С чистого листа

Все что его ожидало дальше это получение с утра копий документов, лекарств и пожеланий удачи от врача. Был обижен, но не мог винить того, как-никак его и так продержали здесь максимально долго. Только благодаря мужчине и остался жив на деле, наверняка было сложно его оперировать. Когда настало время забирать его из больницы, тогда-то впервые и увидел своего надзирателя на длительный период, скорее всего на всю жизнь. Сколько там ещё осталось год или два? Сразу же в голове появились наброски: полицейский, следовательно, наверняка жестокий. По взгляду и коротким диалогам с его стороны было понятно что все надуманное абсолютная правда. Он ни капли не отличался от остальных полицейских, имея ту же манеру общения и повадки, стремился его поучать. Сложно было дойти до своей, надеялся, что временной обители в компании полицмена. Обещанное «недолго» длилось примерно минут сорок, если не больше. Понятно что надзирателю легко дойти, а вот ему с ватными ногами, пошатываясь от лекарств — далеко не легко. По крайней мере его не подгоняли, что уже хорошо. Вокруг было так много полицейских, которые то и дело обращали на него внимание — доставляли дискомфорт. Видно он у них — настоящая знаменитость, что и не удивительно. Полицейская база имела большую территорию и оттенки были ожидаемые — вся в синем цвете. Разнообразие отсутствовало полностью, если уж изредка. Только представлял ее немножко по-другому, она казалась слишком большой. Разве такую огромную территорию можно не замечать? Та и выглядело все больше по-городски: домики, многоэтажки, которые имели в себе максимум с шести этажей. Заметил даже по пути большую детскую площадку, на ней совсем не было детей. Может потому что обед, к тому же садик. Вот площадка единственное что отличалось среди всего синего, она была разноцветной, что и понятно, всякой ребятне нравится цветовой избыток. — Тебе слишком трудно? Не стоит забывать что завтра твой первый рабочий день. Проспись, приведи себя в порядок перед ним. Не беспокойся в первый раз сам зайду за тобой и покажу куда идти. Сопровождать тебя это моя работа. — Последнее надзиратель произнес с некой гордостью, возможно все потому что она действительно приносила ему удовольствие. Риколит бы высказал ему в лицо, все что думает о этой затее, но отсутствие возможности разговаривать можно сказать даже спасало его от самого себя. За несколько минут, не умея держать язык при себе, наболтал бы себе на несколько пожизненных разом. Хорошо что за недовольное выражение лица его точно не накажут. Впрочем, пока что не мог дать внятного ответа, чтобы было для него лучше: сидеть в тюрьме, смерть или же быть в качестве пленника? Он не мог сказать какую роль отыгрывает здесь, но надеялся что полицейские не будут выходить за рамки этических норм, хотя куда уже дальше выходить. Ему бы не хотелось быть в который раз изнасилованным или же избитым. По поводу своего нового места работы многого сказать не мог, готовить конечно нравилось. Но сейчас ему как будто стало абсолютно без разницы чем заниматься. Предпочел бы — ничем. — Мы тебя расположили в маленьком райончике, он находится почти что рядом с работой, минут десять идти если не больше. Там также находится супермаркет, где мы покупаем продукты, впрочем, с местом жительства можно сказать тебе повезло. — Хихикнул полицейский, парень мигом подумал о том что где-то в его словах очевидная ложь, иначе смысла смеяться не видел. Если и правда все находится близко к нему, то это к лучшему, на меньшее количество времени будет появляться в таком жалком виде среди полицейских. А может быть в этом и состоит их метод контроля, опираясь на то, что раз все так близко находится, то, следовательно, и ходить куда-то далеко игроку не требовалось. Риколит если честно не особо выдел смысла ставить площадку на секретную базу, далеко не думал что тут для нее подходящее место. Очевидно что полицейские жили здесь и некоторые из них имели детей, но и представить не мог какие вещи могло увидеть подрастающее поколение. Усачи по-любому могли делать какие-то непотребности рядышком с детьми. Избывать кого-то для них ведь