Театр двух масок

На улице слышен хохот и крики детей. Солнце греет, будто сейчас не начало лета, а сама его середина, когда надеешься всей душой, что совсем скоро наступит вечер, спадёт невыносимая жара, и можно будет пойти покататься на велосипедах или посмотреть на красивый закат и небо, которое заливалось разными красками. Парень вышел из своего старого подъезда, навалившись всем весом, и весом своих двух сумок, чтобы открыть парадную дверь. В здании таилось его детство, подростковые гулянки и юношеские похождения. Первая пьянка, звонки в двери соседей, и бабка Таня, которая не могла не разнести новую сплетню по всей улице. Двор был окружен тремя зданиями, как бы в виде буквы "П". В центре была детская площадка, а рядом и спортплощадка. Они были установлены год назад. Причина тому была вполне ясной. Большинство жителей района выросло, и успели стать родителями, и уже их детям не очень то и хорошо играться на ржавых качелях или горке. Поэтому за три месяца, привычные две ржавые и скрипящие качели быстро заменились на новые, безопасные три горки разного размера, маленькие домики, спортивные тренажёры и множество разных построек для развлечения детей. И самое интересное, что чаще всего там были именно подростки. Как бы не меняли всё на новое, но замашки общества со старых времён остаются. Только добавляется колонка с матерными песнями и самими подростками, которые во весь голос выкрикивали нецензурные строчки, моментально ловя много осуждающих взглядов вокруг себя от прохожих. Собственно, именно такую ситуацию сейчас наблюдал юноша. Он застыл наблюдая за тем, как на лавках сидят когда-то знакомые ему первоклассники, которых проводил за руку на их первом звонке, будучи в 11 классе. Так глупо было надеется, что они станут лучше его самого. Парень опомнился и ступил дальше, к своему такси. На последок обернулся лицом к зданию поднял голову и посмотрел в окно своей квартиры. В нём стояли две женщины. Одна была уже в пожилом возрасте, но волосы были опрятно уложены и перекрашены много раз в натурально-коричневый цвет, и виднелась тёплая улыбка на морщинистом лице. А рядом с бабушкой Антона, стоит его мама, она тоже расплывается в улыбке, в маминой улыбке. Ведь когда любящая мама отпускает своего ребенка из своего «гнезда», то её эмоции смешиваются, она рада за то, что её дитё сможет идти дальше по жизни без такой потребности в её помощи, а в то же время и грустно, ведь она отдавала своему дитю всё, что имела, а ребёнок покидает её, забирая ещё больше чувств, чем она ему отдавала. Но они не хотят показывать грусть, они хотят показать свои сильные эмоции, чтобы, не дай Бог, парень при любой своей ошибки в будущем решал, что его дома ждут грустные родные, и это стало бы его "важной" причиной для возвращения домой. Поэтому женщины наблюдали за его уездом, махающие и радостно улыбающиеся. – Прощай, мама, бабушка и это гиблое место. - бубня себе под нос Антон подошел к багажнику, лёгким нажатием свободной руки он поднял тяжёлую дверцу и закинул свои сумки во внутрь. Парень не знал, что его ждёт в новом месте, но ему так надоел свой город, что был уже согласен на любой другой, только не тот, в котором он выучил каждую улочку. Он желал себе только светлого будущего. Хотя, хрен его знает, какое там будущее будет у человека с образованием менеджера. Но, увы, никто не подсказывает подростку в 18 лет как правильно входить во взрослую жизнь, да и что можно вбить парню в голову в таком "гулящем" возрасте. Конечно же это глупые оправдания, частично. Парнишка просто надеялся, что в большом городе для него найдётся работа. Сажаясь на переднее сиденье, рядом с водителем автомобиля, зеленоглазый опомнился и тут же достал свой телефон, разблокировал и зашёл в недавние вызовы. В трубке пошли короткие гудки. – Да, Антон, - громкие выдохи и вдохи следовали после каждого слова, сказанные девушкой, – ты уже выехал? – Да, Ир, - он запустил руку в волосы, теребя ею их, – прости, что не подождал тебя, ты что-то хотела передать? - Как он мог забыть про просьбу своей подруги? На этот вопрос он не смог сразу найти ответ, ведь его мысли вновь прервал голос из телефона. – Эй, я тут несусь со всех ног через весь город, а ты подождать не мог? - по голосу блондинки было понятно, что та злилась на друга, и друг это понял. – Всё, я держу машину двумя руками, - парень переместил телефон так, чтобы щека и плечо его придерживали возле уха, а руками вцепился в сиденье, – теперь