Клепсидра

Он пришёл в себя в комнате белой, будто свадебное кимоно. Белый потолок был квадратным стороной чуть больше хиро. Потолок подпирали такие же белые стены. Он сел на белой кушетке, покрытой белой простынёй, и уткнулся взглядом в белую дверь прямо напротив него. Дверь была обрамлена с обеих сторон зеркалами, ни в одном из которых он не видел своего отражения. Он огляделся и обнаружил, что стены с двух сторон от него не стены, а белые раздвижные шкафы до потолка. Он встал и подошёл к одному из зеркал. Бесчисленные засохшие мозоли босых ног шуршали о белый пол. Зеркало продемонстрировало белое лицо с ярко-красными татуировками, частично скрытое за растрёпанными прядями длинных светлых волос. Словно впервые видя, он обнажил от рукава юката свою хрупкую ладонь с длинными фиолетовыми ногтями на длинных тонких пальцах. Некоторое время он её разглядывал. Ладонь была чистой, отсутствовали даже чёрные лунки под ногтями. Он был чист весь, будто ваза сразу после лакировки, и помимо белой юката и белой набедренной повязки на нём не было ничего. По сравнению с этой чистотой одежда, которую он нашёл в одном из шкафов, казалась грязной. Он не знал, кому она принадлежала, но решил, что должен её надеть. Вероятно, было плохой идеей покидать комнату в одной только юката. Чёрные шаровары. Голубое кимоно. Оби. Таби. Обуви он не нашёл ни в одном из шкафов, поэтому продолжил шуршать шагами об пол — теперь не мозолями, а чёрной тканью. — Что ж, ничего не поделаешь. Он встал перед дверью и резким жестом распахнул её; на секунду замер, затем сделал шаг вперёд. И сразу же— — Ха-а?!.. Кап, — прозвучало откуда-то издалека. Глаза его расширились, губы обнажили острые клыки. — ...Клепсидра? — предположил он. Коридор вёл направо, и по обе стороны каждый хиро мелькали двери. Первое время казалось, что всё вокруг белое, но позже он заметил, что на дверях зачастую были приклеены яркие рисунки и надписи. Опустив взгляд, он также обнаружил, что пол под его ногами выкрашен мозаично в белый и тусклый красный. Он дошёл до конца коридора — тот обрывался парой грязно-белых дверей, которые потребовалось распахнуть. Большая комната, что предстала его глазам, была завалена всякой всячиной, и всё же в центре оставалось достаточно пустого пространства. Женщина и мужчина перед его глазами испуганно выпустили руки друг друга. «Кто это?» — услышал он женский голос. «Кто это?» — прозвучал мужской. «Как он может быть таким красивым?» — спросила женщина. «Почему он так прекрасен?» — спросил мужчина. «Кажется, я влюблена». «Кажется, я влюблён». — Вот как, — понял он, — значит, здесь я... Кап. Фраза оборвалась на середине: мир вокруг него потемнел, и он провалился в эту темноту.