Белые стены. Твои глаза. Жди меня.

Лаура открыла сонные глаза и потерла их. -доброе утро… — произнесла она в пустоту, а затем повернула голову. Маши рядом не было, но шатенка догадывалась где ее девочка, ведь с кухни доносились приятные запахи. Шатенка поднялась с кровати, ноги нырнули в приятные мягкие тапочки и направились на кухню. Лукина медленно подошла к Третьяковой, которая разливала сок, находясь в полотенце, и пальцем аккуратно подцепила одеяние девушки. Полотенце упало на пол, а руки коснулись талии, обдавая белую кожу мурашками. -Ох!. Боже, Лукина!. Любовь, моя, не пугай так. — блондинка повернулась к темноволосой и чмокнула ее в носик. -не буду. — улыбка украсила лицо Лауры, а губы вытянулись трубочкой, приближаясь к губам напротивстоящей. Маша улыбнулась поцеловала губы своей любимой учительницы. Казалось бы… Столько пережили, начиная от побега, заканчивая ударом… Но ведь это не конец, верно?. Все будет не идеально, но они будут стараться… -Любовь моя, садись, завтрак готов. — все с той же улыбкой произнесла белокурая. -хорошо, солнышко. — шатенка присела за стол и сложила руки в замок. — так вкусно пахнет, но при виде тебя в таком прекрасном виде… — женщина глазами прошлась по голому телу своей любимой и заострила внимание на плоском животе, а затем и на ребрах, которые стали выпирать. -чего это ты так смотришь?. — Третьякова поставила на стол тарелки с пышным омлетом и свежим салатом из огурцов и помидоров. — секс только после свадьбы, милая. — довольно томным голосом, что возбуждал Лауру, произнесла девушка и обернулась в полотенце. -после свадьбы говоришь?. — темноволосая принялась к блюду и хитро улыбнулась, отпивая сок из стакана. -да, дорогая, только после свадьбы. — Маша послетрела на нее, хитро улыбаясь в ответ. -ну хорошо, хорошо. Приятного аппетита, милая, тебе нужно кушать, а то вон как ребра видны. -хорошо, спасибо, тебе тоже нужно кушать, сил набираться на вечер. Завтрак дальше они провели в тишине, загадочно смотря друг на друга. Лукина все доела, кинула посуду в посудомойку и ушла в комнату одеваться, виляя бедрами. -Дорогие девушки. Прекрасные дамы нашего класса. Мы, от лица всего нашего пацанского состава готовы поздравить вас с праздником. Вы все прекрасны. Всегда всегда. И мы будем рады, если вы останетесь такими же навсегда. Ваша красота и улыбки для нашего класса становятся лучиком солнца, ведь вы так прекрасны и нежны. И пусть иногда нам прилетает, особенно от Маши. — парень взглянул на Третьякова и ухмыльнулся. — Маша, мы тебя уважаем, ты держишь авторитет нашего класса, заступаясь за каждого и в любой ситуации поддерживая. Спасибо тебе. — Парень подошел к светловолосой и вручил пышный букет белых лилий вместе с праздничным цветочным пакетом. Мы знаем о твоих тайных увлечениях, поэтому подготовили такой подарок Мы надеемся, что тебе он понравиться. — шатен ей подмигнул. Третьякова открыла пакет и достала громоздкую коробку. Все замерли в ожидании, а Лаура смотрела на нее в данный момент не серьезно, а с каким-то умилением. Ведь ее девочка была прекрасна… Как только крышка открылась, девушка замерла. На нее смотрел котенок… Слезы полились сами. -Фея… — прошептала светловолосая и взяла пушистика на ручки. — такие же голубые глазки, как алмазы… Такая же пушистая шерстка… — Маша на одном дыхании произнесла это. — ребят… Спасибо вам большое, мне очень приятно, это очень ценно для меня… — блондинка подскочила с места, подошла к шатенке дала ей котенка и пошла обнимать мальчиков, которые сами уже чуть ли не плакали. Лукина подняла голову вверх, чтобы никто не увидел ее слез. -Маш… Там еще ошейник с сюрпризом, произнес все тот же темноволосый парень. Третьякова подошла к Лаура, села на корточки и забрала котенка. Глаза увидели ошейник, на котором было сердечко с замком. Светловолосая взглянула