она не сможет и с места сдвинуться. В трубке послышался смех. Единственная причина не уезжать из города была прямо сейчас где-то во дворах сокращая путь, чтобы быстрее попрощаться со своим любимым другом детства. Знаете ведь, бывает такая дружба между парнем и девушкой, когда вы оба не можете в друг друга влюбиться, потому что изначально понимали, что будете только друзьями? Если нет, то Ира с Антоном живой пример тому. Ира была красавицей всего города, уж слишком много парней всегда на неё таращились, а Антон, хоть и не был вторым по красоте, но и за ним успевали побегать разные девушки. Познакомились они в детстве, раннем таком, их бабушки являются подругами школьными, а их родители дружат с малых лет. Проще говоря, это дружба должна была продолжаться поколениями, но Антон решился её нарушить, и это его, где-то в глубине своего сердца, тревожило. – Всё я уже заворачиваю к твоему двору, ожидай. - вызов завершён. Антон всё же улыбался смотря на лобовое стекло и то, как его подруга бежит прямо к машине, где тот сидит. И его пробирало до дрожи такое обстоятельство. Ведь именно в этом дворе он защищал её от всяких хулиганов, а она помогала ему встать на ролики, хотя тот так этому и не научился, получив шрам на левой коленке. Но Ира поддержала его тем, что парней украшают шрамы. Возможно она была права. Сейчас же парень смотрит на колени, которые совсем немного скрыты порванными черными джинсами. И шрама почти не видно. – Антоша, ты меня слышишь? - Рядом с дверью уже стояла знакомая блондинка, и было слышно её сбитое дыхание. – Ты чего так на колени смотришь свои, и почему во всём черном ехать собрался, у тебя поминки что ли? - Девушка то ли улыбалась от собственной шутки, то ли она тоже прочувствовала ту смесь эмоций в глазах парня. – Да, поминки моей старой жизни. - гордо заявил Антон подняв глаза на Иру и осматривал её. Хотел запомнить каждую деталь. Её плечи, фигуру, одежду, голос и лицо. Особенно улыбку и сверкающие глаза. Но пришёл в себя от очередного толчка в плечо. – Ты мне тут всякую чушь не говори. Никогда не переставай быть собой, обязательно найди хороших друзей или компанию. Если полюбишь кого-то, то скажи мне об этом первой, хорошо? - девушка всё также стояла у двери машины, облокотившись об её внутреннюю обивку. – Да, конечно же я буду звонить тебе, писать и присылать всякие фоточки. Как же ты без меня тут. Ира, а если там ничего не получится? Что мне тогда делать? - после таких громких слов глаза парня устремились на руки, которые в тот же час начали теребить кольца на пальцах и многочисленные браслеты. – Вернёшься сюда, и тут что-то сделаешь. Антон, в мире так много разного, так что просто попробуй хотя бы, а потом и обдумывай дальше свои действия. Не всё даётся легко, поэтому приложи все силы для этого, - она вытянула руки, тем самым они почти столкнулись с грудью напротив, в которых была маленькая коробочка. – Ну Ира... - он аккуратно взял врученный ему подарок, и открыв коробочку, не смог устоять перед тихим звуком восхищения, – Ира-а-а.. Это правда мне? Это прощальный подарок, да? Девушка не смогла и слова произнести, она просто обняла её любимого Антошу. Они оба не хотели отпускать друг друга, они оба хотели уехать из города, который двоим так наскучил. Увы, только одному из них выпал такой удачный шанс. Но Ира даже была рада, что не так быстро покинет любимых родителей и подруг. Да и бабушка у неё недавно заболела, поэтому она почти всегда с ней. Так что больнее было всего отпускать друга, чем осознавать, что застряла в «деревне». – Антон Шастун, пообещайте мне, что всегда будете хорошо питаться 3 раза в день, принимать душ каждые два дня, гулять три раза в день, и найдёте себе новых друзей, - с каждым словом её хватка рук вокруг шеи парня сужалась, а на глазах уже выступили слёзы. – Ирина Кузнецова, клянусь всем, что имею на сегодняшний день, что буду выполнять все эти действия по прибытию в новый город, - он пустил свою руку по спине девушки, чтобы хоть как-то утешить ту. Расставание с кем-то дорогим всегда приносит кучу слёз, грусти и печали. Если это расставание с бывшей/бывшим, то человек будет кидаться из одной эмоции к другой, только бы не чувствовать как кошки на душе скребут. В случае разлуки с родителями, то если вы поддерживаете общение, не так уж и заметно это чувство тоски, а если же связи полностью оборвались, то так оно и должно было произойти, на это точно были причины. Друзей покидать трудно, ведь