совсем не чуждо, учитывая, то что они сделали тогда с ним. Потом неудивительно что дети станут полными копиями своих родителей, и будут промышлять тем же. В целом осматривая такую огромную территорию с уверенностью мог сказать что она действительно принадлежала им, а так же скрывала за собой много тайн. Может вблизи от него будут находиться некоторые пыточные, для них тут более безопасное место, меньше шансов на обнаружение кем-то. Хотя, даже если что-то подобное и высвечивается в новостях, кажется что полиции до этого нет большого дела. Будто это никак и не бьёт по их репутации. По-любому где-то тут будет находиться склад различной наворованной валюты. Ему обязательно стоило найти эти места, и изучить их, может быть даже спасти некоторых людей… Так или иначе, ему все равно не долго осталось. Точнее нет, осталось ему как раз таки долго, сохранили жизнь же не просто так, в этом определенно была какая-то цель, которую пока что уловить совсем не мог. Надзиратель свернул направо, паренек же пошел за ним, думал что прийдется идти только в одну сторону, а тут прям нужно постоянно следить, чтобы не свернуть случаем не туда. Главное не отходить слишком далеко, держать стабильный темп. Только сейчас обратил внимание на то что его ведут строго по дороге. Она была достаточно вместимой, чтобы по ней могла проехать одна машина, но не более. Смотря на газон который был рядом с травой понимал что по ней часто ходили и проезжали, видимо именно из-за таких ситуаций. Странным было решение сделать все именно так, выглядело не практичным и не удобным. Хотя если устроить здесь настоящую трассу, то она позанимает много места, для такой територии это совсем не выгодно, она наверняка была ограниченной как ни крути, пускай и выглядела внушающе. В далеке, мог заметить огромные стены, которые ограничивали свободный выход и вход, явно где-то стояли блокпосты где принимали людей. Посмотрит как там, может и вовсе сможет сбежать пешим шагом когда поправиться, подобное в его стиле. — Знакомое место, не так-ли? Не переживай, ещё вернёшься туда, если продолжишь себя невыносимо вести. Мне кажется это случиться не раз, ведь уверен что до тебя совершенно не дошло. — Риколит мигом услышав такие слова перенес все свое внимание на стоящую рядом постройку — подобые сцены. Сразу же пронеслись неприятные воспоминания, как и своих муках так и о жительских, в моменте закружилась голова. Силюк не хотел рассматривать эту конструкцию, поэтому принял единственное правильное решение — смотреть куда угодно, но не на нее. Один лишь взгляд вселял немыслимий ужас и страх. Причиной его небольшого физического и эмоционального спокойствия была только вымотанность, короткое действителье всех рецептурных препаратов. В обычное время, ему стоит избегать этого места, ибо, быть честным, то у него могла быть только одна реакция. Упасть на землю, сложиться в клубочек и плакать от безысходности. В этом вроде ничего страшного и нет, но будет огромным позором, на него и сейчас смотрит неймоверное количество глаз. Всем полицейским есть до него какое-то дело. Никита мог предположить что на этой сцене постоянно проходили подобные мероприятия. Куча посадочных мест, точнее на деле совсем немного, во всяком разе когда его жителей казнили, а его пытали, большинство именно стояли. Скорее всего такое происходит на постоянной основе, а может все просто пришли посмотреть на шоу именно с его участием. Сейчас не лучшее время задумываться об этом, это явно на него плохо влияет. Риколит пытается успокоиться, его руки немного дрожат, поэтому сжимает их в кулаки, чтобы унять свое беспокойство. Для чего вообще сейчас лишнее волнение? Он пытается убедить себя будто все хорошо, в данный момент, и не стоило портить эту идиллию. Ему покажут дом, а после этого он останется сам и сможет наконец отдохнуть, как обещал врач — камер и прослушки быть по идее не должно. Что кроме всего прочего, должно было обеспечить успех на побег. Этот маленький синый домик его? Они шли прямо по направлению к нему, а надзиратель уже даже достал ключи из кармана своих штанов. Парень осмотрел беглым взглядом, выглядит очень маленьким, со