You're not alone

День откровенно шёл по пизде. Мой бойкот с Томом продолжался уже чуть больше недели. На уроках он язвил и подкалывал меня: в общем и целом вёл себя как обычно, то есть как мудак. Первосортный мудак и заботливая мама курица, чей клюв постоянно у тебя над головой. Серьёзно, я часто замечала, как Том «случайно» оказывался где-то поблизости со мной, особенно, когда в этот день должна проходить тренировка по квиддичу. Но я то не дура, понимала, что он проверяет, следит, делает выводы. Я пожаловалась Лиаму, чтобы он, так сказать, деликатно и по-взрослому втолковал Тому, что квиддич — моё всё и я не могу бросить его только по прихоти Реддла, если он того хочет. Лиам, не отвлекаясь от своих пергаментов (на одном из них точно просматривался нарисованный нестираемыми чернилами волосатый хуй со здоровенной головкой), покивал, повторил раз пять «ага, не забудь потренироваться, ведь матч уже во вторник» и спросил, почему мне бы не поговорить с моим братом, ведь Том (вот тут начиналась настоящая брехня) «такой прекрасный и недосягаемый лакомый кусочек, на которого нужно ровняться, и вообще, он всё поймет и конечно же даст своё разрешение». Я тут же взглянула на Лиама по новому, заподозрив, что наш капитан предпочитает кататься на драконе святого Георгия, а не быть Георгием. Я отшутилась, что Том не воспринимает меня, как взрослую и быстренько улизнула, пока не начался какой-нибудь допрос с пристрастием. Лиам прокричал мне вслед, что Реддл няшка и точно отпустит меня и на тренировку, и на матч, так что во вторник я уже должна буду стоять по стойке смирно и слушать его команды, а так же отбивать бладжер. Я выдохнула надеясь, что Лиам не прогадает. Ведь следующая тренировка — последняя и в этот же день должен будет матч! *** — Джером, ты отстранена от занятий. — Услышала я подавленный голос Лиама. Бляяяяяять. Проебался. Моя метла шмякнулась об землю с глухим стуком, пока другие смотрели на меня с сожалением. — Я так решил и нашёл тебе замену. Моисей Абдолоу — наш новый защитник. Кривозубый, лопоухий, с роскосыми глазами мальчик улыбнулся с невнятным «ээъ». Кто-то улыбнулся ему в ответ и даже похлопал по спине, в знак приветствия. Но я с огорчением посмотрела на Лиама. — Ты так решил? Или просто Том..., — договорить я не успела, Лиам меня перебил. — Нет, я так решил. К Тому не обращался. В любом случае, он точно знает, что для тебя лучше, — кисло сказала Лиам и, махнув рукой, повёл за собой команду, которая грустно посмотрела мне в след и убежала на поле. Это же был мой шанс — показать Тому, на что я способна в матче. Выиграть! Реддл бы похвалил и разрешил заниматься, а так, всё метле под хвост…или Тому под жопу. Я поплелась обратно в школу. День идёт по пизде. *** Я пыталась найти Реддла в этой общей суматохе. Сейчас выходные, никто не сидит по комнатам. Тем более через пару часов начнётся матч, а это значит, что кривозубый Моисей (так ещё и с тупым именем), полетит отбивать бладжеры вместо меня. Я тупо скиталась по школе, в надежде либо найти Тома, либо какое-нибудь интересное занятие. Мимо меня пробегали ученики, задевая плечами или вовсе толкая, проффесора, которые гордо плыли по коридорам. Скука. Знакомая вихрастая голова показалась из-за толпы ребят. Я улыбнулась и поспешила к знакомому объекту. — Барти! — Я расплылась в довольной улыбке, крепко обняв друга. Он подскочил от удивление, но тут же понял что к чему и крепко обнял меня в ответ. Давненько мы не виделись. — Так рад тебя видеть, Дар! Слышал, тебя выперли из команды? — Как обычно, сама тактичность. — Ну, как бы да. Том приложил свои руки к этому делу. Точно-точно. — Я закивала отводя Барти от лишних ушей и глаз, в другой коридор. — У тебя то как дела? — Всё прекрасно! Уже почти готово! — Барти счастливо улыбнулся, потёр руки и заговорчески зашептал, щекотно обдувая своим дыхание моё ухо. — Я уже всё подготовил. Всех отмыл, с лавандовым шампунем конечно же. Ленточки привязал, красиво написал с закорючками, как она ненавидит, да так, что она ни за что не узнает мой почерк. Вот смеху то будет. — Крауч затрясся в беззвучном смехе. Хоть у кого то всё идёт по плану. — Обязательно сними на чудо-камеру, я очень хочу увидеть её лицо! — Я тыкнула друга