноши к дереву и целует его, закрывая глаза. Тот отвечает со всеми любовью и теплом, что в нём есть, прежде чем заметить с раскрасневшимися губами, когда солдат с револьверами отстраняется:       — Долго ждал?       — Естественно, такая возможность, — ухмыляется парень в ответ, касаясь своим кончиком носа его. — Нам всегда кто-нибудь скоро мешал побыть наедине, приходилось осторожничать. Теперь есть возможность провести время вместе, не скрываясь. Кстати, весьма памятное местечко, не находишь?       Немо смотрит на него с недоумением и пожимает плечами, не зная, что и ответит. Яков же роняет его на чуть влажную от прошедшего за день до их выхода траву и, нависнув сверху, уточняет:       — А теперь? Давай, господин Немо, вспоминай.       — Мне правда незнакомо это место, — отзывается солдат честно с растерянным взглядом, прежде чем возлюбленный вздыхает, затем опускаясь рядом и чуть морщась от сырости:       — Здесь мы с тобой встретились впервые. Ты бежал от кого-то, прежде чем свалился здесь. Тогда ещё шёл сильный дождь, настоящий ливень. Неужели не помнишь?       Немо качает головой, честно признаваясь, отведя взгляд:       — Не помню. Так вот какой была наша первая встреча... Для меня она произошла в той пыточной, когда Оливер облил меня ледяной водой, а ты допрашивал, без конца крутя в руках свои револьверы.       — Вот как, — хмыкает тот задумчиво, слегка хмурясь, прежде чем вдруг вынуть из кобуры и протянуть юноше один из пистолетов. — Я хочу, чтобы он был с тобой на случай, если тебе придётся защищать свою жизнь. Я не знаю, что может произойти в будущем, но доверяю его тебе, чтобы ты выстрелил во врага при необходимости, не медля. Не знаю, на что способен создатель, но если он может заставить тебя забыть обо всём, что ты чувствуешь ко мне и нашим товарищам... Тебе лучше сделать всё возможное, чтобы не попасть к нему в операционную, если план всё же пойдёт прахом, Немо.       — Я надеюсь, что этого не случится, — тихо вздыхает тот, однако протягиваемое оружие берёт, тут же ощущая в руке знакомую тяжесть и чувствуя кожей нагретую металлическую поверхность.       Какое-то время он лежит в траве, в то время как рядом сидит Яков, и оба, не говоря ни слова, молчат, слушая щебетание птиц. Наконец солдат теперь уже с одним револьвером поднимается на ноги и замечает, протягивая юноше руку:       — Нам пора. Идём, господин шпион, иначе кто-нибудь в лагере точно заметит наше отсутствие. Дорис вряд ли станет ждать дольше.       Тот не спорит, лишь тихо вздыхает, принимая его помощь и поднимаясь на ноги, а после отправляясь следом назад. По дороге он осторожно интересуется у Якова:       — А как ты понял, что это то самое место? В лесу многие места похожи друг на друга.       — Оставил засечку на дереве, — признаётся парень. — Вот только я тогда ожидал совершенно другого исхода.