на парней. -на шею глянь. — прошептала шатенка. Третьякова коснулась рукой цепочки и заприметила на ней ключик. Она открыла им сердечко и разрыдалась, сев на пол. Мама… Фотография мамы и Маши на коньках. А на ней надпись. «Озеро…» -надежды. — прошептала белокурая. -ключик. — парень указал вновь на него. -ребят… Спасибо вам всем большое, это самое ценное, что у меня было… А сейчас теперь ценные три веи, благодаря вам… — захлебываясь слезами, сказала девушка. Лукина встала со стула и потянула за руки свою девочку. Они слились в объятиях. Самых обычных объятиях. -продолжайте, мальчики. — Лаура увела Машу из класса вместе с котенком и направилась в туалет. — солнышко… — шатенка взяла девушку за подбородок, а второй рукой начала стирать слезы своей любимой. --поцелуй… -прошептала светловолосая и получила нежный, трепетный поцелуй, который смешал их цвета помады. Котенок залез шатенке на плечо и жалобно замяукал, прижимаясь к ее шее. Третьякова улыбнулась и отстранилась. -Фея… Ты чего на тетушку Лукерью забралась?. — со смехом произнесла девушка. -тетушка Лукерья?. — Лукина залилась смехом. -мяяу!. — котенок села и начала облизывать щеку темноволосой. -Фея так делала около твоей фотографии… — Маша вновь замерла, наблюдая за котенком. -Значит перерождения существуют, милая. — женщина заправила за ушко прядь светлых волос. -Я тебя люблю… -и я тебя люблю, малышка. Приятная музыка ресторана сменяется на мрачный кабинет. Маша заводит Лауру в него. -Маш, ну еще долго?. Ты меня со школы везешь так… -уже почти все… — девушка развязывает ее глаза и Лукина ахает. Стол без бумаг и компьютера. На нем стоят зажженные свечи и ужин. Бутылка шампанское покоится в ведре со льдом. На тарелках красиво лежит кусовет лосося в сливочном соусе, рядом зелень, тарелка с фруктами, десерт. Шатенка повернула голову на свою безумную ученицу, которая улыбалась, словно она чеширский кот. -Маша, это прекрасно… -так, Лаура Альбертовна, это еще не все… -что же еще, чем Вы меня удивите, Мария Третьякова?.. — старшая прищурила глаза в своей манере и слегка занервничала, ведь Маша стала серьезной. В колонках негромко заиграла музыка… Маша тяжело вздохнула. -Лаур… Не секрет, что я тебя очень сильно люблю… Но это все неспроста. Я помнила тебя, как няню из детства, которая ухаживала за мной, любила меня и была всегда рядом… Которая не бросила меня на произвол судьбы, что вынесла меня из огня. Ты такая красивая, что я не могу описать это словами приличия… Мне просто не хватает словарного запаса. — белокурая нервозно посмеялась. — ты словно пион, который расцвел среди полевый трав… Ты та, которую я хочу и буду боготворить всю свою жизнь. Ты та, которую я запомнила по доброй улыбке, глазам, манерам и дыханию. Даже сейчас я слышу стук твоего сердца, как ты волнительно дышишь, как у тебя блестят глаза… Твои глаза, как бриллианты, алмазы, небо, океан… Бушующий океан в моем сердце — ты… Только ты и больше никто, никогда… Я тебя хочу будить, желая доброго утра, укладывать спать, желая спокойной ночи и с трепетом целуя твое прекрасное лицо, тело, губы. Готова отдать тебе свое сердце, чтобы ты жила… Я готова отдать за тебя свою жизнь. Твои нежные руки, которые касаются меня и гладят… Чего только стоит твое грозное «Тертьякова!.» В общем… Я хочу, чтобы ты находилась со мной всегда, по крайней мере, пока я не умру. Я умру раньше, поверь… И хочу сделать один смелый шаг… — Маша достала коробочку, встала на одно колено, перед своей учительнице и открыла ее. Лукина уже начала плакать, ведь речь была сильна, а это… Шокировало и убило. — Лаура… Ты выйдешь за меня?. — смотря в голубые глаза, спросила белокурая. -да… Выйду… — Третьякова взяла ее правую руку и надела колечко на безымянный палец. Белокурая поцеловала ее запястье и встала, втянув любимую в поцелуй, обнимая за талию…