локтем в бок, а то его беззвучный смех начал походить на похрапывание нунду. — Обязательно! Жаль, что ты не пойдёшь, но я понимаю. Твоего Томочку лучше не злить. — Барти перестал смеяться, он как-то странно и по новому посмотрел на меня, прям в глаза. — Знаешь, Дар, ты такая замечательная. Ты такая…ты просто…чудо! Да, дар, ты чудо, с которым мне посчастливилось познакомиться. Мне так нравиться дружить с тобой и проводить минуты, которыми я наслаждаюсь как никогда! Я так скучаю летом по тебе, когда мы в разлуке, вот прям каждую минуту думаю о тебе, даже ночью… — Барти опасно приблизил своё лицо ближе, а я, стояла зачарованная его глазами и речами. — Ты чудесная, Дар, мне так повезло, — его лицо ещё на дюйм ближе, — так повезло… — Его глаза сближаются и смешно превращаются в один, лицо так близко, а губы уже на моих губах. Целуют с осторожностью и неким благоговением, слегка перемещаются то влево, то вправо. Его губы влажные и я чувствую, как его язык пробегается по его губам, когда он чуть отстраняется и вновь приближается с намерением углубить. Губы Барти вдруг исчезают. Я открываю глаза, которые успела закрыть и вижу: Том буквально полыхает в бешенстве, Барти валяется на полу, около другой стены, но уже поднимается на ноги. Реддл повёрнут ко мне спиной и надвигается на Крауча. Руки его растопырены, в одной из них палочка, так похожая на кость, почему то потемневшую. Я слышу как трескает магия, как накаляется воздух. Я слышу, как Реддл шипит что-то под нос. Я вижу, о Мерлин, как тёмно-фиолетовые разряды полыхает на кончиках его пальцев. — Том, Том, подожди! Стой! — Я бегу к нему, разворачиваю к себе. По-моему он меня почти не замечает. Барти скрючился в углу, зажался — боится. — Том, Томми, посмотри же на меня! — Мутный взгляд с увеличевшемся зрачком спускается на меня и жжёт. Радужка тёмно-красная, словно капиляры лопнули и залили кровью всё: глаза, душу и этот коридор. Он остановился, рука вжалась в моё плечо. Он больно вонзил свои пальцы в меня. — Моя. — прошипел он. — Моя! — Уже более отчётливо, зловещи и уверенно. — Моя и ничья больше. Всё это моё. Не его. Он не смеет. Я могу. Я возьму. Я завладею. Я обрету. — Чётко, с расстоновкой говорил он, пугая меня всё больше. — Да, да, твоя. Томми, пожалуйста, хватит. Он же ребёнок, он не хотел, — я попыталась отвести Тома, но он голодно улыбнулся, округлив глаза. — Он не ребёнок. Я давно слежу. Он хочет тебя. Целиком. Но он не знает, а может не понял, что ты моя. Только моя. Каждый кусочек, который я буду медленно жевать и смаковать — мой. Только я могу завладеть и хотеть. Я. Я. Я. — он повторял своё «Я», как мантру. Том вцепился в меня обеими руками и смотрел. Так голодно, словно зверь, словно и вправду захотел съесть. — Пусть он пойдёт. Он понял. — Барти тихонько скулил позади меня, свернувшись калачиком. — Я твоя Том, но он не знал. Пусть уйдёт, хорошо? — Я в надежде посмотрела на брата. Его зрачки уже приобрели оттенок грязного железа, возвращаясь в родной. Такая трансформация пугала. — Он должен забыть этот инцидент, но не то, что ты моя. Только моя. Я подкоректирую его память, а ты иди. С ним ничего не случиться, раз тебе угодно. Но и твоя память будет исправлена. Не волнуйся, это не больно. Вы останетесь такими же закодычными друзьями, только без всяких чмоков. — Том на глазах превращался в спокойного старосту с идеальным поведением и причёской. — Иди. И я пошла. Я побежала в свою комнату в надежде скрыться подальше от всего. От Тома, от Барти, от того что случилось, от себя. *** В школе было тихо, все убежали на матч. Том не приходил, хотя прошло уже полтора часа с момента, когда он так сильно разозлился. Я сидела на своей кровати, поджав ноги и стуча палочкой, вспоминая простенькие заклинания. Так тихо и ни-ко-го, скорее всего я одна в этом замке. Ожидание прилично наскучило, страх прошёл. Я ощутила, как устала за сегодняшний день, как утомили меня все мои переживания и эмоции. На матч точно идти не хотелось — портить себе настроение? Зачем? Лучше принять горячую ванну и расслабиться. Ванна старост? О да! А мне можно в ванну старост? Конечно нет! Новое приключение? Вдвойне дааа! Азарт тут же загорелся во мне и я, бесшумно спрыгнув с кровати, захватив с