сплюснутой кришей. Конечно же в синем оттенке, снаружи был добротным, новеньким. Справой стороны стоял заборчик, совсем небольшая территория, которая принадлежала очевидно ему, но там особо не разойдешься, максимум цветы высадить, не более. Там так же свисал фонарь, который в данный момент ничего не освещал, но наверное, должен был заработать где-то ночью, либо же его требуется намеренно включать. — Чего столбичишь? Понравился? — Голос надзирателя громкий и резкий, как бы приказательный. Риколит и не заметил что полицейский уже подоспел и дверь открыть, и подождать его. От резкого обращения к себе сильно дрогнул, да так что и вовсе чуть с ног не свалился. Полицейский как только удостоверился что игрок пошел за ним, принялся отодвигать шторку, чтобы в комнату попал хоть какой-то свет. Риколиту сразу как он зашёл в дом бросилась в глаза односпальная кровать стоящая как бы, в углу комнаты, но достаточно близко. Чтобы до нее дойти понадобится шага четыре, если не меньше. Впервые такое видит, чтобы с самого захода сразу началась спальня. Силюку конечно хотелось рассмотреть ее поближе, но решил что пока-что не будет ничего лишнего трогать в присутствии надзирателя, тем более ему стоило разбуться, что полицейский кстати говоря уже сделал — позаботился о чистоте. Усатый слишком быстрый, просто-напросто не поспевает за ним. Риколит сел на тумбочку для обуви, обратил на нее внимание, ибо искал куда облакотится. Она достаточно низенькая, с сидением синего оттенка, оно оказалось достаточно мягким. Садится было страшно в таком состоянии, была некая предостарожность того что швы разойдутся. Несмотря на то что не чувствовал отчасти боли, но прекрасно ощущал каждую рану что на его теле, каждый стежок. Руки не слушались его, развязать шнурки оказалось не посильной задачей. Каждый раз что-то делалось не так, словно разучился, это ведь так легко, почему же не может сделать этого именно сейчас? Силюк скрипнул зубами от досади и злости на себя. - Ха, лялечка шнурочки розвязать не может? Помочь? — Никита посмотрел неодобрительным взглядом на надзирателя, давая понять что не желает чтобы к нему как либо приближались. Усатому очевидно весело, забавно, парень посмотрел бы на него самого, оказался бы только на его месте. Во время того как посмотрел на полицейского заметил кухню и стол, так же, совсем недалеко, почти рядом, можно было сказать, что и сам полицай стоит именно на территории кухни. Этот дом оказался настолько маленьким, даже меньше, чем выглядел снаружи. Риколит пытался понять, как можно обустроить такую маленькую комнату. При всей красоте деталей, синий цвет, проходящий через весь интерьер, создавал своеобразную атмосферу. Теснота помещения заставляла чувствовать себя взаперти. Даже шаг в сторону — и тут же можно было упереться в угол кровати или случайно толкнуть стул. Комната напоминала клетку, хотя на первый взгляд выглядела продуманной и чистой. — Эх, какой упрямец. — Надзиратель несмотря на грубый взгляд, которым, можно сказать игрок прямим образом его послал, наклонился чтобы развязать ему шнурки, пара секунд и все было готово. Он не воспринимал недовольство парня всерьез. — Осматриваемся, есть ли вопросы? — спросил надзиратель, обернувшись к Риколиту с лёгкой ухмылкой на лице. Его голос прозвучал на удивление ровно, будто он проводил уже не первый инструктаж новому жильцу. Риколит лишь огляделся, стараясь удержать на лице нейтральное выражение. Вопросов было много, но задать их он не мог, как минимум правильно сформировать. В целом, даже если бы и мог что-то сказать, и были бы у него силы, то мог бы и повозмущаться насчёт размера, но у него явно не подходящая позиция. Пол был выложен в оттенках глубокого синего, что выглядело неожиданно элегантно, но ни в коем случае не успокаивающе. Такие оттенки будут на постоянной основе будут напоминать ему о полиции. Шторы, обрамлявшие окно, и стулья на кухне тоже гармонировали с этим цветом, создавая ощущение продуманного, почти уютного интерьера. Вся комната, несмотря на простоту, казалась по-крайней мере аккуратной. Возможно такой дизайн оценил бы какой-то полицейский, любящий