вы связаны не простыми прогулками, а воспоминаниями и эмоциями, прожитыми вместе, и это еле уловимое чувство хандры присутствует ещё долгое время. – Я прошу прощение, но не думаете ли вы, что пора отправляться, вы можете опоздать на поезд, - из открытой водительской двери выглянул сам водитель транспорта. Всё, теперь точно всё. Голос извне отрезвил ум двух людей, которые потерялись в эмоциях и воспоминаниях. – Ира, мне пора. – Знаю я. - то ли грубо, то ли грустно ответила девушка и отдалилась от Антона. Она вытерла слёзы с щёк дрожащими руками, и на лице образовалась улыбка, тёплая улыбка. Двери в машину захлопнулась с двух сторон, и машина тронулась с места. Теперь нет дороги назад. Нет каких либо отговорок или оттягивание момента отъезда. Отмазки по типу болей в животе или недосыпа тут не прокатят. Шаст выучился уже и в школе, и в универе, но так и не понял, есть ли какой-то смысл от его диплома. Принимать решение, которое изменит всю твою жизнь, в 18 лет, уж точно ошибка общества. Но не ему жаловаться, его ждёт что-то новое, то, что позволит понять смысл своего существования, или предаст ему хоть какой-то мотивации идти дальше. Но так было страшно ступать дальше, ступать за порог своего личного пространства, в новое, ещё не наступившее, настоящее. Парень взглянул в боковое зеркало авто, и в нём виднелся силуэт подруги. Она махала двумя руками в след машины, в которой находился Антон. Моментами протирала щеки от слёз, но продолжала размахивать ладонями. Когда машина скрылась за поворотом в другой переулок, Ира опустила руки и направилась в подъезд Шаста. Поднимаясь по ступенькам на второй этаж, девушка вспоминала детство. Нет, не то детство, когда ты в садике пасочки строишь или играешь в "Дочки-матери", а когда она впервые встретила Антона; как заступалась за него перед обидчиками; когда они не спали на сон часе и мечтали о том, что станут космонавтами; их тайное место под ржавой горкой, и как в один день, Шаст просто не помещался под ней, так как рост уже не позволял; как подростками на праздниках у родаков за их спинами наливали себе алкоголь, и не важно какой он был, им хотелось попробовать то, что им запрещали взрослые; когда Ира рыдала из за первой двойки за контрольную по геометрии в седьмом классе, а Антон, который тоже получил два, крутился вокруг неё и поддерживал что есть мощи. В голове была каша, поэтому она направилась в квартиру своего друга, где было ещё две женщины, у которых были схожие ощущения и эмоции. Ира подняла руку, чтобы нажать на звонок около знакомой двери, но заметила, что та уже была открыта. Она потянула ручку на себя, и оказалась в квартире, в которой пахло недавно приготовленным супом. Пройдя в прихожей вперёд, её застала развилка. Четыре двери, одна вела на кухню, другая в ванную и туалет, а другие в спальни. Открыв дверь в кухню, перед девушкой на диване сидели мама и бабушка Антона. Майя Олеговна пригласила гостью к столу. И они начали свой долгий разговор о разном, чтобы не было так грустно всем троим. Приехав к вокзалу, Антон попрощался с водителем, который помог вынуть его сумки, и направился в сторону больших дверей. Зайдя в здание, его охватил холодок по спине, в нём было холоднее, чем на улице. Пройдя к стойке администрации, Антон уточнил куда направляться, чтобы выйти к его поезду, и ему ответила показав на руках и проговорив направлений вслух более трёх раз. Шаст осмотрел всё здание, и заметив выход к своему посадочному месту, двинулся вперёд. Где-то через минут 10 его стояния на одном месте и перекатывания с пятку на носок, поезд прибыл. Отдав свой билет проводнику, а после уже пройдя в сам поезд, или его ближайший дом на 6 часов, нашёл своё, пока что, пустое купе. Покупая билет, Антон долго размышлял, где ему будет лучше всего: в купе или в плацкарте. И всё же выбрал купе, не смог бы он выдержать кучу детей, стариков и подростков в одном месте. А так только 3 человека вместе с ним, ну, и его наушники. Закинув свою сумку на верхнюю полку с левой стороны, Шастун присел на нижнее, дабы перевести дух. А переводить там было что. Его всё не отпускала мысль того, что там его ждёт какая-то опасность, что не стоило покидать свою родную комнату и любимую бабушкину еду. Но после вспоминал, как желал уехать из города каждую ночь. И дух был переведён за две руки и, наверное даже, в припрыжку. Будто очнувшись от долгого сна, Антон вылез из мыслей, когда его толкнули в плечо, аккуратно толкнули.