собой халат и полотенце, вприпрыжку побежала туда, куда мне нельзя. Коридоры были пусты. Было слышно, что где-то капает вода — на этом всё. Путь от гостиной Пуффендуя до ванны старост был мне знаком. Я без опаски и без происшествий добралась до нужного мне места. Вода озорно, с громким плеском и паром, заполнила огромный бассейн за считанные минуты. Я выпрыгнула из соей одежды и с наслаждением погрузилась в горячую воду с большим количеством пены. Когда вода выключилась — тишина показалось оглушительной. Я аккуратно, с улыбкой на лице, возила руками по пене, перемещая и лопая пузырьки — красота. На душе было спокойно. Тело согревала и расслабляла горячая вода. Спокойствие было нагло нарушено и прервано, когда дверь, запечатанная моим же заклинанием с громким скрипом отварилась. Я тут же подпрыгнула и оглянулась. «Не уж то матч закончился и пришла какая-нибудь староста, чтобы освежиться или согреться?» Но на деле оказалось ещё хуже. — Том?! Какого чёрта, ты тут забыл?! — Я отплыла на другой край ванный и опустилась в воду по подбородок. — Я тут голая вообще-то! Выйди, я оденусь и мы поговорим. Том неторопливо окинул меня равнодушным взглядом, прикрыл за собой дверь и, взмахнув палочкой, запечатал её чем-то уж точно посильней моего Коллопортуса. Он медленно, словно нехотя, стал аккуратно снимать с себя одежду, магией складывая её стопочкой подле стены. — Том… Том? Я не…ты чего? Ты куда? — Я попыталась взять себя руки, этими же руками загребая пену, чтобы скрыть свою наготу и не пялится на Тома так сильно. Реддл как ни в чём не бывало не обращал на меня внимания, стоя ко мне спиной и медленно снимая с себя одежду, переходя к штанам. Нехватало какой-нибудь интимной музыки, шампанского и свеч — так бы походило на пошлое свидание. Но это не свидание! Это Том, который уже стягивает с себя трусы (странно, что не зеленые с гербом Слизерина, я думала он носит только такие). Я откровенно пялилась на его попу. Ну да, я не видела его голым вообще никогда. Почему бы мне не посмотреть и не оценить? — Т-ты же голый, Том. — Я попыталась вразумить его ещё разок, пока он не повернулся ко мне лицом. — Я в курсе. Ты тоже. — Он повернулся. Я намеренно подняла глаза на его лицо, не смотря на то, что начало смешно болтаться из стороны в сторону, когда он стал подходить ко мне. Я ждала, замерев, словно маленький барсучок перед змеёй (ого, так и было, ведь Пуффендуй — барсук, а Слизерин — змея). Он подходил, будто полз, так плавно. Он также медленно зашёл в воду, почти не пуская кругов. Он подплывал всё ближе и ближе, пока не возвысился передо мной во весь свой рост. — Ты боишься меня? — Он прошептал так вкрадчиво, наклонившись ко мне. Его кудряшки немного намокли и завивались ещё больше. Тело было мощное с мышцами, хотя под одеждой казалось, что он очень хилый. — Н-нет, — я попыталась улыбнуться, но получилось просто приподнять уголки губ в нелепой усмешке. Стоило оттолкнуть или хотя бы уплыть, что я и сделала. Я толкнула Тома в грудь и поднырнула у него под рукой, отплывая дальше. — Стоять. — Сипло и низко прогромыхал он и схватил меня за лодыжку, одним рывком подтянув к себе. — Всё-таки боишься, — прошептал бархатным тоном, обхватывая руками моё лицо. Я замерла. Том нежно поглаживал большими пальцами по щекам, доверчиво заглядывая в глаза. — Ты такая красивая. Он вёл себя очень странно. Вся обстановка в ванной комнате была до мурашек на попе странная! Мы прижимались голые к друг другу. Я чувствовала его холодную кожу, которая не успела ещё согреться. Я чувствовала его мышцы, его руки, которые легко поглаживали меня, я чувствовала его возбуждение, набиравшее силу и упиравшиеся мне куда-то в пупок. Я чувствовала его всего! Том наклонил голову, словно щенок, он приблизил свои глаза к мои и смотрел то в правый глаз, то в левый, приближаясь, закрывая глаза и тягуче целуя. Его губы были словно мёд, тёплые, сладкие. И поцелуй получался тёплым и сладким, без пошлого подтекста. Словно два очень любящих человека целуют друг другу и не могут остановиться. Его мягкий язык осторожно проник в мой рот, щекоча и описывая круги. Он буквально вылизывал меня, слегка прикусывал и затягивал в эту пучину страсти. Подвох я заметила не сразу. Руки с щёк