компактность, но точно не Риколит. Игроку бы места побольше, как и разнообразия цветов, предчувствывал что скоро начнет тошнить от этого цвета. В любом случае тут слишком человеческие условия для такого как Никита. Что ж, может мелкость помещения является неким плюсом, будет легче проверять на наличие камер и прослушки. Молчание затянулось, и надзиратель, видимо, решив, что вопросов нет, выпрямился, потянувшись слегка и громко зевнув. Он взглянул на Риколита с легким прищуром, ожидая, что тот всё-таки кивнет или хотя бы проявит интерес. Такое безразличие отчасти было не наигронным, результатом сильной выматоности. — Тогда давай дальше. Одна из дверей ведет в ванную, другая — в туалет, — пояснил надзиратель, указывая на две двери, расположенные рядом, прямо возле кровати. Помещение было настолько тесным, что всё находилось в пределах шага. Полицейский открыл дверь в ванную, жестом приглашая Риколита осмотреться внутри. Никита осторожно выглянул, внимательно оглядывая помещение. Сразу бросилось в глаза, что стиральная машинка была синего цвета, точно такого же, как и пол, шторы и мебель. Никита даже прищурился, словно проверяя, не обманывает ли его зрение — такие машины он ещё никогда не встречал. Остальное вроде было типичным, ванная белого цвета как и раковина, а батарея серенькая. Создавало контраст. Как-то слишком много удобств тут для него предоставили, даже такие. Все же внутри предчувствовалось что-то не хорошое, явно не просто так все для него тут выделили, что-то задумали. Много на чем они могли секономить, но все-таки предоставили, стиральной машинки у него раньше не было. Думает, быстро разбереться как с ней справляться, хотя с виду и выглядит сложно — куча непонятных кнопочек на дисплее. Если и есть какие-то буквы они абсолютно не понятны. — Стиральная машинка интересует? — Полицейский заметил, как взгляд Риколита задержался на синей стиральной машинке, встроенной под умывальником, поэтому просто не мог это не приметить. Выглядело забавно, но интерес можно было легко понять, она в действительности выглядела необычно, как для игрока. Риколит быстро отвёл глаза, чувствуя, что полицейский заметил его мимолётное любопытство. Однако он не собирался давать тому повода для дальнейших вопросов и лишь едва заметно отрицательно покачал головой, стараясь сохранить спокойствие. — Пойдем дальше? — предложил полицейский, направляясь к следующей двери. Он открыл туалет и обернулся к Риколиту с игривой усмешкой. — Тут вопросов никаких нет? — произнес он, как будто намеренно пытаясь поддеть игрока. В туалетной комнате Риколит мог разобраться и сам, тем более в нем ничего примечательного и не было. Маленькая каморка, в ней был лишь один унитаз, белого цвета, если честно, уже начинает удивляться, почему эта вещь не синяя, как и все остальные. Но, хотя бы какие-то детали декора будут напоминать ему о доме, пускай туалета, у него дома и не было. -Ладно, видимо, ты дальше сам без меня. — Полицейский закрыл дверь в эту комнату и облакотился об нее, прищуренно глядя на Никиту. Этот взгляд раздражал, и был абсолютно ни к месту. -Я зайду к тебе завтра с утра, разбужу, отведу на работу и заберу оттуда, но этот екскурз только один раз, постарайся запомнить. Нет, ну если ты конечно будешь уверен что не запомнил дорогу, напишешь мне об этом с вечера, и я ещё раз похожу с тобой. Нам ведь не надо, чтобы ты у нас здесь потерялся, затерялся. — Риколит напряженно кивнул, стараясь скрыть своё недовольство. Он чувствовал, что его самостоятельность здесь не просто ограничена — её у него практически не было. Каждый шаг контролировался, каждое действие наблюдалось. С этими мыслями он снова почувствовал беспомощность и обиду, не имея возможности выразить своё раздражение словами. Максимум который мог себе позволить — недовольное выражение лица. — Отлично, — отозвался полицейский, заметив его кивок. — Тогда отдыхай, постарайся выспаться. Завтра у тебя важный день. Надзиратель окинул взглядом тесное помещение и, кажется, ещё раз проверил, всё ли на своих местах. Его уверенные движения и удовлетворённое выражение лица словно говорили: здесь всё под контролем. Перед тем как уйти, он остановился у двери и обернулся на Никиту, продолжая смотреть на него с лёгкой усмешкой. — И не вздумай сбежать, — полицейский добавил, будто в шутку, но в его голосе прозвучала явная угроза. Когда дверь наконец захлопнулась, Риколит остался один. Одиночество в этом маленьком, почти стерильном помещении вдруг накрыло его, как тяжелое одеяло. Синяя комната казалась одновременно и убежищем, и тюрьмой. Он подошел к окну и посмотрел на ровные линии зданий, покрашенных в одинаковые синие оттенки, осознавая, насколько глубоко он здесь заперт. Одним лишь движением руки задвинул шторку, окутывая помещение в полную темноту. Руками он постарался нащупать выключатель света, который приметил заранее. Что ж, тут действительно присутствует освещение, вся комнатка вмиг стала светлой. Ему было достаточно света и снаружи, не сильно хотелось чтобы кто-либо мог за ним следить через окно, тот же надзиратель, пускай тот и не выглядит намеренным этого делать. Впрочем все они не выглядят намеренными что либо делать. Риколит невольно скрывылся, после того как прошёлся по всем кухонным тумбочкам, не оставив без внимания и холодильник — увидел абсолютно ничего. Пусто, и как ему спрашивается питаться в ближайшее время? Ему конечно, и нельзя многого есть, только супы, это весь максимум, но это ведь не означало что ему совсем не требуется этого делать. Да и воды здесь никакой не было, из-под крана, несомненно, тоже можно, но это явно будет не лучшим решением. Смысла куда-то идти совсем не видел, не было сил, да и банально каких-либо денег. Сложно было принять, то что судя по их логике должен будет дотянуть как-то до своей зарплаты, при этом не факт что вообще заплатят. Стоило вернуться на кровать и ещё немного поспать, заодно время скоротит, делать-то все-равно нечего. Наверное, сможет поесть завтра, на работе, как-никак поваром работает, должно же что-нибудь и ему доставаться? В целом оно логично, всякие обеды для персонала обязаны быть. Столовка это всё-таки не ресторан, так что время на покушать точно выделят, точнее обязаны это сделать. Но парень действительно будет не удивлен если вдруг окажется что никаких обедов на работе нет. Если, конечно, все действительно будет плохо, то сможет украсть что-нибудь с рабочего места, зная полицейских они действительно могут таким промышлять. Так что надеялся, если всё-таки пойдет на такой поступок, останется незамеченным, или же полицейские просто-напросто проигнорируют. Конечно по словам врача у него должно было быть все отлично, некоторые уже его слова подтвердились, по-крайней мере о собственном месте жительства. Если честно, парень воспринимаел это как ложь когда шел, да и в целом у него были худшие ожидания. А тут довольно-таки цивильненько, чисто, кровать была неплохой, конечно у него дома было куда мягче, куда лучше, но туда, больше не вернется. Точнее, сбежать и вернуться может, но это будет точно не лучшим решением. Как-никак остальных жителей в живых не будет, а на том месте сейчас стоит какая-нибудь полицейская база, они давно ее старались там расположить. Так что спешить ему некуда, как и некуда возвращаться. Оставаться тут все так же является определенно не лучшим решением. От отчаяния Риколит вернулся на кровать, укрылся одеялом, сжался в плотный комок. Он чувствовал, как внутри него накапливалось подавленное желание заплакать. Жители… Это буквально самое дорогое что у него было, и их забрали, убили самими жестокими способами прямо на его глазах. И все для чего? Чтобы сломить его волю? Все попытки уснуть были тщетны, мысли никак не отпускали. Казалось, каждое воспоминание оживало с новой силой: крики, слёзы, окровавленные лица тех, кого он знал всю свою жизнь. Подумать только полицейские забрали у него всё, что имело значение. Сон, которого он отчаянно искал, не приходил. Каждый раз, закрывая глаза, он вновь возвращался в тот день. Его сердце сжималось от боли и ненависти, но у него не было ни сил, ни возможностей что-то изменить. В любом случае, если найдет в себе силы чтобы сопротивляться, все будет не так уж и плохо. У него ведь должен был быть хоть один другой путь?