пропали, возможно блуждали по телу, пока мои руки гладили его по плечам. Несколько секунд спустя нашего поцелуя я почувствовала что что-то не так. Мне кажется или.? Я попыталась отодвинуться, но Том навалился на меня, прижимая к бортику ванны и настойчивее лаская меня, пытаясь проникнуть пальцем глубже в моё лоно. Я протистующе замычала, задвигала бёдрами. Реддлу это совсем не понравилось. Он надавил своими бёдрами на мои и прижал, не давая сопротивляться, а мычания заткнул грубым поцелуем, прикусив мою губу, но извиняюще слизывая кровь и покрывая лёгкими поцелуями. Я вновь попыталась возразить, но была больно укушена за язык с грозным «шыш». Не успела я принять ещё хоть какие-то попытки, он вошёл в меня уже двумя пальцами, растягивая, массируя и надавливая. Большим пальцем кружил вокруг клитора. Кажется у меня начала кружиться голова от его движений, от которых подгибались ноги, и от нехватки воздуха. Когда в глазах начало темнеть, Том отпустил. На секундочку глотнув воздуха и принялся спускаться ниже, целовать, обсасывать мою кожу на шее, наверняка оставляя цветущие синим и фиолетовым засосы, не забывая растягивать внизу. Том был повсюду: на бёдрах, на талии, около лица, на щеке, между ног. Я плавилась в его руках и чувствовала его улыбку, когда он целовал меня. Он делал это контрастно: то мягко целовал, облизывал, не спускаясь нижу уровня воды, то больно прикусывал и втягивал кожу, с пошлым звуком выпуская. Я слышала, как в перерывах он что-то бессвязно шептал, а может просто я не могла разобрать в тумане неги его слова. — Всё хорошо, сейчас. Всё будет ещё лучше. Тише — тише. — Услышала я пред тем, как в мою вагину попытались войти головкой члена. — Агх, нет. Стой. — Я опомнилась и начала сопротивляться ещё пуще. Том не захотел выпускать меня так быстро и со звуком, похожим на рык, с силой впечатал меня в бортик ванны, хватая меня под ноги и закидывая их себя на талию. По инерции, чтобы не упасть назад, мне пришлось схватиться за его плечи, тем самым сократить расстояние и открыть себя перед ним в пошлой позе. Том медлить не стал. — Тише, всё хорошо. Просто вдохни поглубже. — Прошептал он и медленно, осторожно погрузился в меня на четверть. Я закусила губу. Чувство было неведомое. Не было больно, но и приятным это «чувство распирающей заполнености» не назовёшь. Скорее «непривычным». — Как ты? Всё хорошо? Казалось, его и вправду волновали мои ощущения. По его лбу катилась маленькая капелька пота, а венка у виска пульсировала. Скорее всего, он себя сдерживал, чтобы не сорваться. Я неуверенно кивнула. — Всё хорошо, — прозвучало больше для себя, чем для него. Он аккуратно двинул бёдрами вперёд, въезжаю наполовину и снова возвращаясь. Том смерил моё лицо пытливым взглядом и вновь заскользил вперёд, увеличивая амплетуду и скорость. Накатывающее волнами наслаждение я почувствовала, когда Том положил большой палец на мой клитор, и одновременно со фрикциями стал массировать его. Громкий стон послышался в комнате. Может Реддла, а может и мой. Каждую секунду наши тела сливались во единое и с каждой секундой мы всё ближе были к финалу. — Скажи…что-нибудь. — Просипела я. Том понял мою просьбу, наклонившись чуть ближе ко мне, он, не прекращая двигаться, посмотрел мне в глаза. — Ты такая хорошая девочка. Я так горжусь тобой, — его хриплый баритон разливался по ванной комнате и эхом отскакивал от стен, — кончи для меня. Ведь я тобой уже завладел, ведь ты моя! Давай, моя девочка. Отпусти себя. Этого оказалось более чем достаточно и я, с протяжным полу стоном, полу воем кончила, обмякнув в его руках, пока Том заканчивал, после секундной заминки изливаясь в меня. Тёплая вода, которая не успела остыть, грела нас. Мы полу лежали в обнимку. Я уткнулась носу Тому в грудь, перебирая пальцами его соски-горошины. Том же гладил меня по волосам, изредка хихикая, когда ему было щекотно. Моё тело было уставшее, но довольное, будто сытое. Реддл выглядел точно таким же. — Всё таки ты меня сегодня огорчила. Больше никогда не целуйся с Барти. — Его шёпот заставил меня встрепенуться, я тихо засмеялась ему в грудь, поняв, что ослышалась. Целоваться с Барти? Да мы же просто друзья. Он меня даже ни разу в щёчку не чмокнул, не говоря уже о губах.